Товарищ Гроза - 4

Естественно, никто в подробности операции их не посвящал. Просто рассказали нехитрую историю, что жених собирается делать предложение невесте и таким вот оригинальным способом её удивить. То есть ничего предосудительного, даже обычного хулиганства нет. Хотя за деньги они бы и на хулиганство согласились.

Помню, как изготавливал эти китайские фонарики в надежде за счёт них прокачать себе пространственный карман. Ну да — огромный объем при минимальном расходе материала. И если бы где-нибудь на первом уровне, максимум на втором, то и эффекты были бы тоже неплохие. Однако сейчас, при теперешних размерах инвентаря, этого вообще никак не заметно. Но раз уж наделал, не пропадать же добру. Пусть летят.

Самое интересное — в самолёте улетал тоже не я. Кто именно? Если честно, понятия не имею: какой-то наёмный пилот, имени которого я даже не спросил. Не я с ним договаривался. Задание хоть и рискованное, но простое: взлететь из самого центра города и улететь куда-нибудь подальше. Самолёт при этом останется у него, пусть делает с ним что захочет. А также чемодан с деньгами. На самом деле — небольшой чемоданчик, но тоже сумма приличная. Такой вот подставной полёт, создающий идеальную ложную траекторию.

Когда было всё окончательно оговорено, я просто забрал его в инвентарь. Поэтому мужчина сильно удивился: только что сидел за столом и о чём-то договаривался с мутными личностями, и вдруг он уже на площади перед Святой Софией ночью, а рядом стоит самолёт, на котором следует улетать.

Однако удивлялся он недолго: открыл чемодан, убедился, что там действительно деньги, забросил его в самолёт и, вообще не прощаясь, взмыл в небо. Тот самый случай, когда странности — отдельно, а деньги — отдельно. Прагматизм наёмника оказался сильнее шока от мгновенного перемещения.

Зато тем, кто будет расследовать дело, нетрудно сложить два плюс два. Или даже один плюс один. Сначала опустошённые склады и исчезнувшие с вокзала эшелоны, потом прибитый к вратам Святой Софии щит и улетевший прямо из центра города самолёт. Кто так ещё делает, кроме товарища Грозы? Да, раньше это было исключительно на оккупированных немцами территориях, но слухи обо мне давно ползут. Мой почерк слишком узнаваем и, что самое главное, абсолютно уникален.

А что же я сам? Да ничего. Всех своих людей в пространственный карман я уже собрал. А одному затеряться в ночном городе совсем не сложно. Тем более что я и теряться не собирался. Вернее — очень даже собирался, но совсем по-другому. Можно сказать, оставаясь у всех на виду. Сделал несколько шагов в сторону ближайшего отеля средней приличности и затерялся среди постояльцев, которые выбежали на улицу глазеть на происходящее. Вот я тоже глазел вместе с ними. И прислушивался к выкрикам из толпы. Там много чего кричали, но меня привлекла одна реплика:

— Аллах покарал англичан!

Я так и не понял, причём тут англичане. Да и не пытался понять. Просто продолжил изображать постояльца.

Тем более что у меня в этом отеле ещё вчера был снят номер. Так что не просто притворился постояльцем — я им и являлся. А за секунду до этого ушёл в пространственный карман и там переоделся. Теперь я вовсе не был похож на обычный свой образ совсем молодого паренька в приличном костюме. Мгновенная смена маскировки внутри инвентаря позволяет мне менять личины буквально на ходу, так зачем придумывать что-то новое?

Поначалу была идея похулиганить — нарядиться этаким Остапом Бендером. Да и костюм там совсем не сложный: легендарные штиблеты на босу ногу, жилет тоже на голое тело, пиджак в полоску и обязательно фуражка несуществующего яхт-клуба. Образ вполне себе узнаваемый, но исключительно в моё время. А тут никто на такое чудо не обратит внимания. Да и паспорт именно на это имя у меня тоже был, причём абсолютно настоящий.

Когда Савелий Петрович добыл мне абсолютно настоящий турецкий паспорт и я опробовал на вкус свою любимую фразу: 'Мой папа был турецкоподданным', я просто заказал ему ещё один, уже на имя настоящего турецкоподданного: Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-бей. Нет, я его даже не собирался никогда и нигде использовать, просто такой вот раритет в коллекцию. Буду в двадцать первом веке им хвастаться. Коллекционирование подобных исторических курьезов тоже хобби, ничуть не хуже и не лучше любого другого.

Понятно, что снимать номер под таким именем и под такой внешностью я не стал. Была ещё одна интересная идея. Вспомнил про фиктивный партизанский отряд под предводительством товарища Рабиновича. А поскольку я и был этим товарищем, причём имел определённый образ в гриме, под которым меня никто не узнает, то почему бы не попробовать его? Тем более что и на это имя у меня тоже был паспорт турецкоподданного. Как ни странно, именно для товарища Рабиновича он был наиболее естественным.

Есть такая теория заговора, по которой Остап Бендер по национальности был евреем. И она даже имеет под собой немалые основания. Потому что в Российской империи, особенно в Одессе и в других южных городах, турецкое подданство себе добывали всеми правдами и неправдами в первую очередь именно евреи. И нет, вовсе не из любви к турецкому султану. Одна из особенностей законов империи. Например, тот же закон о черте оседлости относился только к российским подданным. Тех, у кого любое другое гражданство или подданство, это не касалось.

Ну так вот, этой особенностью законов не только одни евреи пользовались. В той же Одессе греков с турецкими паспортами тоже хватало. Да и не только греков. Все, кто промышляли контрабандой, а в Одессе это половина населения, тоже стремились приобрести такой паспорт, дававший некоторые преимущества. Так что Остап Бендер вовсе не обязательно был евреем, а мог быть вообще кем угодно и по какой угодно причине.

Но я отклонился от темы. Партизана Рабиновича я тоже не собирался использовать тут в Стамбуле. Тем более что листовки расклеивать не требовалось. Этот персонаж был слишком ярким и выдуманным совсем для других целей.

Поступил проще: выбрал отель, где никто из персонала вообще не понимал ни слова по-английски, вот там и записался англичанином. Не английским лордом, конечно, а просто средней руки бизнесменом. Вот теперь и пытался на ломаных немецком и французском спрашивать окружающих, что вообще тут происходит. Английского предпочитал не использовать, а то вдруг ещё найдётся знаток, который мало того что сможет мне ответить, так ещё и поймёт, что для меня этот язык совершенно не родной.

На следующий день власти носились по городу и искали меня, но без особого энтузиазма. Всем и так было ясно, что товарищ Гроза покинул Стамбул ещё вчера ночью на самолёте. Однако для порядка надо изобразить бурную деятельность. Вот они и изображали.

Хотя не только изображали: щит с ворот Святой Софии убрали первым делом. А ещё нашли того, кто заказал мальчишкам запустить китайские фонарики в небо. И нет, это был не мой посредник. Им оказался некий турок, у кого как раз в этот день была свадьба. Он сам пришёл и сам во всём сознался. Типа такой подарок невесте. Хитрый турок решил воспользоваться ситуацией и приписать столь широкий жест себе. Естественно, я не пошёл и не потребовал соблюдения моих авторских прав.

Наш отель вообще никто не проверял. Как я понял, никто никаких отелей не проверял — ни дорогих, ни средних, ни даже самых дешёвых. Город я покинул на второй день совершенно беспрепятственно.

Ещё иллюстрации. На этот раз со спойлерамит. Есть 18+

Три новых персонажа. Если опознаете кто это, или где происходят события, или о чём вообще речь, то пишите.

https://author.today/post/860882

Глава 22 С Новым 1942 Годом!

Этот выход в эфир заметно отличался от всех предыдущих. Если кто-то меня слушает на регулярной основе, а как оказалось — такие тоже уже есть, то они знают, какой обычно алгоритм у выступления. В начале своим красивым дикторским голосом Любовь Орлова рассказывает об успехах нашей дивизии. Следом за этим иногда идёт какой-нибудь рассказ о будущем, причём не далёком, а о том, что должно произойти в ближайшие дни, месяцы, в крайнем случае — годы. А потом исполняет одну из песен опять же из будущего.

Сейчас же ничего этого, кроме песни, не было. Вернее, было, но совсем в другой форме. Было объявлено что-то вроде декларации, а вернее — заявлены мои права на константинопольский престол. Как я уже и говорил, это не ограбление города, а всего лишь взятие небольшой компенсации за незаконное использование моей территории. Звучало дико, но именно так и планировалось. Бред сумасшедшего? Даже если и так, этот бред теперь будут долго обсуждать.

А дальше шёл небольшой концерт по заявкам, состоящий из нескольких песен сразу. Ну, как по заявкам — я ведь тоже могу такую заявку выписать. Вот и заказал всё то же самое, что мы пели на необитаемом острове у костра под гитару.

Когда неожиданный концерт подходил к концу, я перехватил микрофон у Любови Орловой. Что, вообще-то, заранее было нами оговорено.

— А теперь с вами в эфире сам товарищ Гроза. То есть лично я сам, так сказать. Хочу заявить, что очень сильно обижен на Беню... то есть я хотел сказать — на Бенито Муссолини. Неужели он не мог свою Александрийскую операцию провести в другое время? А так теперь все газеты только о нём и пишут, обо мне, скорее всего, где-то там на последней странице вскользь упомянут.

Я сделал эффектную паузу, давая тем, кто меня слушает на той стороне, переварить услышанное, а заодно и сам прислушиваясь к гулу аппаратуры в нашей импровизированной студии.

— А это идея! — воскликнул я. — Хотите интервью с путешественником во времени? Отвечу на любые вопросы о будущем. Вообще на любые, без цензуры и купюр. Только дам его представителю того издания, которое о моём стамбульском вояже напишет на передовице, а о Бене — где-нибудь в конце, мелким шрифтом, в колонке объявлений о пропаже собак. Как вам такая идея?

Снова пауза. Любовь Орлова выразительно подняла бровь, но промолчала. Оно, конечно, запланировано, но не отрепетировано и от меня чего угодно можно ожидать.

— Я готов дать расширенное интервью. Только предупреждаю сразу: журналистка должна быть молодой и красивой. То есть, я хотел сказать — обладать всеми нужными профессиональными качествами. Что у нас в будущем чаще всего совпадает.

Я поймал на себе взгляд Любови Орловой, в котором читалось явное обещание физической расправы за подобные кастинги, но меня уже несло.

— А это идея! — продолжил я. — Можно даже не интервью сделать, а целую пресс-конференцию. Где-нибудь в Лиссабоне, Касабланке, Тегеране или Стамбуле. Хотя нет, после моих претензий на константинопольский престол Стамбул уже не подойдёт. Но три других площадки пока не засвечены, так что можно.

Я сделал ещё одну паузу, пытаясь вспомнить нужных журналисток. Ничего не получалось. Да я и из моего времени, если честно, далеко не всех в лицо вспомню, а уж по именам — вообще никого. Хотя в голове уже выстраивался список 'аккредитованных' звезд.

— От САСШ пусть будет Мэрилин Монро... от Британии — Вивьен Ли. Или она уже американка? От Франции — Мишель Морган, хотя Эдит Пиаф тоже подойдёт. От Германии — Марлен Дитрих... Или она тоже уже американка? У них там что, мёдом намазано? Ладно, пусть немцы сами выбирают. Ну а от СССР, конечно, Любовь Орлова...

Звук подзатыльника был отчетливо слышен даже в прямом эфире.

— Хотя тут я, пожалуй, погорячился, — продолжил, потирая затылок и стараясь не смотреть на подругу, которая всё ещё сжимала кулак. — Двух Любовей Орловых в одном месте никакая пресс-конференция не выдержит. Но, думаю, Советский Союз сам сможет найти подходящую кандидатуру. Какие необходимы 'профессиональные качества', я уже озвучил. Согласен даже на Золушку... Или её пока не сняли?

Я выждал, пытаясь осмыслить, что сам только что наговорил. Слова, улетевшие в эфир, уже не вернёшь

— И кстати, да, вспомнил. Американцам тоже придётся поискать кого-то другого вместо Мэрилин Монро. Если я не ошибаюсь, их самая знаменитая блондинка всех времён, которая сейчас вообще-то Норма Джин, в актрисы подастся только после войны. Так что пускай от Штатов присылают Ингрид Бергман, ей по Касабланкам шастать не привыкать.

Снова пауза. Я довольно улыбнулся. Если после сегодняшнего эфира мне Система не повысит навык королевского шута, то даже не знаю, что там нужно сотворить для этого.

— А вообще, можно и больше прислать, я как раз недавно начал автографы знаменитостей собирать. Для Чарли Чаплина, например, место в первом ряду уже зарезервировано.

Если с моей 'обидой' на Бенито Муссолини было заранее продумано и оговорено, то предложение пресс-конференции — чистая импровизация. Сильно сомневаюсь, что кто-нибудь станет её организовывать. С другой стороны, это уникальная возможность встретиться с путешественником во времени и задать ему вопросы в прямом эфире или как минимум при большом количестве свидетелей. Не исключено, что кто-то и заморочится. Если не государства, то частный бизнес. Это же какая реклама! Предъявлять в качестве пропуска нужно будет газету с передовицей.

Так получилось, что Турцию мы покинули двадцать седьмого декабря. До Нового года остались буквально считанные дни. К счастью, у нас уже всё давно подготовлено. Весь готовый комплекс из ангара и нескольких пристыкованных к нему бытовок дожидается во вне лимите — доставай и сразу начинай праздновать. Только столы накрой, и будет готово.

Причём специально что-то готовить к праздничному столу не надо. И в Стамбуле, и в Александрии я постепенно закупался продуктами к празднику. То есть готовыми блюдами. Заказывал в ресторанах небольшими партиями и прятал в пространственном кармане. Просто вытащу и сразу на стол.

Я даже решил прикреплённую временно к ангару нашу бытовку премиум-класса до Нового года оттуда не доставать. Пусть так и остаётся. Ну а временно можно перекантоваться и в чём-либо попроще. Тем более что палатки ставить не обязательно: готовых бытовок, пусть не так шикарно обставленных, действительно хватает.

Осталось только выбрать, где именно будем праздновать. Идеальный вариант — Северный полюс. Я даже специально поинтересовался: а мы туда хоть на чём-то из имеющихся самолётов доберёмся? Мечта о самой северной точке планеты была не только капризом, но и реальной детской мечтой побывать там, причём именно на Новый Год.

У-2 и 'Шторх' отпадали сразу. И не только из-за своей маленькой скорости, хотя в первую очередь из-за неё тоже. С У-2 понятно: открытая кабина биплана не располагает вообще к зимним полётам, а уж над Северным полюсом — тем более. В этом смысле 'Шторх' получше, но не так чтобы сильно.

Однако у нас были ещё и другие варианты. Во-первых, всё тот же немецкий пассажирский 'Тайфун'. Во-вторых, пассажирский же английский 'Аустер'. В-третьих, опять же английская летающая лодка 'Сандерленд'. Ну и самый последний вариант — это немецкая 'Рама'. Вообще-то мы её использовали только один раз и для бомбардировки линии фронта, но если надо, может побыть и в роли транспорта.

Вот я и поинтересовался у Маши Вороновой, который из этих самолётов вообще в принципе может летать в таких суровых условиях. Тем более что посадка на лёд не предусматривалась. Про последнее она и так знает, давно привыкла.