Товарищ Гроза - 3

Разглядывая выстроенные одну на другой нашу основную бытовку, баню и штаб авиаполка, я понял, что сюда ещё кое-что поместится. Во-первых, рядом с баней и штабом ещё есть место. Да, полноценная бытовка туда не влезет, но небольшие жилые блоки очень даже поместятся.

Даже как-то не подумал, что изначально можно проектировать бытовки именно по такому принципу — как конструктор, соединяющийся между собой. С другой стороны, поди найди такое ровное место в лесу, где бы они так идеально встали. Куда проще поставить их в виде улицы друг напротив друга, а коридор накрыть каким-нибудь тентом или ещё чем подобным. Наверное, так и буду делать... ага, когда их у меня наберётся на целую улицу.

И кстати, о такой улице тоже надо думать. Это сейчас мои бойцы прекрасно ночуют в палатках или под навесами, а что будет дальше, когда зарядят дожди или ударят морозы? Также, кроме жилья, требуются некоторые служебные помещения. Тот же медсанбат, например.

По-хорошему, первой надо было строить вовсе не штабную бытовку авиаполка, а госпитальную. Тем более что полный комплект медиков у нас уже есть — их надо не только где-то размещать, но и сами медицинские услуги где-то оказывать, а не просто под открытым небом на пеньке операции проводить.

Да, понимаю, всё это правильно и логично, но логика она бывает разная. Маша Воронова — она своя. И очень важный член нашей дивизии, так как единственный пилот, который может доставить куда угодно, и повторюсь: вообще своя. Героиня, которая отправилась бомбить немцев на угнанном самолёте с одной гранатой. Для меня это очень важно и перевешивает всё остальное. Ну а медики, хоть важные и нужные специалисты, но пока абсолютно чужие.

Поэтому медицинский пункт стали строить уже после штабной бытовки. Строго по тому же шаблону. Стройматериалов накоплено много, опыт большой, все ранее сделанные ошибки учтены — можно быстро возводить. Мало того, так можно даже с утеплением пока не возиться, а сколотить на скорую руку, ну а потом либо доработать, либо сделать такой же, но нормальной. Второй вариант мне даже больше нравится, так как это ещё и инвентарь неплохо прокачает.

Однако оказалось, что на такое количество медиков одной только бытовки банно-штабного размера не хватит. Раньше не было ни одного, а теперь целая клиника.

Хирург — Николай Петрович Савельев, пожилой, крепкий еще мужчина; терапевт — Мария Игнатьевна Соколова, женщина средних лет; два фельдшера — Алексей Бородкин и девушка по имени Рива; и целых три медсестры: Фаина, Елена и Ольга. Специалистов по каким‑то экзотическим заболеваниям не нашлось — если не считать стоматолога Исаака Давидовича Блюменфельда с помощником, в качестве которого был молодой парень, явно его родственник Мойша Блюменфельд.

И всю эту ораву требовалось запихнуть в помещение четыре на восемь на три метра. Как-то не очень. Нет, физически-то они туда прекрасно поместятся, и даже ещё какое-то место останется, но где они тогда будут оказывать медицинские услуги?

Я быстро прикинул, что собирался строить также и небольшие пристройки, которые поместятся на свободное пространство у меня в инвентаре. А именно: блоки четыре на четыре на три метра. Вот одну такую сразу на пробу сколотили. Тут же нашёлся желающий её занять. Блюменфельд заявил, что согласен там разместить свой стоматологический кабинет. Он-то, может быть, и согласен, только все остальные были категорически против. Между медиками разных направлений тут же возник спор — это если выразиться интеллигентно. Они выражались совсем иначе. Жилищный вопрос испортил не только москвичей.

Ну вот, не успели гетто покинуть, а уже началась борьба за власть и всякие прочие интриги. В моей дивизии власть может быть только у меня. Ну, ещё и у Любови Орловой столько, сколько я ей делегирую. Опять же, принцип разделяй и властвуй никто не отменял. А при наличии пространственного кармана его можно использовать в буквальном смысле: просто не позволять одновременно находиться в реальном мире тем, кто за эту власть интригует.

В первую очередь туда отправится стоматолог со своим помощником, так как без оборудования они не очень-то и нужны. Вот когда что-нибудь добудем или когда очень уж понадобятся их услуги, тогда и вынем. Как ни странно, хирург с терапевтом стоят в этом списке на втором месте. Их услуги тоже бывают нужны не так часто, как, допустим, фельдшера или медсестры.

Вот чаще в реальном мире общаться с остальными бойцами дивизии как раз эти пятеро и будут. В результате наибольший авторитет среди остальных наберут тоже они. А кого назначить реальным начальником медицинской службы, я пока не решил. Надо будет поближе познакомиться с каждым и составить своё суждение о человеке. Ну а если будут конфликтовать и интриговать, то назначу какую-нибудь самую стервозную из медсестёр — вот она их всех и построит.

— Вот когда стоматологическое оборудование добудем, тогда ещё одну пристройку и построим, — отрезал я, на протесты зубного врача.

Кроме стоматологического требовалось ещё много другого оборудования. Да любое медицинское, которое удастся добыть, лишним не будет. В результате квадратное помещение четыре на четыре отвоевал себе хирург Савельев под операционную. Я не возражал, дело тоже нужное. Вернее не тоже, а обязательно нужное. Так-то я уже выдал хирургу антикварный хирургический набор, который нашёл ещё у контрабандистов. Николай Петрович его долго разглядывал, хмыкал, но решил, что за неимением другого можно пользоваться даже таким — сталь там была отменная.

— А как у нас с медикаментами? — подняла вопрос терапевт Мария Соколова.

— Прекрасно, — честно ответил я. — На всю дивизию хватит, и ещё останется.

— Правда? — недоверчиво переспросила она.

— Конечно нет. Но всё-таки правда. Это с какой стороны посмотреть.

Весь медицинский персонал сразу заинтересовался моим ответом. Ну а я просто вытащил из инвентаря здоровую флягу, которую недавно наполнил из своей знаменитой в узких кругах цистерны.

— Самый главный продукт медицины у нас всё-таки есть, — гордо заявил я.

Те понюхали: кто-то поморщился, кто-то, наоборот, признал продукт годным. Спирт — он и в Африке спирт, а для дезинфекции и анестезии в полевых условиях вещь незаменимая.

— Ничего другого, к сожалению, пока нет. Но при первой возможности постараемся добыть. Хотя, чего это я...

При последних словах вспомнил, что при освобождении всех лагерей и захвате последнего аэродрома там были какие-то медпункты, медицинские сумки и что-то подобное. Просто напряг воображение и вывалил это всё из пространственного кармана прямо перед ними.

— Сортируйте, — сказал я нашим медикам. — Позже составите список недостающего. Только без фанатизма. Можно даже и с фанатизмом, но тогда сделайте два списка: один — самого необходимого, а второй — всего того, чего бы вам просто хотелось. Ну а дальше как получится. Не исключено, что второй даже будет выполнен раньше, чем первый.

Две других квадратных пристройки были отданы тоже не стоматологу. Как сказал один очень мудрый человек: я не люблю стоматологов, евреев или не евреев — без разницы, жуткая публика, враги человечества. Но помещение Блюменфельду не досталось не поэтому.

Во-первых, как я уже говорил, требовалась радиорубка или что-то в этом роде. Раз уж есть два радиолюбителя, которые будут слушать эфир, то необходимо и место, откуда они будут это делать.

А уж просто несколько мощных радиоприёмников, рассчитанных на любые волны, я прямо на коленке собрал из того, что удалось раздобыть на городской радиостанции. Не исключено, что там сейчас оборудование самое лучшее в мире на данный момент. Для меня, конечно, это примитивное старьё, но вот не уверен, в каком году такие схемы в реальности появились.

Ещё одной проблемой слушания современного эфира было то, что немалая его часть звучала на морзянке. Так-то я её знаю. Я её вообще с детства знаю — мы в школе ею чем-то вроде зашифрованных записок друг другу писали. Большинство имели листок со шпаргалкой, а я на глаз писал и читал не сильно медленнее, чем на кириллице. Потом, конечно, забыл.

Уже когда учился на радиоинженера, снова выучил. Но там это была чистая формальность: работать на ключе мог, а на слух почти не воспринимал. И вот сейчас, когда Система признала мне радиоинженера аж третьего уровня, я всё это вспомнил. Допустим, ключом любое сообщение передам без проблем, а вот на слух его принять — не уверен, что не пропущу половины букв.

Помню, как-то читал статью об азбуке для слепых. У меня сложилось такое впечатление, что этот бройлер или Брайль или как его там, ставил себе целью не сделать шрифт максимально удобным для слепых, а чтобы тот был максимально неудобен для зрячих. Тем более что он реально по этому поводу конфликтовал со зрячими преподавателями в школе.

Ну был же уже тогда прекрасный шрифт — та же морзянка, которую можно было и глазами читать, и на слух, и если сделать выпуклой, то на ощупь. Но нет, сделаем то, что будет неудобно или как минимум не нужно зрячим. Чтоб уж с гарантией — только для своих. А ведь у слепых в силу того, что у них более натренирован слух, при изучении азбуки Морзе были бы явные преимущества. Как и потом при поступлении на востребованную должность — они бы там превращались в полноценных специалистов. Но нет, делаем так, чтобы было неудобно зрячим, а на слепых плевать.

Однако я отвлёкся. Главный вопрос был в том, сумеют ли мои нанятые специалисты слушать морзянку в эфире. Это радистов сейчас ей обучают в первую очередь, а они всё-таки любители. А любитель, как правило, учит то, что ему нравится, а не то, что надо.

Михаил и Семён заверили меня, что никаких проблем с морзянкой у них не будет. Тем более что современные радиолюбители как раз в первую очередь ею и пользуются.

Радисты разместились в пристройке и осваивали своё новое оборудование. У обоих горели глаза, как будто я им что-то невероятное предложил. Хотя не исключаю, что именно невероятное и предложил. Они всё-таки не профессиональные связисты, а фанаты своего дела, поэтому в нюансах разбираются даже лучше. Правда если бы на их месте был профессиональный радиоинженер, он бы понял, что я там собрал на коленке, гораздо быстрее, чем эти двое.

Следующее квадратное помещение было оборудовано под фотолабораторию. Если стоматологического оборудования у нас нет, то фотографического как раз больше чем достаточно. И тут я тоже вывалил из инвентаря всё, что было, а дальше пусть сами разбираются. К тому же фотолабораторию строить проще, чем медицинский кабинет: ей окна не только не обязательны, а даже противопоказаны.

И нет, это вовсе никакая не будь придурь, делать лабораторию которая может быть нужна раз в несколько месяцев, когда остальным помещений не хватает. Всё куда проще, остальным я буду строить бытовки нормального размера то есть либо шесть на четыре, либо восемь на четыре, а вот такие квадратики кто их получит тот с ними останется. Ну разве что кроме хирурга, тот со временем получит настоящую операционную.

Для своих технических специалистов тоже надо думать. А то у меня станков полно — на целую мастерскую хватит, да что там мастерскую, на небольшой цех наберётся. Но пока они все работают под открытым небом, в лучшем случае под навесом. Летом погода позволяет, но уже осенью этого будет не хватать, и любые работы с оборудованием потребуют крыши над головой. А желательно — не только крыши, но ещё и стен.

Почему я вообще с них не начал? Ведь и станки, и специалисты, к ним прилагающиеся, у меня уже давно, а все эти медики и прочие радисты с фотографами только буквально на днях появились. Всё просто: для станка прежде всего нужен серьёзный фундамент, а в бытовке его не поставишь. Один раз выставить такой станок под открытым небом и поработать можно, но опять же, как только его перенесёшь, так опять нужно будет думать о серьёзной установке.

Однако место вдоль выделенной стены ещё не закончилось. Двенадцать метров занимает наша с Любовью Орловой бытовка, ещё три блока по восемь метров над ней, которые в высоту вместе тоже занимают двенадцать метров. И ещё три квадратных пристройки с одного края. На самом деле пространственный карман уже расширился буквально вдвое, и там достаточно места для еще одной полноценной бытовки премиум класса. То есть только в ширину можно построить ровно столько же. Плюс в высоту. Так что со временем жильё получат все.

Ещё раз посмотрел и решил, что помещения длиной в двенадцать метров будут лишними. Не то чтобы совсем не нужны, а просто трудно будет находить ровные площадки для того, чтобы их где-нибудь парковать. Для одной своей супербытовки место я ещё как-нибудь найду, а когда их будет много — уже возникнут проблемы. Лучше вместо одной на двенадцать метров делать две по шесть, или даже на три части разделить. Общая площадь от этого не уменьшится, а возможности манипулировать помещениями сильно возрастут. Я позже со своими строителями проконсультируюсь, но думаю, они такой вариант одобрят. Да хотя бы потому, что так строить проще.

Хотя, возможно, ещё одну большую постройку сделать всё-таки придётся. Что-нибудь вроде клуба, конференц-зала или ещё чего-нибудь подобного, где можно будет проводить общие собрания сразу для большого количества людей. Причём не исключительно для этого, а с возможностью быстрого переоборудования под жилые помещения. Офицерский клуб опять же нужен, но его можно будет сделать совсем небольшим, как раз из тех блоков, что поместятся впритык к бане или к штабу авиаполка.

Ну и потом, все эти помещения не надо доводить до такого супер-качества, как мою персональную бытовку. И не просто потому, что я какой-то особенный. Но согласитесь: генеральская квартира где-нибудь недалеко от Кремля и казармы дивизии в любой стране мира и в любые времена по качеству отличались. И если я смогу сделать что-то не хуже теперешних стандартных казарм, а даже немного лучше, то вообще ни у кого никаких претензий не возникнет.

Решено: по мере надобности строим жильё для всех. К тому же тут есть ещё один плюс, который вроде бы не сразу и заметен — прокачка инвентаря. Ведь сорок восемь квадратных метров площади каждой такой постройки надо умножить ещё и на три метра высоты. А это получится сто сорок четыре уже кубических метра. То есть после полной готовности и при переносе из вне лимит общая емкость основного пространственного кармана как раз на эти метры и увеличится. Неплохо так можно прокачаться, делая то, что и так необходимо делать для нужд дивизии.

К читателям:

Ещё одна иллюстрация от читателя. На этот раз совсем в другом стиле. Не совпадает разве что возраст персонажа, а всё остальное прям про него.

https://author.today/post/792255

Глава 4 Сухим из воды

Это был один из тех редких случаев, когда я извлёк из пространственного кармана практически весь личный состав дивизии. Место больно уж удобное: лесная речка, пляж и вообще... К тому же не стоило забывать про последние летние деньки, хотя по календарю они уже числились осенними. Кто-то отдыхал, кто-то стирался, кто-то купался.