Алые крылья гнева

Умар кивнул.

— Я подозревал. Я видел, как ты тренируешься...

Далина пожала плечами.

— Можно?

Красивый черный шарик на бронзовой подставке давно привлекал ее внимание. Настоящий, обсидиановый, тяжеленький...

Когтям дракона он поддался с легкостью, как апельсин. Далина их даже не выпускала сильно, а шарик словно бы сам распался на четыре части с чуточку неровными срезами.

— На память.

Умар взял осторожно шарик, поежился.

— Ты и металл так можешь?

— Все могу. А что?

— Ничего, — отчеканил мужчина. — Вообще ничего. Ты на меня точно зла не держишь?

— Слово даю.

— Ну и ладно. Иди в бухгалтерию, две недели отрабатывать не заставлю.

Далина махнула рукой. Ну и ладно, ей уже пора готовиться к отъезду.

— Ребят бросать жалко. Материал хороший.

— У пчелки жалко. Ты им свой телефон давала?

— Нет.

— Вот и не надо. Пожалей мальчишек, не нужны им такие умения.

Далина пожала плечами еще раз. Она бы поспорила, но если просят...

Кое-чему она парней научила, а далее... кто захочет, тот найдет себе подходящего учителя.

— Рада была познакомиться.

— Я тоже... рад. Прощай.

— И вам не хворать.

Это явно было окончательное прощание. Но Далина не была в претензии, Умар ее не обидел, и она его не тронула. Ведешь себя правильно — и все будет хорошо. А если ты возомнил себя хозяином жизни... за то и получил. Когда за женщиной закрылась дверь, Умар выдохнул. Дураком он не был, и понимал, есть вещи, от которых лучше держаться подальше. Расстанутся они по доброму согласию?

Вот и отлично. И обманывать он не станет.

Загадка? Тайна? Любопытство?

Вот он последнее прикрутит, а от первых лучше держаться подальше. Тогда и поживешь подольше.

Ардейл, замок Истанаров

Три сотни лет — это не только опыт. Это еще и мудрость, и характер... конечно, иногда возраст приходит, а ум не успевает дойти, но это не драконий случай. Среди драконов дурак столько не проживет.

Эддар Истанар дураком не был никогда.

Сам о себе он честно говорил — большая сволочь с мерзким характером и дурными привычками. Говорил правду, но ему почему-то не верили.

А зря.

Не прожил бы Эддар столько лет, раньше бы сожрали. Поводы были, и не раз. И за власть ему погрызться пришлось, и когда с первой женой расходился, и когда сын решил, что отца загрызть можно, и когда вторую жену Эддар отбивал у ее жениха, между прочим, жених был в два раза моложе Эддара, только Милисент это не остановило и не удержало. Ушла, только крылом махнула.

Лучше с Эддаром сколько предки пошлют, чем с кем-то другим всю жизнь.

Вот, уже лет тридцать вместе, и сын у них растет... перспективный мальчик. Старшие все же более мягкие, а младший весь в отца.

Оно и к лучшему.

Преданность семье у Эддара тоже была в крови, вот, он уйдет, младший будет мать защищать.

Но это еще не скоро, если повезет, лет тридцать Эддар еще пролетает, если в глупые аферы не ввяжется. Вот что делать с Тандиларом? Сдавать Томроя или не сдавать?

Участвовать в его затеях точно не стоит, он дурак. Такой и сам пропадет, и всех подставит. Но... если его не остановить сейчас — он и дальше будет плести интриги, и попадется. Тут не то, что Дубдраган узнает, тут и сирены в курсе будут. Идиот же!

Но если его сдать...

Истанар-то наверх не лез.

Сил у него хватало, и связей тоже, и, положа лапу на сердце, среди алых он мог бы занять и второе место. А может, и первое. И с Ланидирами разобраться... Мог бы. А оно ему надо?

Это дураки к власти рвутся, а умные другое понимают. Лучше не у власти, а так, в тени. Пусть кто-то другой и все дела тянет, и всю ответственность несет, а ты себе в стороночке стой, главное, чтобы вовремя от последствий увернуться.

Неблагородно? А драконы отродясь глупостями не страдали.

Доблесть, благородство...

Врага надо загрызть! Не получится загрызть — заплюй огнем! Сядь сверху и раздави! Да хоть что сделай, главное, за спиной не оставляй, а то вцепится в хвост — света не взвидишь!

Не нужна Истанару власть. И рядом с властью не нужно.

А теперь считаем.

Ланидиров — нет. Малыш пока не в счет.

Если Тандилары тоже будут уничтожены, следующие — Арейны. А потом и Истанар. И если сейчас привлечь к себе внимание... он легко обойдет Арейнов. И окажется 'на коготке' у Дубдрагана. А не хотелось бы. Черный дракон слишком опасен и непредсказуем.

Это недостаток?

Сложно сказать. Когда это идет от ума — все в порядке, Истанар и сам сволочь не из последних. Но в Дубдрагане было безумие. И вот это старому дракону весьма и весьма не нравилось.

А еще Дубдраган многого не знал. Оно понятно, приютское воспитание, тяжелое детство... Эддар был в курсе, и дракона уважал за силу, ярость, целеустремленность.

Но...

Жизнь такая. Можно пробиться наверх на ярости, гневе, боли, везении... могут быть любые ветра, которые вознесут тебя на вершину. Но чтобы удержаться там, нужны уже не крылья, а когти.

Знания и еще раз знания!

Знания, драконы, деньги... Истанар мог бы перечислить многое. Сам он, будучи главным в своем клане уже больше двухсот лет, чего только не перевидал и мог сказать определенно: Дубдраган не удержится надолго. Это однодневка.

Опасная, зубастая, но... лет десять, не больше. Потом его сожрут. Правда тем, кого он с собой утащит в пропасть, легче не будет.

Вот и сиди, Эддар, у камина, вот и смотри на огонь, лапу вперед протягивай, играй с языками пламени, думай о своем.

Как вывернуться?

Как и род и клан сохранить?

И словно ответом на его вопрос к предкам, легкий стук в окно. Эддар медленно повернулся, рук превратились в две лапы, окутались огнем...

Мужчина, который стоял на окне снаружи, поднял свои ладони, показывая, что безоружен.

— Я пришел с миром, можете клятву взять.

— Клянись.

Рук Истанар не опускал, и огонь тоже не убирал. Беннет Драган! Что этому приспешнику ублюдка надо в его замке?

Беннет тем временем поднял левую руку, выпустил коготь на правой, и вспорол вену. Капли крови упали на подоконник, пока — снаружи.

— Кровью, плотью и магией. Клаус не знает, что я здесь, и я не стану ему этого рассказывать по доброй воле. Меня просили передать письмо от Далины Ланидир, и более ничего. Других целей у меня нет. Клянусь здесь и сейчас не причинять вреда Истанарам до конца моего визита.

Эддар медленно кивнул.

— Принято. — И свел вместе руки. Окно открылось пошире. — Проходи.

Беннет шагнул в комнату, не слишком далеко отходя от окна. Это ж он поклялся, а не ему. Его-то вполне убить могут.

Проклятый Арлас, ДО прочтения его книги Беннет и не задумывался, какой сложный этот мир.

— Вот, — свиток он просто положил на пол. Истанар вытянул руку вперед, и Беннет молча наблюдал за комплексом сложнейших заклинаний, которые окутывали бумагу. Как она еще не загорелась-то?

— Все чисто. Что ж, молодой драк, проходите. Вино будете?

Смешно сказать, в обычной жизни сам Эддар предпочитал яблочный сок. Вот нравилось ему, вкусно, приятно... вино? Да, для гостей он держал хороший погреб, со знанием дела рассуждал о цвете, вкусе, плотности, запахе, кислинке и горчинке, или что там еще понадобится, но удовольствия от вина не получал — никакого. Но предлагать Драгану яблочный сок?

Решит еще, что издеваются.

— Воды нет? — поинтересовался Беннет, — мне еще домой лететь, не хочу вино.

— Сок будешь?

— Буду. Не отравлено?

Эддар хмыкнул, произнося стандартное — не причиню вреда во время ЭТОГО визита, и Беннет чуточку расслабился.

— Спасибо.

— Не стоит благодарности. Я ждал письмо, но почему его принес именно ты?

— Меня попросили.

— Далина?

— Нет. Она со мной и не разговаривала даже...

— Значит, Ридола. Как там старая зараза поживает? Еще не всех сожрала?

— Пока нет.

— Ну и хорошо.

— Ответ будет?

— Нет. Зачем? Да и кому, если Далины нет. Скажи Ридоле, что отдал, да и хватит того.

— Скажу.

Несколько минут драконы молчали. Пили сок, изучали друг друга. Беннет подметил, что двигается Истанар, несмотря на возраст, легко и даже изящно. Явно и в бою не оплошает, и женщины на него ругаться не станут.

Истанар тоже разглядывал сидящего напротив дракона.

А ничего так, внешне симпатичный, это тоже показатель. Да-да, чем сильнее дракон, тем благороднее у него внешность. Высокий лоб, четкие скулы, острый подбородок, большие яркие глаза, густая грива волос, понятно, черных. Угольно-черных, без малейшего проблеска иного цвета.

Сам Истанар — алый, и глаза, и волосы у него до сих пор цветов клана. Седина, конечно, но это возраст.

Если сравнивать Клауса и Беннета, первый — беспородная ящерица. Низкий лоб, приплюснутое лицо, маленькие глазки, короткие волосы с проплешинами... Да, видно, кто тут породистый драк, а кто просто так.

— Погода сегодня хорошая, летная

— И звезды отлично видно. Не хотите еще сока, драк?

— Спасибо, не откажусь.

— А то и просто в гости прилетайте. Поговорим... да, обо всем. Вот как вы к искусству относитесь?

— Никак. Я о нем почти ничего не знаю, в приюте рос.

— Вот, я вам и расскажу. О поэзии можем поговорить, о живописи... на эти темы можно говорить спокойно. А то решите, что я секреты вашего друга выведать стараюсь...

Беннет фыркнул.

— Плохо стараетесь.

— А вдруг получится? — развел руками Эддар. Хотя отлично заметил, как при слове 'друга' дернулся уголок губ Беннета, и выводы сделал. — Сейчас одно спрошу, второе, а дальше — как в детской сказке. Коготь за лапу, лапу за голову...

— И что вы хотите услышать?

— Какие отношения у Дубдрагана с Радданами? Вы в курсе?

Беннет ненадолго задумался.

— Пожалуй, что никаких. Это не самый заметный род черных, так что Клаус с ними общается очень мало.

— То есть вы не знаете.

— Что именно я должен знать?

— К примеру, откуда ваш старший друг взял деньги на наемников?

— Это я знаю. Да, ему эти деньги дал Итор Раддан, под проценты и в долг.

— Как мило! Хотя я и так это подозревал. А с чего такая щедрость — не знаете?

Беннет вздохнул. Не хотелось ему врать вот этому красному. Просто — не хотелось.

— Вы в курсе, что случилось с сестрой Итора?

— А, это когда она вешалась на племянника главы клана, напоила его вусмерть, но протрезвев, бедняга все равно не стал жениться?

Беннет рот открыл так, что оба ряда зубов видны стали.

— Эпс?

— Неужели вам рассказали версию с несчастной обесчещенной девушкой? — откровенно развеселился Эддар.

— Ну...да.

— Молодцы! И вы поверили?

Беннет пожал плечами.

— Я знал, что она девушка... вольного нрава. Но кто сказал, что таким не бывает плохо или больно?

Эддар посмотрел с неожиданным уважением.

— Хм, тут ты прав. Но тому случаю я сам был свидетелем, не сомневайся, все было по доброй воле.

— Допустим. А почему вы вообще об этом заговорили?

Эддар покачал головой. Огонь бросил красный отблеск на седые волосы.

— Я не смогу рассказать тебе это просто так, мне нужна будет твоя клятва.

— Какая именно?

— Поклянешься, что не расскажешь Клаусу о нашем разговоре. Твоя присяга это позволяет?

Беннет кивнул.

— Позволяет. И я хотел с вами о ней поговорить. Ридола сказала, что вы хорошо разбираетесь...

— Тогда расскажи-ка ты мне сначала о своей клятве, а потом уже я тебе расскажу, что меня позабавило.

Пересказывать свою историю второй раз было намного проще. Эддар оказался благодарным слушателем, не перебивал, поддакивал в нужных местах, не осуждал и не ругался — что еще требовалось? Беннет и сам не заметил, как оказался стоящим в центре зала, да еще в нарисованной шестиконечной звезде, а Эддар вписывал в углы какие-то символы, ругался, задумывался, потом опять начинал заново. Наконец закончил, капнул чуточку крови на символ в верхнем луче, махнул Беннету — мол, замри.

И принялся внимательно изучать темное облако, которое проявилось вокруг тела дракона. Может, и час бы изучал, и два, но сквозняк помешал. Полчаса-то Беннет точно простоял, а потом пролетел ветерок, пощекотал, где не надо, и мужчина от души чихнул.

Эддар поморщился, но облако рассеивалось, да и... с его-то опытом ему и пяти минут хватит на диагностику. Еще двадцать минут ушли на мысли о том, как можно разрушить клятву, и что за это попросить.

— Ты ведь имеешь представление о клятвах?

— Теперь уже да. Прочитал кое-что в библиотеке Ланидиров.

— Вот и отлично. Если что-то не поймешь, говори, не стесняйся.

— Хорошо.

— На тебе сейчас клятва плоти и клятва крови. Магия твоя ей не затронута, только тело. То есть душа повреждена не будет, если рвать. Ты не потеряешь в силе, твой род не пострадает.

— Это радует.

— Говоря — твой род, я имею в виду твоих потомков.

— У меня их пока нет.

— Это мне известно. Теперь поговорим о твоих клятвах предметнее. Во-первых, ты еще не прошел инициацию, то есть не перекидывался в дракона, когда их дал.

— Да.

— И их можно разорвать. Думаю, ты не слишком сильно пострадаешь при этом, и откат будет небольшим.

— Да?

— Ты давал клятвы не всерьез, вот они и легли, в лучшем случае, наполовину. Правда, при этом использовались твои плоть и кровь, а это чуточку затрудняет дело. Я могу тебе помочь, но... Клаус тут же узнает, что ты свободен. Связь-то между вами все равно есть.

— Я пару раз чуть не сдох из-за нее.

— По своей же вине, — развеселился Истанар. — Дракон — это еще и магия. Ты принимал все всерьез, твоя магия принимала клятву, фактически, ты огребал не от Клауса, а сам от себя. Но все равно получил бы, просто слабее.

Беннет скрипнул зубами.

— Получается, если я хочу свободы, мне надо сразу и бежать?

— Не думаю, что тебя отпустят добром?

— Нет, не отпустят. Скажите, а что вы возьмете в уплату за разрыв?

Эддар пожал плечами.

— А что с тебя вообще можно взять? Деньги, что ли?

Беннет понял. Чтение записей алых драконов даром не прошло.

— Что вы хотите взамен?

— Я подумаю. Я правильно понимаю, мчаться в неизвестность с голым хвостом, не входит в твои планы?

— Нет. Я подготовлюсь... думаю, месяца мне хватит. И потом приду к вам.

— Вот и я подготовлюсь. Сам понимаешь, возраст у меня уже не тот. Можно твою клятву порвать, но мне это сложнее будет, чем сто лет тому назад. А плата... долг, услуга — сам понимаешь.

— Понимаю. Условия оговорите?

— Оговорю. А пока могу сделать другое. Чуточку ослабить нити, так, что ты сможешь обходить приказы своего хозяина.

Беннет кивнул.

— Если можно. Что в оплату?

— Все, что сможешь узнать про своего хозяина — и Радданов. За десять дней управишься?

— Постараюсь.

— Вот, и прилетай так же, в гости. Буду тебя ждать... днем раньше, днем позже, не страшно.

— Спасибо, — от души сказал Беннет.

— Э, пока еще спасибо говорить рано. Давай, раздевайся, а я пока делом займусь. И крови мне вот сюда нацеди, — Эддар снял с камина ритуальную чашу из сердолика, поставил перед Беннетом. — Даю слово, что не причиню вреда, и использую твою кровь только чтобы ослабить лежащие на тебе узы.