Тёмное начало

— Ты чего это? — звероподобный мужик, вытирая лицо, поднялся из-за стола; за ним стали подниматься и остальные. Остальные гуляки, предчувствуя драку, хлынули в стороны.

— Да, я случайно, — голосом, выражающим искреннее раскаяние, произнес Кер, краем глаза отмечая, что мастера рядом уже нет и усмехнулся, словами такое не поправишь. Затея оказалась весьма проста — проверить чему подопечный научился в реальных условиях, а он поверил... Их пять, двое еле стоят на ногах, остается трое и начинать нужно с самого опасного. Крепко сбитый мужик сам двинулся к юноше, на ходу прихватив увесистую кружку. Кер церемониться не стал — коленом в пах самый лучший способ вывести противника из боя.

Когда раскрасневшийся юноша покинул таверну, на улице ждал мастер. Настроение было хорошим, изнурительные тренировки сделали свое дело. Как же легко он расправился с теми мужиками и это притом, что они были раза в два больше его.

— Хорошо проявил себя. Может, повысим ставки?

— Легко, — уверено произнес юноша.

— Тогда идем, здесь недалеко.

Душный подвал, в котором располагалась арена, оказался забит до отказа. На грубо сколоченных скамьях теснились разные личности — зажиточный горожанин завтра пройдет мимо, высоко задрав голову, но сегодня взахлеб обсуждал с соседом ремесленником будущий бой. Напускное уходило прочь, здесь люди становились ближе к своей звериной природе и становились честны как с другими, так и с самими собой. Подогревая публику, между рядами ловко шныряли продавцы с традиционными лотками, полными разной снеди и выпивки.

Настало его время и песок захрустел под ногами, но Кер это скорее почувствовал, нежели услышал, так как все звуки тонули в оглушительном реве. Противник, крепко сбитый южанин поприветствовал его кивком, темное от сильного загара тело блестело от пота. Кер решил не затягивать, но через пару минут безуспешных атак уверенность в победе изрядно пошатнулась. Подбадриваемые зрителями, разгоряченными напитками, противники кружили по арене, то и дело проверяя на прочность защиту. Скорость и ловкость Кера наталкивались на выверенную до мелочей технику, опыта у соперника было явно больше. И юноша ошибся: всего на мгновение отвел руку чуть дальше, чем нужно, и сразу получил прямой удар в голову, а потом ещё и серию по корпусу. Пришлось уйти в глухую оборону, изредка огрызаясь атаками. Кер потерял счет времени, казалось это длится вечность. Били его, он бил в ответ.

Рассеченное веко налилось кровью, левый глаз уже ничего не видел. Сильный ушиб ноги лишал необходимой мобильности, все остальное — терпимо. Южанин выглядел лучше. Нужно рисковать, решил юноша, протяни еще минуту и шансов не будет. Решено: прижать к стене, лишить маневра и добить. Кер рванулся вперед. Ложный замах и удар по обвисшей руке прошел удачно, противник скривился от боли, но такой нужный шаг назад не сделал. Свою карту южанин разыграл идеально, отскочил влево и исчез из поля зрения. Кер отчаянно закрутил головой, пытаясь уловить движение, но все же удар пропустил. А потом свет погас.

Очнулся от того, то кто-то тряс его за плечо. Мысль пульсировала в голове: "проиграл, он проиграл".

Рядом с лежанкой стоял южанин и что-то говорил на незнакомом языке, и постоянно кланялся, а затем открыто улыбнулся недавнему противнику и удалился.

— Он благодарил за поединок, — голова понемногу прояснилась и Керу удалось разобрать голос мастера — Вставай, нам пора.

— Я подвел вас, переоценил себя, — юноша опустил голову, медленно бредя за наставником по темному коридору.

— Отрезвляет, не правда ли?

Они вышли в зал.

— Что это с ними? — Кер кивнул в сторону приветливо машущих завсегдатаев.

— Приветствуют того, кто простоял против чемпиона полных десять раундов, это у них рекорд.

— Этот головешка чемпион? — удивленно произнес Кер и тут же скривился от боли, дали о себе знать ребра.

— Невежливо так о других народах. И да, именно он. Проиграл всего раз за все время. Только голову не задирай.

— Не буду. А кому?

— Мне, но речь не об этом. Ты должен понять, что всегда есть кто-то сильнее. Ты сегодня возомнил себя непобедимым и к чему это привело? Лучше переоценить противника, чем проиграть из-за своей глупости.

Но юноша проиграл, и для него не имело особого значения кому. Тем удивительнее было услышать вечером в их жилище:

— Ты готов. Теперь это твое.

Кер с трепетом принял в руки сверток. В промасленную ткань были замотаны клинки — небольшие в полтора локтя длиной, но достаточно широкие. Непривычно серая сталь смотрелась зловеще, за время тренировок через его ладони прошли многие мечи, но эти казались на голову лучше — настоящее сокровище. Рукоять приятно холодила кожу, вид оказался обманчив, вес практически не ощущался. Сделал пару взмахов, лезвие со свистом рассекло воздух, баланс идеальный. Оставалось только заточить.

Его обучение закончилось. Вот теперь можно и в гости наведаться — юноша в предвкушении потер руки. И, словно читая мысли Кера, мастер добавил:

— И о прошлом... Забудь, как бы ни хотелось, получив новые силы и знания, напомнить о себе давним обидчикам.

— Но..., — начал Кер, но наставник жестом остановил.

— Это пищевая цепочка, наверху всегда будет кто-то. Задай себе вопрос, а каким бы стал ты на их месте?

— Ну, уж точно не таким козлом.

— Поверь, они думали то же самое, это — жизнь. И одно из правил?

— Не убивать по желанию, — понуро произнес Кер.

Впрочем, убивать он и не собирался, покалечил бы это да, но спорить не стал.

— Верно.

Камень двигался неспешно, уже час путешествуя по поверхности клинка. Монотонная работа не раздражала юношу. Вспомнилась игрушка, которую смастерил кузнец для ребятни, небольшая пирамида с кулак взрослого, ее лентой обвивала дорога, по которой нужно, наклоняя конструкцию, прокатить шарик до углубления на вершине. Звучало просто, но на практике сохранить равновесие, чтобы шар не сорвался, было крайне трудно. Терпения обычно хватало на пять-шесть попыток, но не у Кера, он сидел до вечера пока не научился. То, что ему действительно нужно — добивался, не сворачивал с пути, как труден и долог тот не был. Но его беспокоило одно. Он понимал — этот день придет. День, когда он отнимет чью-то жизнь, осознанно заберет самое ценное. В голове всплыли детство и бабушка, вернее, ее последние дни. Тяжелая болезнь забирала последние силы; но она боролась, цеплялась за каждое мгновение бытия; а он стоял рядом с ее постелью и тихо плакал, понимая, что бессилен. И теперь он сам должен отнимать жизни, отправлять людей в чернильное, бесконечное ничто, где нет времени и пространства, только — пустота. Кто-то верил, что за гранью есть что-то; но для него это сон без сновидений, страшное место, куда торопиться не стоит.

Задумавшись на повороте, он едва не столкнулся с Лоном, который уже открыл рот, чтобы отпустить очередную колкость, но замер, уставившись на сверток.

— Мальчику оружие доверили. Так, так. Научился безруких бить? Ну, ну.

— Завидуй молча.

— Может дедушке покажешь на что способен?

— Дедушка подождет, у меня дела, — важно бросил Кер и отправился дальше. Проходя мимо кухни, застал Борея.

Гигант склонился над расстеленной картой, значит очередное задание. На зрении природа решила сэкономить, разумно решив не отдавать в одни руки все блага человеческого тела. Оправа, закрывшая нормальному человеку треть лица, нелепо смотрелась на массивном носу, то и дело съезжая.

Борей задумчиво двигал челюстями, перемалывая очередную порцию орехов. Этот человек ел в любой ситуации, даже сейчас процесс шел сам по себе, щелчок пальцев и скорлупа трещит, обнажая ядро, затем ценный шарик перебрасывался в другую руку, где покорно ожидали участи его собратья. Ну и под конец ладонь-лопата отправляла их в последний путь. Этот соратник встретил известие теплее, радушно похлопав новичка по плечу.

Кер.

Первое свое дело он получил спустя пару недель. Все от начала до конца легло на плечи Кера, где и как выбирал он, мастер лишь отвечал на вопросы, причём чётко сформулированные.

В городе ходили истории о том, как придумали такой зонт. У весьма любвеобильного оружейника была жена, которая так же как ее муж любил других женщин, любила цветы, они стояли повсюду — горшками и горшочками был заставлен весь балкон. И когда они ссорились, а это происходило нередко, вспоминая о пристрастиях супруга, она частенько выставляла его из дома, а затем тренировалась в меткости, запуская горшки в незадачливого сожителя. С годами уворачиваться от падающих с неба цветов становилось все сложнее — возраст не тот, да и спина побаливала, не побегаешь особо. И вот, когда однажды его застал на улице дождь и он уже привычно раскрыл зонтик, его осенило, да так, что он застыл, а когда очнулся с дурацкой улыбкой понесся в мастерскую. Самым трудным оказалось подобрать металл, который был бы достаточно прочен для защиты, но при этом и легок. Время ушло на это не мало, но результат вышел что надо.

Именно сейчас Кер не добрым словом вспоминал предприимчивого оружейника и его любовные похождения. Значит, открытое место и точный выстрел из арбалета отменяются — повсюду с ним телохранители, остается только дом.

Устроится на работу оказалось не сложно: характер у хозяйки не из приятных и прислуга в доме надолго не задерживалась. Должность мойщика посуды не очень нравилась Керу, но выбора не оставалось. Первые наблюдения оказались не утешительны: челядь в доме находилась до темноты, а затем уходила, крепкие двери всегда запирались на массивные запоры, да и кованые решетки на всех, без исключения, окнах оптимизма не добавляли. Нужно действовать изнутри, решил он, оставалось придумать, как можно здесь задержаться. Благо ждать пришлось недолго, юноша вознес хвалу обилию имперских празднеств. Их было так много, что подчас не знали, за что поднимали полные чаши, главное — повод.

Ели и пили гости за двоих, а то и за троих, судя по количеству посуды, что ежеминутно прибывала на кухню, грозя заполонить ее целиком. Внешне абсолютно спокойный Кер, мысленно уже откручивал голову хозяину и хозяйке за стертые до мозолей руки об эту проклятую утварь. Прожорливые гости разошлись по домам, ушла и остальная прислуга, за которой тщательно заперли все двери, а он остался возиться.

Стражник застал юношу устало притиравшего очередную тарелку.

— Чего застыл, дармоед? Домывай и проваливай.

— Может завтра? — взмолился Кер. — Рук не чувствую.

— Хозяйка сказала сегодня, значит — сегодня — и, покосившись на горы тарелок стражник добавил — Да уж жрать они горазды. Как закончишь, растолкай, выпущу тебя.

Дослушав звуки удаляющихся подкованных сапог, юноша выскользнул с кухни. Лабиринт коридора вывел к лестнице, и тут спокойствие испарилось, как будто его и не было. При каждом шаге внутренности сжимались от страха, а сердце стучало так, что казалось вот-вот разбудит весь дом. Воображение тотчас услужливо подсунуло картину, как его под руки уводят в пыточные застенки грозные и неподкупные охранники. Но время шло, ноги хоть и медленно, но несли дальше, а его так никто и не заметил. По дороге на второй этаж ни одна ступенька не скрипнула, Кер мысленно поблагодарил неизвестных мастеров-плотников за отличную работу. В массивной обитой полосками стали двери не так давно поменяли замок; привычный и надежный засов убрали, виной тому нерадивый слуга, который для храбрости выпил пару пинт доброго, но от того не менее крепкого, эля и заперся в этой самой комнате. Тут неприступность жилища сыграла злую шутку. Скупость хозяина на позволила ломать совсем недавно поставленную, добротную дверь; так что вынимали парня без малого трое суток, запугивая и уговаривая. Справились бы быстрее, не окажись там порядочных запасов алкоголя. Наученный горьким опытом владелец покоев решил поставить замок, такой что при желании можно открыть снаружи, был бы ключ. Ключа у юноши, конечно же, не было, да и зачем?

Пора вспомнить уроки, два маленьких крючка устремились в замочную скважину, механизм оказался не прост, так что пришлось повозиться. Время от времени юноша замирал, обращаясь в вслух, дожидаясь заветного щелчка. И дождался, правда, вместе с ним раздался отчетливый скрип кровати, а значит, нужно торопиться. Юноша рванул ручку на себя и на мгновение замешкался.

Дверь легко отворилась, и перед ним всего в паре шагов появилась хозяйка. Просторное одеяние слегка колыхалось от сквозняка, образ весьма и весьма обворожительный, если учесть тот факт, что легкая ткань не скрывала, а напротив подчеркивало нужные черты её фигуры. Рука уже потянулась к шее, чтобы усыпить невольную свидетельницу, и замерла на половине пути. Что-то не так, взгляд девушки не поменялся, зрачки хоть и расширились, но оставались в пределах нормы — не испугалась. Первый брошенный клинок рассек его щеку; второй — ринулся совсем в другую сторону, вонзился в портьеру; и раздался резкий пронзительный звон поднимая тревогу. Времени оставалось совсем мало. За эти короткие мгновения, Кер сумел осмотреться — цели в спальне не было. И это плохо, скоро на шум явится охрана. Тем временем та, что так искусно притворялась хозяйкой, рванулась вперед сокращая расстояние. Била почти без замаха, не окажись юноша чуть проворнее, с правой рукой на какое-то время пришлось бы попрощаться. Его ответ оказался удачнее — оттолкнувшись от пола, ударил коленом в живот, и ее тело согнулось надвое, затем ребром — в открытую шею. Тем самым поставил точку в их непростых отношениях.

Мысли заметались в голове: в комнате был тайный ход, — это факт, жена фикция служила ширмой и заодно охранником, на поиски отнорка нужно время, а его подходило к концу, иметь за спиной погоню очень не хотелось. По плану Кер должен был удалиться до появления охранников, кулаки сжались придется немного поработать. На лестнице слышался топот, значит, по ней сейчас спешили четверо наемников. Невежливо заставлять ждать, тем более, что узкое место гарантировало ему преимущество. Темное пятно, невесть откуда появившееся ударило первого бежавшего по ступеням в горло, и тот с хрипом перевалившись через перила, полетел вниз. Но это явно не удовлетворило создание из тьмы, так как вслед за первым кубарем отправился и следующий. Кер бился четко, спокойно считая удары своего сердца, уклонился — удар, следующий.

Запертую дверь за одним из гобеленов нашел довольно быстро, но радоваться по этому поводу явно не стоило.

Сейчас уже можно не таиться и на свет появился бутылёк, спрятанный в поясе, за чьими темными стенками болталась опасная субстанция. Капля ядовитой смолы с громким шипением разъела металл замка напрочь, и вот он уже в соседней комнате: кровать, стол для бумаг, шкаф и в дальнем углу очередная дверь, а за ней винтовая лестница, уходящая вниз. Шансы на успех, хоть и призрачные, еще оставались. Тучная жертва с весьма заметной отдышкой далеко уйти не могла, даже несмотря на солидную фору.

Внизу Кера ждала сырость подземелья, звук падающих капель и его топот эхом, разносящийся по тоннелю, а потом точная копия той лестницы, которую юноша оставил позади. Но когда преследователь, судорожно хватая ртом воздух выбрался из неприметного дома в ста шагах от особняка, стук копыт уже затихал.