Проверка 2

— Ты не страдаешь излишней скромностью, — сказала Настя, — язык тоже хорошо подвешен. Непонятно, почему до сих пор ни с кем не познакомился.

— А с кем? Соседи здесь живут сами по себе и ни с кем не общаются. Ты часто видела кого-нибудь во дворе? Если и появятся, то бегут к своим машинам или к калитке. Идти знакомиться в школу? Из-за моего возраста и экстерната возможностей почти никаких. И потом я хочу общаться не с кем-нибудь, а с теми, кто мне нравится.

— С такими, как я.

— С такой, как ты, — поправил он. — Я ведь дружил с девчонками, но всё это было так...

— А со мной не так, — засмеялась она. — Конечно, я моложе их...

— Ты другая! — перебил Олег. — Может, мне просто не повезло, но все красивые девчонки, с которыми я знакомился, оказывались либо дурами, либо расчётливыми и эгоистическими особами.

— А запасть на некрасивую не получилось, — сочувственно сказала Настя. — Нам подавай лучшее!

— Все тянутся к красоте, — возразил он, — я в этом не исключение. Наверное, мог бы увлечься и некрасивой, но она должна быть для этого замечательным человеком. Мне такие не встречались. Ты всё-таки уходишь?

— Подойди ко мне и дай руки, — встав с дивана, сказала девочка.

Она взяла его ладони в свои и вызвала сферу. Миг — и они очутились над небольшим островом, напоминавшим формой запятую. В его середине зеленели какие-то кусты, над которыми возвышались пальмы. Сфера опустилась в десяти шагах от воды и исчезла.

— Я уже раз двадцать здесь отдыхала, и всегда было солнечно, — опустившись на тёплый песок, сказала Настя, — а такие облака вижу в первый раз. Наверное, будет шторм. Ладно, ветер тёплый и нам не помешает. Садись рядом, я расскажу тебе сказку.

— Что это? — спросил ошеломленный юноша. — Как такое может быть? Кто ты?

— Мой дед называет ведьмой, — засмеялась девочка. — Всё узнаешь, когда меня выслушаешь. Можешь слушать стоя, но рассказ будет долгим. Я могла рассказать в твоей квартире, но тогда пришлось бы показывать груду барахла, здесь моим словам будет больше веры.

Он тоже сел на песок, всё ещё не веря в то, что случилось.

— Жила-была девочка, — начала рассказ Настя. — Ей не было четырнадцати, когда...

Она, наверное, уже в десятый раз рассказывала о своих приключениях. Закончила вечеринкой, на которой познакомилась с его дедом.

— Может, это тоже твой гипноз? — спросил он, когда девочка замолчала.

— Бросить тебя в воду, чтобы поверил? — задумчиво спросила Настя. — Так и сделаю!

Она вскочила с песка, схватила юношу за ногу и с неожиданной для него силой потащила к воде.

— Отстань, сумасшедшая! — закричал Олег, не имея возможности встать или за что-нибудь ухватиться. Бить второй ногой по руке он не стал.

— Вот она мужская любовь! — сказала Настя, отпустив его ногу. — Все ваши слова...

— Как поверить в сказку? — спросил вставший с песка юноша. — Ладно, я верю, что всё это не сон и не глюки. Ты перенесла меня с помощью какой-то инопланетной штуковины. Но боги, другие миры и эти орки... Девчонка не могла бы сделать то, о чём ты рассказала!

— Да, не получилось, — с сожалением сказала она. — Жаль! Ладно, будешь и дальше в гордом одиночестве грызть гранит науки, а обо всём этом забудешь. Дай мне руки.

— Я не собираюсь ничего забывать, — возразил он. — Расскажи правду...

Остров исчез, а под сферой далеко внизу виднелся двор. У Олега закружилась голова, и он поспешил сесть. Открыл глаза уже в своей комнате. Насти не было.

"Почему не довела дело до конца? — спросил Раш. — И память ему не стёрла, а только заблокировала. Трудно было показать магию и достать что-нибудь с хранения?"

"Отстань, Раш! — сказала она. — Нет у меня настроения с тобой разговаривать. Жила без такой дружбы, проживу и дальше. Мне вместе с ним сдавать только три экзамена. Фээсбэшники, для которых я была только объектом работы, поверили, а этот... Пошёл он к чёрту!"

Дома ждал выговор.

— Можешь не показывать свою пятёрку! — сердито заявила мать. — Ушла в половине второго, а уже четыре! Я дважды грела, теперь иди греть сама! Не могла позвонить, чтобы я не переживала?

Когда разогрела и поела обед, к ней на кухню пришла Джуна. Возбуждённая мартышка хлопала себя ладошками по мордочке и явно пыталась что-то сказать. Всмотревшись, Настя увидела, что её глаза стали заметно больше, и начали разглаживаться идущие от носа складки.

— Скоро будешь красавицей, — пообещала она обезьянке, взяла на руки и понесла в свою комнату.

Там за столом, обложившись учебниками, сидела Оля, а на её кровати с "Природоведением" в руках лежал домовой.

— Тоже готовишься к экзаменам, Марк? — пошутила Настя. — Как у вас идут дела?

— Я слышала о твоей пятёрке, когда ругала мама, — ответила Оля, — а мои пятёрки впереди! Через три дня должна всё закончить и пойдём с мамой сдавать. А Марка не трогай, пусть читает.

Девочка отпустила Джуну и легла на кровать.

"Со стариками ты закончила, — тут же взялся за неё Раш, — а до этого закончила с оптимизацией. Остались три экзамена, к которым не нужно готовиться, а лечение будет не раньше чем через месяц. Чем думаешь заняться? У тебя были наполеоновские планы, а вместо их выполнения вижу попытки охмурения парня и хандру".

"Я просила тебя отстать? — сказала Настя. — Завтра с утра займусь министерством обороны. Доволен?"

С утра заняться своими делами не получилось. Сразу после завтрака позвонил Зеленин и попросил, как он выразился, подскочить.

— У руководства к вам просьба заняться тем, что вы делали до лечения, — сказал он, — так что рассчитывайте на то, что задержитесь на полдня. Можете взять учебники.

Когда девочка влетела к нему в кабинет, в нём, кроме самого полковника, находился Блинов. Она убрала сферу, поздоровалась с обоими и села на свободный стул.

— Эффект от оптимизации превзошёл все ожидания, — сказал Зеленин. — Мы сформировали вторую группу, в которой полторы сотни офицеров. Они ждут вас в том же классе. Директор просил передать, что любые ваши просьбы...

— Мне нужны автоматы, — перебила она полковника. — И добавьте к ним побольше патронов. Не помешают хорошие пистолеты. Всего сделайте по десять стволов.

— Зачем вам оружие, да ещё столько? — поразился он.

— Я же не спрашиваю, зачем вам столько суперменов, — ответила она. — Как там говорил директор? Любые просьбы? Оружие отправится на хранение, вам только нужно научить меня с ним обращаться. У меня, Дмитрий Павлович, впереди может быть всё, и я хочу к этому "всему" подготовиться. Магия — это сила, но она не отличается дальнобойностью. Если у директора будут сомнения, скажите ему, что я могу обойтись и без вашей помощи. Смотаюсь в Донбасс и разоружу там какую-нибудь батарею, а оружие отправлю на хранение, даже не выходя из сферы.

— Я передам, — согласился Зеленин. — А как наша группа?

— Сейчас займусь, — пообещала Настя. — Валентин Сергеевич, вы вроде хотели поделиться со мной какой-то методикой увеличения силы?

— Возьмите, — отдал ей тетрадь Блинов. — Здесь описана медитация, которая увеличила нам силу в несколько раз. До неё я мог только шевелить взглядом спичку, а после уже гонял её по столу. Только заниматься нужно долго. У меня увеличение пошло после двух месяцев занятий.

— Спасибо, — поблагодарила девочка. — Полетела заниматься вашей группой.

"Не скажешь, зачем тебе столько оружия?" — спросил Раш.

"Пригодится, — ответила Настя. — Часть оставлю в убежище, а остальное пусть лежит на хранении под рукой. Моя просьба не понравится директору, посмотрю, пойдут навстречу или начнут убеждать, что оружие мне ни к чему, потому что я за ними как за каменной стеной".

Три следующие дня она до обеда занималась офицерами, а к двум вместе с Брагинским шла сдавать экзамены. Олег вёл себя дружелюбно, но ухаживаний больше не было. Сдав последний экзамен, Настя отнесла табель директору и тут же написала заявление об экстернате на девятый класс. После выходных она опять занялась оптимизацией, совмещая работу с учёбой. Когда группа была обработана, спросила Зеленина, как обстоят дела с её просьбой.

— Всё готово, — ответил полковник, — но ничего не получите, пока не пройдёте подготовку. Завтра пятница, так что можете появиться сразу с утра.

Когда на следующий день прибыла в кабинет Дмитрия Павловича, её отвели в тир.

— Это автомат СР3М в максимальной комплектации, — сказал инструктор. — Как видите, у него установлены глушитель и оптический прицел. С ним можно прицельно стрелять на дальность до четырёхсот метров. Патроны дозвуковые, поэтому стрельбы почти не слышно. Передняя рукоятка и приклад могут складываться. Вес с магазином в тридцать патронов чуть больше трёх килограммов. Будете изучать разборку?

— Обойдусь, — ответила Настя. — Покажете, как снять оптику. Главное — это стрельба.

— Теперь пистолет. Это модель ПСМ, которую отличают малый вес и размеры. В магазине восемь патронов пять и сорок пять на восемнадцать. Разборка тоже не нужна? Тогда начнём с правил безопасности при стрельбе.

В тире задержалась на два часа. После того как обработала инструктора, он всё-таки настоял на изучении разборки и сборки оружия, затем она расстреляла по десять магазинов, собственноручно набивая их патронами. Инструктора удивили результаты стрельбы.

— Не снайпер, но очень неплохо, — одобрил он. — Немного потренироваться, и дотянете до уровня наших оперативников. Я сообщу, что вы всё сдали.

Настя не подписывала никаких бумаг ни после обучения, ни когда получила стволы и сумки, набитые магазинами.

— Учитывая условия хранения, вам дали не цинки, а снаряжённые магазины, — сказал ей Зеленин. — И оружие не в консервации, а готовое к бою. Руководство надеется, что вы хорошо подумаете, прежде чем всё это использовать.

— Не беспокойтесь, Дмитрий Павлович, — ответила девочка, отправив все храниться. — Я не умею плохо думать. Не скажете, когда начнётся лечение?

— Примерно через месяц, — ответил он. — Обучать языкам на постоянной основе начнёте в ноябре или декабре, пока точно не скажу. Но до этого вас попросят обучить языкам наших сотрудников. Возможно, обратятся и с лечением.

— Всё сделаю, — пообещала Настя, — только будет просьба дать мне неделю на отдых и не дёргать без необходимости. Хочу от всего отдохнуть, заодно опробую медитацию Блинова.

— Я передам руководству, — сказал полковник. — Думаю, что никто вас не побеспокоит. Отдыхайте, только постарайтесь никуда не улетать. На вас возлагают очень большие надежды, и будет плохо, если вы разрушите их каким-нибудь необдуманным поступком.

Всю следующую неделю она облетала намеченные министерства и службы. Из-за того, что приходилось постоянно использовать "Полог тишины", сил к концу дня оставалось на донышке, а за ночь не успевала восстановиться. Приходилось восполнять потери у Раша. Настя летала по коридорам и читала таблички на дверях. В двери, на которых их не было, приходилось заглядывать. Воздействию подвергалось только руководство. Всего у неё "в друзьях" оказалось около трёх тысяч начальников из четырёх министерств и шести служб и комитетов.

"Теперь осталось обработать редакторов основных СМИ, — сказал Раш. — На закуску оставь парламентариев. Там тоже ни к чему заниматься массовкой, работай только с теми, кто что-то решает. Будешь заниматься администрацией президента?"

"Не буду я ими заниматься, Раш, — ответила Настя, — и парламентариями не буду. Обработаю редакторов — и на этом все. Я сказала, что буду отдыхать, а сама устала как собака. Мне уже противно произносить это внушение. Между прочим, президент ко мне так и не обратился".

"Он получил от тебя всё, что могла дать, кроме языков, — сказал Раш, — а их всегда может выучить, когда заработает центр. Наверное, решил, что разбираться с противниками с твоей помощью слишком рискованно. Да и ты начала ставить условия. Мне на его месте такое не понравилось бы. Ладно, закончим с политикой. Не скажешь, чью фотографию ты сегодня смотрела на дисплее телефона? Это был не Олег?"

"Запретить тебе, что ли, смотреть моими глазами?" — задумалась девочка.

"Обижусь и перестану с тобой общаться, — предупредил браслет. — Если тебе плохо без Олега, зачем было накладывать на него эти запреты? И память не стёрла, а заблокировала. Сказать, к чему это приведёт? Со временем он будет кое-что вспоминать, мучаясь из-за того, что не может вспомнить всё. И сейчас он будет мучиться, потому что его тянет к тебе, а непонятно что запрещает проявлять хоть какую-то инициативу. Если хочешь с ним порвать, сделай всё так, как надо!"

Олег в это время сидел в своей комнате и смотрел на фотографию Насти. Он тайком фотографировал её телефоном, а потом выбрал лучший снимок и отнёс его в ателье. Недавно позвонил дед и сказал, что скоро приедет. Два дня назад юноша сдал последний экзамен и перешёл в одиннадцатый класс. Всё было сдано на отлично, и такой подвиг, по мнению деда, нуждался в поощрении. Когда прозвенел дверной звонок, Олег положил на столик фотографию и пошёл открывать.

— Здравствуй, — поздоровался вошедший в прихожую Алексей Иванович. — Отец ещё не приехал?

— Если не задержится, приедет через полчаса, — посмотрев на часы, ответил юноша. — Пойдём в мою комнату.

— Что тебе подарить за сданную на отлично сессию?

— Можешь ничего не дарить, — ответил он. — Я сдавал экзамены для себя, а не для вас с отцом.

— А всё-таки?

— Садись в кресло, — пригласил он деда. — Если хочешь сделать мне приятно, подари деньги. Я найду, куда их пристроить.

— Откуда у тебя эта фотография? — спросил старик. — Это ведь Настя Никитина?

— Откуда ты её знаешь? — удивился Олег, который не помнил разговора о вечеринке.

— Я первый задал вопрос! — рассердился дед.

— Я вместе с ней сдавал экстернат, только у неё он был за восьмой класс. Сдала на одни пятёрки и сейчас готовится сдать экзамены за девятый класс. Говорила, что хочет в этом году разделаться со школой.

— Нам она говорила то же самое, — сказал старик. — Умная и очаровательная девочка, но я советую найти другую!

— Но почему? — не понял внук. — Что в ней такого, чтобы я сторонился?

— Настя внучка моего старого друга. Он привёз её на одну из наших вечеринок. Объяснил этот не совсем обычный поступок желанием познакомить её с ректором МГТУ. Обычно мы собираемся у Снеговых. С нами она не сидела, ушла болтать к племяннику Николая. Потом вернулась оттуда верхом на собаке, к которой боится подойти Александра.

— Я сам побоялся к ней подойти, когда мы там были, — сказал Олег. — А как на Настю отреагировал Андрей?

— Не знаю, — ответил дед, — меня это не интересовало. Главное было в другом. После этого вечера мы дружно избавились от болезней и сильно помолодели. Ты ведь помнишь, каким я был?

— Конечно, помню. Мы с отцом тогда сильно удивились.

— Мы помалкивали, не стал молчать Олег, который за несколько дней излечился от убивавшей его саркомы. Как я позже узнал у Николая, он пригласил сына по настоятельной просьбе Никитина, и пригласивший его Сергей за весь вечер не разговаривал с молодым Снеговым, так, перебросился парой фраз.