Товарищ Гроза - 2

На миг возникло желание заскочить по пути к профессору — просто попрощаться. Может, даже позвать его в свой партизанский отряд. Хотя... Тут я был абсолютно уверен: откажется. Он из тех людей, которые не привыкли менять свой образ жизни ни при каких обстоятельствах.

Может, стоило признаться ему, что омоложение происходит и при обратном переходе в будущее? Причём этот эффект распространяется не только на самого путешественника во времени, но и на всех, кого он берет с собой. Я мог бы позвать его в своё время ещё и для этого. Но даже в таким случае — никакой уверенности в его согласии не было.

Нет, если бы я шёл пешком, то обязательно бы заскочил. Просто попрощаться — как уже и говорил. Но теперь я на слишком приметной машине. Если кто-то из соседей или случайных прохожих запомнит, как она останавливалась возле профессорского дома, то могут и вычислить. Создавать ему неприятности я не желал.

Пробраться ночью в городскую библиотеку труда не составило. Это точно не охраняемый объект. Хотя теперь я и на любой охраняемый пройду — стоит этой самой охране хоть на миг отвернуться.

Легко сниму любой навесной замок. С врезным чуть сложнее — но если сумею хоть как‑то прикоснуться к язычку, изыму его в инвентарь, а потом запросто открою дверь. Только зачем такие сложности? Сама дверь прекрасно изымается целиком — как с петель, так и вместе с любым закрытым замком. Всё‑таки это подвижная деталь, к которой можно прикоснуться.

Самое интересное в другом. После некоторых тренировок я смог не только изымать подвижные детали из любых механизмов, но и вставлять их обратно — так, будто они оттуда и не исчезали. И не только из радиостанции (которая является моим профильным предметом), но вообще любые.

Раньше это было скорее теорией. Теперь, после тренировок, — практикой. Изъять дверь, сделать шаг вперёд, вернуть дверь на место. В первый раз она встала как‑то криво и тут же рухнула. Второй и третий — тоже. Потом наловчился. Теперь всё происходит идеально.

Зашёл, осмотрелся — и понял сразу две вещи.

Первая: библиотекарь пятого уровня — это сила. Не скажу, что я стал здесь всемогущ, но подобрался к этому состоянию очень близко. Я ощущал книжные полки вокруг примерно так же, как ощущаю вещи в своём пространственном кармане. Не совсем идентично, даже совсем не так — но всё‑таки ощущал.

Вторая: отсутствие света мне совершенно не мешало. А это уже о многом говорит. Нет, прочитать название книги по корешку в полной темноте я точно не смогу. Но я просто знал: вот тут полка, вот тут конкретная книга, а здесь — ровно столько‑то томов, не больше и не меньше.

Когда я посещал эту библиотеку днём, ощущения были заметно другие. Видимо, мешало присутствие посторонних людей, сбивало настрой. А сейчас, когда я тут один, — чувства непередаваемые.

И нет, никакой магии: просто так, ни с того ни с сего, я эту библиотеку не ощущал. Но стоило только начать думать о перемещении книги в пространственный карман — и вот тогда возникал этот отклик, будто она уже там, в инвентаре.

А ещё мне впервые не требовался прямой физический контакт, обязательный для всех остальных объектов. Я просто ощущал все книги, полки и вообще всё, что связано с библиотечным делом в этом помещении. А потом — по собственному желанию — перемещал выбранное к себе во вне лимит пространственного кармана.

Это было круто. Это было почти всемогущество. Теперь я на своей шкуре знаю, что такое пятёрка в навыке. Даже возникло желание: когда закончу испытание и получу два призовых очка, одно из них обязательно вложить в библиотекаря.

Также я понял, что могу делать селекцию — или, вернее, точную выборку. Например, изъять только книги с зелёными обложками. Или только те, что написаны на определённом языке — особенно если этот язык есть среди моих собственных навыков.

Информация к размышлению: не исключено, что на следующем уровне инвентарь сможет дать такую же возможность — уже не только в рамках имеющихся навыков, а вообще к любым объектам.

Представил на мгновение: приложил ладонь к вагону, набитому золотой рудой, — и извлёк не весь вагон и даже не саму породу, а только содержащееся там чистое золото. Круто же! Точно надо и дальше качать инвентарь. Тем более что я это собираюсь делать в любом случае.

Ощущения от 'библиотечного всемогущества' мне очень нравились, но я не стал тянуть — очистил все залы буквально за несколько минут. Теперь следовало залить бензином пустое помещение, оставить таймер и уйти. Только... зачем?

Я уже не раз успел обдумать моральный аспект своего поступка. Я ведь понятия не имею, сохранилась эта библиотека в моей истории или нет. Сожгли и разграбили её немцы? Сгорела она при освобождении города нашими войсками? Была растащена кем‑то посторонним? Или всё-таки чудом дожила до двадцать первого века?

Но нет, аморальным я своё действие не считал — при любом раскладе. Я просто знаю, что эта временная линия исчезнет вместе со мной, вне зависимости от того, провалю я испытание или нет. А значит, исчезнет и эта конкретная библиотека со всеми её фондами. Выходит, я её спасаю — если не для этого мира, то хотя бы для нашего будущего. Ну и для себя лично, зачем врать если всё равно никто не видит?

Однако всё равно — зачем здесь бензин? Сами книги я уже похитил. Зачем уничтожать само здание? В изначальном плане пожар предусматривался для отвлечения внимания от моих действий на вокзале, но там я уже побывал и всё, что смог, похватал.

Вот так иногда и бывает: обстоятельства меняются, а ты по инерции продолжаешь следовать старой линии, даже не задумываясь, что причины для неё давно отпали.

Так что — никаких пожаров. Тихо зашёл, тихо всё забрал и так же тихо уйду. Причём получилось намного быстрее, чем изначально планировалось. Да я с такой скоростью ещё успею посетить какое‑нибудь интересное место за эту ночь и только потом окончательно исчезнуть! Идея хорошая... но несвоевременная. Лучше не буду сочинять новых планов на ходу, риск сейчас ни к чему.

Покинул библиотеку — и даже получилось аккуратно поставить входную дверь на место. Так что никто и не поймёт, как вообще сюда проникли и как покинули здание. С остальными моими художествами этой ночи кражу книг, конечно, свяжут — но загадок от этого у следствия не убавится, а скорее наоборот, прибавится.

Радиостанция, вокзал, генерал и библиотека... Какая между ними всеми может быть логическая связь? Мне даже самому интересно. Надо будет как-нибудь позже наведаться сюда инкогнито и поинтересоваться: разгадали ли они эту загадку? И каких фантастических теорий успели понапридумывать их лучшие следователи. Понимаю, что ничего такого делать точно не буду, но почему бы не пофантазировать?

Я снова материализовал Мерседес из пространственного кармана и сел за руль, но мысли всё равно крутились вокруг библиотеки. Почему так получилось именно сейчас — и совершенно не получалось раньше? Почему здесь я смог забирать предметы в инвентарь, даже не прикасаясь к ним, хотя до этого такой номер не проходил? Причём, что немаловажно, раньше бесконтактный захват не срабатывал в том числе и с книгами.

Или библиотека — это не только склад, на котором лежат книги, но и целый комплекс? И только когда я вхожу внутрь этого воображаемого контура, здание начинает синхронизироваться с моим навыком пятого уровня? Пока ничего не понятно, с этим механизмом ещё только предстоит разбираться. А значит, у меня впереди не одна библиотека. Можно будет посетить и берлинскую, и лондонскую, и многие другие. Даже не ради самих книг — которые там всё равно на непонятных мне языках, — а ради самого этого ощущения почти божественного могущества, которое мне невероятно понравилось.

Кстати, об ощущениях... Как я уже говорил, именно книги в своём пространстве вне лимита я чувствую гораздо четче, чем что‑либо другое. В отличие от прочего имущества, я могу даже примерно прикинуть их общее количество. Раньше определял чуть ли не поштучно — теперь не выходит. Почему? Просто изменился порядок цифр.

Два миллиона! Целых два миллиона документов, включая книги! Именно столько числилось в фондах центральной библиотеки имени Ленина. И я отчетливо чувствую, что их там даже больше — но насколько именно, сказать уже не могу. Подозреваю: как только в инвентаре появится третий миллион, цифра снова уточнится.

И где, спрашивается, торжественное сообщение от Системы о повышении уровня библиотекаря? Так‑то я прекрасно знаю где — во вне лимите пространственного кармана. Как только я вытащу всё это богатство, проштампую экслибрисами, расставлю по полкам и каталогизирую — так сразу мне уровень и объявят. Понятно, что перебирать все два миллиона не потребуется: для шестого уровня библиотекаря хватит куда меньшего объема.

Осталось только выяснить — насколько именно меньшего. Пятый я получил за прежние заслуги и чуть больше семи тысяч книг в личной библиотеке, собранных за всю мою жизнь. Ставлю на десять тысяч. Надпись: '+1 к интуиции' тоже не выскочила. Что вовсе ни о чём не говорит. Эта Система работает сильно иначе.

Главное при этом — не разочароваться в процессе. А то я себя знаю: как только коллекция резко пополняется огромным количеством предметов, я часто теряю к ней интерес. Иногда надолго, а порой и навсегда.

Хотя в данном случае важна не только коллекция сама по себе, но и рост уровня. А это — новые возможности и новый азарт. Я ведь не смогу за один присест каталогизировать миллион книг. Да что там миллион — даже тысячу за раз не осилю. А значит, меня ждёт долгое и увлекательное занятие, совмещенное с планомерной прокачкой.

Наверное, повторюсь, но с библиотекой всё прошло настолько как по маслу, что у меня начали возникать совсем уж дерзкие идеи. И ладно бы просто возникать — они буквально вцепились в мой мозг и не желали покидать голову, даже когда я волевым усилием от них отказывался. Вот не желали, и всё тут.

А не потребовать ли мне продолжения банкета? Тем более что и пропуск в комендатуру теперь имеется. Может, не сам пропуск, но генеральский Мерседес, наверное, тоже подойдёт. Проехать туда на машине внаглую, в расчёте на то, что проверять высокую персону никто не рискнет. Вероятность успеха, конечно, была — но ничуть не меньше шансов, что дежурный окажется излишне ретивым. И что тогда?

Но даже если всё выгорит и я окажусь внутри — что я там буду делать? Нет, занятие я себе найду, обчищу все кабинеты, до которых дотянусь, но потом ведь надо будет как‑то вырываться обратно. И на любом этапе этого гениального плана могут возникнуть проблемы. Вернее, не так: не 'могут возникнуть', а обязательно возникнут. И какая‑нибудь из них точно так же обязательно станет критичной.

Если же перенести этот визит на следующую ночь — как я изначально планировал поступить с библиотекой, — то Мерседес уже перестанет быть ключом от всех дверей. Пропажу генерала обнаружат без всякого сомнения. Даже если не заподозрят похищение, а решат, что он где‑нибудь загулял, — всё равно будут искать и машину, и владельца.

Так что не стоило портить досадной случайностью идеально проведённую операцию. Тем более что трофейный Мерседес можно использовать по прямому назначению — не для проникновения в логово врага, а для максимально комфортного покидания Минска. Уж на каком‑нибудь второстепенном посту генеральское авто останавливать точно никто не станет.

Или всё-таки рискнут? Что ж, тогда это будут уже их проблемы. Вытащу из инвентаря одну из своих групп быстрого реагирования и просто всех уничтожу. Да, будет шумно. Но это как раз тот случай, когда шум уже не играет роли. Я буду за пределами города, а там возможностей для исчезновения — огромное множество. Хоть на любом из автомобилей уезжай, хоть на самолёте улетай, хоть пешком в густых зарослях прячься.

К счастью, обошлось без стрельбы. Уже в предрассветных сумерках покидающий город генеральский Мерседес не только не задержали, но ещё и поприветствовали — отдавая честь. Я, изображая водителя, помахал на прощание рукой.

Ну а дальше — самый идеальный план. Отъехать на автомобиле настолько, насколько получится; сразу, как только появится возможность, пересесть на самолёт и отлететь куда‑нибудь в сторону ближайшего лесного массива. Там — прыжок с парашютом и затаиться в лесу.

К читателям:

Меня уже не раз спрашивали, почему герой не меняет историю? А как? На самом деле он её изменит, но уже в четвёртой книге. Есть несколько черновиков и планов, есть даже иллюстрации. Если кому интересно вот тут всё это выложено:

https://author.today/post/779568

Глава 21 Два партизанских отряда

Планы на то, как я буду покидать Минск, были составлены ещё до того, как я вообще туда залез. И лично для меня такая предусмотрительность — абсолютно нормальное состояние, причём ещё с самого‑самого детства.

Прекрасно помню, как мы мальчишками лазали по крышам, чердакам, стройплощадкам, заброшенным садам... Все остальные в первую очередь азартно думали о том, как бы туда половчее залезть. Я же всегда сначала прикидывал: а как я оттуда буду выбираться в случае чего?

Таким образом, постепенно я стал этаким 'голосом разума' в нашем дворовом отряде. Все настолько привыкли, что мои советы работают, что начали к ним прислушиваться не только в специфической ситуации, как покидание локаций, но и наоборот.

Собрались мы, например, лезть на чердак, поднялись на самую верхнюю лестничную площадку — и тут же закипает спор: кто лезет первым?

— Ребят, вы чего? Тут люди живут. Сейчас услышат, выйдут и погонят нас в шею, о чердаке можно будет забыть.

Однако я из личного опыта знал: такой аргумент абсолютно бесполезен. Поэтому обычно говорил другое:

— А давайте так: тот, кто лезет первым вверх, потом последним спускается вниз.

На этом спор практически сразу и затухал. Ведь зачастую главным было не первенство, а справедливость, и моё предложение выглядело вполне честным. Да и привыкли все, что я даю дельные советы.

Постепенно к моим словам начали прислушиваться не только сверстники, но и мальчики постарше. Во дворе я превратился в своего рода 'серого кардинала': официально позиции лидера не занимал даже близко, но к моим словам прислушивалсь.

Иногда это был практический совет, иногда — глупая шутка, а иногда — тонкая полуправда. Я вообще очень быстро осознал: лучше никогда не врать. Скажи правду так, чтобы все истолковали её именно в выгодном тебе свете. Возникнут позже претензии? Так кто виноват, что вы наворотили своих 'очень умных' выводов вместо того, чтобы просто спросить? А люди крайне редко задают вопросы, которые кажутся им глупыми, предпочитая полагаться на собственные 'гениальные' выводы.

Среди одноклассников было что‑то похожее, но не так ярко выраженное. Всё-таки со школьными товарищами я по стройкам особо не лазал.

Ну так вот. Привык к роли серого кардинала — а тут вдруг сам себя назначил командиром целой партизанской дивизии. Однако от старых привычек избавляться сложно. Вот зачастую и руковожу личным составом теми же методами: тут пошутил, там выдал лишь часть правды, а где-то вместо прямого приказа просто посоветовал. Но, надо признать, пока это работает.