Дс-15. Дела домашние

Берилл поднял глаза на Селену.

— Никак, — удивлённо сказал он. — Мы ей силы — она никак. И сама не хочет.

— Бегите, — кивнула им Селена. — Мы посидим, поболтаем.

Как ни странно, оба уходили неохотно. Боялись, что без них будут какими-то секретиками делиться?

Хм. "Сама не хочет". Да волчишка ослабела так, что не до магических приёмов восполнения сил...

— Ирма, ты как?

— Хорошо, — еле прошуршала Ирма. — Селена, что со мной?

— Ты же сама сказала, что разговаривала с Орнеллой. И разговор был трудным.

— Разве так бывает? Мы же болтали. Я потом ещё и побегала...

— Бывает. Ты говорила с ней напряжённо. Помнишь? Сказала — сидели в шкафу? Каково тебе после этой беседы было встать и выйти из шкафа?

— Тяжело. Как будто вместо Колра со мной Коннор занимался. — Волчишка еле растянула в усмешке побелевшие губы. — Я ещё с Эденом хотела... — И осеклась.

Не желая влезать в чужие тайны, о которых Ирма явно говорить не желала, Селена предложила:

— Давай Колина позовём? Что-то он свою сестрёнку совсем подзабыл в последнее время. Пусть с тобой посидит, поговорит...

Селена, вообще-то, наговаривала на Колина. Мальчишка-оборотень частенько просто не успевал поинтересоваться делами волчишки, потому что его перегрузили письменными работами — не только Понцерус, но и Трисмегист. Обоим эльфам нравился почерк мальчишки — по словам Трисмегиста, каллиграфический. И его не только в хвост и гриву гоняли по домашним заданиям, но и заставляли прописывать те страницы из найденных на речном рынке книг, которых не хватало, но которые сумели-таки найти в библиотеке прошлого... "Мой прокол, — скептически вздохнула Селена. — Надо бы этих чёртовых философов снова взять за шкирки и тряхнуть, напомнив, что перед ними не монах, а мальчик, ответственный за сестрёнку и её состояние!"

И тут же улыбнулась вспомнив, как на прошлой неделе уже ругалась с Понцерусом, что грузят Колина слишком уж по-взрослому: мальчишке-оборотню, несмотря на его неожиданные таланты, ведь ещё и с подружкой побегать-пообщаться надо, подвигаться хорошенько! А они готовы его запереть в своём домике, усадить за стол и забыть, что перед ними подросток! Счастье, что Колр помог, благо ругань с учёными эльфами проходила в гостевом кабинете. Чёрный дракон напомнил, что у него тоже есть расписание, которое Колин почему-то чуть ли не игнорирует. Скрепя сердце философы начали отпускать мальчишку-оборотня, устраивая ему перерывы не только на время завтраков и прочего в Тёплой Норе.

"Колин, отпросись у Трисмегиста, — велела Селена. — Ты мне нужен на пейнтбольном поле!"

В чём она была уверена — так это в том, что эльф-философ легко отпустит мальчишку-оборотня, если в просьбе прозвучит её имя. А если не захочет... Она представила, что и сама начинает рычать не мягче Сири...

Но Колин неожиданно ответил:

"Селена, мне отпрашиваться не надо. Понцерус уехал в пригородную школу взять кое-какие книги для меня. А Трисмегист сидит у Крисанто. Я в мансарде. Сейчас буду".

Пока Колин бежал на поле, а малолетние бандиты по неизвестно какому кругу уже мчались мимо их скамьи, Ирма начала приходить в себя. Во всяком случае щёки и нос её порозовели, хотя Селена и подозревала, что в этом случае помог прохладный воздух. Завидя бегущего к ним мальчишку-оборотня, она осторожно спросила волчишку:

— Ирма, может, сегодня не стоит играть с командой Розы?

И услышала в ответ заносчивое шмыганье:

— Вот ещё! Она тогда совсем нос задерёт!

Колин плюхнулся на скамью, разглядел сестрёнку и пересел так, чтобы она оказалась на его коленях — и внутри его личного магического пространства. Немедленно разблокировал магию, привычно для знающих полыхнувшую яркой вспышкой...

Уходя с поля, Селена лишь раз оглянулась, чтобы увидеть ошеломлённое лицо Орнеллы, доехавшей до той скамьи и окаменевшей перед братом и сестрой, оборотнями. В основном изучающий, обалдевающий по мере изучения взгляд девочки-эльфа застыл на личном пространстве Колина, который доброжелательно улыбнулся ей. Что было далее, хозяйка места не стала узнавать, а ушла с поля со спокойной душой.

...Коннор одним махом преодолел лестницу на второй этаж деревенской школы — в комнату Крисанто. Возле двери замер на полушаге. Поисковая магия предупредила, что в помещении два существа. Просканировав их, Коннор усмехнулся: мог бы и без поисковой магии сообразить. Трисмегист — второй... И снова усмехнулся: услышь его эльф, поправил бы: первый! Он вежливо стукнул в дверь и открыл её.

— Доброе утро. Не помешаю? — спросил он, не обращая внимания на взрослого эльфа, но в упор глядя на Крисанто.

— Заходи, — буркнул тот.

Новичок полусидел на кровати, опираясь на подушки. И что-то почудилось мальчишке-некроманту, что эльфу-подростку не нравится посещение Трисмегиста. А тот... ну что сказать: бессовестный — он и есть бессовестный. Сидит довольный, будто Тиграша, поймавшая толстую мышь.

— Ищете нового ученика, Трисмегист? — хмыкнул Коннор, присаживаясь рядом с ним, сидевшим тоже на стуле — напротив Крисанто.

Мальчишка-эльф вскинул на него брови, и Коннор объяснил:

— Трисмегист выбирает себе самых интересных учеников. Среди них мой брат, например. Мальчик-некромаг Эден, с которым тебя познакомила Ирма.

Крисанто что-то проворчал. Среди этого невнятного ворчания с трудом разобралось только имя волчишки.

— А ты, Коннор? — тоже насмешливо спросил взрослый эльф. — Зачем ты здесь?

— Проведать хотел, — пожал плечами мальчишка-некромант. — Если вы считаете, что я не вовремя, могу... удалиться.

— И всё же? — настаивал Трисмегист.

— Мне стало интересно взглянуть на эльфа с выгоранием магии.

Сидевший, слегка склонившись в сторону кровати с Крисанто, который насторожился после слов мальчишки-некроманта, эльф выпрямился.

— Ты прочёл мою книгу?

— Да. Правда, у меня подозрение, что у Крисанто это не выгорание.

— И что же?

— Мне кажется, всё дело в той пентаграмме.

— Вы обсуждаете меня, как вещь! — не выдержал обозлившийся Крисанто.

— Моё посещение затянулось. Пожалуй, я выйду, — поднялся со стула Трисмегист, а когда пошёл к двери, не оборачиваясь, спросил вполголоса: — Ты узнал... его?

— Возможно.

Когда дверь закрылась, Крисанто поспешно прошептал:

— Он всегда такой настойчивый?

— Он жаден до учеников, — спокойно ответил Коннор. — Если видит, что будущий ученик обладает чем-то любопытным для него.

— И чем ты был для него любопытным? — резко спросил мальчишка-эльф.

— Ты о том времени? Уже тогда я был сильным некромантом. Поэтому он согласился сделать из меня... нечто со многими функциями.

— Я бы ненавидел его за это... всегда! — процедил сквозь зубы Крисанто.

— Я и ненавидел, — согласился Коннор. — Правда, мне потом втолковали, что... если бы не он, в пригороде погибли бы существа, которые были беспомощны перед живыми машинами. Пришлось принять его существование.

Крисанто вдруг облизал пересохшие губы.

— А я бы его всё равно ненавидел. Расскажи мне о том, как ты жил в пригороде. О тех, кого защищал. Расскажи так, чтобы и я принял его существование... Он сейчас сидел передо мной. Эльф. А я видел в нём вампира. Больдо. Я смотрел на его тонкие пальцы — и мечтал переломать их... чему ты... улыбаешься?

Слушавший его вполуха мальчишка-некромант ещё подумал: что чувствует сейчас Трисмегист, стоявший у двери?.. Нисколько не жаль его. Сам решился подслушивать... Затем, отогнав от себя воспоминание о вчерашнем "допросе с пристрастием", Коннор сумел ответить так, чтобы Крисанто ничего не заподозрил:

— У меня иногда бывает состояние... берсерка. Это что-то близкое к боевому безумию. Когда ничего не соображаешь и видишь только врага, которого надо уничтожить. Когда ты сказал, что хочешь переломать ему пальцы, я вспомнил одно существо, которому я в состоянии берсерка как раз и сделал это. Он тоже собирался держать в пальцах скальпель — с пренебрежением к беспомощной перед ним жизни... Но к нашему разговору это не относится... Что ж... — Коннор взглянул в окно. — Хочешь услышать, что было со мной? Меня превращали в киборга, держа в постоянном сне. Когда проснулся, объяснили, что меня хотят продать тогдашнему правительству Города Утренней Зари. Врали, чтобы я не рыпался. Вышел я из лаборатории в сопровождении вампиров. На улице ждала машина с боевыми магами сопровождения. Всего несколько минут — и машина попала под Ночных убийц. Ты знаешь, что это такое? Хочешь знать?

Крисанто, встревоженный началом скуповатого рассказа, чуть не судорожно покачал головой: "Хочу!" Коннор быстро объяснил, что представляет собой этот тип живой машины, и продолжил рассказ.

Он знал, что эльф всё ещё стоит за дверью. Впрочем, нет. Переместился к стене, близко к двери, чтобы продолжать подслушивать. Прислонился к ней, чтобы удобнее было стоять... Мальчишка-некромант саркастически вздёрнул уголок губы: не послать ли эльфу замечание, что подслушивать невоспитанно? И забыл о нём... Воспоминания о прошлом неожиданно отозвались в нём тем Коннором, который был киборгом. Он даже говорить стал чётче, суше и гораздо более кратко, чем обычно. Рассказ о прошлом для него был лёгким: он помнил, как о прошлом на пикнике рассказывал Мирт. Впрочем, повторяться мальчишка-некромант тоже не собирался. Хватало повествования о том, как он находил и защищал членов своей группы. Это и была жизнь в пригороде.

Крисанто отчаянно не хотел, чтобы он только упоминал о тех случаях с ребятами. Он то и дело останавливал Коннора и старался заставить его говорить подробнее.

Когда Коннор в очередной раз объяснил, как нашли Сильвестра с его сестрёнками, но уже более пространно, Крисанто даже буркнул:

— Что, трудно было — сразу так рассказывать?

— Я не ожидал, что тебе захочется узнать про оборотней.

— Ты рассказываешь не об оборотнях, а о том, что ты делал, будучи вот... таким.

— Не понимаю — зачем, — признался Коннор.

— А я говорил: мне надо принять его существование. Ведь не будь его, Больдо не тронул бы меня!

— Или убил бы тебя сразу, как только понял, что ключа у тебя нет! — вырвалось у Коннора. Но не пожалел, что проболтался. Глядя на растерянного мальчишку-эльфа, легонько пожал плечами: — Палка о двух концах, как говорит Селена. Или Больдо убил бы тебя, не нужного ему без ключа, или он сплоховал бы со слежением — и ты сумел сбежать от него...

Крисанто смотрел на него неопределённо: то ли прятал злость, то ли пытался понять. Заговорил:

— Ты предупреждал.

— Предупреждал, — согласился Коннор.

Отмолчавшись ещё немного, Крисанто устало провёл ладонью по лицу.

— Рассказывай дальше. Ты остановился на том, что увидел взрослых оборотней, убивающих твоего Сильвестра.

— Дальше неинтересно. Я убил их всех, — спокойно сказал Коннор.

Сидел мальчишка-некромант так, чтобы смотреть на Крисанто, но время от времени поглядывать сквозь дверь, в коридор. После его слов об убийстве Трисмегист съехал по стене на пол. Но долго там не просидел: кажется, спохватился, что в коридор может кто-то войти и увидеть его, как минимум, подслушивающим. Ушёл в соседнюю палату. Пустую. Сел на кровать — стена к стене к палате Крисанто... Коннор мысленно передёрнул плечами. Внезапно повеяло "серым домом" в городе Государство, когда он и студент храма некромагов, Виридин, сидели в соседних комнатах, в которых их хотели напугать кромешной тьмой.

— Мирту пришлось успокаивать девочек-волчишек, — продолжил он. — Я стрелял из огнестрельного. Грохот был страшный. — Он вдруг улыбнулся, и Крисанто почему-то со страхом всмотрелся в его глаза. — Девочки успокоились, только после того как мы сварили им суп из крыс. Мирт тогда и предположил, что меня создали, чтобы я стал защитой всем в пригороде. Мне понравилось это предположение. Потом мы вылечили Сильвестра и начали искать других — тех, кто нуждался в помощи.

— Подожди, — несколько озадаченный Крисанто посидел немного, размышляя, а потом кивнул: — Вспомнил, что хотел спросить. Ты сказал, что того оборотня избили так, что он еле дышал. И так легко — вылечили? Как вы это сделали?

— Я сделал. Но тебе повторить не удастся, — усмехнулся Коннор. — А так... Мне надоело, что из-за Сильвестра мы все подвергаемся опасности, но бросить его нельзя. В одну ночь я додумался прогнать сквозь его тело силы некромагии. Боюсь, я был безжалостен. От боли Сильвестр кричал так, что чуть не сорвал голос. А ведь он тогда и вставать не мог с кровати. И ещё... Я был слишком самонадеян. Я пропустил сквозь него такие силы, на какие сейчас бы никогда не решился. Но некромагия вымыла из него следы смерти. И назавтра он уже не только вставал, но и ходил, пусть и не слишком быстро. Потом мы нашли Каи. Он потерял старшего брата и примкнул к нам. Потом нашли Анитру и двух мальчиков, которых она охраняла от машин и одичавших оборотней. И вот тут я скажу гораздо больше, чем ранее. Я появился в пригороде за полгода до конца войны. Анитра с мальчиками пряталась в доме с самого начала. Когда я узнал, как они выживали, я был восхищён. Я не умел выражать своего восхищения, но Анитра, человек, мне казалась воплощением идеального божества. Она ничего не знала, в ней скоро должна была полностью проявиться магия, а она хранила мальчиков, вверенных ей их родителями. Я перед ней был мелочью. Анитра же просто потрясала моё воображение. Её саму в любой момент могли убить машины, а она... Когда мы вошли в комнату, она сидела на кровати. Она поняла, что мы ничего не сделаем плохого, и наклонилась, чтобы приподнять простыню и велеть мальчикам вылезать. — Он вдохнул немного воздуха и легко перешёл на следующее событие: — Потом нашли Андриса, и в его квартире я чуть не умер. Повезло, что моя аптечка была полной. Потом нашли Маев и Нуалу. И поняли, что надо идти на окраины пригорода.

— То есть смертельно ты никогда не попадался? — осипло спросил Крисанто.

Коннор взглянул сквозь стену. Трисмегист сидел на кровати, закрыв лицо ладонями. Чего это он?

— Если быть осмотрительным, выжить можно, — хмыкнул он. — На улицах пригорода зевать нельзя. Один раз было, что я буквально на миг отвернулся от вроде бы безопасного места. А потом оглянулся, а на меня бросился одичавший оборотень. Опять-таки повезло: он как-то не рассчитывал, что у меня наручи с ножами, которые выпрыгивают из ножен. Это был самый неприятный момент: он рванул на меня, я всадил в него ножи, и он упал прямо на меня. Боюсь, я тогда больше испытывал брезгливость, пока меня заливала его кровь. Вот и всё. А потом нас нашли Джарри и Селена и провели в деревню. Сюда.

— Я бы, наверное, — начал Крисанто, не глядя на него, но задумчиво уставившись в изножье своей кровати, — не сумел бы так, как ты. Ну, я имею в виду, что у меня не было твоего оружия. И меня не обучили боевым приёмам.

— Извини, Крисанто, но не смог бы ты, как я, даже будь ты с оружием и боевым умением, только потому что ты презираешь оборотней.

Мальчишки помолчали, глядя друг на друга. Потом Крисанто медленно покачал головой — уже отрицательно.