| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— К сожалению одного нашего желания завершить войну будет недостаточно, нам необходимо поставить и наших противников в условия, когда они захотят мира. А это случиться тогда, когда мы окажемся неуязвимы для них. А для этого необходимо как минимум уничтожить их флот и нейтрализовать как турок в Крыму, так и противостоящих нам татар.
— И сколько же ещё нам воевать? — тут же с вызовом спросила Давыдова, посмотрев на Стрельцова, как бы ожидая от него поддержки.— Сколько ещё наших мальчиков должно будет погибнуть? А нам ещё экономику тут поднимать, торговлю, образование. Для нас каждый ценен.
— Да, Зоя Валерьевна, для нас каждый ценен, — согласился Конев, и, поморщившись, добавил, — Но вот воевать тут нам придётся теперь до конца жизни. Тут так принято. К тому же, нам необходимо взять под свой контроль две вещи. Необходимые нам ресурсы. А захватив тот же Судак, мы получили доступ к крымской древесине, которую перед этим закупали на Кавказе. А тут цивилизация, основанная и на палках тоже. А нам необходимо получить к железной руде Керчи ещё и серный колчедан в Синопе, медь в Трапезунде, уголь в Зонгулдаке. Плюс хотим мы того или не хотим, но нам необходимо брать под контроль соль Баскунчака и селитру, в Селитряном. И это я ещё не говорю про нефть на Тереке и свинец, с цинком, в горах Осетии. Хотя это тоже в бассейне Терека. Ну и нам обязательно нужны сельскохозяйственные возможности южного берега Крыма. Без этого всего мы свою цивилизацию не разовьём. Что бы продержаться до подхода на наши рубежи Московской Руси. Нашего, пожалуй, единственного союзника, в этом мире. В которого, надеюсь, наши если не внуки, так правнуки, и вольются. Но пока даже Рязань сохраняет независимость. И сохранить её ещё почти половину века. Плюс есть нюанс, что мы оказываемся на Великом Шёлковом пути. Когда турки захватили северное Причерноморье, то они этот маршрут торговли перекрыли. Пустив его по Персидскому заливу. А это вызвало эпоху географических открытий. С желанием европейцев попасть в Индию. Мы же можем сохранить этот маршрут. Но для этого нам не помешает взять под контроль ключевые точки маршрута, включая промежуток между Доном и Волгой.
— Так что нам столько воевать? — с обидой в голосе, произнесла Давыдова, при этом у неё задрожали губы. На что Конев, виновато улыбнувшись и разведя руки в стороны, ответил:
— Ну лично, вы, Зоя Валерьевна, примите участие только в одном сражении. С турецким флотом. Всё остальное, как я рассчитываю, мы будем занимать, используя уже местных. С небольшим количеством представителей нашей корпорации, на командных должностях. Сейчас же нам необходимо нейтрализовать турецкий флот. Причём это необходимо сделать так, чтобы он не успел нанести удар по нам. Причём желательно в мелководной бухте, чтобы избежать больших потерь среди гребцов. На основе которых мы и будем формировать нашу армию. А по возвращению в Феодосию, вы нобилиссима, займётесь уже организацией нашей нормальной жизнедеятельности. Включая и образование. Но желательно что бы все наши получили образование в университете, по программе для наших, отличающейся от программы для аборигенов. Хотя гарантировать вам, что война не придёт, к стенам Феодосии, я не могу.
— Это как так? — тут же спросил Стрельцов, — Кто нам может угрожать?
— Ну скажем так, венецианцы давно вели переговоры с ханом Большой Орды Ахматом. Что бы тот присоединился с конфликтом с турками. В этом году его послы должны будут посетить Венецию и получить золото. На то что бы отбить у турок захваченные в Крыму города. И в нашей истории, это хан, на следующий год, начал компанию по захвату Крыма. Так как он давно нацелен на ликвидацию Крымского ханства. В нашей истории, это компания завершилась потом стоянием на Угре. Так как, потерпев поражение от крымчаков, он попытается взять, для продолжения войны, дань, с Московского князя, который ему дань уже не платит, так что хан будет требовать выплатить дань со всей за должностью, и продолжить войну в Крыму. Но в целом Москва и Крымское ханство Большую орду раздавят. И поделят её территорию между Крымом, появившейся Астраханью и тогда вассальной, по отношению к Москве, Казанью. При этом, главные силы турок, а это под сто двадцать тысяч, сейчас находятся на Дунае. Плюс сейчас в Крыму порядка пятидесяти пяти тысяч турецких войск, из которых тысяч двадцать пять, это гребцы-невольники, на их галерах, которых необходимо освободить и рекрутировать в нашу армию. Ну и некоторое количество крымских татар, наверное, тысяч под двадцать. Если считать всего. И вот нам и необходимо будет сдержать. И не дать им возможность реализовать свой план, по удару по Молдавии и Венгрии с тыла, из Крыма. Создав к сентябрю армию, с помощью которой и разгромить войска турок и татар в Крыму. Перед этим лишив их флота и снабжения. Ну и заняв все необходимые территории, перед войной с ханом Ахматом. Где нам, с началом конфликта с ним, придётся продвинуться на Волгу и дойти до Терека. Где есть нефть. Плюс в семьдесят седьмом году будет первый поход московского князя на Казань. В той истории не удачный. Удачный будет уже после стояния на Угре. Мы, укрепившись на Волге, сможем повлиять и на это.
— Ну план понятен, — задумчиво произнёс Стрельцов, — Но есть нюанс, за столько времени, создать армию, способную полностью разгромить тысяч сорок войск невозможно.
И услышав это Давыдова с вызовом произнесла, выпрямив спину и с надменно посмотрев на Конева:
— Да! Раз так, то надо мириться!
— Это если только в мирное время, — уточнил Конев, — В военное же время, обучить войска, можно быстрее. Особенно если проводить боевые действия малой интенсивности. Неся незначительны потери, и давая людям на практике всё осознать. И напомню главные силы турок на Дунае. Ещё одни значительный контингент, причём чуть ли не лучших войск, в Крыму. На востоке Турции сил мало. И я предлагаю с помощью флота занять регион от Синопа и до Трапезунда. Заодно восстановив факторию в Батуми. При этом одновременно обучив войска, восстанавливая их потери из представителей местного христианского населения. Получив имеющиеся там ресурсы.
— Я понял, Клим Саныч, — поморщился Стрельцов, — Ты хочешь быстро натаскать войска во второстепенных боях. Ну и заодно получить людские и материальные ресурсы. Пользуясь тем что главные силы турок оттуда далеко. А перебросить силы они из-за отсутствия флота быстро не смогут. Но ты представляешь какой мы там получим линию соприкосновения с турками.
— Да вообще то не очень то и большая там будет линия соприкосновения, непосредственно с турецкой территорией, Игорь Иванович. От Синопа и до Самсуна. Километров двести. Южнее Трапезунда там уже скорее союзная нам территория будет. Где можно будет нанять воинов. Плюс на восток там уже одно из грузинских княжеств. Где тоже можно будет нанять наёмников. И ими прикрыть границу, послав их в рейд по Турции.
— Ну хорошо, допустим получить, а что дальше?
— После чего необходимо вернуться в Крым. И пользуясь, тем, что противник будет занят осадой Мангупа развернуть не менее двух тысяч стрелков, с полусотней полевых орудий. При обшей численности армии в десяток тысяч, — стал было говорить Конев, но его прервала Давыдова. Поспешившая вставить своё замечание, произнеся:
— Что то мало, по сравнению с силами турок? Неужели хватит?
Конев посмотрел было, на молодую женщину, и ответил:
— Организация силу всегда ломит. А мы пытаемся создать армию, отстоящую от сегодняшней на пару веков. Плюс я очень надеюсь на Игоря Ивановича. Что он справиться с управлением, — при этих словах Давыдова гордо вскинула голову, посмотрела на Стрельцова и со значительным взглядом обвела остальных, а Конев продолжил, — Но, это я оцениваю, как необходимый минимум, с меньшими силами на турок и татар выступать и не стоит. И после создания такой армии, нам следует разгромить войска противника тут, в Крыму. Полностью лишив противника возможности реализовать свои планы. Ну и потом до начала сезона штормов, нам необходимо будет совершить флотом и армией набег на район проливов. Захватив район с углём. И постараться взять с турок налог кровью. Пограбить их и обязательно уничтожить ещё византийские верфи, с запасом древесины, в бухте Золотой Рог. Дабы лишить их двух верфей, из трёх. И возможности восстановить флот в следующем году. И главное оттуда надо успеть вернуться назад в Крым. Причём желательно до начала сезона штормов, на Русском море. Во второй половине ноября.
— Да что там они всё быстро восстановят, что там из дерева строить, — махнул рукой Стрельцов, вызвав усмешку на губах командующего флотом, капитана первого ранга Хроменкова. Который произнёс:
— Иваныч, ты не прав! Если разрушить верфи и лишить противника запаса корабельной древесины, специально высушенной, так что бы она с момента как её срубят, ни то, что воды, земли не касалась, то флот быстро не воссоздать. После битвы при Лепанто, турки, пользуясь тем, что у них были верфи, мастера и запас древесины, воссоздали флот за год. А если делать корабли из свежесрубленной древесины, то они через год рассохнуться и начнут течь, а через несколько лет сгниют на столько, что в порту сами тонуть начнут. Так что если противника лишить базы для воссоздания флота, то мы, в Крыму, со стороны моря, будем в безопасности с десяток лет. Пока они лес заготовят, пока высушат, пока попилят, да новые корабли построят и команды обучат. Так что да. Рейд такой нужен будет.
— Ну допустим, — сначала недовольно буркнул Стрельцов, а потом, посмотрев на Конева, спросил уже у него, — Но что ждёт нас дальше? Я слышал, что тут на юго-запад есть замки. И мы их что все брать будем?
— Немного всё будет не так, Игорь Иванович, — покачал головой Конев, — Начнём с того что четыре года назад в Ялте было землетрясение, все постройки там оказались разрушены. А от Судака и дальше, до Балаклавы, все селения оказались сожжены жителями при подходе турок. Бои были в крепости Фуна. Это в горах, в девяти километрах, на север, от Алушты. Ну и в Балаклаве. Там должен быть турецкий гарнизон. Так как эту крепость турки использовали и позднее. Плюс там, в бухте одно время находился турецкий флот. Который сейчас находиться или там, или же в Севастопольской бухте. И тут не знаю можно ли под три сотни кораблей и барж в Балаклавской бухте разместить. Но в любом случае до Балаклавы мы должны будем дойти без боёв. Ну единственное осматривая укрепления. На возможность их использования. Я думаю нам необходимо будет после этого похода оставить сильный гарнизон в Балаклаве. Поддерживая его флотом. А для нормальной работы женщин, и тех специалистов, что демобилизуем, в Керчи, Феодосии и Судаке необходимо развернуть войска прикрытия на линии Алушта — Фуна и в Старом Крыму. Высылая конные дозоры. Но всё это должны быть местные войска.
При последних словах Конева, Давыдова стала улыбаться, но ничего не сказать не успела. С низу послышался шум и на лестнице, ведущей снизу, показалась одна из двух девушек, капитанов кораблей. Которая тянула за собой одного из явно матросов. Которому коротко и бросила:
— Рассказывай!
А тот, увидев Конева, бухнулся перед ним на колени и, гнусавя срывающимся голосом заголосил:
— Батюшка, деспот, не вели казнить, вели слово молвить!
Конев поморщился и произнёс:
— Поднимись на ноги и докладывай чётко, как тебя научить должны были.
А пришедшая с матросом девушка зашипела и, пиная его в бок, стала приговаривать:
— Не срами, меня, перед деспотом! Не срами!
Матрос встал на ноги и срывающимся голосом стал рассказывать историю про оборону, от турок в порту, что случилась раньше. На что Конев скривился и, закрыв лицо одной рукой произнёс:
— Как же я мог забыть про легенду, о последнем консуле Солдайи. Правда, в записях, она появилась только лет через сто, после этих событий. Но похоже у нас завтра будет сложный день. Необходимо будет отдать должные почести погибшим. И для начала надо потребовать, у местного ювелира, знаки различия Георгиевского креста, четвёртой степени.
Интерлюдия 4
Это утро так же начиналось с рассвета. Но хотя бы получилось утром ещё и поесть. Благо дети, насытившись её молоком спокойно спали. А то ведь было время, что им явно не хватала того, что она могла дать. Но вчерашний обед, который устроили эти странные пришельцы, для всех жителей города, позволил её молоку снова стать сытным, для детей. Да и потом она получила очень много, по сегодняшним меркам еды. И зерно, и рис, и сыр, и овощи, и финики, и даже оливковое масло. Которым она наполнила давно стоявший пустым кувшин для масла. И вечером она намолола на ручном жернове грубой муки и испекла пресные лепёшки. А сегодня надо было сделать ещё муки и поставить тесто, чтобы испечь настоящий хлеб.
И быстро перекусив луковицей, с оставшимися со вчерашнего дня лепёшками, тщательно вытерев остатки оливкового масла изнутри миски, в которой она его принесла. А потом, чувствуя себя сытой, как когда-то давно, села крутить жернов, подсыпая в него зерно и наблюдая как в городе снова, что-то начало происходить. Вчера она не стала участвовать, в собрании горожан, что происходило, когда ещё штурмовали Девичью башню на вершины горы. И как объявили, эти новые пришельцы, там должны были выбрать новый городской совет, судью и начальника городской стражи, ответственного за порядок в городе. Но кто же станет слушать нищую вдову, которую, к тому же, турки изгнали из её же дома, после смерти мужа и захвата города. При этом турки даже не позволили похоронить её мужа. Когда в церкви и башне где они приняли бой, прикрывая уход тех из жителей, что оправились вдоль моря, погас пожар, то турки заложили новой кладкой входы и окна, как в церковь Двенадцати Апостолов, так и в башню Фредерика Астагвера. Запретив хоронить погибших там.
А там, в их старом доме, поселился какой-то важный турок, изгнав её, с детьми, ударами палок. Разрешив взять только то, что она смогла унести. И она поселилась в бывшем домике родителей, на окраине Солдайе. Отец погиб весной, уйдя на рыбалку. А мама не пережила это событие. И домик опустил. Как и многие последние время. И за время пока в домике никто не жил, то он успел обветшать. И в нём если в нём что-то и оставалось, то если только старые миски, кувшины и старые жернова, которыми делала муку ещё бабушка. И вот сидя рядом с каменным жерновом и вращая деревянной ручкой верхний камень, она наблюдала, как в крепости снова что начиналось. Но это не было похоже на военную тревогу. Суматохи не было. Но и на то, что войска собираются уходить, тоже было не похоже. Хотя, что-то связанное с войсками, в городе, и происходило. Их явно для чего собирали.
И тут она увидела, что к её домику быстро приближается городской стражник. Когда-то он служил в страже с её мужем. Но в день, когда в город вошли турки, его с ними не было. И он выжил, появившись в Солдайе, потом. Но сейчас он снова был с копьём, щитом в шлеме и его щите был нанесён косой синий крест, на красном фоне. И увидев, её он ещё издалека стал кричать:
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
