Аравис

— Отец, не иди за мной, — не оборачиваясь, открывая дверь, тихо сказал Занзар, — я попросил Пушистика не подпускать тебя ко мне.

— Сын! Занзар, сынок! — закричал Самвел. — Слышишь, вернись домой, я запрещаю тебе лететь!

Он сделал ещё один шаг к бункеру, но тут же остановился. От аравийского животного, смешного и безобидного на вид, человека холодно окатила такая свирепая и беспощадная невидимая волна, что ноги Самвела отказались слушать своего хозяина, а плечи тяжело опустились. Колонист не видел, как зверь расправлялся с теми хищниками, что нападали на его сына, но правильно оценил свои возможности и понял на подсознательном уровне, что ещё один шаг может оказаться для него последним и роковым. Не в силах двигаться, он застыл напротив инопланетного зверя, ощущая, как вместе с горечью и тревогой, в его душе появилось всё нарастающее чувство гордости.

— Сын, ведь никто не полетит, никто не сдвинется с места ... Сын, я буду молиться за тебя... Я буду ждать тебя...

* * *

Пустота ... Кругом одна пустота, бесконечная, зовущая и жадно ждущая твоей смерти... И ещё страх, который поселился внутри сознания...

Вначале, после взрыва, страх был намного сильнее, но человек смог его победить. Постепенно, контролируя каждую мысль и эмоцию, сосредоточившись на шумных вдохах и выдохах, он немного успокоился. А взяв себя в руки, объективно оценил сложившуюся ситуацию. Кто он? Рядовой командной палубы Олег Вяткин, тридцати двух лет, ветеран, много воевавший и успевший немало повидать на своём веку. Что случилось? Катастрофа, гибель корабля, на котором он проходил службу. Где он находится? Завис один, может, последний человек во Вселенной, где-то в неизвестной точке космоса.

Страх, катастрофа, один — прочь пугающие мысли! И вы, звёзды, не смотрите с такой холодной ненавистью. Я жив, я в скафандре, генераторы которого работают нормально. Я могу двигаться и мне тепло и уютно, я успокоился и готов бороться с кем угодно с винтовкой в руках...

Олег облегчённо вздохнул, и к нему в голову пришла крамольная мысль о возможном спасении. Несколько часов он висел в захватывающей дух беспредельной бездне, окружённый мелкими и крупными обломками, зловеще поблёскивавшими в холодном свете звёзд и местного светила. Изредка, едва различимые, с раскинутыми руками, пытаясь обнять бесконечный космос, мимо проплывали замёрзшие тела тех, кому не повезло. Превратившись в один миг в космический мусор, некогда наполненные жизнью, своими заботами, воспоминаниями и мечтами, трупы спокойно отправились в полёт, продолжительностью в вечность. Олег прекрасно понимал, что благодаря только ряду случайностей он не летел вместе с недавними сослуживцами к какой-либо далёкой звезде навеки спокойный.

Первой такой благоприятной случайностью явилось время катастрофы. Лишь несколько лет назад, благодаря чрезвычайно возросшим потерям, учёные Федерации подарили простым солдатам надежду. Некоторые изменения в конструкции и в программе бортового компьютера, позволили определять мозгу корабля критический момент и отстреливать секции с двигателем и пороховыми складами, не позволяя превратиться сложным механизмам и экипажу в газовое облако. Опять же ещё одна случайность, более приближенная во времени, не позволила ему отправиться в полёт замёрзшим куском мяса. Кто бы мог подумать, что заступая на дежурство и недовольно одевая положенный по уставу скафандр, он, в очередной раз обманул богов подземного мира.

Медленно приходя в себя, рядовой вскоре понял, что он не один. Что из нескольких тысяч землян, находящихся на борту трёх кораблей, удалось уцелеть, по крайней мере, нескольким десяткам подобных Олегу баловням фортуны. Голоса приходили в его наушники со всех сторон, перебивая друг друга, жалуясь, зовя на помощь, плача, успокаивая и шепча молитвы. Они были многоголосы и звали присоединиться к ним, но Олег молчал. Сначала потому что боролся с собой, а потом, поняв, что сражение не закончилось, а продолжилось везде, где оказались выжившие люди. По отчаянным крикам, заполнившим эфир, солдат догадался, что выжившие были атакованы призраками. Такое открытие кому угодно не прибавило бы оптимизма, а Олег вскоре догадался, что представление только началось. Не в силах никому помочь, он, словно слушал в прямом эфире страшную радиопостановку. Какой-либо голос начинал звать на помощь, сначала словами, которые быстро переходили в крик, но скоро замолкал навсегда. И всё бы ничего, будь такой случай единичным. Но голоса, принадлежащие разным людям, с разной интонацией и тональностью продолжали спектакль, к которому невозможно было привыкнуть...

Очередной раз судьба улыбнулась Олегу, забросив в место, где не появился пока ни один призрак. В то же время, судя по отчаянным призывам, казалось, что совсем недалеко находилась настоящая бойня. При взрыве рядовой оказался отброшен в сторону от тех мест, где в большом количестве скопились обломки и тела. Разум подсказал Олегу, что нужно оставаться безучастным к тому, что происходит вокруг, но всё воспитание, вся его гордость, всё сострадание, объединившись, приказали человеку действовать. Он запустил заплечный двигатель и медленно двинулся в туда, откуда неслись призывы о помощи, то пропуская, то огибая мелкие и крупные предметы, ставшие достоянием вечно холодной пустыни. У одинокого человека появилась цель — он искал тех, кому могла потребоваться помощь. Через некоторое время мужчина в белом блестящем скафандре наткнулся на первый труп. Молодая женщина в форме лейтенанта технической службы, с красивым лицом, на котором не было и следа от страха, а читались лишь обида и недоумение, летела, вращаясь вокруг своей оси. Рядовой отсалютовал офицеру и продолжил свой путь. После встречи с мёртвым офицером тела стали попадаться всё чаще. Олег приближался и обследовал, в надежде найти признаки жизни, каждый холодный труп, ведь многие успели надеть скафандры, правда, изорванные и изодранные взрывом. Вскоре ему стало казаться, что он оказался заживо погребён вместе с мертвецами в царстве мёртвых. А немного позже ещё и вообразил, что и сам мёртв, когда стали попадаться тела сослуживцев и знакомых. Олег не заметил, как начал разговаривать с безжизненными телами, ведь он тоже стал считать себя одним из них.

— Как тебя угораздило, Игорь? — спросил он своего лучшего друга, когда его встретил. В ответ тот широко улыбнулся. Может, на самом деле, а, может, эта была иллюзия, возникшая из-за попавшего на лицо лучика света. Кто знает...

— А ты, Саддык, почему не надел скафандр и ещё поднял меня на смех?

В ответ труп весело перевернулся через голову несколько раз, пожал плечами и в голове Олега прозвучал такой знакомый голос:

— Не хватило времени...

Он плыл среди мертвецов, поправляя им форму, укоряя за беспечность и ругая за беззаботность. Однако никто не слушал его и не хотел присоединиться к спасательной миссии. Все они куда-то спешили, быстро удаляясь и теряясь отныне навсегда.

Олег уже отчаялся найти кого-либо живого, когда встретил первого, кто был ещё жив и нуждался в помощи. Лицо незнакомого рядовому солдата осветила радостная улыбка, и он начал что-то быстро и сбивчиво говорить на незнакомом языке. Для Олега реакция неизвестного показалась обыденной. Военные психологи давно заметили, что в стрессовых ситуациях люди забывали общеупотребительный эсперанто и переходили на родной язык.

— Успокойся, успокойся, я здесь, я пришёл за тобой, — тихо, но уверенно произнёс ветеран, — ты просто молодец, ты успел одеть скафандр. Не как Саддык.

Найденный солдат показал рукой вниз, на свою ногу. Небольшой кусок металла торчал чуть выше колена, человек успел изолировать жгутом повреждённый участок до наступления полной разгерметизации.

— Не чувствую её совсем, одну боль, да и то теперь слабую, — пожаловался в наушники незнакомец.

— Я уже всё понял, — кивнул головой Олег, — но помочь тебе могут лишь медики. Пока терпи...

Он зацепился силовым тросиком за магнитный пояс скафандра спасённого:

— Попутешествуем вместе.

— Вот помощник с меня в путешествии будет никакой.

— Ты глотаешь гласные. Откуда ты? С Марса?

— Ага, мой род находился в числе первых колонистов. Так что, самый настоящий, коренной марсианин.

Олег рассеяно посмотрел на марсианина и увеличил скорость. Не прошло и нескольких минут, как недавно сформированная экспедиция наткнулись ещё на одного раненного, которого прикрепил к своему скафандру невидимой силовой нитью спасённый марсианин. Теперь втроём они отправились дальше собирать уцелевших и скоро небольшой, скреплённый между собой, караван увеличился до пяти человек. С каждым спасённым Олег всё больше понимал, что затеял вылазку в направлении многочисленных обломков не зря. Ни у одного из обнаруженных людей не было с собой никакого оружия и, следовательно, никаких шансов уцелеть в случае нападения космических хищников.

Через некоторое время Олег заметил фигуру, отчаянно и призывно размахивающую руками. Шестым спасённым оказался хорошо знакомый рядовому капрал из соседней роты. Два человека, встретившись в такой нелепой ситуации, первым делом обменялись сведениями о судьбе общих знакомых. Олег оказался настолько занят беседой, что едва не пропустил момент появления первого призрака.

Хищник, извиваясь продолговатым светящимся телом, несколько раз медленно очертил круги вокруг людей, неслышно призывая на помощь всех своих сородичей в радиусе сотен километров. Достаточно изучив свою добычу, зверь сделал первый выпад, и Олег пропустил бы момент атаки, но кто-то предупредил его испуганным криком. Олег, развернувшись, встретил существо метким выстрелом. Зверь, не ожидавший отпора, пытаясь восстановить повреждённую ткань, метнулся в сторону, подальше от опасных противников.

— Вот и первый гость, — тихо, словно боясь громким голосам подманить монстров, произнёс раненный марсианин.

— Побежал жаловаться друзьям...

— Ну-ка тихо, — властно распорядился знакомый капрал, — раскаркались ... Видите, какая планета вас ждёт? Настоящая красавица! Смотрите, как она близко! Посмотрите, как она прекрасна! Как сама жизнь! Вон моря, а вон континенты... И все ждут нас. Тёплые волны прибоя, ласковый ветер, солнечные лучи — все готовы нас встретить... Я обещаю, что мы попадём в те места, приземлимся на берег самого тёплого моря. Упадём спиной на песок и будем лёжа считать вечером звёзды на небе... Все вместе, слышите меня, все вместе...

Олег молчал, как и все остальные. Он висел среди вечного безмолвия и смотрел на светящийся диск, до которого, казалось, можно было дотянуться рукой.

— Если дотянусь, — негромко сказал Олег вслух, — то останусь жив...

* * *

Ветер усиливался. Он гудел, стонал, ревел и хохотал в поисках всего, чем можно было поживиться. Жадный до добычи, искал неудачника, которого можно схватить и потом, оторвав от земли, кружить и вертеть новой игрушкой, а когда надоест играться рассерженно и разочарованно швырнуть безжизненный труп на землю.