Алые крылья гнева

Есть клятвы плоти, есть клятвы крови, есть клятвы магии. Да-да, три уровня. Первый и второй обойти можно, третий уже нельзя.

Какие бывают клятвы, как можно играть словами, что требуют алтари, какой откат и за что наступает... Ах, если бы Беннет это все знал в пятнадцать лет!

А если бы это знал Клаус?

Дракона аж мороз по спине пробрал!

Клаус... да, ему эту книгу давать в руки никак нельзя! Он бы точно не остановился, и сейчас не остановится. Страшно это...

А еще есть клятва внутри клятвы, еще есть клятва, которая дается НА клятву... да много чего!

Зато и со своими клятвами Беннет разобрался.

У него клятва плоти и крови. Магия не затронута. Причем клятва неполная, и Ланидир о таких упоминал, и говорил, как ее можно обойти. Он клялся служить и защищать, беречь и хранить, быть верным и не лгать, подчиняться и идти за своим господином, не предавать и не бить в спину. Размытые формулировки, которые Клаус почерпнул — откуда? Он старался предусмотреть многое, но Арлас...

Что значит — не бить в спину? А в бок можно? Или в грудь?

Не лгать? А как насчет недоговаривать? Клаус не спрашивал про Далину Ланидир, Беннет и не говорил про нее. И про свои чувства тоже.

На прямой вопрос он может дать прямой ответ, но без него... промолчать — не солгать.

Ложь умолчанием?

Запросто, так же, как и убийство любовью и заботой. Пригласи к больному восемь врачей, и пусть они все пропишут свое лечение, и лечи! Твоя совесть чиста! Ты хотел, как лучше, а что от такого и здоровый загнется... ну, бывает.

Можно ли избавиться от клятвы?

А можно! Если Клаус умрет, желательно не от руки Беннета. Или...

Да, есть и другие ритуалы. Но о них Арлас уже не писал в этой книге, просто упомянул, что с помощью родового алтаря можно многое. Но родовой алтарь Дубдраганов подчиняется Клаусу.

Или нет?

Он глава рода, но...

Но!

С алтарем может взаимодействовать любой член рода! А переход в другой род, кстати, меняет и плоть и кровь. Так что клятвы благополучно погорят. Один минус — не все могут это пережить.

Правда, красные как-то исхитрялись. Они могли менять и кровь, и плоть, и магию.

Как? Не сказали. Вот это уже, видимо, родовой секрет. Хотя к Ридоле Беннет с этим пришел. И ответом ему был искренний взгляд алых глаз.

— Не знаю. Не мой уровень. Далина знала, я нет.

— Далина... знала?

Ридола кивнула.

— Знала. И могла обойти ЛЮБУЮ клятву.

Беннет аж головой замотал.

— Но она вышла замуж за Клауса! Соблюдала все данные ему обещания! И... он ее убил!

Ридола продолжала молча смотреть на Беннета.

— Она это... позволила?

Длинные, несмотря на возраст, ресницы драконицы, опустились. Не прямое 'да', но близко к тому.

— Но почему?!

— Драк, вы собирали сведения о Ланидирах?

— Да.

— Сколько сестер у Далины?

— Было три, осталось две.

— Сколько у них детей?

— Один... слабый?

— Сколько детей было у братьев Далины?

— Да их вообще не было!

Для Беннета это в свое время было большим облегчением! Да что там — радостью!

Он поклялся следовать за Клаусом, он так и поступал, но... чтобы получить контроль над алыми, Клаусу надо было убить всех Ланидиров. Будь у них дети, Беннету было бы сложнее. А так... глава рода уже старый, его сыновья взрослые, дочери замужем, а малышни в роду пока нет. Хотя сыновья были женаты достаточно долго. А правда — почему?

Последние слова он точно произнес вслух. Или думал так выразительно, что Ридола улыбнулась.

— А если попробовать ответить? Если вспомнить, что писал Арлас?

— Если вспоминать... бесплодие или вырождение — это следствие нарушения взятых на себя обязательств перед родом.

— Абсолютно точно. Как только в роду уменьшается количество детей, надо искать или нарушенные клятвы, или вообще, пренебрежительное отношение к своему кодексу, к алтарю...

Беннет схватился за голову. Ей-ей, после порки было легче!

— А думать всегда сложно, — подбодрила его Ридола. — Первое время вообще кошмар!

— Издеваетесь, драка?

— Есть немного. Ну так, что скажете, драк?

— Если верить Арласу Ланидиру, алтарь всегда дает шансы. Трем поколениям. Первое поколение — количество детей уменьшается, потом идет резкий рост, но если вот это поколение не берется за ум, то оно становится бесплодным. Практически...

— Или рожает детей в другой род, тоже очень реально.

— Или так. Подождите, дед Далины имел одного ребенка, а именно отца Далины, и вот у него... вы мне хотите сказать, что Далина — то самое, третье поколение?

— Алтарь — не любящая мамочка, вторых — пятых шансов он не дает.

— Но что такого сделал дед Далины?

— Прадед. Он пренебрег обычаями рода, дед последовал его примеру, отец тоже... Далина уже начала расплачиваться.

— Это ее болезнь в детстве?

— Да. — Ридола посмотрела на цветы, на малыша в колыбельке... маленький Леонидас спал, не думая о родителях, о том, что он для отца — Карл, ему пока не было дела до всей этой внутриклановой возни. — Далина умирала. Она чудом разобралась в своей проблеме, она заключила сделку с алтарем, и она выполнила свою часть сделки.

— С Клаусом?

— Что писал Арлас о новой крови?

Беннет послушно открыл нужные страницы. Освежил знания в памяти, посмотрел на Ридолу.

— Минутку... оба сына старого главы были женаты...

— Внутри клана. На двоюродных — троюродных. Полезно для объединения денег, но это — НЕ новая кровь.

— То есть... вы мне сейчас хотите сказать... — Беннет потер лоб, потом ошалело полез в книгу, проверять свои предположения. Потом воззрился на Ридолу, как на оракула. — Далина просто... вывернула клятвы?

— Не совсем так. Сильно она играть с формулировками не могла, но ей помог сам Клаус. Ему же нужен был сын с кровью алых, чтобы управлять алым кланом, для этого фактически, он — черный дракон, сильный, глава своего рода, пообещал первенца в чужой род.

Беннет схватился за голову.

— Да его ж за это...

— Правильно. Первенцев НЕ ОТДАЮТ, — подтвердила Ридола. — Кстати, алтарь Ланидиров согласился бы и на второго — третьего сына, но если Клаус уперся? Он сам этого хотел, и Далина проводила все ритуалы, и он участвовал. При этом Клаус не ушел в род Ланидиров, Далина не ушла в род Дубдраганов, фактически, она родила продолжение рода от лучшего из возможных — от главы черных. А что он ублюдок и полукровка, это еще и лучше оказалось. Силы и ярости у него хватило, чтобы подмять под себя клан, но с родовым алтарем он связан намного слабее, чем другие драконы. К примеру, тот же Беннет Драган.

Дракон с размаху шлепнул себя по лбу, в голове зазвенело.

— Почему я себя чувствую таким идиотом?

— Потому что умным человека делают не клинки, а знания. Можно перерезать всех умников, только вот от клятв это не освободит, и откаты не уберет.

— И Клаус теперь обречен? Откат случится, просто не сразу?

— Он обращался к алтарю? Вот, за это время?

— Нет. Он даже из замка Ланидров не улетал... ну, вы в курсе.

Ридола кивнула.

— До рождения ребенка у него был шанс что-то переиграть. Он, кажется, обращался к алтарю... раза два за тот год, который Далина носила ребенка?

Беннет кивнул.

— Для Клауса это, скорее, формальность. Он еще удивлялся количеству ритуалов, которые проводила Далина.

— Правильно. Удивлялся, потому что не разбирался. Фактически, после смерти отца, Далина становится главой рода, она же последняя из Ланидиров. Проводит все те ритуалы, которые должен был выполнять ее отец, беременеет, проводит все ритуалы для сына, причем муж участвует добровольно, и к алтарю он сына после рождения тоже принес добровольно...

— Получается, Клаус себя приговорил?

— Не сразу, но по сути — да. Первое же обращение к алтарю его или убьет, или покалечит так, что он даже перекинуться не сможет.

— И я должен ему об этом сказать.

— Должен? Или хочешь?

Беннет прислушался к себе.

Нет, здесь и сейчас клятва ничего не требовала. Он обязан был бы предупредить Клауса — раньше! Когда тот ввязывался в эту авантюру! Вот тогда, если бы Беннет знал, рассказал, это засчитывалось бы алтарем, как защита. А сейчас — как?

Никак. Чего крыльями махать, когда уже голову оторвали? Все уже сделано, остается принимать последствия.

— Клаусу еще можно как-то помочь?

— Вряд ли. Далина могла, но...

— Понимаю. Получается, Клаус погибает, не оставив наследника, в клане начинается... да уж! Там начнется!

— И клан черных, и лично род Дубдраганов ждут тяжелые времена. Но они меня не волнуют. Да и тебя тоже не должны — сильно.

— Почему?

— Потому что Клаус не озаботился полноценно принять тебя в род, нет? Ты же Драган, не Дубдраган!

— Род меня рассматривает, как телохранителя главы, как кровного родственника, но дальнего порядка. Все верно. Клаус меня не принимал, выбрал из того, что предложил алтарь.

— А чтобы принять, нужны ритуалы, опять же, возвращаясь к тому, сколько Далина с алтарем работала?

— Много. Я понял, мы с Клаусом самонадеянные идиоты.

Ридола пожала плечами.

— Вполне возможно, что вы — идиоты, которыми воспользовались, чтобы расчистить себе дорогу. Я не знаю, что творится в клане черных, но наверняка есть кто-то...

— Кто подхватит власть из лап мертвого Клауса?

— Да.

— Я попробую вспомнить. Наверняка есть.

— Опять же, двое мальчишек из приюта — и такая карьера? Может, вам кто-то помогал? Это и предательством не считается, если что, просто помощь. А решение стать главой черных, убить предыдущего главу — это уже решение лично Клауса.

— Нас использовали?

— Дурака всегда используют. Это закон жизни. Если у тебя не хватает знаний, тебя обязательно куда-то втянут.

Беннет растер лицо руками.

— Голова кругом. Но Далина не рассчитала всего, она умерла...

— Она рассчитала, что могла. Это намного больше того, что она могла получить, я знаю.

— Смерть?

— Иногда смерть — это начало новой дороги.

Этого Беннет не понял и махнул рукой.

— Ладно, а что теперь мне делать?

Ридола ухмыльнулась.

— Если несложно, слетай, передай письмо? Далина просила.

— Далина?

— Она рассчитывала, что у нее будет чуть больше времени после родов, но подстраховалась. Сможешь? Желательно, никому об этом не рассказывая?

— Кому?

— Драк Истанар. Старший, Эддар Истанар.

— Не Тандилар?

— Нет.

— Письмо прочесть дадите?

Ридола молча извлекла из кармана свиток и сунула Беннету.

— Читай, не запечатано.

Беннет и принялся читать. И спустя пять минут захлопал глазами.

— Это что?

— Описание похода и битвы. А что тебя удивляет?

— Ну...

— Далина с ним и раньше списывалась. Так получилось, она и другим дракам писала, ей же надо было знать, что творится в клане. И о себе рассказывала, да. Истанару это интересно. Походы, битвы, кто сделал, что сделал... дракон, который не знает историю, лишится и хвоста, и чешуи.

— Но это же люди!

— И мы должны знать, что и от кого можно ожидать.

Беннет только головой потряс. Мыслей в нее набилось так много, и они были так плотно спрессованы, что даже на уши давили.

— Кажется, у меня мигрень начинается.

— Ничего страшного, обезболивающее в замке есть.

— Слов у меня нет. Отнесу я письмо, и никому не расскажу. Даже Клаусу, если не спросит впрямую.

— Вот и отлично. И читай умную книжку, тебе еще с клятвой разбираться.

— Если Клаус умирает, клятвы меня и так отпускают. Автоматически.

— После чего ты становишься Драганом, младшей ветвью Дубдраганов, и получаешь все, что к ним относится. Автоматически, — передразнила его Ридола.

Беннет застонал и покосился на рядом стоящее дерево. Растение его энтузиазма не разделяло. Болит у тебя голова? Так ты о камешек ей постучи, о стеночку! Они не живые, им не больно, а о дерево такой твердой головой биться не надо, ему это ни к чему. Ему еще расти и расти.

Пискнул в колыбельке маленький Ланидир.

— Кормить пора, — кивнула Ридола. — Проводите нас в замок, драк?

— Конечно, драка.

Книга исчезла за пазухой у Беннета, письмо тоже, а больные глаза... и что? Ему вон как недавно досталось! Тут и глаза больные будут, и голова, и спина... хорошо еще, сам ходит и разговаривает. Никто и не удивился даже.

Россия, наши дни

— Даша, зайди к начальнику. — секретарша на пороге зала и себя показывала, и на других посматривала. А то ж! Могла бы и просто позвонить, но прогуляться приятнее. И она вся такая на контрасте, ухоженная и элегантная, среди спортсменов...

— Хорошо. Сейчас занятие закончится, и сразу бегу. Не срочно же?

— Минут десять или пятнадцать потерпит.

— А я как раз закончу. Спасибо.

Секретарша кивнула, и отправилась обратно. Далина развернулась к ученикам, и отправилась поправлять клинок.

Ну кто ж его таким хватом держит? Это что — баба? Чего ты вцепился, как в хвост дракона! Отпусти, лучше будет! Кисть расслабь...

Так, понятно.

Укреплять кисти не пробовал? Записываем. Берем шест, во-от таких размеров и толщины, и держим перед собой. На вытянутых руках. Сколько?

А вот пока руки отваливаться не начнут, так и стоим. Лучше каждый день, по два раза в день. Или по три.

Нет, это — не издевательства. Это — упражнения!

* * *

Умар посмотрел на Далину. Потом опустил глаза на стол, переставил фигурку, вернул ее на место...

— Я хотел поговорить...

— Слушаю?

— Не обижайся... мне не нужны проблемы.

— А я их доставляю?

— Я просто не хочу нарываться. И тебя обижать не хочу. Ты с Фаридом разговаривала?

— Нет, — Далина и не соврала. Она не разговаривала, она просто убивала. Не прокатило. Умар поднял глаза от стола и мрачно поглядел на женщину.

— Я не хочу проблем. И я знаю, что ты не простой человек. Я с Хабибом говорил... слушай, да... давай я тебе пособие за три месяца выплачу. Только уволься сама, хорошо?

Далина пожала плечами. Она и так уволиться собиралась, просто чуть позднее. Кстати!

— Потому меня и ни на какие бои не ставили?

Умар кивнул.

— Не обижайся. Хабиб сказал, что ты — убийца.

— Чего уж на правду-то обижаться, — вздохнула Далина, опускаясь в кресло. — Ладно, без претензий. Пособие за полгода — и я отсюда уберусь.

Умар кивнул. Что для него полугодовая зарплата тренера? За неделю отобьет, не на одном, так на другом.

— Договорились. А все же? Хоть пару слов — я прав?

Далина припомнила все, что рассказывал ей Костя, и печально посмотрела на собеседника.

— Не все фильмы врут. Люди Икс, конечно, сказка, но работы в этом направлении ведутся, и у нас, и у них... дальше уточнять? Убийцы тоже нужны, всегда нужны будут.

Умар и не сомневался.

— И ты...

— И я, и мои родители, это давно тянется, — в этот раз Далина даже не соврала. — Это не самое страшное из того, что я умею, просто зрелищное. И Хабиб прав, да. Меня учили максимально быстро и эффективно убить врага. Не бороться красиво на потеху публике. Я могу, но... неудобно. Руки не туда все время тянутся, приходится себя останавливать.