Графиня Суровая - обновление

Салоны, конечно...

Но Варя постаралась, и Наташа постепенно начала понимать, как и что делает мама. И это было интересно!

И мальчишки!

Сколько новостей с улиц они приносили! Это ж уму непостижимо!

Кто с кем встречается, кто кого ненавидит, кто, наоборот, будет союзником... круг расширялся, и если сначала мальчишек было всего лишь четверо, то сейчас их уже было больше пятидесяти, и встречаться со всеми разом не было никакой возможности.

Экю, конечно, утекали, но Варвара их не жалела, и Наташа теперь тоже. Они покупали то, что ценнее — знания. И мама снова обращала их в деньги. Только намного бОльшие.

Ходить на встречи с мальчишками теперь начала и Наташа, она выслушивала сказанное, записывала все на листе и отдавала маме. А та потом читала и объясняла, что и с чем можно сложить.

Мелочи?

Пока Варе было важно прикормить свою сеть. И чтобы они ее не ассоциировали с мадам Изидой. А зачем им такие нехорошие знания? Так что на встречи с ребятами она ходила без грима, в капюшоне, волосы пудрила, или Наташа, вот, бегала.

И сейчас Наташа бежала по улице, когда ее схватили за локоть.

— Эй, ты!

Двое парней, не мальчишки, а постарше, лет семнадцать — восемнадцать, и глаза у них нехорошие. Один уже тянул Наташу в переулок, второй перекрывал выход...

— Деньги давай!

Кто-то другой бы опешил, растерялся, Наташа не задумалась ни на секунду

Она подхватила свободной рукой юбку и что есть сил пнула ближайшего к ней парня в колено.

— ПОМОГИТЕ!!! ГРАБЯТ!!!

Вырваться ей не удалось, второй парень перекрывал проход, и в руке у него уже блестел нож, а первый поднимался с колена.

Наташа оглянулась, схватила палку, хоть чем защититься... она не сдастся! Сделала шаг назад и размахнулась для удара — добить того, который еще не встал... но какой там размах у десятилетней девочки? Даже если скоро одиннадцать будет?

А тот, который с ножом?

Тень заслонила переулок, Наташа поняла, что сейчас умрет... да плевать! Зато этому она сейчас глаза выцарапает... она выпустила деревяшку и кинулась вперед, стараясь попасть ногтями в глаза, стоящий на коленях парень семнадцати лет по росту был ей примерно равен, и пошатнулся, перехватывая доску, а потом еще когда она ее выпустила...

Ногти впились в лицо, хорошо так, глубоко проехали, Наташа вспомнила мамины наставления и еще зубами вцепилась негодяю в нос.

Мама, правда, говорила, это если кто-то целует против воли, отлично поможет!

Но может, и тут сойдет?

Еще как сошло!

Вой раздался такой, что Наташа едва зубы не разжала, а удара сзади все не было и не было. Вместо этого серая тень возникла сбоку...

— Мадемуазель, плюньте его! Вы в безопасности!

Точно?

Наташа скосила глаза, но юноша в мундире был совсем не похож на нападавших, так что...

Тьфу, какая гадость!

Юноша одним ударом отправил в беспамятство воющего грабителя, и протянул Наташе руку.

— Позвольте вам помочь, мадемуазель?

— Благодарю, — Наташа уже отплевалась и внимательно посмотрела на своего спасителя. Юноша, лет семнадцати — восемнадцати, в военной форме, кажется, лейтенант, Наташа пока точнее определить не могла, это мальчишки могли. И какая форма, и какой чин, и какой полк...

— Вы куда-то шли, мадемуазель? Я провожу вас.

— Прошу вас, — Наташа почувствовала, что и правда, как-то... и голова кружится, и привкус крови во рту, и вообще... ей не слишком хорошо.

— Эти французы. Обопритесь на мою руку, мадемуазель. У нас, на Корсике, такого нет! Даже и быть не могло! У нас бы их... но вы молодец! Дрались до последнего!

— Мама говорит — не отступать и не сдаваться. Нельзя вперед — пойдем в обход.

— А ваша мама?

— Варвара Ивановна Суворова. Мы из Российской империи.

— Никогда не видел русских.

Наташа потерла лоб. На руке остались следы крови.

— Мы не так давно в Париже. Но мы уже почти пришли... Матвей, не ругайся, пожалуйста! На меня напали, а месье меня спас. Простите, я так и не спросила ваше имя?

Ответить лейтенант не успел.

— Наташа!

Варя вылетела из дома и обхватила дочь за плечи.

— Жива? Цела?

— Да...

Варя перевела взгляд на лейтенанта, который явно пытался отойти и раствориться в сумерках Парижа.

— Молодой человек, прошу вас, зайдите в дом. Ваш мундир испачкался в крови, его надо отчистить, и надеюсь, вы не откажетесь с нами поужинать? Это меньшее, что я могу для вас сделать. Пожалуйста...

Что уж сработало, ужин, или благодарность, неизвестно, но отказываться мужчина не стал. Варя осмотрела дочь и подтолкнула ее наверх.

— Иди, умывайся, я сейчас, пять минут уделю твоему спасителю и приду. Хорошо?

— Да, конечно. Мама, все в порядке.

— Тем более — умывайся. Ты похожа на боевого енота.

В чем Наташа и убедилась, когда поднялась в свою комнату. Волосы дыбом, на лице кровь, причем и вокруг рта, и на лбу, и даже на ушах капельки крови, плащ выглядит так, словно им половину Парижа вытерли, руки... оххх!

Такими руками не за офицеров хвататься, а навоз из коровника выгребать! Без лопаты!

А Варя тем временем спустилась в гостиную, где расположился спаситель.

— Месье, вы спасли мне дочь. Позвольте представиться, княжна Варвара Ивановна Суворова. Могу я узнать ваше имя?

— Наполеоне... младший лейтенант артиллерии Наполеоне Буонапарте. *

*— примерно в это время он брал отпуск для решения семейных проблем и как раз бывал в Париже. Прим. авт.