Ангел со сковородкой

Вкус крови на языке.

Вот это было ясно и четко, а мораль, нравственность, какие-то терзания, жизненные сложности... это не для прОклятого. Да и зачем ему?

За него все решит хозяин.

* * *

— Дрянь, — хозяин бросил кнут на стол, изящным жестом поднес руку к виску. — Просто идиот.

Ведьмак, который сидел за столом и неспешно попивал чай с пряником, хмыкнул.

— Откуда там уму взяться? Так что?

— Не знаю, что с мальчишкой, но с девчонкой можно будет попробовать. Когда у нас подходящее время для ритуала?

Ведьмак помолчал пару минут. Хотя так и так все наизусть помнил, ночью разбуди — ответит.

— Кровавая луна уже скоро. Через двенадцать дней.

— Отлично. Нам хватит времени. Готовься.

Ведьмак кивнул.

И не стал говорить, что следующая кровавая луна будет через полтора года. Вполне возможно, клиент до нее не дотянет. А такую правду тем, кто платит деньги, не озвучивают.

* * *

В полицию Ангелина поехала одна. И с утра еще до завтрака.

Ей надо было посоветоваться с Энтони, и поговорить кое о чем. И Монике лучше этого не слышать.

У нее замечательная подруга, умная, добрая, но... есть вещи, с которыми ее рано пока сталкивать. Ангелина себя не выдаст, а вот Моника...

Только вот посоветоваться не удалось.

В полиции все метались, словно угорелые, а Энтони в кабинете обнимал какого-то мальчишку, завернутого в одеяло.

— Вот, выпей еще, сынок. Тебе надо сейчас держаться, не болеть...

Ангелина неловко хлопнула дверью.

— Я не ко времени?

Энтони развернулся к ней, и вслед за Энтони развернулся мальчишка.

И Ангелина тут же забыла обо всем.

— Б...

— Ангелина?

— Это — кто?

Энтони так удивился, что ответил прямо.

— Эн Эктор Гайска Ромеро. На них ночью напал ликантроп.

Ангелина сощурилась.

— Так... неподалеку от города?

— Д-да... сотрудники сейчас выехали на место, а мы тут с Эктором ждем новостей. Сделай еще глоток бульона, сынок, надо, ты весь ледяной.

Эктор кивнул и потянул руку за кружкой.

— Мама будет ругаться, если я заболею.

Тоскливые глаза Энтони сказали Ангелине все возможное. Но...

— Б...!!!

Ей уже было не до возможностей. Потому что на шее мальчишки, на золотистой ленточке, на ленточках... Геля шагнула вперед и опустилась на колени перед мальчиком.

— Скажи пожалуйста, это мамин жетон и твой? Да?

— Да, энна. А что?

— Ничего, — отмахнулась Ангелина. — все в порядке. Я заберу на секунду эна Энтони?

— Хорошо.

— А ты допивай бульон и будь умницей.

— Не...

Слушать Энтони никто и не собирался. Ангелина цапнула его за руку.

— Где тут можно поговорить?

Энтони послушно указал на курилку, куда Ангелина и вплыла каравеллой. Трех курильщиков как ветром вынесло, хватило одного взгляда. А Ангелина подтащила дознавателя к окну и встряхнула за плечи. Не сильно, но чувствительно.

Энтони, кстати, был не против, к нему заодно и грудью прижались, и вид такой открывается! Прелесть, что за вид!

Цинично? Но как-то же отвлекаться надо от ужаса, творящегося вокруг, а то с ума сойдешь!

— Ты что — слепой?

— Чего?

— Ты не видишь этого мальчишку?

— Ангелина, ты чего хочешь?

— Идиот! — прошипела Ангелина, окончательно выходя из себя. — Он же копия Хани!!!

Энтони, который уже собирался популярно разъяснить, кто тут идиот, замолчал.

Задумался. И сам выругался в три этажа с чердачком.

— Твою ... и ...!!!

Эктор действительно был копией Хани, сотворенной в мужском варианте. Те же громадные синие глаза, те же золотисто-рыжие волосы, точнее, золотые с легким проблеском рыжины, крупные кудри, вздернутый нос, четко очерченные губы, линия скул...

Только и того, что мальчишка.

— Сообразил?

— Но как такое может быть?

— А вот это я и сама хотела бы знать. Сестра у Моники вроде одна, она никого не рожала, не тот возраст. Это родственники ее мужа?

— Нет. даже не близко.

— А дети — копии друг друга.

— Надо послать за Моникой, — сообразил Энтони.

— Зачем?

— И за Хани. Это надо внести в протокол, это ж не просто так!

Ангелина потерла лоб. Подумала.

Если все так, как она предполагает, если дети связаны...

— Энтони, это очень серьезно. Скажи, пожалуйста, что сейчас должно быть с мальчиком? Что с ним будут делать? В полиции держать? Или куда-то отвезут?

— Ну... мы сейчас отправили людей на место происшествия. Если там все мертвы...

— А вы это предполагаете?

— Это ликантроп. Живых он не оставляет.

Ангелина подумала, что недоработала. Вот что ей стоило чуточку подождать, а не сбивать тварюгу сразу? Подошел бы поближе, и не было бы сейчас ни проблемы, ни ликантропа.

В следующий раз она такой ошибки не совершит.

— Дальше?

— Мы вызовем людей из приюта, и отправим мальчика туда, пока не найдутся родственники.

Ангелина кивнула.

— Энтони, а если он сбежит?

— Как?

— Молча. Сбежит — и все. Тебе что-то будет?

— Взыскание, наверное. А о чем ты?

— О плохом, Энтони, о плохом... Моника этого мальчишку точно не рожала, а похожи они с Хани серьезно. И мужу она не изменяла, это точно. И они не родственники.

— Так...

Про артефакт она промолчала, про него Моника ей сказала по секрету. Но вряд ли таких много. Это ж не конвейерное производство, это дико дорого, Ангелина это понимает! Чтобы с дракона шкуру содрать, серьезно подготовиться надо, это не ужик, это тридцатиметровая бронированная зверюга,, и она точно будет против!

— Скажи, у вас есть проверки на родство?

— По крови... но если официально, это долго... ага! Есть у меня одна идея! Но это надо минимум три-четыре дня.

— Вот. Мальчишку отправляем к нам. И мы с Моникой переедем в другое место, чтобы нас не нашли. Потом надо проверить родство Эктора и Хани по крови.

— У тебя есть какие-то догадки.

Ангелина потерла лоб.

— Понимаешь, я сюда и ехала посоветоваться. У нас-то уклад другой, откуда мне знать, что у вас тут, в Янгари творится? Может, у вас так принято?

— Понимаю...

— А раз понимаешь — сейчас я вношу новые данные в задачу. И будут новые выводы. То, о чем я думала, частично подтвердилось, но появились еще вопросы. И ответов пока нет. Только предположения.

— У меня пока и тех нет.

— У меня есть, но мне не хватает данных. И я боюсь, что покушения будут продолжаться.

Дураком Энтони не был. Тряхнуть бы бабу как следует, но ведь не врет же! Правда — поймала концы, а связать их не может, с ним тоже так бывало! Тут не трясти надо, а вести. Чем-то поделиться, что-то узнать, тогда и дорожка появится.

— Ты не боишься. Ты уверена.

— Да. И я хочу знать, кто натравил эту тварь.

— Натравил?

— А ты еще в этом сомневаешься? Ликантропа натравили осознанно, на Монику, на этих... как их?

— Ромеро.

— Вот. На Ромеро. Это все взаимосвязано, просто мы пока не видим ниточек!

Энтони покачал головой.

— Я уже ни в чем не уверен. Понимаю, что-то не то, но не могу собрать мозаику воедино.

— Для этого нужно время. И еще данные.

— Время... где его взять-то?

— Вот. Нам надо его выиграть любой ценой. Взять сейчас передышку, а потом ударить. Но пока мы не знаем, где водится ликантроп, и кто его хозяин... нет, лучше не подставляться. Он нанимал бандитов, он прислал эту зверюгу, потом опять человека... кто его знает, какие у него есть козыри? Нельзя приводить детей сюда. И вместе их показывать тоже нельзя!

— Думаю, да.

— Надо тщательно выбрать момент. Ты же понимаешь, если показать Эктора и Хани вместе, это уже будет провокацией. Серьезной. Но сделать это надо не абы-кабы, а все точно, ювелирно и вовремя.

Энтони подумал, да и согласился.

— Ты права. Давай иначе. Сейчас я отправлю мальчишку с тобой... я могу это сделать, у меня власти хватит. Скажем, что он твой родственник, что к тебе ехали в гости, так тоже можно, тогда мальчик едет к тебе, пока не узнаем, что с родителями.

Что-что.

Все. И Ангелина это тоже понимала. Так что головой замотала решительно.

— Нет!

— Нет? — искренне удивился Энтони.

— Мы сейчас с ним поговорим. Потом я выйду из здания одна, подойду к окну... у вас есть такое, из которого можно вылезти незаметно?

— Да.

— Он ко мне вылезет, и мы тихо поедем домой. Не афишируя, кто и куда.

— Думаешь, он согласится?

Ангелина вздохнула.

— Дай нам поговорить пару минут. Если я правильно понимаю ситуацию... ему сейчас угрожает опасность. И Монике. И Хани. Черт побери, как же мне не хватает элементарных знаний! Слушай... вот вопрос. Мужчина, богатый, очень богатый, обязательно эн, с высоким положением и похожий на мальчишку и Хани? Есть у вас какие-то портреты, или может, ты кого-то можешь предположить? Я вашу верхушку не знаю, но уверена, человек должен быть! Если ребенок не похож на мать, то на кого? Окраска у детей совпадает, значит, они оба в отца пошли... но кто отец? Я же вашу знать в лица не узнаю! А ты?

Ответом ей были выпученные глаза Энтони.

— Эммм...

— Так. Давай иначе. Кто у вас по жизни обязан знать всю знать в лицо? Извини за тавтологию.

— Да, конечно...

— Не тяни кота за хвост! Отвечай! Кто у вас может знать всех энов и энн в лицо?

— Журналисты.

— Отлично. Моника хорошо рисует, сегодня она мне сделает портреты детей, ты приедешь, заберешь их — и пойдешь к журналюгам. Узнавать, на кого похожи эти двое.

Энтони только головой покачал. Теперь он с восхищением глядел уже не на бюст, а выше. В глаза, для разнообразия.

Серые, ясные, чистые. Очень красивые глаза, если приглядеться.

— Я... ты не хочешь у нас поработать?

Ангелина только фыркнула. Но пока ни да, ни нет не сказала. Посмотрим, как жизнь повернется, в роли инспектора Лестрейда она себя еще не применяла. Хотя было бы интересно.

— Я хочу, чтобы мои близкие были в безопасности. Пошли разговаривать с мальчишкой.

* * *

С детьми Ангелина беседовать не умела. Своих не было, да и будут ли? А чужие... сложные они. Вот и мальчишка, сидит, глазами сверкает недоверчиво.

Ангелина уселась на пол так, чтобы их глаза оказались примерно на одном уровне.

— Эктор, правильно? Меня зовут Ангелина. Ангелина Елизавета Минина.

— Ангелина. Очень приятно, энна. Я — Эктор Гайска Ромеро.

— Будем знакомы. Плохо, что мы познакомились в такой тяжелой и трагичной ситуации. Эктор, я буду говорить прямо. Происходит что-то очень страшное и неправильное. На вас напал ликантроп, а до того он пытался убить нас. Меня, мою подругу и ее дочь.

— Тот же ликантроп?

— Ты его видел?

— Н-нет.

— Тогда я точно не скажу. Но ликантроп — явление редкое, вряд ли их тут пять штук бегает.

С этим Эктор был согласен.

— Почему его до сих пор не поймали?

— Потому что у него есть логово. Убежище. Человек, который его прячет. Богатый человек, Эктор. И не самый простой. Найти его будет сложно, а связать с ликантропом — вдвойне тяжелее. Если допустим хоть один промах — негодяй обязательно отвертится.

Мальчишка кивнул.

— И что?

— Я не знаю, когда найдутся твои родители. Если ты не против, я заберу тебя из полиции — и поживешь какое-то время с нами. Ты согласишься?

— А как меня потом мама отыщет?

Энтони кашлянул.

— Я сообщу им. Когда они найдутся. И... и тебе тоже.

Эктор посмотрел совсем по-взрослому. И что-то такое прочел в глазах Энтони, недоброе, тоскливое. Ссутулился, шмыгнул носом.

— Вы не верите, что мама жива.

Не спрашивал. Просто подвел черту. Он сильно повзрослел за эту ночь.

— Прости. Я пока исхожу из худшего. Ликантроп... ты ушел от него чудом, а такое дважды не повторяется. Я не уверен, что спаслась твоя мама. Если это будет... это почти нереально. В любом случае, ждать лучше в гостях, а не в приюте.

В приют и Эктору не хотелось. Что-то подсказывало ему, что домашним детям там несладко приходится.

— Я поеду с вами, энна. А вы, — он посмотрел на Энтони, — вы дадите мне сразу знать? Как только что-то будет известно?

— Обещаю, — кивнул Энтони. — Но тебе придется сделать еще одну вещь.

— Какую?

— Официально я не имею права отпустить тебя с энной, я обязан отправить тебя в приют. Но ты можешь уйти сам, понимаешь?

— А меня выпустят?

— Нет. Я тебе помогу выйти, а Ангелина встретит нас на улице.

Эктор явно засомневался. Не дурак, это хорошо.

Ангелина вздохнула.

— Ты можешь остаться. Только вот я не знаю... может быть и так, что этой ночью ликантроп опять навестит приют. И будет плохо. Узнать, куда тебя отправят, несложно. Отобьешься ли? Или... попав в приют тварь начнет убивать направо и налево. А там дети...

А вот это мальчишка понял.

— Я согласен. Куда я поеду?

— В дом Эррера, — не моргнула глазом Ангелина.

— Адмирал Эррера? Тот самый? Который победил Черную Акулу?

— Ты о нем слышал? — Ангелина тепло улыбнулась. — Я других не знаю. Альваро Рауль Эррера. Я — его родственница, дальняя.

По жене. Названная сестра, тоже родство считалось когда-то, и ближе кровного.

Восторженные глаза мальчишки говорили сами за себя.

— А он... его можно будет спросить? Он расскажет, как это было?

— Можно, конечно. Когда он вернется, он сейчас в плавании, и помощь требуется его жене и дочке. Это на них нападал ликантроп, и им сейчас очень тяжело.

— Помощь? Какая?

— Самая разная. Без мужской руки в доме сложно, — печально вздохнула Ангелина.

И даже не соврала.

Все ей приходится объяснять, а сковородка-то не казенная!

— Я помогу, если нужно, — Эктор расправил плечи. А что? Маме он сколько помогал? Муж-то не соизволял хозяйством заниматься! Зачем он тогда жену завел? Сам Гайска, разве что счета проверял, а все остальное было на Анне. Дом, слуги, кухня... вообще — все. А Эктор постоянно при маме, ну и научился хозяйство вести. Тут увидел, здесь услышал...

— Спасибо.

* * *

Дальше все прошло, как по маслу.

Ангелина подошла к окну, Эктор выпрыгнул из окна. Ангелина поймала его — и укутала в куртку, которую одолжил эл Перес.

— Поехали!

А вот потом...

Доехать-то они к Эррера доехали. Но у крыльца стояла карета.

— Это кто еще? — скрипнула зубами Ангелина. — Так, закутайся как следует, я тебя проведу пока в свою комнату, а потом скажу хозяйке дома.

— Энне Эррера?

— Да.

Но стоило хлопнуть двери...

— Энна Ангелина, рад вас видеть!

— Эн Альберто? — Ангелина аж выдохнула.

Слава Богу, это не очередная родственная наволочь!

— Эн Рамос! — выдохнул Эктор.

— Да, — кивнул Альберто, глядя на небольшой тючок, — а вы кто, эн?

— Неважно, — Ангелина буквально перехватила Эктора на лету и потащила наверх. — Эн Альберто, берите Монику, Хани и идите в спальню, быстрее!

Альберто пожал плечами и подчинился. Ничего опасного в женских спальнях для него не было. Даже и ничего нового... что ему там покажут, чего он раньше не видел? Не абордаж, не зарежут. Даже не обесчестят — дети не дадут.