Прода "Багровые небеса"

— "Нормадия", "Молот" на связи. Сколько гетов вы поджарили?

— Секунду.... Не считая танков, двадцать два точно.

— Ясно.

А остальные-то где? Тут их еще штук сорок должно быть, если не больше. Под землю полезли или по округе разбежались? Блин, даже и не знаю, что хуже.

— Кравченко. Все внимание на вход в пещеру. Сможешь вплотную подойти и закрыть проход силуэтом?

— А в борт ракет не нахватаю?

— Они за учеными пришли, а не с танковой дивизией воевать. Зачем им гранатометы противотанковые?

— Логично. Но танки-то они с собой притащили. Ладно, сейчас сделаем. Ждите.

Башенный пулемет разродился длиннющей очередью прямиком в черноту прохода. Стены тоннеля заискрили от рикошетов и попаданий. Резкий рывок, и БМД приблизилось вплотную к пещере, повернувшись к нам левым бортом. Башня задергалась в поисках цели, а спустя пару секунд вновь застрекотал пулемет.

— Дженкинс, Уильямс. Останетесь тут, прикроете нас огнем. Гаррус со мной, Аленко с Рексом. Парами на зачистку, интервал десять метров, перекатами, по одному слева справа вперед. Марш!

Пусто. Пятнадцать минут потрачено, а результат ноль. Никого. Внутри жилых модулей четыре дымящихся трупа. Двое азари, саларианец и турианец. Убиты выстрелами в затылок. Перед смертью, синенькие устроили гетам "похохотать". Три легких платформы, спрессованы в причудливый шар мощным биотическим полем. Но на наш век синтетиков еще хватит. Спасибо и на этом.

— Надо вниз идти.

— Их слишком много, Шепард. Под землей у нас нет никаких преимуществ. Эти выкидыши варренов задавят нас числом, — открывшаяся перспектива взволновала даже крогана, за столетия забывшего, что такое страх.

Выбор-то у нас есть? Будь на месте гетов десант органиков, с большой долей вероятности, его остатки сдались бы в плен. Шансов у них нет никаких. Мы контролируем орбиту и поверхность. Кораблей у них не осталось. Помощи ждать неоткуда, а вот к нам-то она точно подойдет рано или поздно. А вот как поступят синтетики? Причем, подконтрольные Жнецу, для которого их жизнь не стоит ничего? Что если они, несмотря ни на что, продолжают выполнять задание, и прямо сейчас рыщут по подземельям в поисках ученых?

— "Нормандия", что там местные?

— Сложно сказать, капитан. Похоже, они нам не верят. Я плохо понимаю по-русски. Что-то про вашу маму говорят. Скорее всего, ругаются. Простите, сэр....

Чо, бля??? Ругаются? Я вам покажу, суки, как ругаться нужно!

— А ну-ка включи запись, сынок. Дядя Джон скажу им пару ласковых.

И я сказал. Ух, как я сказал, да на Великом и Могучем! Все, что накопилось за эти безумные дни. Все, что держал в себе, боясь произнести вслух. Хотел казаться культурным человеком. Какой вздор! Нутро-то не переделаешь! Петровский загиб говорите? Большой и малый? Это позапрошлый век, ребятки! Прогресс на месте не стоит. Где наш великий предок, а где мой район из девяностых? Это две больших разницы.

— В общем, перешлешь им эту запись, а на словах добавишь, что за отказ в содействии спектру Совета, завтра у их вшивой конторы, заодно с нанимателями, отзовут лицензии. А со знатоком чужих мамок, я лично воспитательную беседу проведу, — задумчиво почесав шлем, я добавил. — И это, если запись в Экстранет утечет, башку откручу, усек, оператор? И им передай.

— Так точно, сэр!

— Вот и ладушки.

БМД продолжал периодически постреливать внутрь пещеры. Движения там никакого не отмечалось, но для профилактики это было полезно, чтоб в дурные головы плохие мысли не приходили.

— Надо идти вниз, ребят. Там наша цель. Задание нужно выполнить. Время ждать помощи, у нас нет. Геты продолжают выполнять задачу, и сколько еще разумные внизу смогут оставаться в живых, нам неизвестно. Немного, это точно. Они ведь гражданские. Серьезного оружия и снаряжения у них нет. Так что....

— Надо, так надо.

За всех ответил Рекс. Может, кто и сомневался, что и не удивительно, но перечить Годзилычу никто не решился. Дураков-то не было. То, что кроган вообще жив, после семи столетий сражений, давало ему непререкаемый авторитет, без всяких дополнительных стимулов. Ни у кого из нас такого опыта и безграничного везения просто не было.

Из БМД вытащили два штурмовых щита, доставшихся мне и крогану. Вся группа сменила состав вооружения, оставив бесполезные внутри снайперские винтовки. Я, Рекс и Аленко взяли по револьверному гранатомету, дополнив комплект пистолет-пулеметами. Кайдан ухватился за рюкзак с двадцатью килограммами взрывчатки в брикетах и охапкой взрывателей. Эшли и Ричард обзавелись ручными пулеметами, повесив за спины по четыре тубуса с РПО. Гаррус, вдобавок к штурмовой винтовке, нацепил мобильную станцию разведки, с двенадцатью миниатюрными летающими дронами. Все дополнительно обвязались мотками прочных альпинистских тросов, с десятком карабинов на каждого. Боеприпасами нагрузились так, что еле с места сдвинулись. Даже жратвы взяли, хрен знает, насколько велики эти подземелья, и как долго придется по ним блуждать. Сканеры фрегата не давали точной картинки, но ясно указывали, что под нами громадная сесть либо пещер, либо искусственных тоннелей, уходящая на несколько километров вглубь породы.

Перед самым входом, я остановился, и вновь связался с кораблем:

— "Нормандия", что там местные?

— Через сорок минут будет их ГБР. Просили узнать, почему вы сразу не сказали, что дело такое срочное? Вашу почтенную матушку они случайно перепутали с женой их радиста, за что просят извинений. Сейчас, я записал.... Вот.... "Бес попуталь", простите сэр, я не знаю, что это значит, они опять перешли на русский.

— Вот гондурасы.... Ладно, потом разберемся. Передай им, что мы идем вниз. Пусть догоняют. На всех перекрестках будем оставлять маяки. Лови код ответчика. И пусть поторопятся, если дорожат своей работой.

Бросив прощальный взгляд на клонящуюся к закату звезду, двинулись перекрестясь. Поначалу шли совсем медленно, я сильно опасался мин и растяжек. Потом плюнули. Специального саперного снаряжения у нас все равно нет, а геты вряд ли взяли с собой на высадку запас противопехотных мин. Растяжку обнаружат дроны или наши сканеры от скафандров. Во всяком случае, я на это надеялся. Впереди группы, на удалении метров сорок, летели наши малыши-соглядатаи. Пара этих незаменимых помощников, бесшумно передвигалась уступом, метрах в десяти друг от друга, чтобы их не накрыли одним взрывом или очередью. Мы сами шли двумя тройками, держась ближе к стенам. Я и Рекс шли первыми. За мной, с интервалом в пять метров, Дженкинс и Гаррус. Вслед за кроганом Эшли и Аленко.

Наверное, когда-то очень давно это и правда была естественная пещера, но потом к ней явно приложили руки разумные. Ее расширили, увеличив диаметр примерно до десяти метров. Срубили все крупные выступы, оставив при этом отчетливые следы горнопроходческого оборудования. Пол выровняли, и сейчас он был завален слоем мелкого рыжего песка, гранитной крошки и пыли. По центру тоннеля была хорошо укатанная колея, с многочисленными отпечатками ребристых шин. Видимо, археологи использовали для поездок квадроциклы, несколько обгорелых остовов которых активно коптили возле их лагеря. Пещера с небольшим уклоном уходила глубоко в толщу планеты, почти без изгибов и резких перепадов высот, не оставляя ни нам, ни гетам никаких укрытий. Мы прошли не меньше полукилометра, при этом опустившись почти на пятьдесят метров, прежде чем появились первые признаки какой-то активной деятельности.

Наши беспилотники влетели в довольно большой полукруглый зал, когда-то очень давно бывший накопительной площадкой перед входом в бункер. Прямо посреди него лежали две огромных створки древних гермодверей, каждая толщиной почти в полтора метра. Кто и каким способом их сюда вытащил, и зачем вообще это сделал, я представлял себе с трудом. На беглый взгляд, каждая такая "дверца" весила несколько сот тонн. Просто так, от нечего делать, такую операцию не провернуть. Причем, одна из створок была изогнута, как будто ее накалили, а потом продавили внутрь чем-то вроде тарана. В любом случае, кто бы это ни был, случилось это очень и очень давно. Тысячелетия назад. Все следы былых событий уже в землю вросли.

На посадочных местах от старинных гермозатворов, не так давно кто-то смонтировал новенький воздушный шлюз. Простейшая типовая конструкция, широко распространенная в среде первопроходцев, завсегдатай почти всех молодых колоний. Сейчас он был безжалостно взорван, вскрытый направленным взрывом, как консервная банка. Произошло это совсем недавно, может минут сорок назад. Еще толком пыль не осела. Геты, больше просто некому. Видимо, ученые успели его заблокировать, а синтетики, особо не заморачиваясь, просто взорвали всю конструкцию.

Полное отсутствие противника уже начинало всерьез напрягать. Идем уже черте сколько, а вокруг никого так и не увидели. Ни живых, ни трупов, ни каких-то следов схватки. Только голые стены и песок под ногами. Если б не колея от квадроциклов, я б вообще не поверил, что тут хоть кто-то есть. А уж когда увидел картинку с камер дронов, что пролетели за взорванный шлюз, вообще за голову схватился. Прямо за ним начинался широченный тоннель, уходящий куда-то в неведомые дали четко на северо-восток. И от него в стороны разбегались десятки ответвлений. Твою мать, тут город целый! А у нас карты нет и шесть солдат в группе. Да тут вообще никого найти невозможно. Годами бродить будешь, до посинения, так никого и не встретив! Да еще за каждым углом может быть засада. Куда идти-то хоть?

По следам. И от шин, и от толпы гетов, которые и не пытались скрыть своего пребывания. Как будто стадо бизонов пробежало. Удивительно, но в этой мешанине, сканеры скафов легко распознали следы кроганов. Как минимум троих. В группе Лиары их точно не было, так что, они пришли с синтетиками. Я только головой кивнул от досады, многозначительно переглянувшись с Рексом. Мало нам гетов было, теперь еще и эти танки ходячие. Если они еще и биотикой владеют, вообще дело швах. Только если в лоб ракетой РПО шандарахнуть, может и поможет.

Боевой порядок пришлось слегка подправить. Гаррус поднял в воздух все двенадцать беспилотников, два из которых последовали на некотором удалении за нами, хоть как-то прикрывая тылы, а остальные разлетелись по боковым тоннелям, в попытке вовремя обнаружить засаду или обход по флангу.

— Контакт, — резкий голос Гарруса заставил всех вздрогнуть.

Я и сам это видел. Иконка головного дрона мигнула и погасла, обозначив его уничтожение.

— Вот твари. Первой очередью срезали.

Турианец не скрывал своей досады. Впрочем, мне тоже было жаль ценного имущества. Особенно здесь, в глубине подземелий, где взять новый просто негде.

С того момента, как мы миновали взорванный шлюз, прошло больше двадцати минут. А мы все шли и шли. А тоннели все ветвились и ветвились. Многие из них были завалены естественными обвалами, возможно, взорваны. Многие заканчивались тупиками. Еще больше упирались в обширные сводчатые помещения, заваленные оплывшими кучами, свалявшимися в монолит из ржавой трухи, бывшие когда-то каким-то оборудованием. Сейчас даже с помощью специальных приборов, вряд ли можно понять, что это было в древности. Слишком много времени прошло, и слишком сильно пострадали артефакты.

Геты нашлись в одном из боковых тоннелей, укрывшись за несколькими завалами из современных на вид контейнеров и обломков породы. Нас явно ждали, хорошо подготовившись к бою. Что было дальше за ними, рассмотреть не удалось, беспилотник сбили слишком быстро.

— Сколько их там?

— Двое, как минимум. Какие-то новые. На записях с Иден Прайм я таких и не видел.

Я внимательно всмотрелся в размытие изображения, с каждой секундой покрываясь холодным потом.

— Джаггернауты. Или вообще праймы.

Увидев непонимание в глазах спутников, растолковал поподробнее.

— Это настоящие солдаты гетов. Специально созданные для боя мобильные платформы. Хорошо защищены и намного подвижнее. Все, что мы раньше видели — это фактически их рабочие, взявшие в руки оружие. Те цветочками были, а это ягодки.... В наших ягодицах....

Надо как-то вперед двигаться, только вот как? Они за поворотом тоннеля, сидят на подготовленных позициях. Перед ними метров двадцать открытого пространства, без единого укрытия. Туда бы пальнуть из РПО, только они первому, кто высунется, сразу голову отстрелят. У них тут все пристреляно. Да и непонятно, сколько их там на самом деле. Если их там штук двадцать, они нас в ответку на салат покрошат.

— Так, Аленко, слушай сюда....

Подготовка заняла несколько напряженных минут, в течение которых мы распределяли роли и избавлялись от лишнего снаряжения. По сигналу готовности, в проход полетело сразу восемь дымовух, которые после детонации создали непроницаемую для глаз и сканеров подвижную преграду. Особого преимущества нам это вроде как и не давало, геты все так же могли стрелять, но вот делали это уже не прицельно, непосредственно не наблюдая цели, чем существенно снизили для нас опасность быть подстреленными. Этого мы и добивались. Выждав пару мгновений, из-за угла выдвинулся Рекс, прикрывший собой нашего биотика, которому требовалась прямая видимость для манипуляций с темной энергией, сходу словив с десяток попаданий на штурмовой щит. Через секунду, Кайдан создал здоровенный шар сингулярности, перегородивший собой почти весь проход. Из-за своих размеров, биотическая техника была не такой сильной, как в идеальном исполнении. Уж точно не смогла бы затянуть в себя мобильную платформу гетов. Но этого и не требовалось. Подобно невиданному ранее пылесосу, сингулярность втянула в себя все частицы взвеси из дымовух, по внешнему виду превратившись в натуральную клубящуюся черную дыру, после чего на большой скорости устремилась в сторону вражеских позиций. Едва достигнув первых завалов, она взорвалась красочной голубоватой вспышкой, расплескав по позициям гетов старательно собранную "угольную пыль" от гранат.

Пока синтетики искали укрытия от биотической техники, которая при таких размерах, будь она исполнена в полную силу, могла рвануть так, что сдуло бы их всех вместе с контейнерами, моя тройка перебежала через открытое пространство, встав за другим углом тоннеля. При этом мне чуть булки не отстрелили. Чертовы машины не забывали стрелять даже в такой ситуации. Но через пару мгновений им стало совсем не до этого. Я, Кайдан и Рекс разрядили в их сторону по целой кассете из своих гранатометов. Восемнадцать гранат от подствольника, в фугасном исполнении. Гаррус пальнул в глубину прохода выстрелом РПО, позаимствованным у Дженкинса. А те, в свою очередь, открыли массированный огонь на подавление из двух ручных пулеметов. Под прикрытием всех этих событий, на позиции гетов влетели два наших беспилотника, отчаянно маневрируя на скорости под самыми сводами искусственной пещеры. Мы, наконец, получили точные данные о силах противника. Полдела сделано.

— Пулеметчики, продолжать огонь! Рекс, Гаррус, Аленко, броском вперед, за мной!

Это было какое-то безумие. План был другим. Изначально мы хотели медленно продвигаться вперед, постепенно выдавливая гетов с удобных позиций. Но это бой, а не учения. Всего не запланируешь. Увидев, что нам противостоят всего около десяти мобильных платформ, причем парочка уже только в переплавку годится, а остальные явно дезориентированы нашим массированным огнем, я решился на внезапную атаку. Одним броском. Сблизиться сразу, преодолев под прикрытием пулеметов опасное открытое пространство.