Сначала от этой его гримасы, слишком страшной для ребёнка. Потом в полной мере дошло, что он имел в виду, когда говорил: "...на догорающий остров". Если морской народ уходил в море, то затем, чтобы охотиться. Значит, на острове оставались старики, женщины и дети... Она представила себе эту картину: не снижаясь, не видя, да и не желая видеть, кто погибает под драконьим огнём, драконьи наездники кружат над островом, с которого никто не успевает добежать до воды... И вспомнила, как странно кричал Диней, когда заразилась Лунах: "Вы Вечные! Почему рядом с вами умирают?!"

Юный маг думал о Вечных, как о милосердных и всемогущих богах. Но боги тоже бывают злобными.

— И как ты оказался в том городе, где мы нашли тебя? — тихо, стараясь не спугнуть мальчишку, который впервые говорил откровенно, не прячась.

— Когда мы вышли на берег, отряд драконьих наездников был на другой стороне острова. Но они быстро вернулись.

Сказал и замолчал, явно снова переживая прошлое. Про берег он больше ничего не сказал, но ведьме легко было увидеть, как драконы с огненным рёвом уничтожают тех, кто был на берегу. А те метались, обезумев и не понимая, где и как прятаться, потому что драконы в первую очередь, по приказу своих наездников, принялись поливать огнём полосу между землёй и морем, не подпуская к воде живых...

— Я не знаю, что случилось дальше, — спокойно сказал мальчишка. — Поэтому думаю, что я остался последний из морского народа. Наш остров был последним пристанищем для морского народа. А когда попал в ваш город... Последнее, что помню, пока был на острове, я упал — и очень сильно. Что-то с ногой было, из-за чего я не мог вырастить плавник, как делал всегда... Я очнулся лежавшим на развилке сучьев дерева — посреди моря. Наверное, кто-то из наших успел меня подсадить... Не думаю, что я бы сумел сам... Остатки одежды нашего народа пришлось прятать, чтобы не отличаться от тех, с кем встретился в том портовом городе. Долго привыкал... Пятна горелого помогли стать одним из нищих. Там у них целая гильдия была. Мне подавали больше всех. А потом люди начали болеть... И я... — он угрюмо опустил глаза. — Я отчаялся. Пока не появилась ты. — Он поднял глаза на Рагну. — Я старался быть таким, как все. Но ты меня напугала. Я думал, что ты узнала обо мне. Что хочешь уничтожить меня.

— Почему?! — поразилась Рагна.

— У тебя драконий браслет на руке.

Рагна растерянно посмотрела на запястье. Что браслет драконий — она тоже недавно узнала. Но сейчас она воспринимала его иначе, чем просто украденный артефакт.

И услышала такой же растерянный, как она сама, голос духа: "Я не знал, что такое может происходить между Вечными и морским народом! Я не знал!"

Ему она не ответила, прерывисто вздохнула, когда мальчишка обыденно сказал:

— А потом ты помогла мне. В лодке. Нога болела, я замёрз, и ты подтащила меня ближе к себе. И я понял, что ты не знаешь, что браслет драконий. Только раз испугался — уже здесь, когда ты предложила, чтобы я показал тебе ногу. Я знал, что ты добра ко мне. Но я... испугался и отказался.

— А те... тряпки? — осторожно спросила она. — Тебе не жаль было затыкать ими дыры в кийкете?

— Жалко, — он улыбнулся так слабо, что надо было пристально вглядываться в его губы, чтобы заметить эту улыбку. — Но выжить хотелось больше.

— Это твоё одеяние? — продолжала допытываться она, хоть и чувствовала немного смущение, заставив его снова переживать ужасающие события жизни целого народа.

— Да. На острове я был старшим учеником наших магов, — твёрдо, хоть по-прежнему тихо ответил мальчишка. — Лучшим.

А Рагна сжала кулаки, стараясь не закричать: лохмотья! Он сам сказал, что нищие выбрали его главной приманкой для сердобольных горожан! Ведь он страшно обгорел... А всё потому, что одежда горела прямо на нём!.. Отсюда лохмотья.

Неудивительно, что он мечтал убить обоих Вечных.

И он прав, задавая ей вопрос: "А как мы дальше?"

Поэтому она сказала:

— Мы целим свои раны. Мы готовимся к побегу отсюда. Но пока живём здесь, не показываем своих чувств. Не думаю, что Вечным сейчас до нас. А как мы окрепнем...

Она не договорила, но мальчишка твёрдо посмотрел на неё и кивнул.

И тогда она мягче спросила:

— Арнас, а что теперь... с твоим драконом?

— Я бы хотел забрать и его с собой, — скривился он. — Найти остров и там вырастить его. Вместе с драконом Лунах. Чтобы в следующий раз... если он будет — этот раз, наши драконы могли дать отпор чужим.

Мальчишка посмотрел на двух маленьких драконом, которые всё так же дремали на краю стола. И погладил "своего". Тот поворчал немного и положил узкую лапу на его плечо. Открыл полностью глазища и потянулся к Арнасу, чтобы перелезть к нему.

Второй дракончик тоже поворчал немного, оставшись без тёплого бока сородича, но только вздохнул, когда Лунах положила ладошку на его шею.

Все неожиданно взглянули на коридор между кухней и каминной комнатой.

— Диней, — негромко определил Арнас.

Маг появился в дверном проёме, кивнул всем сразу и тут же обратился к ведьме.

— Рагна, проснулся Роар. Я сказал ему, что ты хочешь поговорить с ним.

— Не договариваешь, — заметила, как он мнётся, не желая что-то ещё сказать в присутствии детей.

— Мы пойдём в каминную комнату, — предупредил Арнас и встал с табурета, чтобы помочь Лунах.

Диней посторонился, когда дети проходили мимо него.

— Ну так что? — напомнила ведьма магу.

— Он сказал, что тебе надо — ты сама придёшь к нему.

— Диней, прости, что снова посылаю к нему. Объясни Роару, что я готовлю зелье для тех, кто работает в пыли и грязи. В том числе и его брату. И от плиты уходить не могу, потому что мне надо следить одновременно и за будущим зельем, и за едой, которую только-только начала готовить.

Маг кивнул и исчез.

Пока в кухне никого, Рагна быстро поставила второй большой котёл на огонь и долила в него воды, добавила к мясу морских чудовищ приправы из съедобных трав, найденных в сосняке.

— Ты всё ещё видишь во мне раба.

Он не спрашивал, бесшумно войдя в кухню.

— Ты можешь думать о том, как тебе желается, — ответила Рагна и прикрыла крышкой котёл с варевом. — Но сейчас у меня вопрос, который требует немедленного ответа. Роар, помнишь, мы вчера говорили о том, что Эйдан мог бы пустить в ход магию, вместо того чтобы использовать на очистке замка людей?

— Помню.

— Ты сказал ему об этом?

— Сама знаешь, что не успел.

Он прошёл кухню, остановившись возле табурета, принесённого к плите Арнасом. Уселся, с удовольствием вдыхая постепенно появлявшиеся запахи из большого котла.

— Роар, не говори о магии Эйдану.

— Почему? — удивился он, поворачиваясь к ней. — Ты же сама предложила.

— Дух из драконьего браслета считает... — она запнулась, не зная, как отчётливее выразить мысль, недавно пришедшую в голову. — Он считает, что границы миров восстановятся жёстче, если замок будет не только вычищен, но и пропитан многими жизнями — тех, кто в нём живёт.

— Он так считает? — машинально повторил Роар. — Ладно... Тогда я не буду говорить Эйдану. Но, Рагна, может, повторить брату то, что ты услышала от духа? Ведь он достаточно сильный маг, а потому и сам может вспомнить, как использовать магию в очистке замка.

Рагна внимательно и даже испытующе всмотрелась в него.

— Ты поможешь мне уговорить брата не использовать магию — так, как сказал дух?

Роар вдруг насмешливо взглянул на неё.

— Дух? А если это придумала ты?

Ведьма улыбнулась ему так, что он встревожился, но промолчал, выжидая, что она ему скажет. А она, собираясь с мыслями, помешала длинной деревянной ложкой будущее зелье, а потом спросила:

— Роар, а что будет с тобой, когда замок будет восстановлен? Нет, что будет с тобой, когда на остров Эйдана прилетят другие Вечные?

— Не думал и не хочу думать, — с досадой опустил он голову словно заинтересовался чем-то под своими ногами.

— Время для "подумать" есть до той границы, пока здесь не объявятся другие драконьи наездники, — уже спокойно сказала ведьма. — И ты сам это понимаешь.

— А как связаны моя судьба и прилёт других?.. — начал было бывший пират и резко замолчал, глядя на Рагну уже исподлобья. — Время... Время, пока Эйдан расчищает замок. А потом он... — Роар осёкся.

Ведьму словно шатнуло к нему.

— Что? Что — потом?

— После расчистки замка следующим шагом будет его ремонт, — всё ещё глядя в пол, пробормотал Роар и медленно поднял голову. — И вот тогда здесь появятся другие драконы и их наездники... Я не подумал о том.

— Роар, не уходи от прямого ответа! — уже с трудом пряча страх, потребовала Рагна. — Сразу после расчистки — что это значит?

— Ты сама знаешь, что Эйдан — сильный маг. Он может магически вызвать других Вечных, которые привезут ему строителей. И тогда...

Старший Вечный спрятал руки, опустив их, потому что они дрожали так, словно тряслись. Роар оскалился и сквозь зубы проговорил:

— Я не подумал... Не подумал о времени... Да, я не буду говорить брату. А если он заикнётся сам о магии, я сумею переубедить его словами твоего духа из браслета.

Глядя на котёл, в котором бурлило варево для завтрака, Рагна кивнула.

— Да, подумать о том прилёте придётся всем нам...

Глава двадцать вторая

Третий день, который братья Вечные определили последним для выздоровления детей, не только подтвердил их предвидение. Лунах тоже начала потихоньку двигаться. Арнас ходил, уже не вздрагивая на каждом шаге. От завтрака за общим столом оба отказались. Рагна принесла им бульоны в ту же каминную комнату.

...Ведьме пришлось выдержать страшную головную боль, пока она пыталась совместить всё узнанное воедино и сделать с ним хоть что-то для спасения всех из Большого мира. Выдержать головную боль, потому что ненавидела братьев Вечных и жалела обоих, которые не могут не быть братьями и которые постоянно враждуют меж собой... Смотрела на людей из Большого мира — и ужасалась, что с ними будет... Странное дело, но одновременно она чувствовала себя хозяйкой этого странного пристанища — замковых руин, потому что, по впечатлениям, все линии происходящего сходились к ней, как к общему центру...

Завтрак стал для неё испытанием, из-за которого она напрягалась настолько, что закаменела от страха, следя за Эйданом. Тот, с трудом пришедший в себя, всё ещё отходящий от заклинания сна, из-за которого вновь чуть не подрался со старшим братом, ожил именно за столом. Правда, всё равно выглядел вялым. Но глаза... Первым делом, то и дело отрываясь от собственного завтрака, он оглядывал пятерых мужчин, машинально, без вкуса к еде жевавших только потому, что им приказали есть.

Едва ведьма поймала его первый взгляд на них, как еда стала поперёк горла. Только раз Рагна потом скользнула взглядом чуть в сторону: Диней, теперь знавший о ритуале, тоже с ужасом смотрел на то, как младший Вечный обводит оценивающим взглядом своих работников.

Вырвавшись из кошмара созерцания, ведьма скосилась на Роара. И тот напрягался, глядя на Эйдана. И что-то в глазах его, во взгляде на младшего брата, потемневшего от слепого следования цели, поблёскивало опасное. Неужели она так здорово напугала Роара напоминанием о скоротечном времени, которое ему осталось на острове до прилёта драконьих наездников?

Все трое: она, Диней и Роар — выдохнули, когда Эйдан с трудом поднялся из-за стола и повелительно разъяснил каждому из пяти мужчин, что именно они сейчас будут делать в правом крыле. Так выяснилось, что Эйдан пока что просто примеривался, кто из мужчин сумеет справиться с той работой, которую он для них задумал на сегодня.

Когда возглавляемые Эйданом мужчины ушли — строго после того, как вставшая на пороге Рагна заставила каждого выпить укрепляющего зелья, Рагна, помогая Доминике и собирая со стола посуду, глянула на Роара. Тот осел на своём сиденье, тяжело дыша. Ведьма и сама подавила судорожный всхлип: то ли смеяться хотела, то ли плакать, но вдруг подумалось, что очень хочется вот так же, как старший Вечный, свалиться на табурет и... локти на стол — а в ладони спрятать лицо.

Она-то хотела, чтобы он отнёс котелок с мясом для Мюринн, но теперь покачала головой, понимая, что лучше пока не тревожить Роара, и попросила о том Динея. Сама она потом поспешит к маленьким драконам.

Голова болела. Рагна старалась не думать больше об Эйдане, который на сегодня спланировал работу, а значит — не думает о магии и ритуалах. Поэтому размышляла о делах по "хозяйству". Посмотрела, как там на кухне дети. Помогла Арнасу отвести Лунах на скамью, уложила её там. Мальчишка укрыть Лунах плащом Динея ведьме уже не позволил — сделал сам. В другое время Рагна умилилась бы, как он это заботливо сделал, но сейчас... после его рассказа о сожжённом острове... И эти двое. Дети. Но Арнас уже думает о будущем... И страшно, и вроде как глупо...

Сначала вымыть посуду.

Потом заставить-таки Роара снова идти на берег, к морю. Он уже опытный, легко бьёт морского зверя. И пусть забирает свою Сэлму. Впрочем, бить зверя не придётся. Придётся заняться грузами: таскать в замковые руины вчерашнюю добычу — мясные куски, припрятанные ближе к лестнице, чтобы их не снесло беспокойной волной.

Потом надо будет приготовить обед. Нет, сначала — к Мюринн. Осмотреть её раны, пока драконица пьёт принесённую ей воду. Воду Рагна понесёт сама, но возьмёт с собой Доминику, чтобы девушка придерживала на земле котёл или ведро с водой, иначе драконица может нечаянно опрокинуть сосуд...

Пока думала обо всём, пропал Роар.

— Где он? — удивлённо спросила Рагна Сэлму. — Только же здесь был.

— Ушёл куда-то, — ответила женщина, сидевшая в кресле возле камина. Правда, это место не превратило её в госпожу Вечного. Сидела она, съёжившись, будто ожидая, что любой из давних жильцов в отсутствие Роара может рявкнуть на неё и согнать с кресла.

— И даже не сказал — куда, — не спрашивая, а проговаривая про себя, вздохнула Рагна. — Не говорил — надолго ли?

— Нет, госпожа, — испуганно отозвалась Сэлма и съёжилась ещё больше, а потом резко дёрнула головой — и расцвела, соскочила с кресла: — Пришёл!

— Чего тебе от неё надо? — сердито спросил Роар, быстро подходя к женщинам и заранее сверкая глазами на Рагну.

— Она спросила, где ты... — прошептала Сэлма, прижимаясь к нему. — Она не обижала меня...

Он притиснул её к себе, и изумлённая ведьма догадалась, что эти двое и впрямь прониклись друг к дружке... может, и не любовью, но...

— Я искала тебя, чтобы напомнить — надо бы сходить на берег за вчерашним зверем, пока его не растащили береговые зверушки или он сам не испортился, — объяснила она.

Помедлив, Роар кивнул.

— Схожу. Но сейчас... помнишь, ты говорила — нужна одежда? Эйдан раскопал ту часть крыла, в которой есть... была гардеробная. Тряпки там ещё в приличном состоянии. Только от земли встряхнуть. Могу проводить.

— И меня? — жадно спросила Сэлма, обнимая его плечи и заглядывая ему в глаза. — Меня тоже туда возьмёшь?

Маленькая, но удобная, чтобы подержаться за неё крепкому сильному мужчине — усмехаясь, отметила ведьма. И в который раз поразилась, насколько они похожи