Утопая в клубах табачного дыма, за столами сидели клерки разного звания. В глубине зала стоял небольшой столик. За которым расположился человек средних лет, с добродушным круглым лицом. Он быстро определил статус вошедшего. Встал из-за стола и пригласил гостя присесть именно возле него.
.....
Лекция о прекрасной жизни в Северной Америке продолжалась больше четверти часа.
— А какие там водопады! — соловьём распевался посетитель конторы. — Представляете? У меня. Там, свой большой дом. Огромный! Большущий! А ещё... Каретный сарай! На шесть личных карет. А седьмую, я ставлю на улице. Знаете? Не хватает для неё места.
— Неужели? — поддакивал клерк.
— Точно вам говорю! А сколько водиться в Канаде рыбы! — Ловить не переловить. Причем не нужно для этого ни сетей, ни удочек — вообще никаких рыболовных снастей. Засунул руки в воду — схватил — вытащил и несёшь на жаркое. А какой там воздух!!!
— Кх-мм, — извиняясь, закряхтел чиновник. — Сэр Генри, прошу простить — очень много работы. Не могли бы вы всё же обозначить цель вашего визита?
Баскервиль удивлённо откинул голову. — А я разве не сказал?
— Пока нет.
— Дорогой, сэр Ольсен. — указали на табличку. — Вас же зовут Ольсен?
— Да, это, я.
— Я очень богатый человек! Получил! — развели руки до хруста в плечах, показывая размер. — Огромно-большое наследство. И следую в Англию, чтобы унаследовать его. По дороге решил заехать в ваш чудесный, замечательный город. Посмотреть достопримечательности, погулять по улицам, совершить покупки. А для этого мне нужны деньги. Как вы их называете? Кажется "Ригсдалеры"? Вот, они-то мне и нужны.
Делец наконец понял желание странного гостя. — Вы хотите поменять наличные?
— Ест оф коз! — согласился англичанин.
— Что будем менять? Американские доллары, английские фунты, французские франки?
Странный посетитель взял паузу. Постучал пальцами по столу. Прищурил глаза. — Золото.
— Золото? — удивлению хозяина конторы не было предела. — И много его у вас?
— Да, есть, тут... Кое, что. Намыл, понимаете... недавно, по дороге, — на стол положили увесистый платок, обмотанный плотной тканью. Значимо подняли палец кверху. — Только прошу заметить, это не просто золото. А самое лучшее в мире — Американское золото с канадских плантаций!
Прелюдия 2.
Погоня! Один - бежит, другие толпой - догоняют!
Внештатный Советник французского посольства в Дании Патрик Жан Дюклон, утопая в огромном кожаном кресле, дочитал письмо. Приподнял голову. Чуть прищурил глаза.
— Скажите, Жуль, неужели величина сокровищ настолько велика, что англичане отправили в погоню за князем... два корабля?
— Да, месье. Всё верно. По информации нашего человека при дворе Александра I речь идёт о большом затопленном кладе на дне моря стоимостью в нескольких миллионов в золоте и драгоценных камнях. При этом надо учесть ещё и историческую ценность. Он говорил, что это не просто драгоценности, а древние сокровища Атлантиды. А там, как вы понимаете, совсем другие цены. И ещё! У вас неверная информация. Англичане послали в погоню за князем не два, а три корабля. Один шёл впереди, второй был в засаде. А третий чуть отстал, следовал позади всех. Вполне возможно появятся ещё какие-то суда, по пути следования.
— Так, так, так, — Дюклон задумчиво посмотрел куда-то вдаль. — В письме написано, в случае вашего обращения, я должен оказать помощь. И что вы хотите?
— Месье, с тем, что я имею, нельзя участвовать в погоне. Не дай бог случиться заварушка. Англичане просто разорвут меня, как бешенные собаки. Для выполнения задания нужен хорошо вооруженный корабль и группа отчаянных головорезов рыл на сто — сто пятьдесят.
— А как же ваши люди? Как-то же вы добрались сюда?
— Месье, у меня обычная шхуна. В команде двенадцать человек. И не одной пушки. А у англичан, на каждой посудине, больше двадцати орудий. Всё, что я могу это идти позади и следить за их парусами.
Дюклон задумался. Вылез из кресла, сделал несколько шагов в сторону буфета, достал с верхней полки пузатую бутылку без наклейки. Налил в мутные стаканы тёмной жидкости на два пальца, опрокинул в горло свою порцию, подал гостю, подождал, пока тот выпьет. После чего вернулся в кресло.
— Хорошо, Жуль. Я напишу своему человеку. Пойдёте в таверну "Жареный кит". Найдёте хозяина забегаловки — папушу Готье. Передадите письмо. Он сделает всё, о чём просите.
Глава 2.
Здания на улице, по которой ехала повозка, были настолько узкие и высокие, что казалось, их сплющили какие-то гигантские тиски. Выстроены они были из кирпича разного цвета, из дерева и камня и походили на толпу бродяг, плотно сбившихся в кучку, одетых в многократно заштопанную рвань.
Ватсон завистливо смотрел на увесистый мешочек с монетами в руках своего попутчика. Порывался задать вопрос. Сдерживался. Но, когда любознательность победила воспитание, не выдержал.
— Сэр Генри, неужели, здесь, можно получить деньги под честное слово? Без всяких залогов и поручителей? Зашёл, попросил — и тебе дали столько — сколько нужно?
Баскервиль довольно откинулся на сидении. Развалился. Закинул ногу на ногу. — Конечно, дорогой доктор Ватсон. Это же Дания! Западная страна. Это вам не какая-то... — Скривились. — Россия. Тут, всё по-иному. Другой мир. Другие люди. Иное воспитание. Культура. Традиции. Всё — другое. Здесь привыкли верить слову джентльмена. Пообещал джентльмен, что отдаст деньги. Значит отдаст. А когда отдаст? Это уже решать самому джентльмену. Может завтра. Может через двадцать лет. А может вообще не отдать. А я — не просто джентльмен, а сэр Генри Баскервиль! Владелец многомиллионного состояния. Единственный наследник поместья Баскервиль-Холл. Да они только на одной новости, о моём появлении в своей "конторе", привлекут столько вкладчиков! У них начнутся ТАКИЕ продажи! — Двери оторвут.
Поручик выразительно посмотрел на князя. Хитро приподнял левую бровь. — Ваше сиятельство, признайтесь честно — обманываете. Скорее всего продали один из ваших камней. А мне говорите, что дали деньги за просто так. Ведь правда?
Рассказчик поднёс руку к голове. Почесал затылок. — Доктор, вы правы. Немного приукрасил событие. Зато как красиво получилось. Как в книге: Сэр Генри Баскервиль пнул дверь ногой, гордо вошёл внутрь. Решительно произнёс — я джентльмен! Дайте денег! — Они сразу же согласились и выдали столько, сколько нужно.
Вселенец расстроенно махнул рукой. Отодвинул шторку. Высунулся из кареты. Обратился к извозчику — Любезнейший! А чего мы тащимся как будто на похороны? У вас кто-то умер? Или забыли лошадь покормить?
Водитель транспортного средства обернулся на голос — Господин, я так и не понял, куда вас вести?
— Как не понял? Я же махнул рукой и сказал — вперёд... на Запад.
— Милорд, я направляюсь в сторону, которую вы выбрали. Только всё равно не понимаю? Куда вам надо конкретно?
— Странный человек? — пассажир нахмурил брови. — Словно ты не русс... — вселенец запнулся. Поправил себя. — Словно ты не из Дании. Я же сказал — туда. — Показали в неопределённом направлении. — Значит, туда и вези. Вези и не задавай глупых вопросов.
Штурман вернулся внутрь "салона". Посмотрел на товарища. — Уважаемый Ватсон, у меня для вас две новости. С какой начать?
— Сэр, начните с хорошей.
— А с чего вы взяли, что есть хорошие?
Напарник пожал плечами. — Тогда начните с новости номер один.
— За нами хвост, дорогой доктор. Кто-то активно следит за нашей каретой, причем от самой пристани. Они настолько обнаглели и увлеклись погоней, что ихняя лошадь тащится в метре от нашей.
— А вторая?
— За хвостом ещё один хвост. Но, те умнее. Отстали на несколько метров. И знаете, что? Мне решительно не нравится эта поездка. Надо что-то делать. У вас есть предложения?
Левашов взял паузу, подумал, покусал губу. — Предлагаю побег. Рассчитаемся с извозчиком, выйдем в тихом месте. Попытаемся скрыться в глухих переулках.
— Хороший план, — похвали попутчика. — Только вряд ли удастся. У нас много тяжёлых вещей. Быстро убежать не сможем. А преследователи налегке. Сразу догонят.
— А если резко ускориться? — сделали новое предложение. — Наверняка извозчику известны глухие места и объезды. Пока — то, сё. Пока сообразят, что случилось. Нас уже след простыл.
Ланин пощёлкал пальцами. Покачал головой. — Не самый плохой вариант. Но! Преследователи могут тоже хорошо знать город. А ещё улицы узкие и много прохожих. Сильно не разгонишься.
— Тогда... — сэр Генри... — у меня нет больше идей.
— Плохо, доктор. Очень плохо. — Вселенец дождался пока едущая за ними карета с одной узкой улицы, заваленной хламом, начнёт поворот на другую. Выбрал момент, когда перекроется проезжая часть... Достал пистолет. Не высовываясь из повозки, прицелился. И выстрелил бедному животному, тянувшему карету преследователей, прямо в голову. Коняга сделала шаг. Дёрнулась всем телом. Запнулась. И тут же рухнула на мостовую, полностью перекрыв движение.
Лошадь извозчика, услышав громкий звук пистолета, позади себя, испугано взбрыкнула и в ужасе понесла по улице, быстро увозя наших героев вдаль от преследователей.
* * *
Два монаха в чёрных рясах, с накинутыми "до глаз" капюшонами, с мешками за плечами, медленно брели по пристани, внимательно осматривали каждое судно. Остановились возле одного из кораблей с кричащим названием "Гончий пёс". О чём-то коротко посовещались, поднимая руки к небесам. Приняли решение. Решительно подошли к человеку стоящему недалеко от корабля.
Смуглый тип, с обветренным лицом, черной бородой, явно был в прошлом пиратом. Его рубашка была расстегнута до пояса, а голубой платок обмотан вокруг коротко стриженой головы. Ожидая пассажиров, он тяжело и шумно дышал, как старый, изношенный шлюп.
Один из "святых отцов" поклонился встречному. Начал нудеть на распев. — Слава господу нашему и пречистой деве Марии. Слава всем святым кто помогал нам в тяжёлом пути и длинной дороге. Слава и тебе добрый человек. Не скажешь ли нам, о добрый моряк, не ты ли капитан этого прекрасного и быстроходного судна?
Бородатый презрительно осмотрел монахов. Ответил сквозь зубы. — Может и я.
— А как зовут тебя, о бесстрашный мореплаватель, встретившийся на нашем пути?
— Капитан Пью Ханиган.
— Слава всевышнему отцу нашему! Да будет над тобой благословение святого Дунстана, святого Дениса, святого Дютока и всех остальных святых на букву "Д" и последующие за ней буквы! Меня зовут отец Бриан Буагильбер. А это мой молодой послушник Уилфред Айвенго.
— Мир тебе, славный моряк... — противно проскрипел молодой святоша.
— Вы что-то хотели? — прогрохотало в ответ.
— Скажи нам, славный и смелый моряк Пью Ханиган, может ли твоё судно доставить нас в Сантьяго-де-Компостела? Наша мать-церковь собирается построить там часовню в честь бостонской мученицы Мэри Дайер.
Владелец "Гончего пса" хмыкнул. — Может, святой отец. Только дорога будет стоить дорого. Туда и обратно — четыреста талеров серебром. По двести на каждого.
Монах открыл рот, тяжело задышал, как будто подавился острым перцем. Попытался разжалобить перевозчика, снизить цену.
— О великодушный и рассудительный сэр капитан, этого славного корабля. Нам нужно только туда. Обратно не надо. Мы с юным Айвенго не прихотливы. Согласны на небольшую каюту, где могли бы молиться за ваши заблудшие души. Вкушать будем свое — что бог послал. Постель не нужна — соломки достаточно. Может всё-таки договоримся подешевле? Хотя бы на двести пятьдесят?
Бывший пират скривил лицо, словно попробовал на вкус дохлую крысу. — Святой отец, у меня правило. Могу отвести в одну сторону, могу в обе. Могу одного, могу двоих. Могу вообще никуда не ходить, никого не возить — сумма доставки от этого не изменится... Четыреста талеров! За меньшее даже якорь не подниму со дна.
Святоша тяжело вздохнул. — Ох, грехи наши тяжкие. За, что страдаем — известно одному богу! Пусть будет так. Только знай! — Мы сильно торопимся. Нас ждут прихожане и молятся за нас каждую минуту. Без нас не начинают стройку. Поэтому надо выйти в море как можно скорее. И плыть как можно быстрее.
На потрескавшихся от солнца губах капитана появилась широкая ухмылка. — Всегда пожалуйста. Платите деньги и даже черти нас не догонят!
* * *
Управляющий конторы по обмену наличности позвал своего помощника — невысокого, довольно коренастого человека, с ничем не примечательным лицом, но с зорким и решительным взглядом. — Андреас, подойди ко мне.
— Слушаю, господин Ольсен.
— Ты хорошо рассмотрел англичанина, которому я поменял золото? Что скажешь? Похож он на того, за кого выдаёт себя?
— По-моему, не очень, господин Ольсен. Хотя... Молодые англичане, отпрыски богатых родителей, все такие. А если побывали в Америке, то, будто ухватили золотого тельца за рога. Хвастаются, бахвалятся, ведут себя вызывающе. На прошлой неделе приходил к нам такой самоуверенный. Назвался сыном лорда Монтгомери. Приехал из Северной Америки. Принёс медные таблички с нанесёнными на них каракулями. Утверждал, что это "ботторо" — старинные деньги племени "Кайова-апачей". Хотел обменять на фунты. Один к десяти.
— И что? Ты поменял?
— Нет, конечно. Я работаю только с купюрами из нашего списка. Да и пластины у него были подозрительные. Я извинился, сказал, что такое не обмениваем.
Управляющий ощерился улыбкой бульдога, показал жёлтые зубы. — А у этого проходимца, золото настоящее! На-сто-я-ще-е! Понимаешь? В жизни не видел такой высокой пробы. Интересно откуда его взял? Причём видно — лежало в воде. Это не слитки.
— Господин Ольсен, я слышал его рассказ... Про какое-то неведомое озеро, где рыбу можно ловить руками. У него, там дом с большим каретным сараем. Куча карет. Так, что золото, скорее всего оттуда.
— Андреас, ты дурак? Думаешь, так просто взял и сказал правду откуда золото?
??? — пожали плечами в ответ.
Хозяин конторы начал крутить на пальце внушительный перстень с роскошно выглядевшим камнем.
— Что-то здесь не совпадает? Этот Баскервиль что-то темнит. Скрывает. Он совсем не так прост, как хочет казаться.
— Не знаю, господин Ольсен? Мне он привиделся обычным простаком, которому улыбнулась удача.
— А мне, нет! Потому, что мест, по пути из Америки в Данию, где можно продать золото высокой пробы — уйма. Только свистни — оторвут с руками, по цене выше, чем я дал. И несмотря на это... Он, зачем-то приезжает в Копенгаген, приходит именно к нам. Конкретно ко мне. И предлагает поменять золото? А это, что-то — да, значит? — Барабанили пальцами по столу. — Только вопрос — что?
— И какой вывод? — Андреас непонимающе уставился на шефа.
Делец набрал воздуха в рот. Подставил кулак и начал медленно выпускать его сквозь сложенные пальцы. Отдёрнул руку, посмотрел на помощника. Высказал свою версию...
— Он взял его где-то поблизости. Либо намыл, либо купил. Если бы у нас продавали такое золото, я бы знал. А я не знаю. Значит, купил — отпадает. Остаётся — добыл. И добыл где-то недалеко. В месте, про которое никому не известно.
