Товарищ Гроза - 5

Как я и предполагал, зениткам и прожекторам тут очень обрадовались. Что неудивительно, учитывая, что город буквально каждую ночь подвергается немецким бомбардировкам. Да что там говорить, если даже дети ночами дежурят на крышах, чтобы сбрасывать оттуда вниз зажигательные бомбы.

А тут вдруг такой подарок, да ещё всего и много. Ну ладно, не всего и не много, но и не мало. К тому же не только сами зенитки, но ещё и большое количество боеприпасов к ним. И что самое главное — знакомых, своих, родных боеприпасов, которые впоследствии можно производить и самим, а не выбрасывать, как только закончится последний снаряд. Ну и прожектора, естественно, тоже лишними не будут.

Туда же отдал вообще все советские трофеи, которые вывозили румыны. Оружия было много и разного, иногда слишком уж разного и часто без боеприпасов. Но претензии по этому поводу мне никто не предъявлял, брали всё, даже то, что было без боеприпасов и в нерабочем состоянии. Оно и понятно: город в блокаде, и ничего нового сюда не завезёшь, а тут я такой щедрый. Перед тем как отдавать, сам всё просматривал, но ничего интересного для своей коллекции не обнаружил. Самое обычное, типичное оружие. Да одних только винтовок Мосина было больше десятка тысяч.

Вовремя под это дело вспомнил, что на ленинградских заводах пытались производить какое-то своё собственное стрелковое оружие, отличающееся от серийных образцов. Насколько я знаю, ничего особенного и выдающегося не вышло, но среди коллекционеров оно ценится. Сразу же заявил, что не против забрать себе по нескольку экземпляров. Честный, так сказать, обмен: я вам пару вагонов Мосинок, вы мне — пару экспериментальных пистолетов или автоматов. В итоге мне выдали два опытных пистолета-пулемёта конструкции Судаева образца 1942 года — те самые предсерийные ППС, которые только-только начали обкатывать на заводах, экспериментальный пистолет-пулемёт Безручко-Высоцкого, а также редчайший ленинградский блокадный вариант пистолета-пулемёта Коровина и парочку упрощённых эрзац-винтовок местной сборки.

Первое, что сделал — это сразу же отправился в инвентарь и потратил там чуть ли не полдня на оформление всех предметов к себе в коллекцию. И нет, Система мне уровень навыка 'Коллекционер' не подняла, хотя экземпляры были действительно редкие. Но я уже себе пообещал, что буду наводить порядок во всех своих коллекциях, которые уже оформлены полностью, сразу как только получил предмет, а не откладывая на непонятно какой срок.

Понятно, что я прежде всего старался разгрузить не вне лимит, а основное пространство. Так-то оно у меня растёт, и теперь тут можно четыре многоэтажки-свечки поставить, и ещё место останется. Но именно сейчас оно слишком уж забито — перестарался в Одессе, да и тут уже набрал.

В результате решил отдать большую часть запасов тех самых мандаринов и прочих экзотических фруктов, за которыми ездил на юга. На самом деле тогда тоже перестарался и набрал столько, что Новый год могу праздновать несколько столетий вперёд. Зачем мне столько? Вот и решил оставить в голодающем городе.

Понятно, что в основном пространстве инвентаря было вовсе не украденное, а честно закупленное, так как во вне лимит такое не проходит. Ну а покупки, естественно, шли не эшелонами, а небольшими партиями. И вот когда я выкладывал что-то такое небольшой партией, да ещё экзотическое, меня нередко спрашивали, откуда и вообще что это такое.

— Из Стамбула, естественно, — честно отвечал я. — Или вы думаете, я туда исключительно ради объявления претензий на константинопольский престол мотался? Нет, ещё и всякого интересного набрал, причём не только захватил в качестве трофеев, но и честно купил за свои деньги. И не важно, что деньги тоже трофейные, тогда они уже были моими.

И кстати, первым делом всё это было выдано к полевым кухням на Невском проспекте. Когда с миской подходили дети, они получали не только точно такую же порцию каши, как и взрослые, но ещё и грушу, яблоко, апельсин, мандарин, гранат, банан или что-нибудь из тех экзотических фруктов, названий которых я даже не знаю. Ну или что-нибудь из восточных сладостей — пряник там или ещё что, или даже просто горсть изюма. Тут кому как везло. В любом случае впечатление останется на всю жизнь.

Ещё немного иллюстраций к этой главе. На этот раз переодевание девушек перед награждением и собственно самого награждение. Как это видят разные нейросети. Специалистам по советским наградам лучше не смотреть Ну или исключительно в юмористических соображениях. А также есть картинки 18+.

https://author.today/post/893590

Также начал писать и на регулярной основе не меньше нескольких глав в неделю выкладывать фанфик по Гарри Поттеру:

Милослав Князев 'Инструкция прилагается'

https://author.today/work/623051

О попаданце, которые наконец-то прочитал инструкцию.

Глава 16 Парашютных дел мастер

Самым своим сомнительным трофеем из Одессы я считал целых два эшелона с обыкновенной землёй. Даже мелькнула мысль никому их не показывать. Всё равно лежат во вне лимите и места не занимают. Разве что скину в Китеже ради самих вагонов. Да и то не обязательно — именно их у меня и так полно. Причём заполненных чем-то более полезным. Да и в самом Тайном Городе, учитывая, как он вообще появился, наверняка именно с подвижным составом пока проблем нет. А я ещё добавлю.

И тут вдруг весьма кстати вспомнил один исторический не то чтобы курьёз, но интересный факт. Британия тоже была в блокаде, и некоторые лорды распахивали свои поля для гольфа под огороды. Понятно, что не сами лично, но жертвовали развлечением ради просто пожрать. Или таким дешёвым способом играли на публику ради политических очков, так как именно лорды точно не голодали.

И вроде бы что-то похожее слышал про Ленинград, где под огороды распахивали футбольные поля, стадионы, городские парки и прочие пригодные места. Ну а северные ленинградские почвы вряд ли дают большой урожай. Поэтому просто спросил у сопровождающего, не нужно ли им пары эшелонов с южным чернозёмом.

Сначала меня не поняли, так как сейчас зима и не до земледелия. Пришлось объяснять, что и почему, тогда согласились принять. Оно и понятно: не понадобится — просто выкинут, а вагоны заберут. Тоже пригодятся, причём куда сильнее, чем в Китеже, который в основном на вагонах и стоит. В крайнем случае, на металл переплавят.

Вообще я мотался по городу много, выгружая разные вещи в разных местах. Естественно, в первую очередь отдал всё оружие, которое у меня только осталось — не только наше трофейное, но и вражеское. А также многое сырьё, причём не только военное. Мой инвентарь опустошался тонна за тонной, хотя правильнее будет сказать кубометр за кубометром, так как масса там вообще не имеет значения, только объём. Представил, как бы сыпались на меня уведомления об освободившихся объёмах, при другой Системе. Эта же на такие вещи довольно скупа.

Вспомнил про тот же спирт и скорее в шутку спросил, не нужно ли им. Оказалось — нужно, и не только в медицинских целях. Спирт — он вообще стратегический продукт, который употребляется не только внутрь, но и в промышленности. Так что забирали с большим удовольствием. Оставил себе только несколько цистерн на всякий случай — действительно ведь стратегический продукт. А вот вагоны с марочными винами я им не отдал и даже не упоминал, это пристрою потом где-нибудь в будущем.

А вообще, я не представляю, как бы справлялся без своей подруги. И они ещё у меня хотели забрать Любовь Орлову в качестве моего представителя. Она всегда была со мной, всё скрупулёзно записывала и учитывала. И вот кто действительно не высыпался — так как у неё пространственного кармана не было. В любой момент, когда было можно, просто отрубалась буквально на ходу. Но, будучи разбуженной, тут же включалась в работу, всё учитывала, всё подсчитывала и давала советы. Она, похоже, знала, что у меня есть, даже лучше, чем я сам.

И ей всего один орден дали. На самом деле надо было все, что есть, как Маше Вороновой. Я, похоже, это вслух ляпнул, так как принесли ещё медаль 'За трудовую доблесть'. Девушка просто взяла и сунула награду в карман, даже не глядя, что это такое. Действительно не высыпается. Такой вот усталый, чисто механический жест.

Также мне выдали длиннющий список всего, чего бы от меня хотели получить в будущем. Если охарактеризовать коротко, то вообще всего и очень много. Правда, там были выделены пункты, что куда важнее, чем всё остальное. И нет, не требовали выдать всё бесплатно. Были готовы расплатиться, если у них вообще найдётся чем.

Поэтому ещё и интересовались очень актуальным вопросом: а что мне, собственно, нужно? То есть всё, что будет в их силах, то и отдадут. Ну, я им сразу и выдал список своих прыжков с парашютом.

— Что это? — не поняли меня.

— Прыжки с парашютом, — ответил я. — Там всё записано.

— Но зачем?

— Надо оценить и выдать мне документ, соответствующий моей новой квалификации.

Комиссию, конечно же, собрали. В Ленинграде был свой парашютный то ли клуб, то ли какое-то отделение ОСОАВИАХИМа — в общем, нашлись те, кто решает такие вопросы. Увидев список моих прыжков и условия их выполнения, многие удивились. Никто из комиссии не мог похвастать и половиной. Ну да, практически все мои посадки через прыжок и совершаются. Маша Воронова скоро вообще забудет, как сажать самолёт.

Вот, собственно, этому и удивились. Зачем вообще нужно какое-то подтверждение? И так всё круче некуда. Мало кто таким вообще может похвастаться. Естественно я не стал вдаваться в тонкости имеющейся у меня Системы и её любви к средневековым навыкам. В принципе про Систему ничего рассказывать не стал.

— У нас в будущем пригодится, — честно ответил я. — Там тоже мало кто может похвастаться подтверждённым документом из сорок второго года, особенно если это из блокадного Ленинграда.

Такой аргумент был принят. Мало ли что люди коллекционируют.

В советской системе ОСОАВИАХИМа и военной авиации градации были строгими. Начиная от базового значка 'Парашютист' за первый прыжок и 'Парашютист-отличник' за спортивные достижения, квалификация росла до званий 'Инструктор парашютного дела' и высшей ступени — 'Мастер парашютного спорта СССР'. Для этого требовались сотни прыжков, включая сложнейшие затяжные, ночные и высотные высадки. Моя инвентарная статистика, зафиксировавшая безумные десантирования в глухую темень, прыжки с критически малых высот и затяжные падения без немедленного раскрытия купола, перекрывала эти нормативы с десятикратным запасом.

Вот самую высшую мне и выдали. Нет, не то чтобы совсем уж формально — и комиссия настоящая собралась, и всё проверила. Но в данном случае хватило просто подписанных документов. Особенно учитывая, кем они были подписаны. Маша Воронова сейчас — абсолютно неоспоримый авторитет во всём, что касается авиации. Ленинградское отделение оборонного общества без лишних проволочек оформило на моё имя аттестат Мастера спорта. И выписало официальное удостоверение за подписью председателя областного совета ОСОАВИАХИМа, скрепив гербовой печатью мой самый необычный ленинградский трофей.

Внимание! Повышен уровень навыка:

Парашютист: 3

А вот и Система подтвердила то, что было написано на бумаге. На самом деле она бы мне и так всё это дала, учитывая мой личный реальный опыт. Однако её средневековость не позволяла такого сделать с техническими навыками. Вот если ты кузнец, то тогда да: выкуй нужное количество гвоздей — получи уровень, выкуй меч — получи следующий, выкуй доспехи — будет ещё один. Достаточно простого факта, никаких документов не требуется.

Но во всём, что касается технических возможностей, нужны ещё и официальные документы. Хотя, казалось бы, в самом парашюте ничего особо технического нету. Но раз для осуществления прыжка нужен ещё и самолёт, то нет — извольте предоставить документы.

И кстати, это мой второй навык третьего уровня наравне с радиоинженером. Уже не терпится прыгнуть ещё раз с парашютом и посмотреть, как я почувствую разницу. А ведь обязательно должен почувствовать. И моторика тела должна измениться, и глазомер, и многое другое. Это всё у меня и так уже куда лучше, чем в самом начале, благодаря наработанному опыту. А станет ещё лучше или, скорее, естественнее. Третий уровень от Системы должен окончательно стереть грань между осознанным расчётом и чистыми рефлексами.

Пока я обо всём этом размышлял, Система откликнулась ещё раз:

Внимание! Получен навык:

Спортсмен: 1

С одной стороны, конечно же, приятно, с другой — всего единичка, как-то несерьёзно. Мне ведь, между прочим, мастера парашютного спорта СССР дали — более высокого спортивного звания тут нет вообще. И всего единичка. Или дело в том, что я теперь спортсмен не только в парашютах, а вообще во всех видах спорта? Скорее всего, так и есть. И тогда уже действительно не только приятно, но и полезно: будет неплохим подспорьем, если каким-нибудь другим спортом решу заняться. А ведь я при любой возможности у себя в инвентаре в специальном спортивном уголке силу, ловкость и выносливость качаю — тоже ведь чисто спортивное занятие.

Как будто откликаясь на мысли, которые на самом деле заняли буквально секунды, Система опять ожила:

Внимание! Повышен уровень навыка:

Спортсмен: 2

А вот это уже куда интереснее. С двойкой в 'Спортсмене' я теперь точно как минимум на единицу подниму такие характеристики, как сила, ловкость и выносливость. Что же касается 'откликнулась на мысли', то сильно сомневаюсь. Именно эта Система именно в таком деле ещё никем и никогда замечена не была, так что просто совпадение.

Однако всем было понятно, что корочки парашютиста — это так, ерунда. Допустим, тянет на половину вагона чего-нибудь из того, что я уже бесплатно выдал.

— Я, например, библиотекарь аж пятого уровня, — ответил на следующий такой же вопрос. — Только сильно сомневаюсь, что вы мне разрешите грабить ленинградские библиотеки.

Они подтвердили, что не разрешат, хотя было видно: если надо, то сами многое вывезут и отдадут. Уж лучше обменять на что-то полезное, чем стопить в печах зимой.

— А ещё я всякую старинную живопись коллекционирую, но, опять же, кто мне разрешит грабить Эрмитаж?

Эрмитаж тоже никто разрешать грабить не собирался, и, в отличие от библиотек, никто ничего мне оттуда не вывезет. Даже мазьню Малевича и иже с ним, если подобное там вообще есть.

— Однако есть кое-что другое, — продолжил я. — Слышал, в Ленинграде делают памятники и скульптуры чуть ли не для всего Союза.

— Да, это так, до войны мы делали, и одни из самых лучших в стране, — ответил сопровождающий. — Это завод 'Монументскульптура', Ленинградское художественно-производственное предприятие. Раньше оно славилось своими мастерами литья на всю советскую державу, а теперь, увы, стоит мёртвым.

— Не исключено, что у вас кое-что осталось из того, чего не успели вывезти из-за начала боевых действий. Только сильно сомневаюсь, что оно сохранилось — наверняка уже отправлено на переплавку.