Разрулив проблему с четвероногой живностью, Люся вспомнила о двуногой — девки же туземные нервничают, так и не получив пока внятного решения своего вопроса. Кажется, майор задержал Андрея Чернова, когда отпускал её? Да, точно, задержал, и как раз по этому вопросу. Достала смартфон, вызвала его по вай-фаю. Отозвался — да, решили вопрос, Семеренко на собрании объявит, а сейчас как раз стариков авторитетных намечает для имитации совета старейшин при военном вожде — для туземцев солиднее тогда будет выглядеть. Ну и с Тордулом созвонился, тот тоже явится для придания решению большего авторитета. Не будет, короче, обязаловки для девок, а будет только по желанию, так что и нервничать невестам участников экспедиции нет никаких причин. Ну, молодец, успокоил! А сами девки об этом знают? Андрей не сразу понял, чего она от него-то хочет, а поняв, и сам озвучил о себе то, что Люся подумала, но высказать вслух постеснялась. Ну конечно, тормоз он и орясина стоеросовая, переводчик ведь ей нужен, а без Стемида — кому же ещё переводить, как не ему? Понял всё и сейчас подойдёт к парку.
Теперь — самих девок вызвать. Тормознула пацана из школоты, послала в парк. Лайму ведь стемидовскую знают, ятвяжку? А юрцовскую Пригоду, северянку? Кривичку эту ещё, забыла, как её — всю их компанию, короче, к ней сюда. Она же — при исполнении, улицу патрулирует и отлучиться с неё не может, пока не сменят. Может только вот здесь с ними поговорить, у входа в парк. Девки в количестве пяти штук подошли раньше Андрея, но у того оказалась уважительная причина — для солидности миссии Семеренко заставил его и ремень с пистолетом нацепить, и перевязь с мечом, ножны которого теперь путались у него в ногах, если он пытался идти быстро. Но всё-таки дошёл и довёл подробности до их сведения. Смысл ведь обряда с венками в чём? Только в нахождении суженого для тех, которые с его кандидатурой так и не определились. Но ведь они же и так определились со своими женихами? Ну так и зачем это им тогда? Да, он знает, что в их племенах это всем обязательно. Ну так сами ведь что рассказывали? Что договаривается девка с женихом, и тот наготове, чтобы сразу же и перехватить её венок. Какое это тогда испытание судьбы? И какой тогда смысл в этой самой натуральной профанации?
Такой глупой и бессмысленной обязаловки в обычаях запорожцев нет, только по желанию, кто сам считает нужным для себя, и об этом будет объявлено на собрании в этот вечер. Есть гетман, есть мудрые и уважаемые старцы, есть целый префект атлантов, и разве им всем не виднее, какое поведение невест уплывших на юг женихов угоднее богам? Разве может быть мудрее их всех в этом вопросе их собственная молодёжь, которая явно заинтересована попользоваться ими в отсутствие их женихов, или эти здешние городские бабы-шалавы, тоже заинтересованные пустить их во все тяжкие, чтобы самим на их фоне выглядеть не худшими? Догулялись сами до того, что никому такие в жёны не нужны, и теперь их единственная надежда — сделать так, чтобы не было лучших.
Такие гулящие шалавы у запорожцев, к сожалению, есть, но уж обязательного обычая быть такими всем, к счастью, нет. Если перенос этой небольшой части большого прежнего города сюда — кара от богов, то уж точно не за отсутствие у них такого общего для всех обычая. Весь город такой, вся страна такая, и попавшие сюда запорожцы ничем не хуже всех остальных соплеменников. Да и у атлантов ведь тоже такого обычая нет, но разве карают их за это боги? По ним такого уж точно не скажешь. Не они завидуют всем окружающим их народам, а наоборот, окружающие завидуют им.
Вечером и сам гетман со стариками на собрании об этом объявит, и префект атлантов. Из их соплеменников кто их стыдить или стращать станет за их уклонение от участия в этих игрищах? Молодёжь несмышлёная, сама ничего в этом не понимающая. А из горожан или горожанок кто? Много ли они понимают в обычаях окрестных народов? Им ли судить, что в них правильно, а что нет? Ну так не надо слушать невежд. И не надо вестись на интриги заведомых сластолюбцев или не менее заведомых соперниц. Пускай сами участвуют, если считают это единственно правильным, на это они право имеют, но решают пускай за себя, а не за других. Такого права по запорожским обычаям нет ни у них, ни у кого другого. Будут пытаться стыдить или пугать — посылайте, куда подальше, а не отстанут — жалуйтесь любому ближайшему полицейскому патрулю. Новый суточный наряд, заступающий сегодня, уже получит приказ о пресечении подобных безобразий.
Лайма стемидовская, сперва обрадовавшись, затем вдруг снова помрачнела и о чём-то заговорила с кривичкой по-балтски, та тоже напряглась, потом начала переводить на древнеславянский. Даже историк понял далеко не всё, но общими усилиями, подбирая и подсказываю друг дружке русские слова, девки объяснили проблему так, что её поняли и Михаил, и Люся. Ну, хорошо, сами они всё поняли и на подстрекательства не поведутся, но женихам-то отсутствующим откуда об этом знать? Парни же вспомнят об обычае, да в два счёта сообразят, какому давлению их невесты здесь подвергаются. Дождутся их или нет, они же могут только гадать. Перенервничают из-за этого, будут спешить вернуться, и из-за этого немалая часть задач этой экспедиции может или сорваться вообще, или наспех выполниться, намного хуже, чем следовало бы. А что на это мог им ответить Андрей? Что они с Семеренко эту проблему уже просекли и обсудили? Перепуганным девкам от этого не легче. Что майор уже и с атлантами по этому вопросу связался? Им и это не интересно, им результат интересен, а его-то как раз пока и нет никакого.
И не будь проблема так серьёзна, Люся рассмеялась бы, когда Лайма задала им вопрос об их говорящих коробочках в тот самый момент, когда Михаил объяснял Андрею и ей техническое препятствие — отсутствие в экспедиции даже приёмника, который мог бы принять передачу со стационарной радиостанции ГУВД. Осенило дикарку, называется! И вот как тут ей растолкуешь зависимость дальнобойности радиосвязи от несущей частоты и размеров антенны? Объяснили туземкам проще — маленькие рации для малой дальности, а большие — для большой, но большая только одна, и второй для экспедиции не было. Вот поэтому и нет с экспедицией связи, а иначе разве трудно было бы успокоить их женихов? Но чего нет, того нет, и вся надежда поэтому — только на атлантов. У них-то возможности есть наверняка. Посчитают ли причину запорожцев достаточно веской, чтобы применить их — это уже другой вопрос. Судя по отсутствию твёрдого обещания со стороны Тордула, тот и сам в этом не уверен. Но ведь это же атланты! Судя по Реботону, отсутствие отказа — уже хороший признак. Значит, хотя бы уж рассматривают, что тут можно сделать.
Михаил даже предположение имел, как это могло бы выглядеть на практике. А примерно так же, как и сотовая связь. Сам-то сотовый телефон работоспособен только на вай-фаевском расстоянии, даже с полицейской рацией ни в какое сравнение не идёт, но за счёт сети сотовых вышек-ретрансляторов работает по всей зоне их покрытия. Ну так а чем наручные аппараты атлантов отличаются от сотовых смартфонов? Раз нет в них торчащей наружу антенны, значит — тоже на сотовых несущих частотах работают или на близких к ним. А значит, и у них связь тоже через ретрансляторы идёт. А как же иначе-то? Физика во всём этом мире одна и та же на всех, и другой нет ни для дикарей, ни для запорожцев, ни для атлантов. И скорее всего, внутри их государств у них тоже сеть таких же примерно вышек, как и сотовые в прежнем мире запорожцев. Здесь их, конечно, нет, и раз это им не мешает пользоваться их аппаратами, значит, есть у них и какие-то другие ретрансляторы, не на вышках. Скорее всего, на летательных аппаратах. А они и на несколько километров подняться могут. Зависнет, допустим, один над Запорожьем, а другой над Херсонесом, но друг для друга они в зоне прямой видимости — чем не сотовые вышки? И в принципе, если позволит частотная настройка, могут и между рациями запорожцев связь транслировать.
Главное — где-то поблизости они у атлантов есть и в каких-то промежуточных точках, а иначе как бы Реботон и Тордул связывались со своим начальством? Если какой из них и не над Херсонесом, то вряд ли очень уж далеко от него — может временно и туда переместиться, если получат его летуны такой приказ. Так что технически могут атланты трансляцию сеанса связи между Запорожьем и экспедицией организовать, если захотят. В их желании только и порылась собака. А есть оно или нет — будем надеяться, определится это к вечернему собранию, на которое обещал явиться и префект. В принципе-то есть же и другой вариант, попроще. Составить текст сообщения для экспедиции, Семеренко его по бумажке зачитает, атланты его речь на свою аппаратуру запишут, да и передадут запись по своим каналам, а в Херсонесе у них какая-то своя агентура должна быть наверняка. И своего человека наверняка могут там высадить с наручным аппаратом — ему даже не надо и русским языком владеть, просто встретиться с Батькой и дать ему звукозапись с речью Семеренко прослушать. Не получится о трансляции договориться, тогда надо просить вот о таком варианте. Главное ведь — передать экспедиции, что проблема решена, а способ на это любой годится. Как там Реботон любил говорить? Не бывает нерешаемых вопросов, а бывают только неверно сформулированные.
Так что и шансы на успешное решение этой проблемы вырисовывались очень неплохими, что и объяснили туземным девкам, не вдаваясь в технические тонкости. И не поймут, не имея базовых знаний, и времени нет для разжёвывания на пальцах. Они и сами не могли долго болтать, поскольку должны были вернуться к прерванной работе — нарезке и промывке камышовых корневищ для "камышницы" и плетению корзин, да циновок из листьев рогоза — ага, той самой рогожи. Отпуская их успокоенными и успокоившись сама в важнейшем вопросе, Люся цепким женским взглядом заметила и второстепенный — и у туземных девок их одёжка на грани износа. На межсезонье-то есть, поскольку отплывал караван русов ещё по прохладной погоде, и по теплу они эти шмотки не носят, но летние сорочки едва ли доживут до следующего лета. Русы ведь на продажу этих девок везли, и выйди дело по их плану, продавались бы девки сейчас на невольничьем рынке, а немалая часть была бы уже и продана. А как и во что одевать купленных рабов или рабынь — это уже не продавца забота, а покупателя. У неё-то с тряпками проблема намечается, а у этих девок — ещё большая. Ближе к осени — назреет и перезреет.
В обед Люся не упустила случая поделиться с начальством и этой проблемой, а Андрей напомнил о дороговизне тканей в лохматом Средневековье. Если не считать особо ценных мехов, то в кожу и меха, где есть такая возможность, беднота одевается, а в ткани — те, кто побогаче и может их себе позволить. Ну а домотканина — она домотканина и есть. И вид непритязательный, и производительность ниже плинтуса. И вся надежда тут только на тех же атлантов, у которых и текстильная промышленность наверняка механизирована. Это — совсем другой уже уровень цен на текстиль, вменяемее по современным меркам. По ходу обсуждения проблемы с тканями коснулись и сырья. Никифорова объяснила, почему старой джинсе, парусине по сути дела, сносу не было, а новую даже и за сезон можно до дыр протереть. Ну, смотря как носишь, конечно. И за это героическим борцам с наркотой спасибо скажите. По их милости новая джинса из хлопка делается, отчего и односезонная, а старая делалась из конопли. Вот ей как раз и не было сносу, а её потёртостью гордились как признаком добротности ткани — поверхность окрашенная только вытиралась.
Заметили к слову, что печенеги летом кожаные или овчинные безрукавки на голое тело носят нараспашку, за счёт чего и не упариваются. Пошутили заодно и насчёт эволюции женской моды туда же, в печенежскую сторону. Особенно, когда сносятся все футболки, майки и топики, а вслед за ними и лифчики. Фотку той атлантки на пляже все ведь уже видели? Функционал поддержания титек, чтобы не телепались, ейный лифчик выполняет, но сосков абсолютно не закрывает — что он есть, что его нет, без разницы. Не просто так возмущались этой фоткой прежде всего те бабы, которые таким откровенным показом скорее отпугнут потенциального ухажёра, чем завлекут. Что сказал бы об этом Реботон? А вы не рождайтесь такими, вы привлекательными рождайтесь. Андрей на сей раз не за офицерским столом, а за соседним, с Люсей, стемидовской Лаймой и кривичкой, служа переводчиком. И из офицерских разговоров переводит туземкам, что им не мешало бы знать, и люсины комментарии. Типа, ничего страшного, если кто-то увидит или титьки ваши, или даже полностью вас нагишом, главное — шалавами гулящими не становитесь, да стервами капризными. А то есть тут у нас некоторые, и сами такие, и других подстрекают на это дело, чтобы не оставалось в городке лучших, чем они.
И пальцами при этом ни в Галю Кириллину никто открыто не тычет, ни в Олю Кузьменко, но им от этого не легче. Всем ведь понятно, что речь — в первую очередь о них идёт. Одна — профессиональная проститутка по вызову до самого провала, с которого ещё и месяца-то полного не прошло, другую двое парней-призывников из другой части города опознали как шалаву, частенько тусившую в тамошних злачных местах. Профессионалка или любительница, точно не знали, но какая разница? И уже весь городок знает и о той, и о другой. А теперь вот и на подстрекательстве туземной молодёжи к оргии в предстоящую Купальскую ночь спалились, что тоже репутации им не добавило. Ну, может и не к совсем уж групповухе, но уж всяко к безобразию по меркам порядочных людей. И мотивы ведь у них легко вычисляются — ага, кого что болит.
Особенно досадно обеим отсутствие массовой поддержки со стороны бэушных с довесками, да болезненных. Дурынды-то считают, что они не того сорта, и не понимают, что сорт у них у всех теперь один — "просьба не беспокоиться". Предварительно сказано и вслух уже, о чём речь пойдёт на майдане, но дуры так и не поняли ещё скрытого подвоха, не видя дальше собственного носа. Радуются, что молодых и свежих соперниц в эту ночь и в последующую пару недель у них будет меньше. А чему радуются? Дикаркам обычай племенной диктует, который они нарушить страшатся, а не будь этой обязаловки — ещё и не всякая пошла бы участвовать. Если по общеобязательному обычаю, то ещё не шалава. А какое оправдание горожанкам, для которых эта традиция — новодельная и вовсе для них не обязательная? Именно шалавами и выставят себя добровольные участницы. Собрание — как раз против шалав. И если они намерены поучаствовать в Купальских празднествах не только в обычных, но и в перепихе с кем захотят, то это удар — и по ним тоже. Но кому из этих куриц всё это сейчас растолкуешь? До вечера — паре-тройке от силы, остальные так и не поймут, что дело касается и их. А ведь на собрании — уже и пальцами ткнут, и фамилии вслух назовут, и как тут возбухнёшь вчетвером или впятером против большинства? Этим дикаркам и восемнадцати ещё нет, и формально что получается? Попытка их растления, и в том, что именно так основняки это дело и повернут, сомневаться не приходится. Эх, нет здесь на них ни организации феминисток, ни сочувствующих им судей-женщин!
