Зорн

Когда Кротов очнулся, он увидел сидевшую возле него Джерези. Прислонившись к стене, она держала в руках ладонь Сергея и тихонько гладила её.

— Дже... — он попробовал разлепить разбитые губы. Она быстро накрыла их перчаткой.

— Тише. Все в порядке. Сейчас отдохнем и пойдем.

Поддерживая друг друга, они с трудом поднялись. На полу лежал охранник. Мертвый он казался еще больше. В горле, с левой стороны, торчал вибронож. Под тело уже натекла лужа крови.

— Подожди, — кривясь от боли, Джерези наклонилась к трупу, выдернула нож и обтерла лезвие о серую форму. Потом сунула лезвие в отворот куртки на груди лежавшего и вспорола ткань.

— Ты посмотри сюда! Откуда он здесь взялся? — удивленно сказала она. На груди мертвого, над сердцем, как живая, переливалась бронзовая маленькая змейка, вся в крупных чешуйках. Было явное ощущение, что она готовится к прыжку.

— Что это? — прохрипел Кротов.

— Навигационные системы!

Увидев, что он ничего не понял, она махнула рукой и поднялась.

— Пошли, потом расскажу.

Отходя от трупа, она пнула его.

— Вот, гад, даже в бронекостюме, руку сломал.

Сергей только сейчас заметил, как она прижимает левую руку к телу.

* * *

— Сумасшедшие? — кивнул на приближающуюся парочку курсант из патруля. Патрули разошлись по всем тоннелям Святилища, разыскивая двух важных персон — девушку, говорят, чуть ли не принцессу, и инопланетника. Второй патрульный тоже с любопытством наблюдал за ковыляющим парнем с разбитым лицом и молодой женщиной в бронекостюме без шлема, судя по висевшей руке, тоже раненой. Они медленно брели по коридору, поддерживая друг друга. Но через каждые десять, пятнадцать шагов они останавливались и целовались.

— Ну, все! Нашли. Это они. Там же в приказе ясно сказано — инопланетник может вести себя неадекватно, — курсант толкнул напарника. — Пошли, поможем.

* * *

Глемас проезжал по приходящему в себя городу. Он ехал в космопорт. Здесь, на Зорне, была куча дел, которые требовали его присутствия, но через пару часов должна была появиться эскадра Империи. Вместе с военными прибывает группа из Министерства, а там будет несколько шишек. Глемас мог, конечно, наплевать на субординацию и не поехать их встречать. Осознавая его значимость для Министерства, начальники стерпели бы это. Но он никогда не прибегал к использованию своего авторитета без крайней нужды. Да и всегда полезно окунуться в кипящее варево министерской жизни. Узнать, кто чем там сейчас дышит. Слишком уж долго он работает в поле. А не знать подводных течений в работе такой организации, как МРОБ, чревато.

Генерал любезно предложил ему для передвижения по городу транспортер с охраной, но Гронберг отказался. Теперь, когда нашли Кротова, ему не нужны были больше и пятеро разведчиков, прикомандированные к нему, когда он отправился на Зорн — он отправил их обратно в свои части. Для передвижения выбрал машину из гаража представительства министерства, на которой раньше ездил местный резидент. На вид обычная, она имела пассивную и активную броню, специальный мощный двигатель и множество других функций, могущих пригодиться для работы полевого агента. Водителя он тоже не взял — есть автопилот, а в случае чего, и сам Глемас может поработать водителем.

Все основные разрушения, вызванные бомбардировками, остались в центре города. Здесь, в пригороде, все оставалось так, как было до начала операции. Разглядывая красивые дома, спрятавшиеся за зеленью деревьев, он вспомнил рыжеволосую певицу-диспетчера. Поборов желание заехать к тронувшей его сердце женщине, он дал себе обещание обязательно заглянуть к ней, но только когда все закончится. А до этого пока далеко.

Несмотря на то, что он верил Кротову, да и все происходящее доказывало, что Маттиас мертв, но факт остается фактом — ни тело Великого Мастера, ни артефакт так и не найдены. Принцессы тоже нет. Конечно, времени, чтобы обыскать все возможные места, где они могут находиться, было мало. И еще Тарн. Что же там-то такое? Ладно, с прибывшей эскадрой разобраться с этим будет легче.

* * *

Кротов и Джерези воочию так и не увидели, как выглядит город после окончания боев. Как только их вывели из подземелья, специально вызванный боевой катер забрал обоих прямо от храма.

Когда с помощью солдат они поднялись по трапу, на десантной палубе их уже ждал Гронберг. Ему не терпелось узнать о произошедшем в храме из первых рук. Любой МРОБовец знает, что даже самый лучший печатный доклад, а, тем более пересказ, не даст того, что дает рассказ очевидца, тем более если ему помочь нужными вопросами. К прибытию на космический транспортник Глемас, наконец, отстал от них, предупредив Сергея и Джерези, что после прохождения курса в медмашине, им еще предстоит официальный допрос.

Глядя в иллюминатор, Кротов впервые так полно почувствовал, куда он попал. Вот она, та реальность, о которой читал в фантастических книгах в детстве. На катер наплывал, вырастая все больше и больше, космический корабль необычайного размера. Сначала Кротов подумал, что то, что висело перед ними в космосе, больше всего похоже на БТР без колес. Сгоревшие остовы их часто попадались вдоль дорог в Афганистане. Однако по мере приближения открывался все новый и новый вид, и Сергей уже не знал, с чем можно сравнить эту махину.

Землянин был уверен, что космический корабль должен походить на ракету. Вытянутое круглое тело, с острым носом и стабилизаторами. Так что сейчас даже испытал некоторое разочарование.

— Здоровенный летающий гроб! — наконец оформилось у него сравнение.

— Что ты сказал? — Джерези вопросительно посмотрела на него. Кротов объяснил. Она засмеялась.

— Может, ты и прав. Если транспортник встретится с боевыми специальными космическими судами, то он в это и превратится. Его главная задача — доставка живой силы и техники для десанта на планеты.

Как только они шагнули на палубу транспортника, их сразу подхватили санитары.

— Ты не переживай, я найду тебя! — крикнула Джерези вслед Кротову, которого, чуть ли не силой, санитары заставили лечь на каталку. Его завезли в стерильную ярко освещенную комнату. Раздели и уложили на мягкую теплую кушетку. Потом надвинули сверху белую непрозрачную крышку. Внутри включился синий свет и Сергей, незаметно для себя, отключился.

Проснулся он с радостным чувством хорошо выспавшегося, отдохнувшего человека. Тело наполнено силой — хотелось вскочить и радостно заорать. Такое у него было только в детстве. Он вспомнил, как летом, у бабушки в деревне, он с двоюродными братьями соскакивал с кровати, и по залитому солнцем сосновому бору они бежали к недалёкому озеру. Там сходу кидались в ещё не прогревшуюся утреннюю воду, хохоча и брызгая друг на друга.

"Что это со мной? Под кайфом что-ли?" — он ощупал тело, лицо — ничего не болело, не саднило. Поднёс к лицу руки.

— Черт!

В синем нереальном свете он разглядел, что кожа стала гладкой — ни одной царапины, даже следы давнишних порезов исчезли.

Крышка отъехала, и в глаза ударил яркий свет.

— Вставайте, — женщина в светлом комбинезоне с надписью на левой стороне груди с любопытством глядела на него. Кротов соскочил с кушетки, тут же сконфуженно прикрылся руками — он был абсолютно голый.

— Что с вами? — встревожилась женщина.

— Ничего. Одежду, пожалуйста, подайте, — он разглядел сзади, за спиной медички, в шкафчике висела его афганка.

Подождав, когда он оденется, женщина заинтересовано спросила:

— Откуда вы такой? У вас нет чипа, зато в организме столько всякой дряни! Машина еле справилась.

Не зная, что ответить, Кротов спросил:

— А где бы мне перекусить?

Он чувствовал зверский голод.

Медичка, видимо, и не ожидала ответа на свой вопрос. Человек, срочно доставленный на корабль по приказу шишки из Министерства, вряд ли будет что-нибудь рассказывать.

— Вас проводят.

Действительно, за дверью его уже ждал солдат.

— Куротоу? — утвердительно спросил он.

— Кротов, — кивнул Сергей.

— Рядовой Креб Столи! Флот Империи!

— Круто. Я тоже рядовой, так что не тянись. Только Советская Армия. Не слышал про такую?

Креб Столи отрицательно замотал головой.

— Ну и ладно. Я есть хочу. Где тут у вас кормят?

— Понимаю. После медмашины всегда есть охота.

Прошагав минут двадцать узкими коридорами, они вышли в широкий проход. Он упёрся в раздвижные двери столовой.

Там Сергей, к своей радости, увидел уже сидевшую за столом Джерези. Заметив Кротова, та выскочила из-застола и, подхватив его под руку, потащила к своей кампании.

— Рядовой, вы свободны! — обратилась она к Столи.

— Но, у меня приказ! — попробовал возражать солдат.

— Передайте командиру, что капитан Джерези Горман, Спецназ Империи, отменила приказ, — она счастливо посмотрела на Кротова. — Я сама его свожу куда надо.

Потом прошептала ему на ухо:

— Давай здесь не будем целоваться, казарма всё-таки.

Два офицера, сидевшие рядом с Джерези и с любопытством поглядывавшие на Кротова, вскоре ушли.

Молчавший при них землянин, наконец, смог поговорить с девушкой:

— Как твоя рука?

— Как новая, — Джерези покрутила рукой перед Сергеем.

— Ты, я вижу, тоже прошёл курс.

— Да. Вот хорошая штука эта ваша машина. Я из неё вылез, как будто заново родился. Весёлый, как будто выпил.

— Алкоголь? Выпил алкоголь?

— Ну да. Алкоголь. Водки.

Она загадочно заулыбалась.

— Сегодня вечером я кое-что организую. И тогда мы с тобой выпьем.

— Давай. Я не против, а то уже и вкус забыл.

Девушка коснулась еле заметной точки на мочке уха и прислушалась. "Разговаривает с кем-то", — понял Кротов, вспомнив такой же жест Аэс. Правда у той клипса на ухе была куда больше.

— Твой друг связывался, — объявила она.

— Глемас?

— Да. Не знаю, откуда он узнал, что ты рядом, но ладно. Главное: допрос в разведке отменяется. Рассказывать все будем МРОБовцам. Не знаю, правда, откуда они здесь возьмутся. Значит, сегодня мы с тобой свободны!

В это время её опять вызвали. Выслушав, она посмотрела на Кротова.

— Генерал Гворинс. Хочет переговорить со мной и взглянуть на тебя. Давай, заканчиваем, и пойдем. Нельзя отказывать старику. Он настоящий командир.

Джерези уверенно шла по коридорам, было видно, что здесь ей все знакомо. Кротов обратил внимание на скобы, похожие на большие дверные ручки. Они торчали кругом на стенах и даже на потолке. Он ломал голову, для чего это. Никаких дверей вокруг не было. Не выдержав, он спросил:

— Джерези, а вот эти ручки, для чего они?

Та усмехнулась.

— Погоди, отключат гравитацию, узнаешь для чего.

Видя, что он ничего не понял, она снисходительно объяснила:

— На корабле сейчас включена искусственная гравитация, поэтому ты идешь, как на планете. Вот верх, вот низ. Но во время боевых действий возможно ее отключение. Вот тогда, в невесомости, когда ты будешь летать по коридору, они и пригодятся.

Гворинс принял их в своей каюте в небольшом рабочем кабинете; на военном корабле всегда с трудом выкраивается место для всего, что не связано с оружием.

Когда они вошли, он поднялся из-за стола: невысокого роста, сухощавый, подвижный, с внимательным взглядом выцветших светлых глаз. Лишь эти глаза да седина на висках выдавали его возраст.

Джерези начала докладывать, но генерал прервал её.

— Перестань, Рези, ты здесь неофициально. Да и, формально, ты мне не подчиняешься. Я теперь командую необстрелянными мальчишками.

В голосе генерала прозвучала горечь.

— Иди лучше я тебя обниму.

Они обнялись. Затем он повернулся к Кротову. Не сообразив, как поприветствовать его, старик шагнул и тоже обнял землянина. Кротов растерялся. Он и генерала-то вживую один раз только видел. Перед отправкой в Афганистан тот приезжал проверять учебку. А уж, чтобы генерал, тем более инопланетный, так приветствовал его, такого он никак не ожидал.

— Спасибо тебе солдат!

Гворинс отодвинул его от себя и посмотрел в глаза. Кротов растерялся ещё больше. Он даже покраснел.

— За что?

— За все: что не бросил эту девушку, а она мне как дочь. Но главное за то, что прекратил всю эту бойню, что здесь творилась!

Вмешалась Джерези.

— Про что вы говорите, генерал? Какую бойню?

Гворинс недоуменно переводил взгляд с одного на другого.

— Так вы не знаете, что творилось на Зорне?

— Нет. Как только мы вышли из подземелья, нас усадили в катер, и вот мы здесь. А МРОБовец в катере ни словом не обмолвился ни о какой бойне.

Генерал шагнул к столу и коснулся экрана, вделанного в столешницу. Над ним вспыхнула голограмма.

Глава 13

— Твою медь! Да вы совсем охренели!

Даже присутствие генерала не могло остановить Кротова. Он вскочил с кресла и яростно смотрел на застывшего в своём кресле старика. Тот молчал. Джерези тоже повернулась к нему.

— Это обязательно нужно было? — тихо спросила она.

— Не знаю, — так же тихо ответил он.

Сергей сел. Увиденное все ещё стояло в глазах: горы трупов, в основном мирные местные жители. Что же это творится? Он вспоминал свою войну. Афганистан. Там такого не было. Хотя... Он задумался. "Черт! А ведь было!". Было кое-что такое, что вспоминать ему совсем не хотелось. Не в таких масштабах как здесь, но было. "Точно говорил Глемас — мы одной крови".

Вдруг его пронзило: "Бронги!". Ребята из подземелья! Как они там?

— Генерал, а в тоннелях воевали?

— Нет. Все началось и кончилось наверху, в городе.

Они ещё посидели. Генерал с Джерези называли имена офицеров, вспоминали минувшие сражения, но по всему было видно, что Гворинсу не до этого. И действительно, вскоре он грустно сказал:

— Рези, я ведь позвал тебя попрощаться. Навсегда.

Девушка недоуменно посмотрела на него.

— Что значит навсегда?

Тот вздохнул.

— Я ухожу из армии. Не знаю, правда, что я буду делать на пенсии, ведь иногда мне кажется, что я родился уже в бронекостюме. Но, я дурак, надо было уйти ещё тогда, когда меня попросили перейти из боевой части в академию. Тогда бы я не увидел этого позора! А теперь вся моя честная жизнь перечёркнута Зорном.

Видно было, что старику нелегко дались эти слова.

Сергей вспомнил объяснения Гронберга, и попытался как-то успокоить генерала.

— Но ведь если бы не предотвратить эту угрозу, всей жизни в вашем мире мог прийти конец!

— Эх, солдат. Я все понимаю и даже сам могу назвать сотню причин, почему это надо было сделать. Но не должна армия воевать с безоружными людьми, тем более с женщинами, за которыми бегут их дети. И вот это никакими разумными доводами не перешибить. Поэтому, я и сказал тебе спасибо.

Гворинс замолчал. Кротову показалось, что за время этой беседы он на глазах состарился.

— Ладно, вот и сказал, что хотел. Можете идти.

Джерези повлажневшими глазами посмотрела на Сергея.

— Сергей, подожди меня за дверью.

Кротов встал и неловко — по-граждански — попрощался.

— Всего вам доброго, генерал!

— Удачи тебе, солдат!

Через пару минут дверь открылась. Сергей услышал последние слова.