— Я тебя люблю, — заявила розовогривая летунья и не давая вставить ни слова, продолжила: — Мне понятны твои мотивы и я их принимаю, а потому лишний раз и не заставляю ходить на официальные мероприятия, но завтрашнее собрание — творческая ярмарка, на которой мы должны быть обе, в обязательном порядке.
— Флатти... — обладательница радужных гривы и хвоста не узнала свой голос, который прозвучал скорее как тихий писк, в то время как глаза широко распахнулись, а мордочка полыхнула жаром (крылья же прижались к спине, словно бы от испуга).
— Скуталу, тебя я тоже люблю, — переведя взгляд на оранжевую пегасочку, продолжила свой монолог ветеринар. — Я давно знаю о творческом конкурсе, и даже придумала, что именно можно для него сделать в самый кратчайший срок.
— Но?.. — подала голос маленькая крылатая кобылка.
— Почему я не сказала раньше? — предположила хозяйка дерева-коттеджа, и получив в ответ утвердительный кивок заявила: — Должна же ты учиться ответственности. Скутс, мы с Рэйнбоу всегда рады тебе помочь, но без крайней нужды в твои дела лезть не будем. Если ты считаешь, что можешь справиться с неопасной ситуацией сама, то было бы глупо лезть со своими нравоучениями. Однако же, если ты влезешь во что-нибудь действительно серьезное, мы сделаем все возможное, чтобы вытащить тебя из передряги, а затем надерем уши и хвост, чтобы ты понимала, когда нужно попросить о помощи. Понимаешь, о чем я?
— А-ага, — широко распахнутыми глазами глядя на свою маму, оранжевая кобылка не знала, то ли ей обидеться, то ли, наоборот, радоваться такому к себе отношению.
— Готова принять нашу помощь? — мягко улыбнувшись, задала вопрос нежно-желтая пегаска.
— Да, — решительно ответила школьница.
— Дэши? — позвала ветеринар.
— Что? — вынырнув из своих мыслей, откликнулась спортсменка, сумевшая справиться с эмоциями, вызванными неожиданным признанием подруги, попутно убедив себя, что говорила она исключительно о дружеских, а может быть, семейных чувствах (не зря же они на бумаге женаты).
— Готовься быть моделью: сегодня ночью мы рисуем твой портрет, — зажмурившись от удовольствия и слегка распахнув крылья, Флаттершай прижала к груди передние ноги, а затем добавила чуть строже: — И не спорь: другой модели у нас нет, а рисованием сколько-нибудь профессионально занималась только я.
Радужногривая летунья хотела возмутиться, но быстро сдулась и только раздраженно буркнула:
— Рисование — отстой.
— Поэтому ты будешь не рисовать, а позировать, — многозначительно подняв указующее правое переднее копытце к потолку, констатировала хозяйка дерева-коттеджа. — Возражения есть?
— Нет, мам, — повеселевшая Скуталу вскочила на ноги. — Когда начнем?
— После ужина и мытья посуды, — решила нежно-желтая пегаска. — Так что давайте бегом на кухню: мыть хуфы и за стол. У меня почти все готово.
— Ей! — жеребенок первая бросилась из гостиной и скрылась в коротком коридоре. — Догоняйте!
— Флатти... — поднявшись на ноги и встряхнувшись всем телом, спортсменка боднула подругу лбом в бок и улыбнувшись, сказала: — Я тоже тебя люблю. Но пожалуйста, больше не надо говорить настолько двусмысленных вещей... хотя бы при Скутс.
Задержавшись в комнате, ветеринар проводила взглядом младшую пегаску, чьи радужные грива и хвост находились в обычном творческом беспорядке. В глазах у нее мелькнули грусть и сожаление, но собравшись с мыслями и мотнув головой, она отогнала от себя невеселые мысли, перехватила крылом вылетевшую из-за уха ложку и натянув на мордочку привычную легкую улыбку, зацокала копытцами по направлению к кухне.
В конце концов, ничего плохого не случилось, жизнь продолжалась, и следовало радоваться тем моментам, которые она преподносила. И пусть по определенным причинам не все желания могли исполниться, но разве это была достойная причина для того, чтобы портить настроение себе и дорогим ей пони?
* * *
Сперва Рэйнбоу была усажена на табурет, установленный посередине гостиной: Флаттершай не стала делать ей прическу, только слегка расчесала гриву, оставив на голове легкий творческий беспорядок, после чего заставила чуть расправить крылья, упереться передними копытцами в край сидения и выпрямив спину, гордо вскинуть голову с задорно торчащими острыми ушками. Погасив верхний свет, нежно-желтая пегаска зажгла прожектор, состоящий из вогнутой зеркальной полусферы и зачарованного магического светильника в виде свечи, который был вставлен внутрь конструкции. Яркий белый луч падал на радужногривую пегаску, а затем на белый холст, заставляя ее тень четко отображаться на ровной поверхности.
— Обводи, — велела ветеринар, передавая приемной дочери обыкновенный карандаш. — И не торопись: у нас вся ночь впереди.
— Эй! — возмутилась не совсем добровольная натурщица. — Я не собираюсь сидеть здесь до утра!
— Ты не хочешь помочь Скуталу, Дэши? — изобразила голосом удивление хозяйка дерева-коттеджа.
— Ладно-ладно, не начинай, — передернув плечами, недовольно проворчала спортсменка. — Знаю я, к чему приведёт спор. Не торопись, Скутс, я потерплю.
Как и предполагалось, первый метафорический блин вышел столь же метафорическим комом: обвести карандашом даже неподвижную тень оказалось задачкой нелегкой. Пегасочка испортила два холста, прежде чем у нее получилось что-то сносное, а на четвертой попытке ей помогала сама Флаттершай, при помощи ластика и второго карандаша убрав мелкие неточности. Когда же профиль был готов, нежно-желтая пегаска взяла еще один чистый лист, положила его на стол, затем разгладила сверху новенькую копирку и прижала ее к столешнице готовым эскизом.
— Это ещё зачем? — воспользовавшись моментом, когда ей не нужно было изображать статую, радужногривая летунья спрыгнула с табурета и заглянула через плечо подруге.
— Сделаю пару копий, чтобы в случае чего не было нужды начинать все с начала, — пояснила ветеринар. — Разомнись пока: мне нужна пара минут.
Когда с копированием эскиза было покончено, спортсменка неохотно вернулась на табурет, а прожектор был перевешен так, чтобы свет падал с другой стороны, точно высвечивая каждую черту внешности хранительницы Элемента Верности. Над холстом, где трудилась оранжевая кобылка, был установлен другой светильник...
Шли минуты, которые складывались в часы. Штрих за штрихом безликий контур обретал детали, позволяющие узнать в изображении позирующую пони. Флаттершай подправляла неудачные линии, работая ластиком и тонким карандашом, но в основном старалась не вмешиваться, оставляя картине вид работы неопытного, но жутко старательного жеребенка.
— Все, — объявила розовогривая летунья. — Дэши, властью данной мне Скуталу, я дарую тебе свободу!
— Йей!.. ай! — встрепенувшаяся голубая пегаска, вскинув вверх передние ноги, не удержала равновесия и упала на пол вместе с перевернувшимся табуретом. — С-с-сено. Работа позершей — двойной отстой.
— Утешай себя тем, что ты — самая крутая позерша в Эквестрии, — прикрывшись левым крылом, хихикнула хозяйка дерева-коттеджа.
— Ага! — потянувшись всем телом и с удовольствием расправив крылья, спортсменка заявила: — Я на двадцать процентов круче любой профессиональной позерши. Эй! Вы чего смеетесь?
— Не обращай внимания, Дэши, — взяв себя в копыта, Флаттершай растрепала гриву порядком утомившейся приемной дочери и жестом подозвала подругу. — Лучше посмотри, какая красотка у нас получилась! Осталось только раскрасить... Я думаю, красный и зеленый подойдут просто отлично.
— Пф-ф... хи-хи-хи, — снова засмеялась оранжевая крылатая кобылка.
— Только через мой... — начала было угрожающе говорить Рэйнбоу.
— Круп, — "подсказала" нежно-желтая пегаска.
-...круп! — автоматически повторила Дэш, но тут же опомнилась и обиженно засопела.
Виновато опустив ушки, розовогривая летунья подошла к спортсменке и крепко ее обняла передними ногами, а затем и крыльями. Зарывшись мордочкой в радужную гриву, она негромко произнесла:
— Прости, Дэши, я не хотела тебя расстроить или обидеть.
Фыркнув, голубая пегаска приобняла подругу в ответ и преувеличенно-бодро произнесла:
— Вот еще, буду я обижаться на разные глупости. И вообще, я для этого слишком крутая. Вот! И вообще: поздно уже, а нам еще мой портрет раскрашивать...
* * *
Работа над картиной была закончена лишь тогда, когда на востоке уже начало подниматься солнце. Скуталу к этому времени уже несколько часов как сладко сопела, а последние мазки наносила сама "позерша", решившая приложить и свое копытце к шедевру, который будет видеть если не весь Понивиль, то значительная его часть — точно.
Оставив холст досыхать, старшие пегаски отправились на кухню, где подогрели себе остатки вчерашнего ужина и уселись завтракать, запивая еду ароматным крепким чаем. Однако же тишина продлилась недолго...
— Флаттершай! Рэйнбоу! — почти выбив входную дверь, в дерево-коттедж ворвалась взмыленная Эпплджек. — Беда! На Понивиль... напала саранча!
Комментарий к Часть 23
Жду отзывов.
Прошу обратить внимание на рассказы "Злая шутка", "Мрачная тень", "Господин Органа".
========== Часть 24 ==========
На площади перед ратушей Понивиля собралась шумная толпа горожан, которые галдели, пытаясь перекричать друг друга и не позволяли разобрать, кто о чем говорит. Мэр городка пыталась навести порядок, но ее собственный голос совершенно терялся в монотонном гуле, создаваемом десятками жеребцов и кобыл разных возрастов (а в синем небе тем временем неспешно плыли белые облака, светило поднимающееся к зениту солнце и гуляли порывы ветра).
Внезапно над толпой раздался звонкий, пронзительный и протяжный свист, заставивший пони прижать уши к головам и инстинктивно пригнуться. Когда свист замолк, на площадь опустилась оглушительная тишина.
— Гхм... — белая кобылка в очках прочистила горло, и осмотревшись по сторонам, произнесла: — Спасибо, Флаттершай, так гораздо лучше.
— Не стоит благодарности, — выпустив изо рта свисток, тут же повисший на шнурке, обвязанном вокруг шеи, лучезарно улыбнулась нежно-желтая пегаска, стоящая в окружении подруг (предусмотрительно заткнувших уши передними копытцами) чуть в стороне от импровизированной сцены.
— Итак: все мы столкнулись с проблемой саранчи, прилетевшей из Вечнодикого леса, — начала вещать мэр, добавив в голос уверенности и спокойствия. — Маленькие пушистые существа, крайне прожорливые и плодовитые, атаковали сады и огороды, грозя оставить нас без урожая...
— У-у-у! — розовая земная пони, удерживая правым передним копытцем книжку для жеребят, красующуюся ярким переплетом, прыгая на месте позади толпящихся пони, попыталась привлечь к себе внимание. — Я нашла!
— Гхм... — раздраженно поморщившись, глава города продолжила: — Как я уже говорила, если не предпринять решительных действий, то мы рискуем остаться без запасов на зиму.
— Они съели мои цветы! — воскликнула красная земная пони.
Среди собравшихся снова начал подниматься ропот, но демонстративно поднесенный к губам розовогривой летуньи свисток заставил жеребцов и кобыл утихнуть, переведя взгляды обратно на главу города.
— Не стоит паниковать: у нас уже есть план противодействия данной напасти, — поспешила заверить горожан белая пони. — В виду чрезвычайной ситуации мной назначается экстренный комитет, которому передаются полномочия по организации борьбы с данной напастью. Возглавляет его сама ученица принцессы Селестии — Твайлайт Спаркл!
Зазвучал неуверенный стук копыт по земле, который перешел в громкий дробный топот, когда сиреневая единорожка наконец поднялась на возвышение. Сама волшебница, место для которой освободила мэр (скинувшая всю ответственность за возможный успех и вероятный провал на более молодую спину) совершенно не пылала энтузиазмом от своего назначения. Оглянувшись на подруг и заметив одобрительные кивки, она вздохнула и набрав в грудь побольше воздуха, начала говорить:
— Чтобы справиться с проблемой и не допустить катастрофических последствий, мне понадобится вся возможная помощь.
— Твай! — Пинки Пай подпрыгнула вверх, как только могла высоко, словно флагом размахивая жеребячьей книжкой. — Я нашла!..
— Не сейчас, Пинки, — стараясь не обидеть кондитершу, волшебница сдержала тяжелый вздох и мазнув взглядом по яркому переплету, вернулась к своей речи. — Желающие записаться в команду борьбы с саранчой, должны сделать шаг вперед...
Две трети жеребцов и кобыл без размышлений приблизились к возвышению, а затем за ними последовали и почти все остальные, не желая оставаться не у дел. Только десяток горожан не вступили в число помощников ученицы принцессы Селестии, но у них на то были важные причины: все же город должен был продолжать функционировать даже сейчас.
— Хорошо, — Твайлайт неуверенно переступила передними ногами и продолжила чуть громче: — Я знаю заклинание, которое создает щит, непроницаемый для существ, параметры которых были внесены в список при создании. Его прочность зависит от количества влитой магии и в других условиях я бы не рискнула им пользоваться, но саранча достаточно маленькая, чтобы на ее удержание не требовалось слишком много сил. Мы разделим город и окрестности на сектора, которые будем очищать от этих... пушистых шариков, а полностью безопасные секции будем объединять в одну. Таким образом, в конце должен остаться один купол, который накроет весь Понивиль, ферму "Сладкое яблоко", и прочие прилегающие территории. Тем временем Спайк и пони, умеющие работать с книгами, займутся поиском информации об этой напасти и способов ей противостоять.
Стоило сиреневой единорожке замолчать, розовая земная пони сделала новую попытку привлечь внимание:
— Твай, девочки, я нашла книжку! Нам нужно собрать музыкальные инструменты и...
— Щас не время веселиться, Пинки, — прервала подругу Эпплджек, и тут же перевела внимание на Твайлайт: — Так шо же мы стоим, сахарок? Пока мы тут болтаем, эти паразиты весь урожай сожрут.
Из группы горожан раздались одобрительные выкрики, призывающие немедленно приступить к действиям.
— Флаттершай и Рэйнбоу — разделите пегасов на две команды, и пока одна будет отгонять саранчу, вторая пусть займется очисткой деревьев на ферме Эпплов, — начала раздавать приказы волшебница. — Рарити — ты и другие единороги начнете обходить Понивиль от центра и постепенно двигаясь к окраинам. Эпплджек — нам понадобятся прочные мешки, сачки, сети и клетки с мелкими решетками, вроде тех, в которых перевозят пчел... А куда делась Пинки?
— Можешь на нас положиться, — произнесла ветеринар, с легким беспокойством оглядываясь по сторонам и пытаясь высмотреть среди пони розовошерстую кобылку.
— Сделаем в лучшем виде! — возбужденно воскликнула Дэш.
— Мы справимся, дорогуша, — кивнула Рарити, тут же начав высматривать своих подчиненных в общей толпе.
— Все будет в кратчайшие сроки, сахарок, — пообещала фермерша.
* * *
Когда все (кроме куда-то подевавшейся Пинки) получили свои задания, ученица принцессы Селестии воспользовалась своим заклинанием и накрыла Понивиль барьером, при взгляде сверху похожим на пчелиные соты. Ей приходилось полностью концентрироваться на удержании и подпитке щита, так что командование над пони само по себе перешло к ее "лейтенантам", в роли которых выступали четыре из пяти подруг и Спайк, занявший библиотеку "Золотой дуб".
