На негнущихся ногах шла через толпу, понимая, что через минуту станут обсуждать каждый мой жест, каждую складку на одежде.
Его величество стоял в окружении важных сановников. Заметив меня, он кивком отпустил министров. Присела в реверансе. На этот раз сделала его увереннее — сказывалась практика. Король тут же поднял меня, заверив, подобные церемонии неуместны. Мы прошли в центр зала, оказавшись под перекрестным огнем взглядов.
— Вы умеете танцевать? — шепотом спросил король, становясь в начальную позицию. — Это медленный вальс.
Покраснев, призналась, что слышу о подобном танце впервые.
— Ничего страшного, — успокоил венценосный кавалер, — я помогу. Немного магии, и никто ничего не заметит.
Меня тут же обволокло мягким облаком, я утонула в нем, как в перине. На-ре его величества покинуло тело и вселилось в меня, захватив власть над сознанием.
Король склонился в приветственном поклоне, в ответ вновь присела в реверансе и подала руку — и все помимо собственной воли. Неведомая сила кружила меня над полом, не давая даже поменять положения тела. Одна рука короля лежала на талии, другая покоилась на плече. Его величество странно смотрел в глаза, будто гипнотизировал. Хотела зажмуриться, но не смогла. По губам короля гуляла улыбка. Он явно забавлялся, а внутри меня зрело недовольство. Зачем я на этом балу? Чтобы развеять чужую скуку, пополнить коллекцию диковинок? Одни хотят убить, другие — переспать, третьи пока еще не решили. Так противно, гадко! Очевидно, эмоции отразились на лице, потому что король поинтересовался, чем я расстроена.
— Мне очень одиноко, ваше величество.
— На балу? — удивился король. — Все мужчины жаждут служить вам, тут все для вас.
Покачала головой. Охотники — да, но не слуги.
Вальс напоминал танец листьев. Пары так же кружились, то сходились, то расходились. Все построено на счете. Раз, два, три, раз, два, три... Грациозно, величественно и волшебно. Юбки развеваются колоколом, дамы купают кавалеров в улыбках. Только я все не могла расслабиться и непроизвольно выискивала в толпе Соланжа. И, наконец, нашла, но не среди праздно шатающихся, а среди танцующих. Некромант двигался с грацией хищного зверя, словно плыл по воздуху. Его партнерша, стройная и тонкая, казалась неуклюжей на фоне Соланжа, хотя мне далеко до таких плавных движений. Даже стыдно стало, а ведь я считалась хорошей танцовщицей. Наши взгляды на миг пересеклись. Показалось, или в глазах Соланжа промелькнуло удивление, сменившееся самодовольством? Поспешила моргнуть, благо магия короля позволила, а потом осмелилась попросить отпустить.
— Вы о чем? — деланно изумился король, изображая полное неведенье.
— О вашей магии.
— Простите.
Чары тут же спали, я обрела возможность двигаться самостоятельно и тут же пожалела об этом, споткнулась на первом же шаге. А ведь мой партнер — король. Позор-то какой!
— С моей помощью все же легче, верно?
Его величество вновь окутал мягким коконом, но не стал гипнотизировать, позволив спокойно крутить головой и шевелить руками.
— Соланж уже разгадал вашу маленькую тайну? — Король продолжал пристально наблюдать за мной. — И уже успел подраться за вас с Геральтом Свейном? Понимаю, будь я моложе, тоже бы заинтересовался либо силой, либо красотой, но теперь меня волнует только наиви. Немногие могут похвастаться, что обнимали настоящую светлую. Вы ведь знаете, наиви истреблены.
Кивнула и через силу сложила губы в улыбку. Мне нужно обольстить короля, чтобы не оказаться в руках некроманта. Вспомнила уроки кокетства Алексии, которые та давала украдкой от приемной матери, обычно в виде упреков и подтруниваний, и завела разговор о Веосе: какое чудесное королевство, наверное, им правит умный монарх. Король выдержал пару минут, а потом рассмеялся.
— Не надо, — склонившись к самому уху, шепнул он, — вы не в моем вкусе, госпожа. Не спорю, красивы, блондинка, но увы! Лучше обратите внимание на графа Местрийского. Он неровно к вам дышит, поверьте опытному мужчине.
Смутившись, потупилась и пожалела, что затеяла нелепую игру. Не умеешь, не берись. Ну какая из меня кокетка?
— Не расстраивайтесь, — утешил король, — научитесь. Пока же ваша наивность привлекает, только не продешевите.
Кивнула, не зная, что на ответить.
Танец закончился, а я не заметила, просто внезапно осознала, что музыка смолкла. Король все еще держал за руку, смотрел в глаза. Казалось, он силился проникнуть в душу.
— Благодарю, ваше величество. — Присела в реверансе, не зная, как положено поступать по этикету. — Долгих лет вам и здоровья вашей супруге.
Кажется, я сболтнула лишнего — благодушие короля как рукой сняло. Он чуть ли не оттолкнул меня и зло прошептал: "Не ваше дело!" Я испуганно вскочила на ноги и попятилась. На миг показалось, на-ре его величества сметет сознание, но нет, черная тень вернулась в тело владельца, не причинив вреда.
Король бросил меня посредине зала и ушел. Затравленно оглянулась, понимая, что стала предметом всеобщих сплетен. Подвела не только себя, но и Геральта. От кого еще я могла узнать о недуге королевы Евгении? Только от графа. Ох, лишь бы его не наказали! С другой стороны, что такого я сказала? Обычные пожелания при прощании.
Ужасно хотелось пить, и, стараясь не замечать чужих взглядов, не вслушиваться в разговоры, в которых мелькало мое имя, направилась к столику с напитками. Вскрикнула, когда запястье перехватили, а меня развернули спиной к заветной цели. Увидев, кто это сделал, забилась, словно птичка в силке. Стало так холодно, или магия остудила воздух?
— Куда же вы бежите, Дария? — Соланж держал мертвой хваткой. — Забыли о данном обещании?
Попыталась вырваться — куда там, проще разжать челюсти дикого зверя.
— Хотите неприятностей? — Со страху я стала смелой. — Его величество ясно дал понять, я не ваша вещь, а граф Местрийский напомнит, чем отвечают за оскорбление дамы.
— Я вас оскорблял? — почесал переносицу Соланж. — И давно недовольство его величество стало милостью? Он вас открыто оттолкнул, вы моя.
Не выдержав, ударила некроманта локтем в грудь. От неожиданности он отпустил, и, подобрав юбки, я бросилась наутек. Куда бегу, не думала, лишь бы выбраться из зала. Это оказалось сложной задачей: повсюду люди: гости и слуги. Я постоянно на кого-то натыкалась, теряя драгоценное время. Соланж не думал унижаться до бега, он спокойно стоял и смотрел, а потом шагнул через пространство.
— Не позорьтесь! — Шепот обжег ухо, ладонь полыхнула от поцелуя. — Вы и так стали предметом обсуждения, увы, отнюдь не лестного. Для наиви же важна честь.
— Я ее и защищаю!
Развернувшись, в упор уставилась на хранившего ледяное спокойствие Соланжа. Бежать бесполезно, придется дать неравный бой и понадеяться на защиту Геральта.
— А я ей не интересуюсь, — обескуражил некромант и протянул носовой платок. — Утрите лицо и грудь, вы вспотели. И не дышите так часто, это вредно. Если желаете, могу вернуть былое спокойствие. Мне нужна только светлая сила, больше ничего.
Светлая сила, дар, магическая сила — сколько же всего Вседержители способны заключить в человека! В Мире воды никто о первой и не слышал. Там считалось, что в каждом волшебнике течет магическая энергия, которая дарует возможность колдовать, своеобразный источник, колодец. Он не имеет окраски и неразрывно связан с физическим состоянием человека. Именно поэтому раненый колдует хуже здорового: энергия утекает вместе с кровью. Бытовало мнение, будто сила именно в ней, в "живой воде" организма. Я верила: недаром магия крови самая сильная и самая древняя. Другие полагали, энерготоки параллельны венам и невидимы глазу. Когда сталь вспарывает плоть, она рушит тончайшую энергетическую систему.
Дар — это тоже источник, но он спрятан внутри человека, в сознании, на тонком уровне. Его невозможно истончить, только уничтожить. Дар отвечает за способности к колдовству, определяет, какие стихии подвластны человеку, его потенциал и возможности. Я родилась с даром целителя, но без всяких способностей к иной магии. Фактически полуслепой для волшебника: у нас лекари тоже умели управлять стихиями. Всю жизнь переживала из-за этого, чувствовала себя ущербной. Никогда без чужой помощи у меня не выйдет даже простенького огонька или мыльного пузыря. А тут выяснилось, внутри спит еще одна сила. Судя по тому, как жаждали ее темные, она намного дороже дара. Только почему я ее не ощущают? Наверное, она латентная, спящая, то есть я действительно сосуд, хранящий заготовки для чужой магии.
— Зачем вам сила? — не надеялась на ответ, но спросила.
Соланж покачал головой. Лицо осталось непроницаемым. Следовало ожидать.
Тонкие пальцы очертили абрис лица, заставив на миг задержать дыхание. Ахнула, когда увидела в руках некроманта свой блеклый образ. Так вот, что он делал — снимал слепок! А я-то о ласке подумала. Стало по-настоящему страшно. Слепок — часть меня, теперь Соланж может запросто контролировать мои передвижения или даже влиять на здоровье. Некромант же и вовсе способен убить.
— Поняли? — Соланж провел тыльной стороной ладони по губам.
Руки у него прохладные, а кожа гладкая, будто у девушки. Чем он их мажет, чтобы добиться такой гладкости?
— Пойдете со мной добровольно? — Пальцы Соланжа сжали мои, голос обволакивал. Почему Вседержители наградили его таким приятным тембром? Нельзя дарить такой безжалостному убийце! — В отличие от них, — он обвел рукой зал, — я умею управлять смертью. Зачем убивать, когда можно выпить? А после я верну вас Геральту. Он так боится, даже странно. И отчего-то до сих пор не уложил в постель. Почему, Дария?
Молчала, не зная, что ответить.
Грянули первые аккорды нового танца, и некромант склонился в галантном поклоне. В который раз убедилась, как он гибок. Недавно я поражалась грации короля, теперь же поняла, тот уступает Соланжу. Некромант перетекал из одной позы в другую. Говорят, так умеют сильфы. Увы, никогда их не видела: дети воздуха не жаловали край, где все пропахло смертью.
— Много вопросов? — изогнул бровь Соланж и, взяв под руку, ввел в круг танцующих. — Вы ничего не знаете о мире, даже не верится, что такие еще рождаются.
Промолчала и отвернулась. Пусть знает, он мне неприятен.
Рука Соланжа легла на талию, заставив вздрогнуть. Некромант ответил укоряющей улыбкой и тихо поинтересовался, надо ли помогать, как делал его величество.
— Я не позволю вашему на-ре входить в меня!
Соланж тихо рассмеялся, будто колокольчики зазвенели, я невольно заслушалась, и ошарашил признанием:
— А у меня нет на-ре.
— То есть? Вы же темный...— я ничего не понимала.
— Я некромант, — поправил Соланж, нежно поглаживая пальчики. — И не просто некромант, а универсал, Дария. К моим услугам вся магия мира, зачем такому человеку делить собственное тело с какой-то сущностью? Мне достаточно собственной души и собственных проекций. Геральт наверняка рассказывал о моих иллюзиях? Но в гостиницу приходил сам: невежливо посылать к светлой нечто без души и тела.
— Вы... — запнулась, не найдя достойного ответа.
Ничего не оставалось, как покорно обнять некроманта, окунуться в едва заметный травяной запах.
— Меня не существует, верно? — Соланж мягко улыбнулся и посоветовал: — Успокойтесь, Дария, и слушайте музыку. Она подскажет движения.
Легко сказать!
Прохладные руки некроманта обжигали, желтые глаза казались глазами волка в заснеженном лесу. Зато лицо Соланжа расслабилось, утратило хищное выражение. В нем проступила древняя красота, на миг показалось, передо мной один из Вседержителей. Отогнав видение, сосредоточилась на музыке. Это уже не вальс, хотя мелодия столь же плавная, тягучая и немного грустная. Опять осенняя тема. В танце было много шагов и поклонов, партнерши порхали в руках кавалеров, словно отрываемые от ветки ветром листья. Я пыталась повторить их движения и, кажется, преуспела. Хотя, надо признать, во многом благодаря Соланжу. Он чувствовал каждую ноту, предугадывал каждое мое движение. Наконец танец закончился, и некромант отпустил. Однако не ушел, так и стоял рядом. Пары пугливо обходили нас стороной, бросая на меня сочувствующие взгляды. Неужели все так серьезно?
— Сегодня, — то ли спрашивал, то ли утверждал Соланж.
— Никогда.
Развернувшись, зашагала прочь. Я обещала танец, но не жизнь.
— По-плохому больно, — предупредил некромант, ожидаемо заступив путь. — Даже сильные маги ломаются. Я палач, Дария, я знаю все виды боли.
— Нашли, чем хвастаться! — огрызнулась, внутренне сжавшись в комок.
— Я не хвастаюсь, милая, а пытаюсь достучаться до разума шестнадцатилетней девочки. Моя визитка с адресом в вашем декольте. Жду три дня. Удачного вечера, госпожа! — Соланж склонился в вежливом поклоне. — Если нужен партнер, всегда к вашим услугам. Заодно могу многое рассказать о Веосе. Вам ведь интересно? Вот и поговорили бы, пока лежите на алтаре. Любопытство — лучшее обезболивающее.
В ужасе отпрянула от некроманта. Тот лишь пожал плечами: мол, обычное дело, такие вещи без боли не делаются.
— Тут много некромантов, и для всех вы средство. Истечете кровью на алтаре, наполняя колбы ослепительным светом. Я же обещаю жизнь. Да, иную, личность изменится, но вы не станете калекой или умалишенной. И, согласитесь, безответственно повлечь смерть сотен человек. Любой, кто заберет вашу силу, воспользуется ей для одной единственной цели, только мне не нужен этот тлен. Я и так обладаю властью, Дария, и, — губы искривила жесткая ухмылка, — способен уничтожить любого.
— Тогда зачем?..
— Для коллекции. Приз достается сильнейшему. В следующий раз наденьте голубое платье: оно оттенит цвет волос и кожи.
Глава 10.
Мрачный Геральт возник рядом, как только Соланж отпустил мою руку. Он выждал, пока некромант уйдет, и предложил выйти на свежий воздух.
Краем глаза заметила Эллана у стола с напитками и вспомнила, что обещала ему танец.
— Я после объясню, он не обидится, — заверил навсей, перехватив взгляд.
Нацепив маску спокойствия, Геральт чинно повел к дверям в сад, игнорируя первые такты нового танца. Этот я знала и жалела, что не смогу блеснуть мастерством. С тем же Геральтом. Музыка бы успокоила, равно как и тепло рук навсея. Он единственный, кому я сейчас доверяла.
— О чем говорил Соланж Альдейн? — приказным тоном поинтересовался Геральт, рыская глазами по сторонам. — Угрожал?
Кивнула и поведала о трехдневном сроке.
— Обойдется! — злобно оскалился навсей. — Стоило уйти, как уже раскинул сети.
— Так вот почему я вас не видела!
Значит, он меня бросил. Бросил на растерзание диким зверям. Внутри расправила крылья обида. Я остановилась и вырвала руку.
— Дария? — Геральт удивленно поднял брови. Потом, видимо, и покачал головой. — Танцы безопасны, с тобой ничего бы не случилось. Соланж отпугнул других некромантов, пока он рядом, они близко не подойдут. И уходил я не просто так.
Навсей внезапно замолк и до боли сжал запястье. Проследив за его взглядом, увидела Соланжа, склонившегося к уху короля. Показалось, или губы Геральта шевелились? Так и есть, он шептал слова. Прислушавшись, уловила свое имя. То есть навсей читал по губам?
