Книга перемен

— Наивно? Может быть. Странно? Не для того, кто пережил ужаснейшую из войн. Кстати, если не секрет...

— Арнем, — Том кивнул подошедшей девушке, взял чашку и сделал глоток — коньяка там явно было больше, чем кофе. — А потом... Много где. И раз уж у нас вечер воспоминаний — не поведаете, как вам удалось в одиночку захватить школу?..

— Кто рискует — побеждает, — мадам Максим пожала плечами. — Всего лишь револьвер сорок пятого калибра и неимоверная наглость...

— И это отлично работает, особенно второе, — усмехнулся Том. — Рискну предположить, что вы просто вошли в зал, застрелили директора и объявили, что школу контролирует Сражающаяся Франция?..

— Заместителя, — Олимпия Максим поёжилась. — Он был гораздо опаснее... Конченый ублюдочный садист, тварь гаже дементора... Он буквально парализовал всех, ни студенты, ни преподаватели не смели дёрнуться — но мне было плевать. Я не знала, остался ли кто-нибудь из моей семьи в живых, и мне было наплевать на всё, кроме долга... И поэтому я пришла в Шармбатон под оборотным зельем, вошла в зал и просто застрелила его... Я даже не помню, как звали эту тварь — но очень хорошо помню ужас в его глазах, когда я выстрелила, и он понял, что не успеет сделать ничего. А я выстрелила в потолок и крикнула: "Именем Свободной Франции! Схватить предателей!" — И директора, его секретаршу и пять десятков егерей убили за считанные минуты. Убивали даже первокурсники... И я точно знаю — в кошмарных снах им снится не это.

Том кивнул, отставил опустевшую чашку, достал фляжку со сливовым бренди, отхлебнул и протянул мадам Максим. Та сделала мощный глоток, длинно выдохнула и вернула фляжку.

— Забористо... — протянула она. — Как раз то, что надо.

К двенадцати часам Большой зал был полон. Фарли торжественно внёс Кубок, поставил перед Дамблдором и отступил.

— Итак, через несколько секунд мы узнаем имена чемпионов! — провозгласил Дамблдор. — С первым ударом часов...

С первым ударом часов Кубок полыхнул алым пламенем и выбросил полоску пергамента.

— Чемпион Хогвартса — Эдвард Дженкинс!

Шестикурсник встал и под оглушительные аплодисменты подошёл к учительскому столу.

Кубок снова полыхнул алым.

— Чемпион Шармбатона — Кармен Жоана Кампуш!

Высокая, черноволосая, смуглая — именно в той степени, которую ожидают от иберийца — Кармен подошла к столу, и пока она шла, к ней были прикованы все взгляды... И дело тут было не только в великолепной фигуре. Нет, сложена Кармен была великолепно... Но все смотрели, как она движется. Но если большинство зрителей либо захлёбывалось слюной, либо давилось завистью, кое-то всё-таки смотрел глубже — как Том. Те, кто знал — за такой идеально отточенной экономной грацией дикого зверя стоят поколения воинов, древняя и выверенная традиция... Что ж, капралу придётся основательно поработать — и не факт, что он выиграет. Впрочем, ему это пойдёт только на пользу...

— Чемпион Дурмстранга — Сигурд Гудмундссон! — объявил Дамблдор.

Сигурд оказался самым натуральным викингом — впрочем, чего ещё ждать от исландца? Даже в форме Дурмстранга он внушал... И это притом, что не был таким уж высоким или особо широкоплечим — просто крепкий парень, голубоглазый блондин с едва наметившейся бородкой... И с кинжалом на поясе.

— Что ж, — заговорил Дамблдор, стоило последнему чемпиону занять место рядом с остальными, — все готовы... И с этого момента я объявляю Турнир Трёх Волшебников открытым! Чемпионы, пожмите друг другу руки... И покажите нам настоящую схватку, проявите все свои лучшие качества, выложитесь на сто пятьдесят процентов — потому что остаться должен только один!

25. Magical World

Главной проблемой Турнира ожидаемо оказались газетчики. Даже относительно вменяемые... Которых было ничтожное меньшинство. И которые хотя бы спрашивали разрешения — как эта ведьмочка из еженедельника.

— Мисс... — Том сжал переносицу. — Зачем? Что вообще я могу сказать интересного читательницам "Ведьминого досуга"? О чём нам говорить?..

— Например, о том, что подавляющее большинство наших читательниц считает вас идеалом мужчины, — ответила ведьмочка.

— Это что, шутка такая? — Том, конечно, о себе был высокого мнения, но идеал? Это уже перебор, определённо...

— Ну как же — молод, красив, пусть и не миллионер, но далеко не беден, счастлив в браке и даже не просто преподаватель в Хогвартсе, но декан Слизерина...

— А так же офицер, которого, несмотря ни на что, могут отправить в очередную горячую точку, откуда он вернётся в новеньком гробу. Уже не столь прекрасная перспектива, правда?

— Авроры тоже рискуют жизнью, и даже, пожалуй чаще... И раз уж мы зашли в этот лес — как к этому относится ваша жена?

— С пониманием, — вздохнул Том. — Она из семьи моряков, и этот риск ей принять... Не то чтобы легче, но... таковы правила игры, и вы их или принимаете — или нет, но тогда и не связываетесь и ищете мужа, скажем, бухгалтера... Хотя это, как оказалось, тоже не гарантия... Хотя есть и светлая сторона — понимая, насколько хрупка и мимолётна жизнь, начинаешь по-настоящему ценить счастливые моменты.

— Пожалуй, вы правы, — кивнула журналистка. — Нор не будем о грустном. Быть может, вы расскажете, как познакомились с супругой?

— Можете не верить — но в баре. И как-то очень быстро это мимолётная встреча превратились в нечто большее. Правда, в тот раз нам пришлось расстаться — меня вызвали на трибунал над Гриндевальдом... Ну а потом Глинда уладила все дела в Австралии и приехала в Британию, а тем временем и я вернулся на службу и обзавёлся домом. И мы поженились — теперь-то нам ничего не мешало...

— Так просто и так мило! — воскликнула журналистка.

— Да, так бывает, — согласился Том. — Люди просто встречаются — и понимают, что больше не расстанутся...

— А вы романтик, мистер Риддл...

— Что не мешает мне цинично пользоваться семейным положением в политике.

— Да, я, кстати, всегда читаю ваши выступления, когда их публикуют. Такой контраст с обычным словоблудием!

— Война, знаете ли, отучает говорить не по делу... Хотя худших сплетников, чем солдаты, вы вряд ли найдёте. И поэтому я озвучиваю проблему и, если могу, предлагаю решение... А большинство политиков и чиновников вместо этого стараются заболтать проблему и переложить ответственность на кого-то другого, а делать и вовсе ничего не собираются. Это необходимо изменить — и это изменится — но времени это займёт немало...

— А наше время на исходе, и я задам последний вопрос: что вы никогда не сделаете для своей жены?

— Завтрак в постель, — улыбнулся Том. — Потому что Глинда явится на кухню даже раньше, чем я зажгу плиту, и выгонит меня, возможно даже, пару раз приложив полотенцем. Ну а если она не в состоянии этого сделать, значит, она или слишком устала, или болеет, и тут в любом случае не до завтрака в постель... По крайней мене, в романтическом смысле.,

— Что ж, большое спасибо, — журналистка убрала блокнот. — Это было очень интересно... И кажется, мне следует предупредить коллег, чтобы вас больше не беспокоили.

— Вот за это — отдельное спасибо!

— Да не за что , — журналистка выскользнула из кабинета, и Том вздохнул с облегчением. Интервью было сумбурным, смысл всего мероприятия от Тома вообще ускользал — если бы речь шла о Турнире, он бы ещё понял, но вот это? И ведь это была наиболее адекватная фигура из всех, кто лез к нему с вопросами — она хотя бы спросила разрешение, а не стала кидаться под ноги, как японец с миной под танк. Как он ещё никого не прибил... Впрочем, Мордред с ними, надо работать.

По идее, чемпионы были освобождены от занятий... Но Дженкинсу на это было плевать, и на тренировку он явился как обычно. И сходу начал строить нескольких товарищей, решивших, что можно расслабиться — за чем его и застал Том.

— Работаете, капрал? Работайте, расслабляться некогда, и это касается всех. Вы работаете для себя, джентльмены, и на себя. Это нужно вам, и ваше попытка схалтурить в реальном бою будет стоить вам жизни... Бегом марш! И не забывайте, следующим пунктом вас ждёт полоса препятствий... На время.

Шестикурсники даже не поморщились — стандартная полоса препятствий, даже с откровенно завышенным нормативом, их уже не пугала. Официальный норматив они вообще выполняли без особых усилий, да и во время, которое отводил на полосу Том, тоже обычно укладывались...

А пока ученики бежали, начали подтягиваться зрители — в основном, парни из Дурмстранга, но и французы тоже, да и девушки тоже не проходили мимо. И, конечно же, явились чемпионы...

— Это ведь не подготовка к Турниру? — осведомился Сигурд, разглядывая бегущих.

— Ну, на Турнире она пригодится почти наверняка, — хмыкнул Том. — но вообще-то , это подготовка десантников, а точнее, самое её начало. Чуть больше общевойсковой...

— То есть, — присоединилась Кармен, — вот так тренируются магловские солдаты?

— В общем, да, — кивнул Том. — Конкретно эти ребята готовятся к службе в элитных войсках — тех, которые отправляются сражаться на самые тяжёлые участки... И сейчас, поскольку они в самом начале подготовки, их нагрузка лишь чуть выше, чем у обычных солдат.

— Хм... — прогудел Сигурд. — Не будет ли с моей стороны неприемлемой просьба присоединиться к этим тренировкам?

— Не будет, но не уверен, что вы выдержите программу. Насколько я знаю, в Дурмстранге физической подготовке отводят важную роль, но нагрузки здесь совершенно другие, это не школьная физкультура...

— Так и я не только ей занимаюсь, а ещё и борьбой , — ухмыльнулся Сигурд.

— А такие тренировки вообще допускаются правилами? — осведомилась Кармен.

— Если не демонстрируется ничего, признанного секретом, то, напротив, поощряются, — ответил Том. — В конце концов, это дружественное состязание, призванное укрепить мир и взаимопонимание... Но не сегодня. На нормальных людей эти тренировки уже не рассчитаны, так что вам придётся уточнять допустимую нагрузку и график тренировок у собственного врача и у мисс Помфри.

Сигурд только фыркнул, а вот Кармен приуныла. Ну а что, вы думали, здесь всё просто? Медкомиссии у магов появились как бы не раньше, чем у маглов...

Сама же идея Тому нравилась — ничего секретного в обычной армейской тренировке не было, это не спецподготовка, так что почему бы и нет? Тем более, что тогда не получится объявить тренировки капрала нечестным преимуществом — наверняка такой придурок найдётся, а то и не один...

— Ну, меня определённо не срежут, — покачал головой Сигурд. — А вот вам, сеньора, я бы посоветовал обратиться к Ичиго Тануки, который тоже преподаёт в Хогвартсе. Вот он точно подберёт вам упражнения, да такие, что вы ещё и меня швырять будете...

— Что, правда?

— Правда, — подтвердил Том. — Айкидо больше требует ловкости и понимания механики, чем силы... Оно, собственно, и построено на идее использовать силу нападающего против него самого. А вообще... Об этом мы заранее не подумали, признаю, но я, как заместитель директора, официально разрешаю тренироваться на нашей площадке всем желающим, в том числе и совместно с учениками Хогвартса. Только как-нибудь между собой договоритесь, чтобы друг другу не мешать...

— Том, мальчик мой, ты уверен, что это хорошая идея?

— Это отличная идея, Гораций, мальчик мой, — выдал Дамблдор под всеобщий хохот. — Так, тише, пожалуйста, а леди, насколько я помню, вообще положено мило улыбаться... Мерлин, да успокойтесь вы уже! Так вот, это действительно отличная идея — такая совместная тренировка подчеркнёт стремление к миру... и ничего не даст нашим соперникам. Ну, кроме самой тренировки... Но это всё баловство... Как наши актёры?

— Хоть сейчас готовы, — ответил Тане. — Уже определились, кто будет выступать, со скиталами вообще не расстаются, тренируются, как помешанные... В общем, с этой стороны проблем не будет.

— Превосходно. Что Олливандер?

— Почти готов, — сообщил Бири. — А если честно, то готово всё, просто у него опять приступ перфекционизма. Но я его доставлю вовремя, если что...

— Превосходно, — повторил Дамблдор. — О прессе не спрашиваю — эти охотничьи гиены готовы всегда... А значит, как это ни удивительно, всё идёт по плану!

На утреннюю тренировку делегация Дурмстранга явилась в полном составе. Девушки в стороне занялись какой-то гимнастикой, а парни присоединились к ученикам Тома... И быстро об этом пожалели.

Никаких поблажек Том никому делать не собирался, загрузил всех одинаково — но гости себя переоценили. Только Сигурд спокойно держал заданный темп, остальные начали отставать уже на втором круге, на четвёртом — сходить с дистанции, а до финиша добрались только Сигурд да швейцарец Франсуа, выглядевший, словно он вот-вот помрёт, как загнанная лошадь... Но он так выглядел всегда — по крайней мере, со вчерашнего дня ничего не изменилось.

— Неплохо пробежались! — рявкнул Сигурд. — Ну, что дальше?!

Дальше были упражнения с гирями в тридцать пять фунтов, которые Том ещё в Берлине подсмотрел у красноармейцев. В британской армии таким занимались редкие любители, а вот у русских такая тренировка была популярной — и не зря: гири заставляли работать и руки, и ноги, и туловище... Да и голову тоже — орудовать ими было совсем не так просто, как казалось на первый взгляд.

Гири гостей, как и ожидалось, не удивили. Более того, гири у них были свои, так что силовая тренировка прошла на ура. Но затем пришёл черёд полосы препятствий... И гости как-то приуныли, увидев её — пусть до "Мясорубки" творение Тома не дотягивало, от стандартной полосы там осталось мало.

— Дорогие гости! — объявил Том. — Поскольку данная полоса для вас в новинку, никаких нормативов я не ставлю. Более того, любой из вас может её не проходить — это ни на что не повлияет. Шестой курс, не надо переглядываться, вас это не касается, так что вперёд!

Вот теперь гости полезут на полосу без тени сомнения... И получат щелчок по носу, чего Том и добивался. Дух врага это вряд ли подорвёт, но сомнение посеет... И, возможно, оно не даст Сигурду выложится на полную. Если, конечно, мордредов викинг вообще может сомневаться...

В том, что он на это способен, сомневался уже Том — наглостью Сигурд почти не уступал Фарли, а это серьёзное достижение. Но... Всякое бывает.

— Итак, леди и джентльмены, кто-нибудь желает попробовать?..

Желали все.

Ну-ну...

Полоса хоть и уступала "Мясорубке" с её хитрой механикой, но была творчески доработана самим Томом и Валентайном — а оборотень-партизан тоже обладал творческим складом ума, да к тому же повидал много всякого, а ещё больше слышал... И охотно применял. Механику же заменяли чары — поэтому сетка могла внезапно попытаться замотать бойца, колючая проволока хватала ползущих под ней за ноги, верёвка изображала анаконду, брёвна пытались скинуть бегущего по ним а земля под ногами превращалась в болото. И всё это срабатывало абсолютно случайно...

А ещё были кусты. Кусты откуда-то притащил Хагрид, были они густыми и колючими — настолько, что Том даже не стал их анимировать — и были неизвестны даже Бири. Кусты Том оценил и хаотично засадил ими всю полосу...