Глава 121-123

— Зачем ему это? — уточнила Алиса. — Какой у него был мотив? Доказать верность Сама-знаешь-кому?

— Нет, после убийства Дамблдора ничего больше доказывать бы не пришлось, а это убийство, скажу только вам и, надеюсь, орденцы этого не услышат, тоже было заранее спланировано.

На их лицах читалась напряженная работа мысли и я надеялась, что их сознание уже достаточно восстановилось, чтобы они переварили всю информацию по цепочке.

— Выходит, это был сговор только между Дамблдором и Снейпом? — уточнил Фрэнк.

— Верно, — подтвердила я. — Дамблдор выдавал всем информации понемногу, не больше, чем нужно. Снейп убил его и получил доверие Лорда для исполнения дальнейших действий. Никто из Ордена не должен был знать об этом сговоре, иначе существовал бы риск утечки информации, что в итоге произошло случайно.

Это я приукрасила, но опять же правды сказать не могла и чтобы сойти с неудобной темы, продолжила:

— Поэтому я не доверяю Ордену и меня не обрадовали сегодня они, — снова кивнула в сторону коттеджа за их спинами.

— И все-таки зачем Дамблдору было отдавать приказ Снейпу о нападении? — глухим голосом переспросил Фрэнк. — Мама что-то знала или планировала сделать? Были какие-то знаки?

— Августа мне многое не рассказывала, — покачала головой. — Но зашивалась от проблем, это точно. Единственный мотив, который я вижу, это то, что она просто мешала его планам. Если бы вы тогда пришли в себя, боюсь вы бы тоже внезапно скончались от врачебной ошибки или в том же духе, — мрачновато изрекла я.

Лонгботтомы не отрицали категорично все, что я говорила. Все-таки хорошо, что тогда успела дать Августе прямо с ними парой слов перемолвиться.

— Приказ точно отдал Дамблдор? — отрывисто спросил Фрэнк. — Откуда тебе это известно? Возможно, Пожиратели Смерти тебе соврали.

— Точно, — кивнула я. — Это я узнала у самого Снейпа и врать ему было уже незачем в тот момент. Он ненавидел и Дамблдора и Лорда одинаково, но угодил в клятву верности Дамблдору и следовал его приказам в первую очередь. Директор действовал наверняка и Снейп уже во вторую очередь дополнительно получил разрешение на атаку от Лорда.

Фрэнк шумно выдохнул, Алиса молчаливо переваривала услышанное. Я заметила, что Фрэнк с чрезмерной силой сжимает ручку трости, на которую опирается.

— Дамблдор мертв, — выдохнул он резко. — Значит, остался только Сама-знаешь-кто. Можешь на нас с Алисой рассчитывать, мы сделаем все, чтобы уничтожить его и его слуг.

Алиса кивнула на эти слова в знак подтверждения.

— В том то и дело, что я уверена, что он жив или по крайней мере не совсем умер, — заметила я. Не стала говорить, что пока что они не бойцы, сами должны понимать, и продолжила: — Для этого мне и нужна ваша помощь. Вы в Ордене и они доверяют вам. Я не имею туда доступа и не знаю, имеет ли кто-то информацию от Дамблдора. Вполне возможно он оставил кому-то еще какие-то указания. И этот кто-то может сидеть тихо до поры до времени.

Слова Гриндевальда тогда заставили меня задуматься. Я ведь и сама подозревала, что канон в конце переиначен, но даже если это не так, то Дамблдор мог вылезти уже после того, как Волдеморт будет побежден. Ему останется только собирать сливки, как учителю победителя.

— Как он может воскреснуть? — опешил Фрэнк. — Его тело видели многие, значит он точно умер.

— Не знаю, — пожала плечами. — Лорд же возродился как-то.

О крестражах я не решилась говорить. Все же это только предположение, а если они где-то отзвучат, то Волдеморт меня за жабры возьмет, я уже не говорю про то, что Лонгботтомов в живых не оставит. К тому же, если меня магия чему-то научила, так это тому, что способов выполнения поставленной цели может быть несколько. Не обязательно Дамблдор выбрал бы именно этот способ.

— Займитесь пока поиском информации и сильно не высовывайтесь, — подытожила я. — Пожиратели наверняка вас ищут и до сих пор вы, по крайней мере, надежно прятались. План Дамблдора относительно Лорда и так идет, пока что не о чем переживать. А вот если Дамблдор появится, когда этот план завершится и выйдет героем, то ни о какой мести можно будет уже не заикаться. Вы же хотите ему отомстить?

Лонгботтомы, к счастью, долго даже не думали и сразу кивнули. Я удержала облегченный выдох.

— Меня настораживала раньше уже эта история с пророчеством и Избранным, под которого попадал мой сын, — сообщила Алиса. — По итогу нас ненадежно спрятали и мы до сих пор не знаем, откуда они узнали о нашем укрытии, Фрэнк.

— Можешь как-нибудь узнать об этом? — обратился тот ко мне.

Я чувствовала, что делать этого мне просто не хочется. Барти, по крайне мере, по моему мнению, заслуживал на нормальную жизнь и уже отстрадался достаточно. Да он все еще верен Волдеморту, но кто знает, что будет, когда того не станет. Но я не стала этого говорить, понимая, что не поймут, и уточнила:

— Разве ваш дом не укрыли Фиделиусом, как дом Поттеров?

— Да, я сам стал Хранителем тайны, — кивнул Фрэнк. — Нас проведывали только те, кому мы доверяли, кто раньше уже знал и мог зайти в наш дом. Это только пара моих коллег, которые уже мертвы.

Значит, коллеги уже точно ничего не скажут. Я их не знала, вызвать не смогу, а Фрэнку камень отдавать не хочу. Да и цель у меня другая.

— На вашем месте, я бы хорошо задумалась о том, какую интригу вокруг вас закрутили, — вслух сказала я. — Гарри Поттер жил у своих родственников-маглов, оставленный директором сразу после того на пороге дома с одной запиской. После этого он из года в год проходил испытания одно за другим, вы удивитесь сколько всего он пережил. А ведь это могло быть уготовано и Невиллу. Августа была уже немолода тогда.

Лонгботтомы намек, кажется, поняли и я добавила:

— Проверьте своих коллег из Ордена.

Надеюсь, после этого они займутся ими и не будут отвлекаться на другую месть. Мне они сейчас будут полезней в Ордене, я и тогда потому приняла эту идею отправить их туда. Жаль, что до этого момента они, похоже, ничего подобного не обнаружили, а значит, вряд ли уже обнаружат. Но попытка, не пытка.

— Постой, — остановил меня Фрэнк, когда я уже хотела развернуться и пойти к фестралам. — У меня просьба. Лекарь осмотрел меня и сказал, что все, что можно было в Мунго залечили. У меня вся правая сторона не работает так, как должна. Ты можешь с этим что-нибудь сделать?

Нахмурившись, окинула его взглядом. Действительно, проблема могла быть в том, что я что-то не так соединила в его сознании или что-то плохо срослось. Не факт, конечно, мне казалось, ему просто нужно время на восстановление или что-то восстановить просто невозможно.

— Хорошо, я посмотрю. Алиса, проследи, чтобы никто нам не мешал, иначе я могу случайно что-то сделать не то, — обратилась к ней и дернула подбородком в сторону коттеджа: — Если будут подходить, просто окликни меня.

Получив согласие, присела, пригласив Фрэнка присоединиться. Тот без тени сомнений, но с ощутимым трудом тоже сел прямо на песчаную землю. Думаю, Лонгботтомы понимали, что если бы я хотела им навредить, то сделала бы это раньше и не сомневались доверять ли мне свое сознание.

Фрэнк замер, наконец, смотря прямо мне в глаза, нарочито немигающим взглядом. Я без труда проскользнула в его расслабленное сознание, ничем не защищенное. В первую очередь убедилась, что некоторые связи работают не так как должны. С прошлого раза сознание значительно сильнее восстановилось, но не удивлена, если я эти пару огрехов пропустила или вообще соединила не так. Сейчас все это заживало и связи грозили остаться такими навсегда.

Вынырнув наружу, предупредила:

— Сейчас, возможно, будет больно, потерпи или выпей обезболивающего.

Фрэнк отмахнулся, сказав, что не надо. Он будто хотел что-то добавить, прикусил губу в задумчивости, но скосил глаза в сторону на секунду и тут же очнувшись, снова стал смотреть только в мои зрачки, как будто я сама должна была что-то понять.

— В этот раз не так, как в прошлый, — сказал он, видимо, в ответ на мое непонимание. — Я ничего не почувствовал.

— Твое подсознание уже на поверхности, — пожала плечами, применив легилименцию.

Я уже собиралась сделать так сказать лечебный перелом, но вдруг поняла, что у меня хорошая возможность покопаться в его сознании. 'Картинкам' Фрэнк, похоже, не удивится, ведь точно не знает, что его ждет. Я не собиралась этого делать, по сути мне ничего больше, чем уже увидела, и не надо. А если бы я попробовала просмотреть его воспоминания, когда он уже держит окклюментные щиты, пришлось бы потом обьясняться за легилименцию.

Решившись, решила быстро пролистать его воспоминания с момента, когда они покинули Мунго. Как и думала, много времени Фрэнк просто спал или прогуливался с чьей-то помощью. Я перемещалась дальше, ища что-то более интересное для меня, чем местоположение укрытия Ордена, где жили прямо очень многие, в основном мелькали остальные Уизли, включая Джинни, которая появилась во время каникул и так и осталась. Это дом какой-то старухи, родственницы Уизли, как я поняла. Вот и разговор, который я частично уловила.

Фрэнку и Алисе долго не сообщали о моем существовании, а про Невила многого рассказать не могли, отделывались фразами по типу 'лицом похож на Алису, а глаза и нос, как у Фрэнка' и 'добрый парень'. Еще Джинни рассказала о его интересе к травологии и успехах возродившегося Отряда Дамблдора, где она, Симус Финиган и Невил были за главных. Фрэнк и Алиса с удовольствием слушали и не разделяли моего мнения о напрасном риске, восхищаясь каждому слову о их сыне. Подозреваю, это потому, что они помнили его только годовалым, а взрослого даже на фотографиях не видели. Остается радоваться, что Орден хотя бы лекаря для них нашел, зелья приготовил для ускорения восстановления тела и в целом кто-то постоянно был рядом и помогал делать упражнения для мышц.

Помогать такому слону как Фрэнк вставать твердо на ноги я бы вот так не смогла и сомневаюсь, что Элджи и Энид смогли, если только с помощью магии. Наверняка, существуют какие-то заклинания для облегчения реабилитации, но это точно не мой конек. К счастью, к текущему моменту магическая медицина уже дала ощутимые результаты, да и бывшие пациенты сами стремились побыстрее вернуться к нормальной жизни, и теперь я видела результаты. Еще не совсем все хорошо, но даже волосы перестали быть такими жухлыми, что уж говорить о лицах.

А потом привезли Невила на весенние каникулы. Орденцы ничего так обо мне и не упомянули, вскользь сказали о Августе, а Невил не поднимал ни одну из тем. Им и так было о чем поговорить — о нем самом. Фрэнк и Алиса расспрашивали о том, что ему нравится, чем любит заниматься, об однокурсниках и друзьях. Алиса не упускала случая обняться, Фрэнк гордо смотрел на сына и тоже не стесняясь проявлял чувства. В общем, мне кажется, просто наслаждались проведенным вместе временем, как и Невил.

Теперь я поняла, почему Невил вдруг стал действовать в школе наглее и борзел с той вечеринкой даже — родители, в частности, Фрэнк поддерживал его стремление не подчиняться Пожирательским законам. Ну, как Августа, честное слово.

Когда Невил уехал обратно в школу, оставшиеся Фрэнк и Алиса решили, что уже восстановились достаточно, чтобы знать больше о происходящем в магической Британии. До этого Орденцы отнекивались, ссылаясь на то, что они еще слабы и не надо им никакие потрясения.

Так Фрэнк и Алиса узнали о сменившейся власти, официально услышали, что Пожиратели, которые сидели в Азкабане, на свободе и воспылали желанием действовать с Орденом, в том числе, чтобы отомстить за Августу. Конечно, Люпин с Блеком как раз, кажется, и подводили их к этой мысли продолжать борьбу — в Ордене жутко не хватало людей.

Наедине Фрэнк и Алиса решили, что по прошествии времени искать, кто сдал их укрытие, бессмысленно. Но их насторожили слова Августы об Ордене и доверять полностью решили только друг другу.

Им нашли палочки, не собственные, но лучше чем ничего. Орденцы их тоже не спешили включать в свои задания. Сейчас у них руководством в основном занимался Кингсли, но решали они все советом и в совет Лонгботтомов вскоре пригласили, хотя те за пределы укрытия не выходили.

Орден занимается сейчас в основном тем, что пытается привлечь на свою сторону как можно больше волшебников. Люпин пытался привлечь хоть нескольких оборотней, но по его же словам, они предпочитали содействовать текущей власти. Затею переманить великанов они давно забросили, а на других магических созданий и полулюдей не надеялись. Так что пытались привлечь на свою сторону только магов и ведьм. Маги и ведьмы тоже не особо горели желанием им что-то обещать, даже если в целом поддерживали идеи Ордена о создании Сопротивления. В основном боялись последствий, но все же Орден понемногу набирал сочувствующих, которые, впрочем, ничего не желали предпринимать или что-то делать, кроме разговоров. Большинство явно не были готовы на открытые столкновения с Пожирателями, но дать информацию или помочь чем-то еще могли. Зная немного будущее, не уверена, что они выступят на стороне защитников замка Хогвартса, но, кажется, в последний момент с Хогсмида тогда появилась огромная толпа.

Это несколько настораживало, но я не знала, что с этим делать и стоит ли вообще.

Параллельно Фрэнк в тайне от Алисы искал какую-то информацию на меня, в смысле, о новой Темной леди, и требовал доступа к газетам. Алиса же предполагала, что они разыскивают своего благодетеля. Их единственная зацепка — это знакомство с Августой. Но пока они не могли самостоятельно покинуть укрытие, они толком ничего не могли узнать, а в газетах сейчас обо мне, конечно, ничего не было. С Элджи и Энид только списались совой, но конкретно ничего совиной почтой нельзя было сказать. Они не сказали Ордену, что их 'разбудили', а орденцы в свою очередь молчали обо мне. Любопытная получилась игра в молчанку.

Так продолжалось до тех пор, пока я не появилась в коттедже 'Ракушка'. Билл Уизли молчал, когда там появилась злополучная троица гриффиндорцев, по их же просьбе, но когда появилась я, принес инфу остальным в клювике, выложив все опасения. Знают пока только, судя по всему, Кингсли, Люпин и Блэк. Видимо, посовещавшись, орденцы решили, что пора рассказать Лонгботтомам.

Как я уже видела, новость Фрэнк и Алиса восприняли крайне отрицательно. Фрэнк не знал, почему их тогда, при похищении, нашли и обнаружив, что я появилась благодаря действиям Алисы, не обрадовался. Его явно перекручивало всего внутри от того, что он называл изменой, они даже с Алисой спорили можно ли ее считать таковой. Скандал ни к чему не пришел, но несколько подкосил, как мне кажется, их доверие друг к другу. Фрэнка остановили орденцы, сказав, что сейчас важнее другое — можно ли мне доверять. Шпионов в среде Пожирателей у них, как я поняла, нет и даже пятнадцатилетний подросток виделся им неплохим шансом.

Алиса после скандала утверждала, что ничего не выйдет, она же меня не знает, ничего не помнит, и вообще она не может меня считать своим ребенком. Правда ли она так считала или сказала только в угоду мужу, еще вопрос. Фрэнк ее только поддерживал, кажется, больше желая верить ее словам. Узнав даже о том, что Августа меня вырастила, они, похоже, не сумели сложить два и два на эмоциях, но им пришлось согласиться, что только они могут взять меня в оборот, так как с братом я уже давно поссорилась и не общалась. Им нужна была та информация, которая была у меня.