Осколки Реальности

— Настолько точно? — удивилась Саша.

— Да, довольно точно. Кто-то умеет сам, кто-то с помощью модуляторов реальности (по типу виртуальных) и суперкомпьютеров. Зависит от сложности и точности рассчётов и используемых методик, программ, задействованных мощностей. Но возможно предсказать даже более точно, не только на тысячи поколений, но и на множество эволюционных путей в разных народах и видах. Однако всего одна форма нового знания, того, чего не было никода ни в одном народе, способна все эти точные рассчёты обратить во прах, навсегда изменив устоявшийся миропорядок, изменив судьбы многих, если не всех... Поэтому фашисты, да не только, просто те, кто уже получил доступ к ресурсам, позволяющим делать подобные рассчёты, получать их расшифровки, официально поддерживают искусства, творчество, потому что в нём зашифрованы пути развития, это стимулирует изобретательность, творческое мышление в обществе. Но всё в рамках дозволенного. Всё строго регламентировано и заинструктировано. И как только какой-то искусник начинает мыслить слишком творчески по их мнению, ему делают внушение, чтобы только в заданных рамках, или как минимум чётко по согласованию с ними работал. Иначе его по тихому убирают. Но так или иначе после эпохи возрождения, ренесанса, расцвета ремёсел и культур, наук, начинается застой и деградация. Потому что сделав рассчёты, выведя модуляцию реальности к нужному результату, творческие личности становятся слишком опасны для них. Творчество запрещают, подвергают гонениям, уничтожают на корню, оставляя только "высочайше одобренную" линию, в которой сами по их рассчётам могут достигнуть успехов. А конкурентов — под нож. Разумеется, для большинства официально творчество так и продолжают продвигать, поощрять... Но так просто выявляют и уничтожают на корню любых неподконтрольных им, тех, над кем могут потерять контроль.

— Но... Почему? — удивлённо и слегка со страхом спросила Таня.

— Потому что творчество приводит к вольнодумству. Причём не только творческих личностей, но и знакомых с их творчеством. А вольнодумство приводит к тому, что начинают замечать то, чего раньше не замечали. И начинают рушиться казалось бы незыблемые устои и традиции, законы. А вслед за этим начинают проникать в мир, осознавать себя, вспоминая сквозь блоки в памяти, казалось бы давно и напрочь забытые демоны. А это уже иная логика, иное движение мыслей, иной путь мыслеформ, иное движение народов в конце концов. И предсказать к чему это приведёт, не понимая логики, не понимая путей изменения логики и образности мысли, старыми методами уже никак. А придумать могут только одно: запретить, оплевать, закрыть и спрятать, засекретить даже само упоминание об этом чём-то новом. Вырезать, устранить все формы иного знания, затереть и уничтожить саму память об этои. Что приводит к тому, что всех контактировавших с этой формой знания, подвергают "очищающим" ритуалам, "очищая" от скверны. Убивают пыточными методами, проще говоря, вырезая куски сознания и объявляя прокажённым знанием. Как минимум закрывают лишая свободы тех, кто знает откуда взялись эти новые знания, окружают источник этих знаний полностью подконтрольными им клевретами, качают информацию и выдают за свою, типо сами придумали. — ответил я. — Занятно наблюдать как гибнут цивилизации из-за собственных ошибок. Из-за того, что пошли не за тем, потому что доверились какой-то мрази, которую считают святым, богом потому что сами уверили себя в том, что не могли настолько ошибиться, ведь сами же и возводили мразь на пьедестал над собой, подтверждая своими словами и действиями их титулы, звания, давая им власть и полномочия. А выдержать нагрузок, которые встают перед цивилизацией такие дутые лидеры уже не могут.Особенно когда начинаются сверхтонкие эксперименты, основанные на знаниях, которые дал: генераторы с КПД более 100%, принципы их создания, принципы создания вечных двигателей, атомных бомб и гораздо, гораздо более мощных штуковин, типо генераторов искривления пространства, синтеза материи. Всего один неучтённый элемент приводит к гибели целых галактик со всем их населением зачастую. Да или просто: получили, построили мощный источник энергии, придумали способ, как использовать это как оружие. Да и напоролись не на тех... Привлекли внимание кого-то гораздо более могущественного...

— Господи, Александр, — с ужасом глядя на меня, проговорила Александра. — Сколько же на Вас крови?

— Бесчисленное множество народов и существ. И счётчик стремится в бесконечность каждое мгновение. И моими ловушками. И моими именами. Целые грозди миров, целые Сферы миров, состоящие из мириадов и мириадов галактик, в каждой из которых бесчисленное количество проживающих в них душ. Эти миры рождаются каждое мгновение. Проживают цикл за циклом и в конце умирают из-за собственных ошибок в своих рассчётах и самомнении. Вот только в тех экспериментах, путь к которым я им открыл, их души рвутся, калечась, не выдерживая нагрузок. И возрождаются их души уже калечными. И с каждым возрождением всё более и более калечными. Вид людской у них сохраняется только сеткой проклятий, наложенных в том числе их же собственных запретов изнутри и снаружи их сознания, формирующих кокон запретов и условий, на которых их душа существует в мире, из которых состоит их тело и сознание.

Мой ответ был слегка грустным, но преисполненным заслуженной гордости. Я умею уничтожать своих врагов и их клевретов их же руками.

— Ладно, девочки, что-то мы заговорились. — Я подхватил Нину на руки и пошёл в сторону выхода, где стоял мой байк. — Мы купаться и загорать. А то что-то мы засиделись, у красавицы то всё ещё утро, а у нас уже вечер на носу. Потом поговорим на эти темы, если будет всё ещё интересно.

— Ты это серьёзно? — спросила Нина. И, в ответ на вопросительно-недоумённый взгляд уточнила: — Насчёт мириадов уничтоженных душ?

— Я всего лишь дал знания. Знания, которые позволили им — тем существам — жить и развиваться, построить свои цивилизации, империи. Знания, которые они клялись использовать во благо. И дал предупреждение: в чём вижу наиболее распространённые ошибки. Ими было дано множество клятв мне различными моими именами. Очень суровых мощных клятв. Нарушение которых приводит к разрушению сознания зачастую. А любое знание может быть использовано и так, и сяк, к добру иль худу. У каждого своя голова на плечах. Но думают обычно через жопу. Самоуверенность нужна, но когда многое не заслуженно себе присвоили, нарушили бесчисленное количество данных слов и клятв, самоуверенность превращается в самомнение, а гордость в гордыню. В своей гордыне они становятся слепцами, не замечая, что сами, своими же действиями уничтожают себя, надеясь справиться. А некоторые эксперименты действительно настолько опасны, что всего один маленький недочёт приводит к гибели целого мира. А их сознания мутируют в таких бешеных демонов, что выжирают всю округу, всё что могло выжить в катастрофе, до чего могут дотянуться. Часто целые сферы миров из бесчиленного сонма галактик с мириадами звёстных систем в результате идут под нож, когда вырезается абсолютно всё население не просто под корень, а вместе с корнями. Все: от богов, до самого последнего элементаля. За то, что их боги приняли фашизм как основную логику своей души. Когда выполняются все условия для незарождения их душ!

Сказав это, я посадил девушку на байк. Сел сам, завёл и поехал к морю.

Глава 12

За столом повисло напряжённое задумчивое молчание. Оно не было тягостным. Но всё же тяжесть прошедшего разговора давила на присутствующих.

Это было то, что им ещё надо переварить, усвоить.

Саша с Таней, хоть по возрасту и были ещё маленькими девочками, но уровень их психологического развития позволял понять многое из сказанного. И они понимали, что сказано это всё было не просто так. Тема была им интересна своей злободневностью. А то, что разговаривали с ними на равных, импонировало им. Пусть даже возможно точных определений некоторых они и не знали. Но по сути разговора смысл был понятен. Хотя, конечно, из-за того, что они пока ещё не могли так свободно оперировать понятиями, не понимая смысла некоторых слов, какая-то смысловая вязь, часть скрытых смыслов — ускользали от них.

Да и остальным присутствующим смысл разговора всё ещё постепенно продолжал раскрываться всё новыми и новыми слоями смыслов по мере обдумывания.

Александра задумчиво тарабанила кончиками пальцев по столешнице. С уходом из-за стола Александра, все молчали, не зная как продолжить разговор.

Да и стоит ли?

Вот старушка начала слегка ёрзать, покряхтывая и собираясь встать из-за стола.

— Пожалуйста, подождите ещё немного.

Официант начал расставлять на столе вазочки с мороженными пироженными и чайники с чаем.

— Будет просто преступлением не отведать десерт. Нам ещё предстоит решить что делать с долей Александра и Нины?

Принцесса указала на две сиротливо стоящие вазочки с десертом.

Десерт выглядел вкусно и аппетитно, но стоял нетронутым. Тогда как остальные уже успели вонзить в свои порции чайные ложечки и насладиться вкусом.

— Мы с Таней ещё молодые, — облизнув ложечку, заявила Саша. — Нам лишние колории в талии не отложатся. И мы можем взять эту тяжесть на себя!

— Вот оно: преимущество детской непосредственности и юного возраста, — улыбнувшись, констатировала Ирма Ивановна. — Им легко достаётся больше вкусняшек, от которых взрослые отказываются скрепя сердце.

— И ведь против правды не попрёшь! За фигурой приходится следить, — высказалась принцесса, с аппетитом направляя в рот очередную порцию десерта. — Однако, если выражаться простым языком, переведя произошедшее с дипломатических экивоков, вынуждена констатировать: нам всем объявлена война.

Саша даже ложечку с десертом до рта не донесла, так и замерев с удивлённо выпученными глазами и полуоткрытым ротиком.

— Это как это? — удивлённо спросила Ирма Ивановна.

— А вас разве не удивила его откровенность? И, главное: насколько свободно он оперировал колдовствскими понятиями, принимая множество сыпящихся на него проклятий, раскрывал секреты под видом пустяка, а пустяки выдавал под видом почти секретов. Игру Мастера надо разгадать. Но Мастер сделал нам подарок, даже несколько подарков. Ценность и стоимость которых очень трудно оценить. Ибо они бесценны. И от того, насколько правильно мы поймём где так сильно напортачили, где так сильно ему насолили, перейдя дорогу ему, или кому-то из его близких, зависит то, как он будет с нами воевать. Одно могу сказать точно: более идеальный танец Бога я имела счастье и честь наблюдать лишь однажды.

— Погодите, — дождавшись небольшой паузы в разговоре, сказала Александра. — Пусть и с натяжкой, но ещё могу понять причём тут объявление войны. Хотя я в вашем дворцовом этикете и не очень разбираюсь. Но причём тут танец Бога? Он ведь даже не танцевал.

— О! Это был очень сложный ритуальный танец. Это был именно что танец Бога — ритуальный танец уворота и отступления так, чтобы мы ещё и довольными остались. Подобного танца я не наблюдала даже во дворце с его бесконечными интригами. А потому получила искреннее удовольствие, — принцесса положила в ротик ещё ложечку десерта и блаженно зажмурилась. — Давно я так не наслаждалась.

Саша с Таней и Александра с Ирмой Ивановной недоумённо переглянулись.

— Возможно я немного не так выразилась. Война в первую очередь нам объявлена информационная. Между нами лично здесь может не быть агрессии и боевых действий. Но сам факт нашей встречи, темы разговоров — неизбежно приводят и ещё приведут к множеству конфликтов, как явных, так и скрытых. Вы возможно не в курсе дворцовых интриг в этой своей ипостаси, для этой части вашего сознания дворцовые интриги, условности, формальности, как вижу далеки. И это очень хорошо. Это даёт мне определённые шансы на успех противостоять вам на равных и превзойти в чём-то за счёт опыта именно в подковёрной дворцовой возне. У вас же больше опыта обыденной повседневной жизни простого народа. И в этом ваше преимущество, но и слабость.

— Вы видите в нас противников? — удивилась Ирма Ивановна. — Принцесса и простые люди, между которыми свзязь только в том, что второй день знакомы, с Вашей точки зрения могут конкурировать в чём-то?

Принцесса внимательно посмотрела в глаза сатрушке долгим взглядом. Та какое-то время держала взгляд прямым, не отводя, но потом слегка отвела глаза в сторону.

— Вот видите. Вы не только можете конкурировать, но и конкируете. Вы ведь отвели взгляд не потому, что не могли больше его выдержать, а чтобы не накалять ситуацию?

Ирма Ивановна задумалась.

— Но ведь это мелочь. Или не так?

— Что же, давайте сыграем с открытыми картами. В политике взаимоотношений мелочей не бывает. Можно не обращать внимание на мелочи, когда это действительно мелочь. Но как раз в мелочах кроются нюансы, которые по мере накопления могут стать критическими в какой-то момент. При том, что меня раскрыли как принцессу, вы особо внимания на это не обратили. Все вы. Вы все держитесь со мной как минимум приблизительно на равных. И это не смотря на то, что мой титул раскрыт. А ваши титулы — так и остались сокрыты. Ну, разве что Сашу спалили, что она тоже принцесса. Поэтому в том, что её мать Александра как минимум скрытая принцесса — велики.

— А разве это так важно? — удивилась Таня.

— Титул — это формальность. Зачастую пустая. Тут важно отношение. Вот скажите, — принцесса обратилась к Ирме Ивановне, — вы — учитель. Когда вы идёте по школьным коридорам, как на вас реагируют ученики?

— Ну... Если мелюзга налетела, бегая по коридорам, то извиняются и убегают прочь, зато потом осторожнее бегают, стараясь избегать. Старшекласники... М-м-м... Ну разве что разговоры о своих тусовках, выпивке, наркотиках и сексе стараются потише вести, чтобы не особо слышали учителя.

Принцесса изумлённо уставилась на старушку.

— Мда... Разница менталитета на лицо... Впрочем, вкупе со многим другим, это многое объясняет. Всё же у вас именно что другая культура. Воспитаны совершенно иначе.

— Отнюдь, — с сомнением произнесла Ирма Ивановна. — у нас не то что другая культура. У нас жуткая смесь множества культур и полного бескультурия. У многих, особенно с приходом демократии, воспитание полностью отсутствует. Либо родители не воспитывают своих детей, либо, как разберёшься, лучше бы они и не воспитывали вовсе. Впрочем, это и при коммунизме было. Просто не столь ярко выражено. Многое нивелировалось нормами морали и поведения светлого образа подростка коммуниста, каким надо быть, каким надо стать. Но ментальность, да, разная.

— Да, чёткие, ясные и понятные ориентиры — позволяют даже самым тупым и никчёмным личностям подтягиваться до какого-то приемлемого уровня. — Произнесла Александра. — Вы, девушка, опираетесь на свой опыт, а потому видимо и привели в пример связку учитель-ученик. У русских это работает несколько иначе. Всё же у азиатов буддизм — это культ Учителя. Учителя — одна из самых почитаемых профессий. Вот только учителями называются многие... И далеко не все из них учителя. Однако, так как Вы — принцесса — скорее надо было бы аппелировать к истории России. О том, как описывался в литературе процесс общения барин-работник, холоп, крестьянин.