Кроу, показалось, что его сейчас вырвет. Он опасливо зыркнул на этих двоих. Испытав на себе силу Ривийского, он не спешил бросаться сломя голову, тем более двое на одного.
— Я тут думал... пофоткать немного, вы же не против?
— Да сколько влезет! Поможет обнаружить Синдер, надеюсь! У нас к ней есть незаконченное дело.
Вот совершенно не зловеще прозвучало.
Мысленно пожалев бедняжку, несомненно пережившую многое, Брэнвен вытащил свиток подрагивающими руками и принялся строчить снимки с пулемётной скоростью.
Озпин определенно захочет на это взглянуть.
*
— Фух, управились, наконец-то! — устало выдохнул Жон, утирая пот со лба. Они битый день провозились с вывозом уцелевшего имущества, сортировкой, утилизацией. Оглядев, наконец, разбитое пепелище, троица обернулась и направилась к Буллхэду, не оглядываясь. Один лишь юноша бросил взгляд назад, украдкой. Место, где он сроднился с учителем, обитель его страданий и тренировок. Место, которое сделало его... сильным. Он не забудет никогда.
— Навевает воспоминания? — ненавязчиво уточнил Кроу. Довольно известный Охотник, даже легендарная личность. Ведя онлайн страничку Геральта, изучая стили охотников, Жон волей не волей узнал обо всех известных и могучих охотниках современности, среди которых особо стоял Кроу Брэнвен. Умопомрачительный послужной список, возраст, репутация. Если бы не тесное общение с ведьмаком, Арк наврядли бы совладал с трепетом от присутствия столь легендарной персоны. И тем более ценен подарок судьбы, что именно Геральт из Ривии, иномирец, неведомыми судьбами оказался именно его личным учителем!
— Да, мистер Брэнвен...
— Так, вот не надо мне этой вот чепухи! — скривился охотиник. — Давай просто Кроу. Ты же ровесник моих племяшек, ей-Богу! Не хочу чувствовать себя стариком.
— Хорошо... тогда просто Жон, пожалуйста...
— Да не вопрос! — мужчина хлопнул его по плечу, и приложился к фляжке. Уже третий раз за последние минут сорок.
— Да, навевает воспоминания. После того как мне повезло встретиться с учителем — это место стало для меня вторым домом. Здесь я впервые взял в руки меч. Часы тренировок, общения по вечерам, Синдер, Мучильня...
Кроу почему-то поперхнулся.
— Вот давай на последнем-то поподробнее. Что такое конкретно, эта вот ваша Мучильня? — охотник незаметно скользнул взглядом по Геральту, погрузившемуся с головой в свиток. Иномирец в данный момент усиленно пытался снять комнату в гостинице. И отчего-то вид сурового ведьмака, прикусившего высунутый язык и сосредоточенно водящего указательным пальцем по экрану, вызывал неловкое чувство. Несмотря на уже солидный опыт, все ещё находились вещи способные вызвать затруднения у векового долгожителя. Например — продвинутая работа со свитком. Если звонить и принимать звонки уже наловчился, то вот остальное... От помощи Геральт отказался наотрез.
— Мучильня... — мечтательно протянул Жон. — Сущая обитель страданий!
— Та-ак...
— Это место, где ужасы потаенной вселенной соприкасаются с реальностью. Где человек познает себя через два самых движущих каждое живое существо фактора — страх и боль.
— И часто... тебе приходилось познавать себя? — рискнул уточнить Кроу. Покрывшаяся мурашками рука дернулась было к фляге но остановилась. Сейчас нужно внимательно впитывать каждое слово!
— Поначалу нечасто. Слишком травмоопасно, больно, рискованно для неподготовленного тела. Но потом, спустя год тренировок, когда я стал чуть получше... — паренек вздрогнул и уставился невидящим взором за горизонт. И прошептал наконец: — Каждый раз... каждый... Сейчас, оглядываясь назад, я не понимаю, как остался жив. Наверняка только благодаря Геральту, его поддержке и советам. Все же его опыт в этом деле несопоставим ни с кем из живущих.
— Могу себе представить, — недобро покосился на ведьмака Кроу.
— Но потом я стал ещё лучше. Брёвна стали ощущаться как игрушки, развились рефлексы, скорость, появилось шестое чувство. Учитель был этим даже не очень доволен, мол я просто приспособился к ритму, но... для меня это был прорыв. До сих пор помню то время. Как мне учитель и говорил, сначала ты долго учишься, страдаешь, терпишь. Идет накопительный период. Но потом произошел качественный рывок, как сейчас помню. Год и три месяца. Прежде, всё, что я испытывал — побои, бесконечные повторения и бесконечная череда неудач. Но затем я стал лучше в спаррингах, лучше на снарядах, начал стабильно преодолевать Мучильню и совершил прорыв! Лишь тогда Геральт впервые похвалил меня, и назвал уже неплохим начинающим бойцом, — Жон со светящимся взором медленно сжал и разжал кулаки. На предплечьях вздулись вены, заиграли сухожилия. И со вздохом заключил: — И Мучильня была неотъемлемой частью этого пути. Без неё, боюсь, я бы не был там, где нахожусь сейчас.
Кроу помотал головой. Он вообще что-либо ещё понимает?
— Погоди-погоди... ты хочешь сказать, что Мучильня нужна была для тренировок?!
— Ну да, — уставился на него Жон. — Вы же видели её во дворе. Бревна, снаряды, веревки... цепи, рвы, колья... — он вздрогнул. — уникальный тренировочный комплекс, который разработали... у Наставника на родине. А вы что подумали?
Из Кроу словно выпустили воздух. Он потянулся мыслью к небесам, благодаря судьбу за то, что не успел отправить отчёт Озпину. Вот уж где его проявление сыграло с ним злую шутку!
— Тренировки! Хе-хе! Ну да, тренировки же ведь! — он истерично хихикнул, и недрогнувшей рукой потянулся за фляжкой. Недоумевающий Жон лишь смотрел на ходящий вверх-вниз кадык. Наконец, Брэнвен откинулся назад, довольный, и умиротворённо выпустил воздух.
— Все хорошо, мистер Брэнвен?
— Все... замечательно! Ик! И я же сказал — никаких мистер! — охотник смачно отрыгнул, и утёр рукавом губы. — А ваши эти... мучения Синдер?
— Ну да, она тоже тренировалась с Мучильней. Её навыки очень высоки, на самом деле, поначалу у меня не было шансов против неё. Лишь со временем мне удалось одолевать её в трех спаррингах из десяти. Она очень хороша, быстра и умела, да ещё и с Аурой. Однако, к снарядам привыкнуть — небыстрое дело. Вот мы с Геральтом и боимся, что она могла свалиться с бревна и серьезно пораниться. Учитель обзвонил все больницы Анселя, но информации ноль...
— Не волнуйся, пацан, — Кроу покровительственно заверил. — Я подключу свои связи. Поверь, если она объявиться в любой больнице что тут, что в Вейле — мы её мигом обнаружим!
— Правда? — вскинулся Жон. — Вы поможете?!
— Не вопрос, малец! Так уж вышло, что мы немного скорешились с твоим учителем. Да и с домом что произошло вашим... нужно расставить все точки над i. Поверь, не оставим в беде.
Чувство вселенского облегчения, подогретое алкоголем, трансформировалось в Брэнвене в могучее чувство умиления и братства. Похлопав юношу по плечу, он заверил того:
— Поверь, малец, мы в одной лодке! Неразрешимых ситуаций нет, и я помогу вам во всём, на каждом шагу. Не ошибусь, если скажу, что вы с Ривийским — самые четкие ребята, которых я встречал за последние годы!..
Но был прерван.
— Готово! — торжествующе заявил Геральт, опуская свиток. Трудное дело сделано, и он снова не ударил в грязь лицом перед технологиями иномирцев! Гордо золотящийся взор украшала победная ухмылка. — Я снял первокласснейший номер в Красной Канарейке!
— Или нет, — быстро переобулся Кроу.
Жон лишь хлопнул себя ладонью по лбу. Красная Канарейка была единственным, и потому известным каждой живой душе в Анселе борделем.
*
Красная Канарейка была солидным, ажурным заведением. Раскидистое трёхэтажное здание, освещаемое светом красных фонарей, являлось школой в старинные, дозапамятные времена. Лишь когда стало очевидным, что Анселю, несмотря на солидные размеры, так много учебных заведений не нужно, а молодежь всё тянулась в столицу, невостребованное государством заведение было прибрано к рукам ушлым предпринимателем. Что переоборудовал некогда достопочтимую обитель знаний в гнездо порока и разврата. Место отдушин для работяг и притчу во всех языцех у почтенных матрон. А каких усилий стоило владельцу разгонять, а точнее вежливо просить уйти всяких наблюдательниц, стабильно собиравшихся на дозор поблизости каждые выходные! Не исключено, что именно поэтому большинство местных посетителей предпочитало наведываться сюда, прикрывая чем-нибудь лицо: будь то маска, капюшон или же мотоциклетный шлем.
Чего не скажешь о бедолаге Жоне, сопровождающего находящегося в блаженном неведенье учителя. Так и не решившемуся рассказать наставнику правду юноше, оставалось лишь одно единственное — страдать. Больно уж гордо-довольным выглядел его наставник. Как-никак совершить сложнейшую последовательность действий: поиск, заказ, онлайн-оплата!
Иномирцу действительно было чем гордиться! А вот Жону — не очень. А уж если его мать прознает...
— У-уважаемый господин! — заикаясь, протараторила привратница на ресепшине. Ярко расфуфыренная полуголая девица была безусловно шокирована двумя суровыми лицами мужского пола. Хотя, если быть честным, одним суровым и непреклонным, второе же, юное и на сто процентов нелегальное, напоминало цветом лица перезревшую свеклу. Кроу благоразумно потерялся где-то на полпути, 'по неотложным делам'. Жон его не винил.
Но тихо материл.
Два громадных заплечных мешка с грохочущей поклажей тоже выбивались из антуража. Почти всё, что уцелело из хижины. В основном многообразное оружие — самое ценное.
Гостевой зал изобиловал различными пуфиками, низкими столиками. То тут то там, в полумраке, разнообразные парочки склонились друг к дружке. Где-то из уголка доносилась возня. Тотчас охранник подхватился, и направился в сторону звука. Попросить вежливым шепотом проследовать в номер.
Лязгнули, с грохотом, мешки с поклажей. Взгляды всех присутствующих в зале скрестились на новоприбывших.
— Я заказывал номер! — заявил ведьмак.
— Н-но уважаемый господин... к нам нельзя несовершеннолетним...
Но Белый волк был слишком издерган за день, чтобы выслушивать бесполезные причитания, и вообще обращать внимание на что-либо кроме горячей ванны и чистой постели.
Поэтому он склонился угрожающе над стойкой, вперив свирепый взор в единственную помеху на горизонте.
— Я заплатил за номер?
— Д-да, но?
— Троекратную от обычной цену? Баснословно грабительскую, между прочим! Не торгуясь? — девушка хлопнула длинными ресницами. Разве торговля вообще возможна через онлайн-бронь?.. — Поэтому всё, что меня интересует — это то, за что были уплачены деньги! Здесь и сейчас! Номер четыреста восемь, если не ошибаюсь?
— Верно, но...
— Отлично! — рявкнул Геральт и махнул рукой. — Идем, Жон!
Привратница, с прицепленным к откровеннейшему декольте бейджиком 'Люси' схватилась за голову. Пунцовый Жон, казалось, был готов провалиться сквозь землю. Из глубины зала донеслись смешки и усиленный шепот.
— Но к нам нельзя несовершеннолетним!!! — возопила бедолага. — Мальчику с вами запрещено!
Так, а вот 'мальчик' как-то обидно прозвучало.
— Парень идет со мной, — отмахнулся ведьмак. — Он мне понадобится сегодня.
Девица икнула, сбледнув с лица. Жон всхлипнул.
— Н-но посмотрите, на нем ведь лица нет! Мальчик, вы точно вместе? Может, мне позвонить в полицию? Уважаемый, вы хоть видите, его аж трясет?!
Ведьмак закатил очи и рыкнул, смерив назойливую привратницу взором. Дорогущая гостиница, грабительские цены, так ещё и гостей приводить запрещено?!
— У-ва-жа-е-ма-я! Просто делай свою работу! А за парня не беспокойся. Поверь, этот малец в его годы прошел через такое, что тебе и не снилось!
В зале разлилась тишина.
— Правда? — шокировано уставилась на Жона девица. Несколько иным взором. Многозначительным. Понимающим.
Совершенно недопустимым!
Пятки его словно начали просачиваться в трясину.
— Жон, чего воды в рот набрал? — ведьмак устало потёр лоб, его терпение на пределе. — Видишь, девчонка похоже новенькая, не понимает ни черта!
'Да нет, Геральт, это ты тут не понимаешь...'
— Ответь ей уже, хоть что-нибудь! Что ты со мной, и мы вместе идем наверх!
Словно соглашаясь на собственную казнь и кожей ощущая взгляды присутствующих парочек, Жон Арк медленно, мучительно кивнул.
Девица облизнула губы. Юноша вздрогнул.
— Но позвольте мне...
— Номер четыреста восемь! — рявкнул ведьмак. — Идем Жон, вижу сервис у них ни к черту. За такие деньжищи, подумать только! — и, взвалив на плечо исполинскую поклажу, ледоколом двинулся напролом. — Номер сами найдем!
Юноша, взвалив аналогичный мешок на плечи посеменил следом. Натягивая ткань таким образом, чтобы скрывала его лицо от основной массы присутствующих. Обернулся на 'Люси'.
Бедняжку потряхивало. Тонкие, изящные ручки метались между монитором служебного планшета и взъерошенными нервотрёпкой волосами.
— Но что у вас в поклаже?! — возопила несчастная вдогонку. — К нам не ходят с такими... мешками!
Ведьмак обернулся, задумавшись на мгновенье. Трезвонить про гору оружия на всю гостиницу явно неразумно — учитывая их удручающие заморочки. Он не мог величать себя юристом, но и в Неверленде подобный арсенал в публичном месте мог доставить неприятностей. Чего уж говорить о столь развитой, цивилизованной вселенной?
— Милочка, это сущий пустяк, — нашелся с ответом Геральт. Лица всех присутствующих были обернуты на него. — Это так... наши с парнем игрушки. Ничего особенного, верно?
Жон врезался в стену где-то позади. Черт подери, парень, где твои рефлексы?
Люси кивнула, как сомнамбула, не проронив больше ни слова. Все мысли о звонках мадам, или охране вылетели из головы. Она оглядела зал, словно в поисках поддержки, встречая аналогичные ошарашенные взоры.
И молча следила, как мужчина и молодой юноша, взвалив на плечи мешки, потопали вверх по винтовой лестнице. Шаги постепенно становились все тише, грохот поклажи таял в вышине. Откуда, спустя минуту, прогрохотал финальный указ беловолосого:
— И да, не беспокойте нас с парнем до самого утра!
Дверь в номер четыреста восемь захлопнулась.
*
Беседовали они до поздней ночи. Ведьмак подробно поведал о своих приключениях в лагере Брэнвен. О сражении с Рэйвен, знакомстве с Кроу, и так далее. Жон слушал, с открытым ртом, жадно впитывая каждое слово. Вот это приключения!
Даже недавний сокрушительный конфуз вылетел из головы. Тем временем, Геральт подытожил:
— Поэтому, как только изучу всё тщательно и потренируюсь, то смогу открыть и тебе Ауру, —
— Эм... касательно этого, — замялся Жон.
— Да?
— В общем, меня спалили... — выдохнул юноша. — На отдыхе. Я совершенно не подумал о том, как результаты тренировок отразились на моем теле. Точнее думал, конечно, — тут он хихикнул и напряг бицепс. — Но думал я лишь о том как на пляже буду впечатлять девчонок. И естественно сестры обратили внимание. После чего у нас состоялся разговор с родителями. Тяжелый.
Геральт пожевал губами задумчиво.
— И как всё прошло?
— Все обернулось хорошо, в конечном итоге, — Жон улыбнулся, поежившись. — Но отхватить я конечно отхватил. Пришлось рассказать всё отцу. В общих чертах, без деталей! — не преминул он заверить напрягшегося иномирца. — Но рассказал, что так и так, уже более двух лет меня тренирует опытный охотник. Вот меня и вывели на чистую воду, что я пропадал не с друзьями, а на тренировках. Родители пожурили меня, естественно. Но отец начал относиться ко мне серьезнее, понимаешь? То есть раньше для него это была лишь моя глупая мечта, но сейчас он увидел, насколько я готов трудиться и работать над собой! После чего мы поговорили и он предложил спарринг. Я проиграл, конечно, но продержался более пяти минут! — гордо выпрямился юноша. — И это против Охотника с двадцатипятилетним стажем, выпускника Бикона с открытой Аурой!
