Усни в Магдале. Том 1

— Но я по лености писал копии на бумаге, и записи испортились просто от водыы.

Кусура огорчённо понурился. Спасаясь, он прыгнул в воду с этими копиями записей Томаса, бумага намокла, разошлась клочьями, что-либо различить на ней было почти невозможно. Так что, похоже, когда Пост, полагая, что пергамент содержал разоблачение его злоупотреблений, избавился от записей, он сделал навсегда загадкой то, что открыл Томас.

— Ну и? Что сказали в управлении ордена рыцарей? — спросил Кусура, начав идти.

Камешки, которые он пинал, разлетались в стороны.

— На всё воля Божья.

— А-а?

— Кусура Поста не убил, так что у них сейчас полно суеты с расследованием дела Поста и судом над ним. Похоже, большую часть незаконно наажитого Пост под видом пожеертвований раздал по разным подразделениям, так что могу себе представить, как все забегали, хватаясь за гооловы, — насмешливо усмехнулся Веланд.

Кусуру суматоха начальства не слишком интересовала.

— Ладно, этот, что вместо Поста, сказал, что восстанавливать мастерскую поручат, вероятно, наам. Да-а, что до награды за то, что подловили Поста, то я уже поназаказывал всяакой всяачины. Всё, чего хотел. Здорово жее.

Кусура продолжал идти, Веланд шёл следом.

— Ну? — спросил Кусура.

— Мм? — не понял Веланд.

— Ну? — повторил Кусура.

Веланд лишь равнодушно посмотрел на Кусуру, а потом с видом "да чего ему надо?" поднял глаза к небу.

— Мм? О чём ты? — спросил он вслух.

— Эй, — сказал Кусура, развернувшись к нему.

В следующий миг он попытался пнуть Веланда, но тот увернулся с довольной ухмылкой.

Ветер подул сильнее, подняв в воздух пыль.

— Что касается тебя, можешь сам жее сходить узнать, таак же, — произнёс Веланд, отводя в сторону развевавшиеся на ветру длинные волосы. — Это твоя Магдала, разве неет?

Похоже, он подслушивал.

Кусура глубоко вздохнул, поражённый изворотливостью Веланда, и, дойдя до основного здания группы снабжения, остановился. Тут он прочистил горло и сказал:

— Тронешь её пальцем — убью.

— А если сама полезет, это ж совсем другое? — отозвался Веланд, уворачиваясь от нового пинка.

Мимо них шли люди из обычного мира, разгребавшие последствия истории с Постом или выполнявшие повседневные дела. Они бросали на Кусуру с Веландом странные взгляды и спешили дальше по своим делам. Но двое алхимиков, не обращая на их взгляды внимания, продолжили путь к пристройке, примыкавшей к внутреннему дворику основного здания группы снабжения.

Охранник, увидев Кусуру и Веланда, постучал в дверь. Из пристройки вышел тот самый худощавый священник в чёрном облачении, которого Кусура видел ехавшим на лошади по дороге к мастерской. Его серые глаза на покрытом морщинами лице светились непоколебимой верой.

— Что нужно?

Этот человек не пойдёт ни на какие уступки и не поддастся угрозам. Он жил исключительно по Божьему учению и, несомненно, продолжит так жить и после смерти.

Но Кусура, почти надменно выпятив грудь, посмотрел в лицо священника и сказал:

— Я хотел бы нанять одного помощника в нашу мастерскую.

Страна Магдала, к ней стремились алхимики. Она — причина, по которой можно было подвергать опасности свою жизнь ради чего-то нелепого.

— Глупец... — произнёс человек в чёрном одеянии, отходя в сторону.

За дверью ждала монахиня, она провела Кусуру к одной из комнат. Дверь открылась, перед Кусурой предстала светлая комната со стеклянными окнами.

Кусура опозорил бы звание алхимика, если бы не придал бы этому значения.

Он от двери протянул вперёд руку и сказал:

— Ладно, идём.

Даже под золотым светом солнца Фенесис выглядела белой, как снег. Негромко вздохнув, она взялась за его руку.

Словно говоря, что другого пути не оставалось.

Проклятая девушка и презренный алхимик.

Это случилось ясным, зимним, несколько ветреным днём.