Жена как в воду глядела: Маркус приехал с рассветом, да не один, а с Лонаром. Они завели во двор лошадей, среди которых были ещё две заводные, гружённые даже не сумками, а тюками, и направились к запертой двери. Конечно же, нас разбудили. Пришлось мне идти открывать.
— Привет, — зевая, сказал я. — Что за спешка? Могли приехать и позже.
— Это ты оставляешь за собой дом, — возразил Маркус, — а мы с Лонаром свои продали. Да и нечего вам валяться. Верон постарается отправить вас пораньше, так что скоро здесь будут гвардейцы, а вы наверняка ещё не ели.
— Мы даже не встали. Заходите в дом и немного подождите, сейчас я помогу жене приготовить завтрак.
— Ничего не надо, — остановил меня Маркус. — Мы уже поели, а вам привезли окорок, свежий хлеб и лук, чтобы не возились и не тратили время.
— За мясо и хлеб спасибо, это кстати, а лук ешьте сами. Хоть бы подумали, как от меня будет вонять. Лана упадёт в обморок.
Маркус оказался прав, и едва мы успели переодеться и поесть, как показался эскорт. Одновременно с ним подошли два парня в беретах стражников, которым мы отдали ключи от дома. Вскоре наш отряд выехал из города и рысью двинулся по дороге в столицу. В пути гвардейцы хотели нас окружить, чтобы прикрыть от внезапного нападения, но я воспротивился. Не хотелось двигаться в такой толпе и глотать пыль от их лошадей. Кроме того, дорога была долгая, и я хотел поговорить со своими спутниками без свидетелей. Как оказалось, Маркус хотел того же.
— Давайте, милорд, проедем вперёд, — предложил он и добавил для командира гвардейцев: — Мы не будем далеко отрываться.
Мы отдалились на полсотни шагов от остальных и могли разговаривать, не понижая голоса.
— Я правильно понял, что ты хочешь поручить Лонару службу, которую думаешь использовать против других участников игры?
— Да, в числе прочего.
— Тогда нужно посвятить его в твою историю. Он должен быть в курсе всего, чтобы работать с открытыми глазами. Ты же не хочешь, чтобы он занимался одними чёрными?
— Сейчас с ним поговорю. Мне ещё нужно после свадьбы посвящать тестя. Не хочется, но надо. Одно утешение, что ему потом некуда будет деваться.
— Ты не утешайся, а лучше подумай, как убедить его в своей полезности. Если Игнар решит, что ты угроза трону, его не остановит и дочь. Если сам не надумаешь, посоветуйся со мной. Вместе что-нибудь придумаем, время для этого ещё есть.
Маркус немного отстал и присоединился к остальным, а меня догнал Лонар, которому я в общих чертах рассказал об игре и о том, откуда взялся. Услышанное его не обрадовало.
— Наверняка эти боги выбирали не простых смертных. Если остальные наделены такими же талантами, как и вы, они быстро достигнут в своих странах высокого положения. И что будет дальше? Война?
— Опасность не в их способностях, а в знаниях, которые легко пробудить с помощью магии.
— Какой может быть вред от знаний? — не понял Лонар.
— Мы очень далеко ушли от вас в развитии и много знаем, а людям свойственно использовать все возможности для войн. Позже я расскажу об этом подробно.
— Значит, у вас нет дворян?
— В нашей стране уже нет, в некоторых других подобное разделение осталось.
— А ваш отец военный и командует многими?
— Да, поэтому Маркус и приравнял его положение к статусу барона. А де ла Фер действительно были графами, только очень давно.
Зная щепетильность Лонара в вопросах чести, я решил ограничиться полуправдой. Я ответил ещё на несколько его вопросов, и мы придержали коней, чтобы соединиться с остальными и не трепать нервы гвардейцам.
Наша кавалькада постоянно обгоняла тяжело гружённые обозы. Лето подходило к концу, близился сезон дождей, и купцы, пользуясь хорошей погодой, спешили перевезти как можно больше грузов. Возле знакомого трактира стояли сразу два обоза, и все столы были заняты. Мы не хотели есть, поэтому купили у трактирщика холодное молоко в кувшинах и выпили его прямо в сёдлах, после чего продолжили путь. Возле ворот в Арлан выстроились в очередь три обоза, но мы не стали их ждать. Достаточно было назвать моё имя, как стражники заставили караванщиков освободить ворота и пропустили нас, приветствуя меня, как родственника короля. Вот в городе до меня никому не было дела. Дороги, как и в мой первый приезд, были забиты, и чем ближе мы подъезжали к королевскому дворцу, тем тяжелее было проехать. Если бы я ставил перед собой целью покушение на себя самого, то вряд ли смог бы найти лучшее место. В этой толчее можно было спокойно сделать прицельный выстрел и уйти, не сильно торопясь. Но всё когда-нибудь заканчивается, закончился и наш путь, когда за спинами захлопнулись створки ворот королевского дворца. Гвардейцы сразу же убежали, торопясь устроить лошадей и успеть к позднему обеду, а мы в сопровождении увешанных вещами слуг направились в то же крыло дворца, где находилась королевская резиденция. Здесь в наше распоряжение временно выделили несколько комнат.
— Ваша светлость, — обратился ко мне слуга в одежде с золотом шитьём, — я личный слуга его величества. Он хотел, чтобы вы по прибытии незамедлительно его навестили, поэтому прошу следовать за мной.
Я шёл за слугой, гадая, чем могла быть вызвана подобная спешка. Слуга привёл к уже знакомой приёмной, в которой не было никого, кроме гвардейцев.
— Приветствую, ваше величество! — поздоровался я, отвесив Игнару почтительный поклон. — Вы желали меня видеть?
— Заходи, у меня к тебе важный разговор. От его результатов зависит не только то, будет ли у тебя свадьба с моей дочерью. Если твои ответы меня не устроят, ты можешь лишиться всего, что имеешь, в том числе и жизни.
Я похолодел, внешне стараясь остаться спокойным. Чтобы говорить подобное, у короля должны быть очень веские основания. Что он мог узнать?
— Я вас слушаю, Игнар, — сказал я, отбросив этикет.
— Вначале хочу ознакомить тебя с письмом от моего посланника в Хорти, которое пришло вчера. Я перескажу его своими словами. У тамошнего короля Глада есть дочь тринадцати лет с именем Хнея. В том королевстве женщины редко садятся на лошадей, а принцесс носят в паланкине или возят в закрытых каретах. Вот в таком паланкине в начале этого лета и несли Хнею по одной из улиц столицы. В районе рынка принцесса услышала шум и приказала носильщикам поднести её ближе. Опасности для девочки не было, так что командовавший охраной офицер не вмешался. Шум был связан с тем, что какой-то мужчина пытался силой увести с собой высокую, странно одетую женщину. Она сопротивлялась, и на бесплатное развлечение начала собираться толпа. Девушка была красива и понравилась принцессе, несмотря на непристойную для женщины одежду. Хнея вмешалась и выяснила, что незнакомка обещала отдаться мужчине, если её накормят, а после того как он выполнил свою часть договора, попыталась сбежать. Договаривались с помощью жестов, так как девушка не знала языка, а то, что она говорила, никто не мог понять. Видимо, она сильно оголодала, если оценила себя так дёшево. Принцесса приказала заплатить мужчине за еду и забрать незнакомку во дворец. Офицер пытался возражать, но девочка упёрлась, и он уступил. Король любил дочь, и исполнение долга могло выйти офицеру боком. Во дворце с девушки сняли нелепые штаны, искупали и позвали придворного мага. Он вложил в её голову знание языка Хорти и немного подлечил. При осмотре обнаружилось, что она отличается от прочих женщин не только ростом, но и очень вытянутыми ушами.
Игнар со значением посмотрел на мои уже наполовину скрытые отросшими волосами уши.
— Девушку звали... — он взял письмо и прочёл: — Мэ-ри Смит. Эта Мэ-ри стала при принцессе то ли служанкой, то ли новой игрушкой. Так было до тех пор, пока не обнаружилось, что девушка знает много сказок и забавных историй и умеет так их рассказывать, что у Хнеи захватывало дух. Постепенно между ними возникло что-то вроде дружбы. Неизвестно, чем всё это закончилось бы, если бы однажды вечером Мэ-ри не попалась на глаза королю. Девушка понравилась, и последовал приказ привести её на ночь. Дурочка не поняла своего счастья и начала отбиваться. Король взял её силой, но был разочарован результатом. К тому же его удивило, что взрослая женщина сохранила девственность и запачкала его постель. На следующий день он вызвал к себе мага и велел привести Мэ-ри. Результаты расспросов его не удовлетворили. Девушка отмалчивалась или врала. Тогда маг по приказу короля применил боль. Когда она перестала кричать и немного пришла в себя, слова потекли рекой вперемешку со слезами. Оказалось, что её забросил в этот мир кто-то из богов. Кто именно, она не знала. Её целью было как можно больше возвыситься. Разные боги прислали в наш мир своих посланцев с тем же заданием и с любопытством ждали, что из этого выйдет. Тому, кто победит, была обещана власть над нашим миром. Король не внял слезам дочери, и Мэ-ри при большом стечении народа отрубили её ушастую голову. Игры богов заканчиваются для смертных слишком большой кровью, чтобы он мог позволить себе проявить снисходительность. А теперь я хочу послушать, что можешь сказать ты, чтобы такую снисходительность проявил я.
Глава 21
Я подготовил вариант разговора с королём, основанный на полуправде, но теперь он летел ко всем чертям. Спасти могла только правда, поданная в выгодном для меня свете. Пришлось импровизировать.
— А чего вам хочется самому, Игнар? — тщательно подбирая каждое слово, спросил я. — Не как королю, а как человеку? Что вы чувствуете по отношению ко мне?
— Тебе важно знать? Ну что же, я не делаю из этого секрета. Ты мне симпатичен, но при решении твоей судьбы это не будет приниматься в расчёт, как и чувства к тебе моей дочери.
— Тогда я расскажу всё без утайки, а вы решайте, представляю я угрозу трону или нет, и чего от моего появления может быть больше, пользы или вреда. Меня в ваш мир действительно послал тот, кого вы можете назвать богом. Таких богов собралось несколько, и они от скуки решили сыграть в игру, но не своими, а чужими руками. Задача ставилась забраться как можно выше в человеческом обществе, а обещалась не власть над вашим миром, а выполнение любого желания. Власть — это только один из вариантов. Мне, например, предлагали бессмертие. На самом деле я был гораздо моложе, чем выгляжу сейчас, фактически ещё мальчишкой, и на это купился. Точнее, согласился, не приняв всерьёз то, что мне предложили во сне. Я мог у вас погибнуть или скатиться на дно жизни. Мальчишка с внешностью взрослого мужчины, не обременённый опытом, деньгами и знанием языка... Но мне повезло встретить женщину, которую соседи считали жёсткой и эгоистичной. Она пожалела и приютила меня, а впоследствии полюбила как своего ребёнка. Маг, которого считали нелюдимым отшельником и эгоистом, принял в моей судьбе большое участие, и помогал не из любви ко мне, по крайней мере поначалу, а из расчёта. Маркус знал, кто я такой, и ему, как и вам, это сильно не нравилось. Но он понял, что при наличии многих игроков устранение одного из них ничего не решает, зато может ослабить то королевство, в котором уже не будет такой фигуры. Именно поэтому он всячески способствовал тому, чтобы я как можно быстрее набрал силу. В отличие от этой Мэри, мне почти всё время везло. Потерявший всю семью Лонар принял меня как сына. Меня полюбила замечательная девушка и решила связать со мной свою судьбу. Ко мне с симпатией отнёсся ваш наместник, да и вы сами. Я не рвался и не рвусь к власти. Я не вызывал на дуэль этого чокнутого Солинджера, чтобы освободить для себя имение, не искал любви вашей дочери и в своё время отклонил ваше предложение о браке с ней. Вы можете позвать мага, чтобы он проверил искренность моих слов. Во мне нет подлости, и я никогда не пойду к власти по головам. Наш мир намного более развит, чем ваш. Именно в этом и заключается опасность, а не в каких-то наших талантах. Мы научились убивать в войнах намного лучше вас. И если кому-нибудь из посланцев богов удастся приблизиться к трону и наглядно продемонстрировать то, какие преимущества могут дать такие знания... Вы уверены, что все владыки относятся к войне с неприязнью? Нет? В таком случае только я смогу вовремя распознать угрозу и уменьшить потери, а со временем и подготовить достойный ответ. Для того я и хотел создать службу Лонара, а не только для борьбы с чёрными. И я собирался рассказать вам о себе после свадьбы. А вот ваша дочь узнала бы об этом раньше.
Я замолчал, давая ему понять, что сказал всё, что хотел.
— Значит, твои книги...
— Я никому не говорил, что сочинил их сам. Об этом написано на обложке. Я лишь пересказал чужие истории и кое-что изменил, чтобы не возникало вопросов.
— Хитро придумано.
— Это придумал не я, а мой издатель, а с играми пришлось признать авторство. Не мог я объяснять, что они из другого мира.
— А твоё происхождение...
— У нас давно нет титулования. Положение человека определяется той работой, которую он выполняет. Мой отец служит в армии офицером и командует тысячами солдат. У Маркуса не возникло сомнения, что его статус для вас не ниже баронского.
— Ты меня озадачил, — признался Игнар. — Я не рассматривал твой вопрос с точки зрения полезности. Пожалуй, во всём, что ты сказал, есть смысл. Скажи, ты действительно любишь мою дочь?
— Если бы не любил, не стал бы жениться. Совсем недавно я не мог понять, как можно любить сразу двух, теперь сам их люблю, и обе они для меня дороги. Если не верите, можете позвать мага.
— Мне не надо верить или не верить, я знаю, что ты не солгал.
— Так вы маг? — догадался я.
— Очень слабый. Моих способностей хватает только на то, чтобы распознать ложь.
— Очень полезная способность, — не согласился я, — особенно для короля. Я вообще ничего не могу в магии. Так что вы решили со мной делать?
— Женить, что же ещё? А после свадьбы займёшься тем, чем и собирался. Мы ещё поговорим о твоём мире и вашем оружии. И попроси Маркуса ускорить рост волос. Ни к чему тебе светить своими ушами.
— Где сейчас может быть Лана?
— Как только узнала о вашем приезде, сразу же побежала в предоставленные вам покои, так что ищи её у себя.
— Тогда я, с вашего позволения, побежал. Жена волнуется, Лана соскучилась, а обед давно остыл.
— Передвигайся шагом, как и подобает принцу. Завтра обговорим подробности церемонии, и тебе сошьют одежду для свадьбы. И ещё одно... Прошу тебя подружиться со Стахом. Я верю, что ты сможешь.
Я кивнул и вышел из кабинета. Спина была мокрая от пота. Чёртовы пришельцы с их детскими играми! Я прошёл мимо гвардейцев из приёмной и остановился, будто налетел на стену. Только что в голове мелькнуло что-то важное! Память послушно воспроизвела последнюю мысль. Какой же я дурак! Почему я решил, что пришелец говорил правду? Вот будут могучие и мудрые существа играть в такие детские игры? Могучие, может, и будут, а вот мудрые — вряд ли. Любая игра ведётся по определенным правилам. Должны быть и критерии отбора участников. Мне сильно везло, и я почему-то был уверен, что должно везти и другим. Пример Мэри ломал эту схему. Судя по поведению, она так и осталась девчонкой. Неужели мой пришелец мухлевал? И другие такого не обнаружили? А были ли эти другие? Что я о них знаю? Этот разговор со мной, какая-то детская похвальба... Может, отец подарил сынку за хорошую успеваемость эту их машину пространства, вот он и развлекается по-своему на каникулах. И становится понятен подбор детей. Ну кто из взрослых поверит в то, во что поверил я, и будет играть по этим правилам? Я прочитал очень много фантастики и мечтал о других мирах, мне их и дали, а заодно повесили в конце пути конфетку — выполнение желания, как ишаку перед мордой морковку. Взрослый на такое не купится, по крайней мере, умный взрослый. Можно силой выдернуть людей из их мира и забросить в этот, только большинство пошлёт пришельца подальше и постарается лучше устроиться. А может, мальчишке неинтересны взрослые. И что это меняет? Пока ничего, но если я найду других, возможно, с кем-то договорюсь.
