Попавшие 3

  — Как ты их назвал? Гули?— хмыкнул Саня.

  — Это не я, в народе их так прозвали.

  — "О сколько нам открытий чудных..."— пробормотал Клинцов. Названия разные, но суть одна и та же...

  Размеры подземелья, на самом деле, впечатляли и пугали. Что Саня, что Макс — оба, не сговариваясь, приходили к мысли, что блуждать здесь можно было бесконечно. Да и Митрич не проявлял оптимизма и все чаще морщил лоб и вздыхал.

  После короткого боя с Падальщиками отряд не повстречал новых монстров, и это было единственным, что не могло не радовать.

  Усталость и напряжение брали свое. Пришлось остановиться на отдых и перекус. Макс ел пирожки, Саня предпочел котлеты, а Митрич нарезал сало, луковицу и накапал в раскладной стаканчик немного огненной воды. Предложил парням. Макс отказался сразу, Саня — после непродолжительного размышления. И сам удивился принятому решению. Проводник пожал плечами, мол, не хотите, как хотите, залпом проглотил самогон, занюхал принятое луковицей и ею же зажевал, а потом, довольно сопя, занялся салом.

  Они расположились в небольшой комнатке, похожей на бойлерную. Как и везде, где они уже прошли, оборудование здесь пришло в негодность. Да и вообще неухоженность и явный упадок царили во всем подземелье. Здесь изначально не заботились об эстетике, отдавая предпочтение функционалу. Стены не красились, не белились, и не везде были оштукатурены, пол был то бетонным, то просто засыпанным песком или гравием. Проводка свисала лианами, трубы, когда по ним текла вода или немногим позже, местами прохудились, на стенах появились ржавые потеки. Кстати, о воде... Местами и довольно часто приходилось переправляться через затопленные помещения. Похоже, где-то просачивалась грунтовка. К счастью, положение не было катастрофичным, и прибывавшая вода доходила максимум до колен. Благодаря устоявшейся в подземелье сырости, всюду царила плесень. А местами стены покрывал какой-то зеленоватый налет, слегка светившийся в темноте. При освещении он переливался радугой. Когда Саня попытался мазнуть по нему пальцами, тут же получил от Митрича по рукам. И не сказал ни слова, потому как проводник был прав.

  О "железке" парни даже не заикались, хотя у Сани слова упрека вертелись на языке. Но что-то случилось с ним за последнее время. Раньше непременно подколол бы Митрича или кинул бы предъяву. А сейчас... Что-то в нем перегорело...

  Очередной проход вывел их в поистине гигантское помещение, сравнимое по своим размерам с футбольным полем или даже больше. Его истинные размеры трудно было оценить за неимением нормального освещения, но впечатления были таковыми. Высокие потолки поддерживали массивные столбы и балки, пространство было заполнено строительным материалом, контейнерами, платформами со станками различного предназначения, штабелями труб, катушками с кабелем и прочим, и прочим.

  — Нет, только не это...— явно застонал проводник.

  — Что-то не так?— насторожился Макс, наткнувшись на вставшего колом Митрича.

  — Все не так. Это, кажется, Завод.

  — И?

  — Гиблое место. Про него легенды ходят. Мол, тот, кто сюда забрался, назад уже не вышел.

  Метавшиеся по пространству лучи фонарей начали выхватывать пугающие детали. Недалеко от входа пол покрывали кости. Человеческие ли — не понять, потому как они были основательно раздроблены, а череп и вовсе отсутствовал. Точно такие же останки вперемешку с кусками одежды валялись и в других местах. Не помогло людям и их оружие, так же валявшееся неподалеку. Дрожь пробежала по телу, когда Макс увидел согнутый буквой "Г" калаш. Это какой же силой нужно обладать, чтобы такое сотворить?

  Не сговариваясь, Митрич и Клинцов достали фальшфейеры и, выдернув шнур, разбросали по сторонам, чтобы получше разглядеть пространство. И тогда Саня увидел нечто не менее примечательное, нежели раздробленные кости. На первый взгляд оно выглядело как огромное фантастическое растение, топорщившееся во все стороны крупными рожковидными "цветами". В диаметре оно было не менее трех метров, а в высоту и того больше. Присмотревшись лучше, Глушаков пришел к выводу, что это скорее камень, чем живая материя. Только вот эта штука заметно шевелилась, как будто дышала.

  Не отрывая взгляда от неопознанного объекта, Санек подергал Митрича за рукав, а потом указал на находку пальцем.

  — Это и есть улей,— шепотом сказал проводник.— И он здесь не один.

  Теперь уже Митрич подсветил еще одну сложносочиненную конструкцию, названную им ульем. Она стояла чуть в стороне и так же неторопливо "дышала".

  — Валить отсюда надо,— хрипло проговорил Санек.

  — Надо бы...— не стал с ним спорить Митрич.

  -Но?— отметил незавершенность его фразы Макс.

  — Видишь рельсы?

  Действительно, на полу раскинулась ветка железной дороги, при помощи которой можно было доставлять грузы в различные уголки так называемого завода. Ее нити собирались в центральную жилу, а та уходила в темноту.

  — По ним можно выйти на железку, которую мы ищем,— закончил проводник.

  Тут было о чем подумать.

  Внутренний голос, которому Макс привык доверять, вопил во все горло, что нужно прислушаться к словам Глушакова и возвращаться назад. А что потом? Снова блуждать по подземелью в призрачной надежде какими-нибудь окольными путями добраться до "железки"? Или все же рискнуть и пройти через зал, сэкономив время и силы? Да, Митричу стоило доверять. Если он сказал, что здесь гиблое место, так оно и есть, но... Пока царила тишина, Макс прислушивался и не слышал ни единого постороннего звука, если не считать легкого потрескивания "каменных цветков", когда они делали очередной вдох-выдох.

  Снова окинул взглядом помещение.

  Если это и был, на самом деле, завод, то явно недостроенный. То ли естественную, то ли искусственную полость в земле обложили камнем, укрепили стойками и балками. Не зная, ни за что не догадаешься о том, что находишься под толщей грунта и камня, способного выдержать ядерный взрыв. Разве что отсутствие окон как бы намекало. Строили его со знанием дела, которое так и не было доведено до конца. По проложенным рельсам завезли стройматериалы и даже часть будущего оборудования, а потом все это забросили. И гадай теперь, что собирались здесь производить?

  — Уходим.— Митрич принял решение.

  Саня с ним молча согласился.

  И только Макс продолжал вглядываться в темноту, не в силах понять, что именно так притягивало его взгляд. Такое ощущение, как будто кто-то наблюдал за ним из мрака, смотря глаза в глаза. И лишь когда проводник прикоснулся к его плечу, чтобы привлечь свое внимание, оцепенение спало с Клинцова...

  ...и тут же произошло неожиданное: разбросанные по полу кости зашевелились и медленно поднялись в воздух. Вместе с ними взлетел и прочий мусор — гильзы, пожелтевшие обрывки газет, кусочки колотого бетона, щепки. Оторвался от пола и завис напротив Макса согнутый автомат. Он крутился на месте, словно пытался взять цель на мушку. Качнулся и тяжело подлетел газовый баллон. А чуть в стороне кучно покачивалась в воздухе группка пустых ящиков...

  — Хозяин...— едва слышно пробормотал Митрич.— Только этого не хватало... Бежим!

  Он первым развернулся и бросился к выходу. И только поэтому разминулся с ринувшимся на него газовым баллоном. Парни же замешкались, и отхватили по полной. Макс едва успел прикрыться от метившего в голову гнутого автомата. Кусок металла больно ударил по предплечьям, но голова уцелела. Зато Сане прилетело ящиками и по голове, и в грудь, и по плечу, а глаза засыпало каменной крошкой. И все же ребята нашли в себе силы и побежали следом за проводником, который почти добрался до выхода. Митричу оставалось сделать всего пару шагов, когда тяжелая стальная дверь с оглушительным грохотом захлопнулась прямо перед его носом. Секундой позже в нее ударил невесть откуда прилетевший разводной ключ, лишь чудом не угодивший в голову проводника. Парням снова досталось, но по мелочи. Пока они бежали, по спине били пустые гильзы и кусочки бетона, пыль поднималась с пола завихрениями, застила глаза, забивалась в нос, сбивая дыхание.

  Митрич сражался с дверью. Такое впечатление, будто кто-то настойчиво тянул за ручку с обратной стороны. Проводнику удавалось ее слегка приоткрыть, но затем следовал рывок, и она с грохотом снова захлопывалась.

  А откуда-то издалека доносился басовитый хохот Хозяина.

  Пока Санек помогал Митричу открыть дверь, Макс прикрывал тылы, уворачиваясь от продолжавшего лететь в него мусора. Меньше его не становилось, он слетался к выходу со всей территории подземного завода. К счастью, это была всякая мелочь: гайка, отвертка, пачка из-под "Беломора", донышко граненого стакана, смятый треугольный пакетик с надписью "Молоко". Самым крупным предметом, пытавшимся его убить, был огнетушитель. Он целенаправленно летел через весь зал, метя Максу в голову. Клинцов поджидал его и в последний момент, когда снаряд резко ускорился, ушел в сторону. Огнетушитель грохнул о стену, упал на пол и закатился за стопку шлакоблоков на деревянном поддоне. Ребятам повезло, что они были накрыты брезентом. Макс видел, как они шевелятся, пытаясь вырваться наружу, слышал недовольное ворчание, доносившееся откуда-то из глубины зала.

  По импровизированной дорожке между станков, ускоряясь, катилась пустая бочка. В какой-то момент она налетела на наклонно лежащую доску и взлетела в воздух. На ее пути возник улей. Бочка попыталась подняться выше, но все же задела "каменный цветок", и наружу поперли рассерженные "комары".

  Хозяин захихикал в предчувствии веселья.

  Однако это было еще не все. Наблюдавший за ситуацией Максим заметил замелькавшие между хлама тени. И не только. По ходу времени он стал различать все больше деталей, и они ему не понравились.

  — Митрич?— окликнул он проводника.

  Тот в содружестве с Саней все еще пытался открыть упиравшуюся дверь.

  — Митрич!!

  Проводник обернулся, проследил в направлении, указанном Клинцовым, и сразу сдулся, как воздушный шарик. Он и до этого был не особо крупным, а теперь и все стал каким-то маленьким и беззащитным.

  — Это крысы.

  — Крысы?!

  Удивлению Макса не было предела. Как-то иначе он представлял себе этих представителей семейства мышиных. Те, с которыми ему доводилось встречаться, были мелкими грызунами, размером с кулак. Он слышал байки, про крыс-мутантов, якобы встречающихся в московском метро, но не очень-то верил в эти россказни. Теперь же, видя стаю приближающихся монстров, ему пришлось пересмотреть свои взгляды на некоторые вещи. Если Митрич прав, и перед ним крысы, то это были очень большие крысы. Мордами они больше напоминали бультерьеров, только выглядели крупнее, уродливее и опаснее. Лапы у них были короткие, но бежали они быстро, ловко огибая препятствия на своем пути.

  Митрич не стал дожидаться, оставил дверь в покое, схватил карабин и, уперев приклад в плечо, выстрелил, почти не целясь. Пуля скосила одну из крыс, и она покатилась по полу. Что ж, они не были сверхживучими, и это уже хорошая новость. Прогремела автоматная очередь. Это Саня открыл сезон охоты на крыс. Стрелял он не так метко, как проводник, но прежде чем опустел магазин, смог завалить еще одну тварь, а другую ранить. И снова в дело вступил Митрич. Два выстрела, два попадания. Он носил очки, но стрелял, как бог.

  Последнего грызуна прикончил Максим, встав на колено и выстелив из дробовика прямо в морду крысе. Хватило одного патрона. Правда, потом пришлось потратить все остальные, отстреливая добравшихся до выхода с завода "комаров", и даже схватиться за пистолет, но последнее насекомое прикончил Митрич, сняв его на подлете.

  Потом проводник снова подергал за ручку двери, плюнул и сказал:

  — Нужно пробиваться к железке. Здесь нам не выйти.

  Хозяин ворчал. Он был недоволен удачей, которая улыбалась не ему. Наверное, он по природе был мнительным, и болезненно переживал собственные фейлы. Воздух задрожал, загудел. Непрошенные гости поморщились от неприятного ощущения в головах. Словно помутнение наступило. Мозг пронзали тысячи иголок, мысли путались, нарушилась координация.

  — Быстро, быстро, туда, к воротам!— тараторил Митрич. Быстро у него не получалось. Ноги заплетались, перед глазами все плыло, но он старался сам и подбадривал остальных.— Максим, бросай гранату!

  Это он к тому, что на пути появился улей, над которым уже кружило чуть меньше дюжины насекомых.

  Макс достал гранату, выдернул чеку, размахнулся... Но в последний момент накатила слабость, граната выпала из ладони и покатилась по полу к ногам Митрича. Слава богу, проводник не растерялся, поднял гранату и бросил навесом. После чего еще успел схватить трясущего головой Клинцова за руку и затащить его за катушку с кабелем. Саня справился с этим сам. Рвануло в воздухе. Прянуло во все стороны осколками, ударило по ушам взрывной волной. Помимо осколков к катушке прилетели уже знакомые ошметки улья и голова одного из "комаров", а значит, цель достигнута.

  Как ни странно, но грохот близкого взрыва привел Макса в чувство. Саня же высунулся из своего укрытия, чтобы взглянуть на результат. Он улья осталась только основа, все остальное разлетелось по сторонам. Не осталось в живых и ни одного насекомого. Явный страйк! И тут он заметил Хозяина, мелькнувшего на границе света и мрака. Был он невелик ростом, да что уж там — карлик! — с большой головой, рыхлой отвратительной физиономией, короткими пухлыми ручонками и такими же короткими косолапыми ножками. Одет он был в дождевик не по размеру, отчего тот шлейфом тянулся следом за ним по земле, а голову украшала шапка-ушанка, смятая блином и изрядно побитая молью. Глушакову уже приходилось встречаться с подобным существом в другом подземелье. Не брат-близнец, но очень похож.

  И очень опасен.

  В первую очередь тем, что мог подчинять своей воле других монстров. Что он и демонстрировал время от времени.

  Лишившись поддержки крыс, Хозяин призвал на помощь Падальщиков. Подляна заключалась в том, что они приближались с разных сторон. А огонь осветительных шашек уже догорал, и завод снова погружался в темноту.

  — Макс, нужно прикончить Хозяина, живыми он нас отсюда не выпустит,— крикнул Санек.

  Клинцов посмотрел на проводника, Митричу, похоже, не понравилась эта идея, но, немного помедлив, он все же кивнул.

  — Попробуй снять его, а мы тебя прикроем.

  В темноту полетели новые фальшфейеры.

  Максим сменил дробовик на винтовку, но прежде чем начать охоту на Хозяина, подстрелил одного из Падальщиков. У него не было возможности пристрелять оружие, но, оказалось, все не так плохо.