Сталкер-2-5. Душа Зоны

И, надо заметить — сложный вопрос к моему приходу был уже почти решен.

За ангарами имелась расчищенная под предполагаемое расширение нашего строительства ровная площадка. Местечко тихое и полностью закрытое тем же ангаром со стороны берега. Откуда Вика взяла большую белую надувную палатку, можно было только догадаться.

Подобные палатки используют в полярных экспедициях для быстрого возведения стационарного лагеря. Внутренний объём позволяет разместить с относительным комфортом двенадцать человек. Есть отдельный тамбур для переодевания.

Осталось только сделать лежанки и найти тумбочки для вещей. Кстати, палатка — это очень хорошо. Пусть прибывшие учёные постоянно ощущают временность своего пристанища. Кто знает, куда и как дальше пойдут события?

Сахаров, по моему представлению, напрасно нагоняет всякой жути. Скорее я поверю в то, что научный лагерь просто перестали полноценно снабжать. Блокада, как и у всех остальных. Вот ему и остаётся только делать уверенное в своей непоколебимой правоте лицо, да сплавлять потихоньку лишних едоков, переложив заботу о них на тех, кто здесь как-то устроился.

Мысленно хлопнул себя по лбу, достал КПК, входя в программу управления кланом-группировкой.

Ага, так и знал. Появился новый раздел 'Научная деятельность клана', не научно-исследовательская, а именно 'научная' с пока нулевым прогрессом и серыми пунктами возможных достижений. Наверняка за них причитаются какие-то особые награды.

Для прокачки направления требуются научные работники в составе клана или временно привлечённые специалисты. Интересно. Наверняка подобные изменения затронули все сохранившиеся к настоящему времени кланы, и за свободных учёных начнётся борьба. Хорошо бы только политическая. Тут и наглые долговцы окажутся весьма к месту, ибо действительно обладают высоким авторитетом. Ссориться с ними дураков нет. Перевелись.

До вечерней темноты занимался всякой мелкой ерундой, помогал перетаскивать тяжелые грузы и тому подобное, готовя площадку для общего собрания. Нас уже стало много и вокруг одного костра все никак не поместятся.

Пришлось строить отдельную трибуну для председательствующей комиссии и пожелавших выступить перед публикой докладчиков, а также расширять сидячие места для публики. Вместо большого костра устанавливать прожекторы освещения.

Перед собранием народ плотно накормили. Как это сказывается на мыслительной деятельности вопрос индивидуальный, зато градус эмоционального реагирования точно снижается. На первых рядах перед трибуной расселись наши парни и девчонки, за ними беженцы и все остальные в качестве зрителей и статистов. У них право голоса отсутствовало.

Как только все расселись, я взял первое слово. Кратко пересказав текущую ситуацию, высказал собственную точку зрения относительно причин появления в наших краях новых гостей. Политическая обстановка вокруг Зоны, расклады сил, внешняя блокада и всё прочее.

Слушая меня, сидевший рядом с Ларисой на правой стороне первого ряда академик Сахаров периодически кривил лицо, Лариса же, как всегда, обворожительно улыбалась, наверняка сумев самостоятельно докопаться до истинных причин.

Переодевшиеся в практичную туристическую одежду и непромокаемые плащи учёные недоумённо переглядывались друг с другом, видимо для них информация оказалась новой, а кое-кто особенно хитрый придерживал её под предлогом заботы об общем благе.

На левом краю рядышком уселись Болотный Доктор и священник. Поп часто уточнял у Доктора, правду ли я сейчас говорю, а тот лишь кивал головой, задумавшись о чём-то своём.

Долговцы в полном составе и полном боевом облачении стояли в сторонке. С их стороны потянуло какой-то коллективной неуверенностью. Наконец-то догадались об истинных причинах, почему именно их командование сплавило сюда.

Наверняка ведь самые идейные из самых заслуженных. Воронину они теперь только мешают, а избавиться законным образом практически нереально. Вот и спихнули их в болота на край Зоны для попытки перевоспитания.

Закончив вводную часть, отметил наши скудные возможности численного расширения уже устоявшегося коллектива. Испытание Тьмой заметно изменило всех нас. Трудно включить сторонних людей в уже устоявшийся круг взаимного доверия.

Плюс сильно ограниченная материальная составляющая. Жить-то где-то нужно. Для расширения построек в деревне банально мало места. Есть идея восстановить и существенно расширить сгоревший болотный хутор на другой стороне болота, превратив его в торговую факторию, дабы сюда меньше всяких проходимцев захаживало.

Островок не особо большой, но расположен в стратегической точке и места для построек хватит. На постоянной основе там смогут жить человек пять плюс возвести постоялый двор для десятка гостей.

Можно разобрать на стройматериалы заброшенную ферму около железнодорожного моста. Всё равно там сейчас сильные пульсации психического излучения из аномалии под насыпью. Чтобы безопасно пройти мимо требуется знать расписание этих мини-выбросов или же обладать высокой ментальной устойчивостью.

Обрисовав планы, вкратце изложил видение на возможную пользу постоянного присутствия у нас научной экспедиции, предложив выступить перед собранием академику Сахарову. После моих слов тот нехотя поднялся, внимательно окинул взором притихшую публику, и в трёх фразах приказал верить предыдущему оратору — мне то есть.

Действительно — положение дрянь, но мы должны сохранять в себе и поддерживать вокруг себя самые лучшие человеческие качества, иначе быстро скатимся к первобытной дикости, что местами уже и происходит. При окончательном оскудении ресурсов дело запросто дойдёт и до людоедства. Нам всем нужно противостоять подобным тенденциям, поддерживая планку цивилизации. А научная группа доцента Авчинникова нам в этом должна всемерно поспособствовать.

Следом за ним выступил и доцент Авчинников. Колоритный высокий мужчина лет сорока со щегольскими усиками на лице. Широкий лоб и явственно обозначившаяся залысина. Сильный голос и уверенная манера говорить на публику. Наверняка прочитал много лекций студентам.

Он вкратце рассказал, что его весьма заинтересовал наш опыт выживания в тяжелейших условиях. Мы стали заметным центром объединения разрозненных людей, и этот опыт стоит внимательно изучить, дабы другим было на что опираться. Сделал всем нам приятные комплименты, покинув трибуну.

Я передал слово нашему формальному лидеру клана Сергею, а тот сразу без длинных предисловий поставил вопрос на голосование. Принимаем ли мы научную экспедицию или пусть с утра пораньше ищут себе других подопытных кроликов. Прямо так и сказал, я аж поперхнулся.

Однако почти все проголосовали 'за', при пятерых воздержавшихся. Решение принято. Время было позднее, все отправились отсыпаться кроме третьей рабочей смены и дежурных. Нам же с Викой и Ларисой ещё только предстояло подготовиться к охоте на 'повелительницу снов', как мы её успели окрестить.

— Как будто в первый раз меня увидел! — Заметила Вика с прорезавшимся в голосе лёгким недовольством. — Почему руки до сих пор не распустил? — С лукавой ухмылкой добавила она.

Дюжину секунд назад она скинула с себя всю одежду разом в инвентарь, представ предо мной в костюме Евы. Плавно качнулись налитые соками полные груди, волосы рассыпались по белым плечам, ямочки на щеках отчётливо обозначились, притянув к себе моё внимание.

— Просто любуюсь, — подсел к ней ближе на кровати, одним мысленным движением убирая одежду с себя и опуская руки на её бёдра.

— Я ведь прежде и не подозревала, что ты законченный эстет! — Рассмеялась довольная моим комплиментом обнаженная девушка. — Будешь и дальше любоваться... хмм... — мои пальчики быстро пробежались по её телу, уделяя внимание известным эрогенным точкам. — Здесь, ещё... — мои ладошки скользнули вниз по внутренней поверхности бёдер, затем поднялись выше и пробежались по гладкому животу. — Люблю, когда меня гладят, — глухим голосом призналась Вика, подаваясь навстречу мне для поцелуя.

— Даже больше чем... — задал провокационный вопрос, с трудом оторвавшись от её губ.

— Ты продолжай и не отвлекайся! — Меня решительно толкнули на ложе, дабы удобно устроиться сверху, подставляя под ласковые руки спину и не только её.

Стоило отметить — ласки и поцелуи мне нравились ничуть не меньше того самого процесса, который обычно следует вслед за ними. В этот раз прелюдия сильно затянулась, продолжившись после парочки более плотных заходов. Простых ласковых поглаживаний и мне сильно недоставало — как теперь явственно обозначилось. Полностью удовлетворив взаимную потребность в нежности, мы уснули, крепко обнявшись, забыв накинуть сверху одеяло.

Весенний открытый перелесок, под ногами прошлогодняя трава, сквозь которую пробиваются пока ещё редкие молодые зелёные стебельки. Пахнет сыростью и плесенью, где-то неподалёку весело чирикают пташки — фи-фи, фи-фи. На белеющих юных берёзках раскрываются малюсенькие листики, облепляя тёмные ветки салатовой зеленью. В верхушках деревьев легонько шумит пробегающий тёплый ветерок.

Я куда-то целенаправленно бреду, рефлекторно улавливая ногами натоптанную в траве едва заметную тропинку. В руках пусто, за плечами совсем лёгкий тощий вещмешок. В животе характерно бурчит, в рот давненько ничего съестного не попадало. Мысли полностью разбежались из головы, плохо помню, кто я такой и что тут вообще делаю. Но куда-то нужно быстрее дойти, там-то всё и узнаю.

Ноги сами выносят меня к берегу небольшого озерца, яркие солнечные блики пляшут по спокойной поверхности воды. Пахнет сырой землёй и нагретым солнцем мхом, тихое жужжание пролетевшей мимо весенней мухи. Иду дальше вдоль берега. Желанная цель уже где-то близко.

Пройдя по берегу озера, снова углубился в открытый перелесок, выйдя из него к почерневшему от времени дощатому забору, за которым раскинулся цветущий вишнёвый сад и угадывающиеся очертания тёмной шиферной крыши садового домика. Вот и висящая на одной петле покосившаяся калитка. Почти пришел.

Окрестности огласил громкий скрип давно заржавевшей петли. Несмотря на всю очевидную странность ситуации, воспринимаю её вполне обыденно, как будто всегда ходил весенними тропами по покинутым людьми и даже животными заброшенным краям, где остались только птицы и ещё насекомые.

И всё равно неправильность окружения заставляет остановиться и взглянуть на собственные мозолистые руки с чёрными окантовками давно не чищеных ногтей. И руки-то явно не мои, а чьи-то ещё. Пошевелил плохо слушающимися пальцами, оглядываясь по сторонам. Где я нахожусь и кто же я такой?!

Острое мгновенье резкого открывшегося понимания, едва устоял на ослабевших ногах, схватившись за воротный косяк. Это всего лишь сон. И не просто сон, а целенаправленно навязанное мне сонное видение.

'А вот хрен тебе!' — закрыв глаза и мысленно представив себя самого, снова открываю глаза, ощутив в руках приятную тяжесть знакомого оружия. Той самой ультимативной лазерно-метательной пушки на основе артефактов. Перед мысленным взором зажглась картинка интегрированного в неё прицельного комплекса. Ещё одно усилие сознательной воли, теперь восстановились и привычные рефлексы.

— Хватит прятаться, выходи! — Громко крикнул в окружающее пространство, отметив близкое присутствие кого-то постороннего.

Несколько десятков секунд ничего не происходило, всё так же щебетали мелкие пташки, да задувал весенний ветерок, покачивая ветки цветущих вишен, срывая с них и унося вдаль белые лепестки.

— Рановато ты пробудился... — послышался тихий женский голос откуда-то сбоку, я повернул к нему лицо.

Вдоль забора ко мне шла высокая девушка в накинутом на голое тело частично просвечивавшемся белом платье, её рыжие волосы разметал по сторонам мгновенно окрепший ветер. Руки пусты, во взгляде зелёных глаз отметил лишь лёгкое сожаление. Узнать её было просто, не так давно эта девица подкатила ко мне в Баре, требуя её куда-то сопроводить. Вполне ожидаемо, её-то мы и ждали.

— Что тебе нужно? — Строго спросил её, показательно нахмурившись.

— Неправильный вопрос... — она покачала головой, а сожаления в её взгляде только прибавилось.

— А какой вопрос правильный? — Я демонстративно поднял бровь, выражая больше нетерпение.

— Я была о тебе и твоих 'подружках', — слово выделялось весьма ехидным тоном, — гораздо лучшего мнения, — ещё одно покачивание головы, ветер резко затих, перестав трепать рыжие кудри. — Вместо искреннего стремления познать неизведанное, вы приготовились к драке. А ведь могли бы и просто спросить... — в голосе явственно проскочила грустная нотка.

— И ты бы так просто ответила, перестав дурить людям мозги? — Я ехидно усмехнулся. — Прости, но ты не выглядишь заслуживающим доверия существом, — назвать её человеком, или вообще — женщиной, почему-то постеснялся.

— Нет, не ответила бы, — открыто усмехнулась высокая рыжеволосая девушка. — Им бы точно не ответила, а вот тебе — да.

— Я чем-то особенным выделяюсь? — Мне стало сильно любопытно.

— Много чем, — при ответе её лицо вдруг стало весьма серьёзным. — К примеру, ты смог 'пробудиться' уже со второй попытки, обретя полную сознательность даже в мире сонной иллюзии. Это, знаешь ли, крайне немногим удаётся, — похвалила она меня. — Более того, ты смог не просто вспомнить себя, но и частично перестроить иллюзию реальности. У тебя весьма большие задатки истинного сноходца! — Одарила она меня непонятным словом.

— Кого, кого? — При всей очевидности словосочетания, хотелось подробностей.

— Много ли ты знаешь о снах? — Ушла от прямого ответа рыжая бестия. — Даже учитывая твою сильную переделку организма, ты всё так же, как и обычные люди, видишь сны. Доводилось ли задумываться, откуда они берутся? — Спросила она с характерными нотками лёгкого ехидства.

— Есть много различных теорий... — я даже наморщил лоб, припоминая известную информацию. — Мне больше всего симпатична версия о том, что снами проявляется фоновая работа мозга по переработке дневного восприятия с очисткой короткоживущей памяти сознания и образованием кластеров долгосрочной памяти в бессознательном. Плюс снами проявляются актуальные ожидания и переживания индивида, при работе с той же долгосрочной памятью. Мозг способен перевести всё доступное ему в образы частичного или полного восприятия.

— Есть и такое... — рыжая улыбнулась одними уголками губ. — Однако это лишь малая часть или поверхностный уровень знания о снах. При более глубоком рассмотрении можно нащупать сонную связь между физическим миром и миром собственной души.

Признаться — я глубоко изумился услышанным словам, хотя обычно весьма скептически отношусь ко всякой мистике. И разговорам о той душе включительно.

— Время серьёзного разговора пока не пришло, — между тем продолжила Ведьма. — Тебе нужно многое принять на веру для начала, и только после ты сможешь найти потайную тропу к своей же душе, — её голос вдруг резко оборвался, а в окружавшем нас пространстве выключился свет.

Я резко подскочил на кровати, пытаясь схватиться за тончайшую ниточку оборвавшегося ментального контакта, но она мгновенно исчезла без остаточного следа.