Рагна про себя тоже хмыкнула. Может, Роар и сильный маг, но в Большом мире он разучился часто использовать магию. Что значит, он слабее, чем Эйдан, например. А значит... уязвимее для магии со стороны. На последнее она очень надеялась. И гнала от себя воспоминание, как он бросал в чёрных птиц горящие камни. Как вместе с братом создавал на берегу защитную "клетку" вокруг детей.

Встреча людей из Большого мира и Вечных для ведьмы прошла как-то кратко.

И подробностей она не запомнила, сосредоточенная на том, что собиралась сделать. Ну что... Подошли к людям, которые немедленно вскочили на ноги, хотя до сих пор сидели вокруг жалкого костерка: топлива для огня на берегу мало, а на скалу они пока побаивались подняться. Эйдан, которому Роар, наконец, уступил дорогу, вышел вперёд и, пристально оглядев каждого (ведьма тоже насторожённо присматривалась: нет, больных среди них нет!), властно объявил:

— Я хозяин острова! Это мой брат. Кто вы такие?

Пока люди торопливо и жалобно объясняли ему свою ситуацию, Рагна, стоя рядом с подошедшим к ней Динеем, внимательно присматривалась к ним и к Вечным.

Пятеро мужчин казались измождёнными: среди них был даже один старик, двое довольно юных и двое в летах, близких к тридцати. Две женщины жались к своим мужчинам.

Поскольку Роар стоял чуть сбоку от Рагны, она посматривала на него с ожиданием, которое вскоре оправдалось: он впился жадно ищущими глазами в одну из женщин. И ведьма невольно кивнула. Она ждала, что он взглянет не на тощую девушку, которая почти спряталась за спинами мужчин, а на женщину, тоже худую, но, в отличие от девушки, больше уверенную в себе.

Она была невысокой, в рваной юбке и в рубахе с коротким рукавом, куталась в нечто вроде большого куска мешковины. Рагна снова хмыкнула: а ещё эта женщина чем-то была похожа на Роара! Те же тёмные, с рыжиной волосы. Те же сладострастно крупные губы. Те же жадно обшаривающие глаза — ведьма знавала такие взгляды: женщина инстинктивно искала покровителя, будучи в трудном положении. И два взгляда столкнулись, замерли...

Рагна, благо её рука уже нашарила во внутреннем кармане фиал, одним движением крутанула крышечку сосуда, открывая его. Два пальца влезли в фиал и сомкнулись, вынимая из него порошок...

Эйдан уже объяснял потерпевшим, чего он от них ждёт в обмен на крышу и еду, и их лица оживали в надежде... Правда, младший Вечный был не вполне честен: наблюдая за Роаром и за отмеченной им женщиной, ведьма заметила, что Эйдан послал к людям из Большого мира волну вкрадчивого подчинения.

Заметил и Диней. Он сжал свободную ладонь Рагны.

— Ты видишь? — прошептал он.

— Вижу, — монотонно от усилия договорить про себя заклинание ответила она. — Диней, я сейчас окажусь близко к Роару. Не мешай мне.

— Не буду...

Она взглянула на него. Если бы не странная ситуация, она бы посмеялась: юный маг старался таращиться на Эйдана и людей, с которыми он договаривался, но его так и тянуло скоситься на ведьму и на Роара. Однако руку её он отпустил, и ведьма, уловив мгновение, когда старший Вечный не просто засмотрелся на женщину, а уже оценивал её формы, шагнула к нему.

Все взгляды сосредоточились на Эйдане, в то время как двое нашедших друг друга пялились в глаза, проверяя: "Ты со мной?" Так что никто не заметил, как невзрачная (навести на себя маскировку Рагна успела) женщина, слегка приподняв руку к голове, вроде как потрогала свои волосы. А что такого? На берегу ветрено: могла же женщина проверить, не разлохматились ли волосы?

А потом ещё один шаг — и ведьма скрылась за спиной старшего Вечного. Сделала вид, что её заинтересовало что-то на земле, склонилась. Жест: кистью прокрутить над каменистым берегом — тоже прошёл непримеченным.

Но выпущенный Рагной порошок за эти мгновения пролетел вокруг головы Роара, и Вечный не заметил, как вдохнул его. Круговой жест ведьмы — порошок на волне ветра долетел до выбранной Роаром женщины и обвеял её голову, заставив и пока что неизвестную вдохнуть часть порошка... Рагна вернулась к напрягшемуся Динею.

Юный маг не косился на действия ведьмы, зато видел колдовские волны ветра с порошком на них. Когда Рагна оказалась рядом, он взглянул на неё. Естественное движение для людей из одной группы.

Он не стал спрашивать, для чего нужен этот порошок. Взглянуть — взглянул, а потом принялся следить за Роаром и женщиной чужаков. Наверное, решил разобраться сам. Сначала вскинул глаза на женщину, которая торопливо облизала губы, а потом ещё и покусала их. Вот тут он не выдержал и прошептал:

— Что с нею? Почему она облизывает губы?

— Чтобы они выглядели красными.

— Красными... — с недоумением повторил маг, а потом посмотрел на старшего Вечного.

Теперь глаза Динея расширились: кажется, Роар даже не замечал, что сглатывает, не сводя глаз с женщины, словно завидя перед собой роскошный стол с роскошными блюдами. Пальцы бывшего пирата сжимались в кулаки, и вся его фигура являла выражение нетерпения.

Наконец, Диней признался:

— Рагна, я не понимаю...

— Я высыпала в воздух порошок любовной страсти, — спокойно сказала ведьма. — Чуть-чуть. Поскольку они заинтересовались друг другом сразу, я только подтолкнула их желание. Чуть-чуть усилила его.

Рот мага непроизвольно открылся, пока Диней присматривался к этим двоим.

— А Эйдан... вдруг увидит?

— Он уже видел взгляд женщины за свою спину и понял, что она увидела Роара, — хладнокровно ответила ведьма. — Возражать не будет. Он знает брата.

Диней ещё некоторое время насторожённо смотрел на двоих, а потом просветлел лицом.

— Рагна... Я понял!

Она улыбнулась ему, его плечам, которые наконец расслабились. Поскольку Эйдан продолжал разговаривать с потерпевшими, завораживая их своей магией — всех, кроме одной, на которую он уже не обращал внимания, Рагна тихо спросила:

— А в твоём арсенале — есть заклинания страсти?

Не глядя на неё, он покачал головой, а потом вздохнул:

— Если бы я знал, что их тоже можно использовать в качестве оружия!..

Тем временем Эйдан полностью "уговорил" людей из Большого мира пойти к нему "под крыло". Люди прихватили с собой немногочисленные вещи, оставив лодки за камнями — Рагна и Диней мельком переглянулись, пронаблюдав. И объединившаяся с Вечными толпа направилась к противоположному берегу с лестницей.

По дороге Эйдан мягким внушением заставил людей забрать с собой мясо пойманного Роаром морского чудовища.

Рагна ещё присмотрелась к младшему Вечному: как он отнесётся к тому, что старший брат охотится на самую лёгкую добычу — на островных стражей?

Нет, промолчал. А может — не до того было.

Пока шли, пока пробирались скальной тропой к нужной части берега и к лестнице, толпа сложилась несколько иначе, чем шли ранее. Впереди, не оглядываясь, шёл Эйдан, будто предводитель. Шёл он уверенно — и в самом деле властителем, как и представился. За ним основная часть людей. За ними — Диней и Рагна. И последними шли, уже крепко взявшись за руки, Роар и его женщина. Его — явно безоговорочно.

Неизвестно, что думал Диней о колдовской уловке Рагны. Возможно, маг решил, что ведьма таким образом избавлялась от настойчивого внимания старшего Вечного. Но сама ведьма успокоилась: больше бывший пират лезть к ней не будет. Как и к младшему брату. А значит, можно сосредоточиться на том, как устроить побег с острова.

Когда новоприбывшие оказались наверху, первым делом они уставились на игравших маленьких драконов. Один из потерпевших открыл рот — наверное, спросить своего необычного проводника о зверёнышах, но внезапно заткнулся, а второй быстро шагнул к нему — глаза встревоженные, ведьма легко считала с его губ: "Это Вечные!"

Эйдан привёл всю группу не в каминную комнату, не на кухню. Пошедшие вместе со всеми ведьма и маг с изумлением озирались в огромном пустом помещении, заваленном нанесённой землёй, а кое-где — и раскрошенными в пыль и камень остатками колонн, некоторые их них в этом зале можно было увидеть ещё уцелевшими.

— Такие залы были у нашего городского правителя, — негромко сказал Диней, оглядывая помещение. — Он приглашал горожан на праздники...

— Диней, — так же вполголоса сказала ведьма. — Ты знаешь, что мы будем делать сейчас? Насколько я поняла, Эйдан покажет им здешнюю кухню и предложит остаться здесь на ночь. А значит, мы останемся в своей, каминной комнате.

— Почему ты так думаешь?

— В каминной лежат дети с печатями чумы на лицах. Эти боятся болезни, и Эйдан, кажется, не хочет, чтобы они их видели. Так что, Диней... Будем работать с ними на очистке замка, но при этом нам надо будет все силы бросить на выздоровление детей.

— Согласен, — отшептался маг. — Тем более теперь мы знаем, где спрятаны лодки.

Она кивнула, не желая много говорить.

Зато пожелал поговорить дух.

"Ты хочешь сбежать с острова?! — поразился он. — Но как же..."

"Как же уговор? — усмехнулась ведьма. — Разве я не выполнила твоего пожелания?"

"Но ведь Роар и Эйдан..."

"Дух, взгляни с моей точки зрения, — уже серьёзнее сказала Рагна. — Два брата ещё будут ссориться. Но Роар вряд ли захочет уйти с острова. И Эйдан его оставит. Потому как здесь, на острове, Роар защищён от гнева других Вечных. И Роар это знает. А снова пускаться в морские путешествия ему не хочется. Эйдан же, несмотря на личную неприязнь к нему, оставит брата на острове, потому что ему нужно возродить замок. И кто это сделает лучше, чем ближайший сродник? Ведь, насколько я понимаю, это их семейный замок? Они жили здесь долго?"

"Твои доводы сильны", — признал дух.

"Тогда скажи, что нужно тебе самому? Оставить тебя здесь, у братьев? Или..."

"Я подумаю", — непроницаемо отозвался тот.

Она пожала плечами и впереди Динея поспешила к выходу из зала наружу, к драконьей площадке, откуда ей удобнее было вспомнить дорогу к каминной комнате.

Здесь обоих ждало радостное потрясение. Они думали — первой очнётся Лунах. Но увидели, что Арнас неуклюже поворачивается на своём ложе, стараясь устроиться на скамье удобнее. Когда маг и ведьма кинулись к нему помочь, он уже сумел повернуться набок, и им оставалось лишь укрыть его одеялом. Горячка спала, и мальчишка чувствовал уже не прохладу, а холод.

Когда всё установилось так, как хотел Арнас, мальчишка задвигал бледными губами, и Диней присел перед ним на корточки.

— Что ты хочешь?

— Там, на лодке... Те обрывки... со мной были... Принесите.

Ведьма и маг переглянулись. Расспрашивать мальчишку, зачем ему тряпки, нет смысла: он всё ещё с трудом говорил.

Вечным пока не до них, так что Диней и Рагна заторопились к лестнице. Если толпа во главе с Эйданом на стаю дракончиков впечатления не произвела, то бегущие двое для зверёнышей стали настоящей приманкой. Вся стая с шипением и верещанием бросилась за ними. Впереди, как и ожидалось оглянувшейся ведьмой, мчался прихрамывающий дракончик, за ним не отставал — второй, которого уже можно было отличать от остальных по странной метке: все были светло-коричневого цвета, но у этого ото лба до носа легла красная полоска.

Пока маг и ведьма обыскивали свой кийкет, с трудом пряча сожаление при виде разбитых бортов лодки, радостные драконы разбрелись по берегу, выискивая всё, что шевелилось, и гоняясь за ним с угрожающим писком.

— Если Вечные нас увидят, они подумают, мы вышли прогулять драконов, — решил Диней, выпрямляясь с парой обрывков в руках. — Рагна, взгляни. Это я вытащил из пробоины. Эти обрывки просил Арнас?

— Кажется, да. Других таких лохмотьев на лодке не было. — Она вытянула из рук мага заскорузлые тряпки и пригляделась к ним. — Смотри-ка... А ведь на них вышивка.

— Мало того... — насторожился Диней, приминая оставшийся в его руках обрывок. — Здесь, кажется, камни?

Он потёр рукавом предполагаемый камень, и тот мягко блеснул на солнце.

— Драгоценные? — удивился маг. — Точно. Я не знаю, что это за камень, но он наполнен магией.

— Мы же предположили, что Арнас из морского народа, — вздохнула Рагна. — Среди них тоже есть маги. Давай-ка побыстрее принесём ему эти тряпки. Сдаётся мне, они помогут ему справиться с болезнью быстрее, чем в трое суток.

— А что делать со зверёнышами? — оглянулся на тех Диней. — Вон как далеко забрались! Захотят ли вернуться?

— А ты свистни! — засмеялась ведьма. — Свист-то зовущий! По всему берегу будет слышен. Прибегут! Или ты не умеешь свистеть?

— Откуда ты знаешь о свисте?

— Дух подсказал!

И Диней, когда они подошли к лестнице, свистнул.

Свист и впрямь разлетелся по всему берегу, донёсся до слуха каждого из зверёнышей. И скоро вся стая, заполошно хлопая крыльями и подлётывая, чтобы быстрее было, кинулась к людям, которые пока что неспешно принялись подниматься по лестнице.

Диней остался на драконьей площадке, а Рагна побежала к каминной комнате. Нечаянно оглянулась, огибая громадный камень неподалёку от входа в руины, и поморщилась: два маленьких дракона с трудом, но догоняли её. Не увидел бы их Эйдан... Впрочем, ему сейчас не до драконов. Да и знает теперь младший Вечный, что первые двое взрослых, поневоле оказавшихся на острове, будут следить за зверёнышами...

Рагна проскочила полузаваленные коридоры и уже спокойнее, слушая за спиной торопливо шлёпавших по полу драконов, вошла в комнату. Арнас, всё так же с закрытыми глазами, лежал на скамье. Но, видимо, услышал входивших и взглянул. Глаза ему ещё больно открывать. Поэтому сначала его сухие губы тронул намёк на улыбку при виде вбежавших, едва ли не запыхавшихся дракончиков. А затем Рагна присела перед ним, чтобы мальчишка не поднимал на неё воспалённых глаз.

— Куда тебе эти обрывки?

— С камнем — на лоб. Другой... на сердце.

Обрывки давно уже не были грязными, множество раз побывав в воде, но оставались жёсткими от соли. Ну и высохнуть успели. Так что ведьма спокойно положила их на указанные места, уверенная, что не упадут. И пошла за водой, насмотревшись на потрескавшиеся губы что Арнаса, что Лунах. Единственное, что порадовало: кожа Арнаса от постоянных увлажнений уже не трескалась...

Глава двадцатая

Следующие два дня оказались и наполненными событиями, и в то же время какими-то будничными.

Рагна, ожидавшая, что Арнас выздоровеет быстрее, чем предсказали Вечные, всё равно удивилась, когда утром второго дня, следующего после решения Эйдана взять в руины потерпевших, мальчишка съехал со скамьи, на которой лежал, и встал на ноги. Ноги, впрочем, пока что были слабыми и вздрагивали, едва Арнас делал шаг... Убедившись, что теперь мальчишку надо бы подкормить, чтобы он вошёл в силу, ведьма ожидала, что он передаст свои странные магические лохмотья Лунах. Девочка-то продолжала с трудом переживать болезнь, всё ещё в горячке и в болезненном состоянии, нередко впадая в беспамятство... Но Арнас всмотрелся в Рагну и как будто угадал её мысли. Или угадал её выжидание. Покачал головой.