Осколки Реальности

Чуть больше или меньше вес радиактивного материала и весь энергетический импульс просто уйдёт в пустоту, а урановый, плутониевый, или какой там сердечник даже не разлетится на куски, просто станет больше фонить в радиактивном диапазоне. Но взрыва не произойдёт. Даже водородной бомбочки без понимания этих простых принципов не создать.

Я, ещё будучи духом долго боролся с этой проблемой набора критической массы, чтобы иметь возможность регулировать мощность атомного взрыва в практически любых диапазонах и иметь возможность создавать атомные бомбочки любых размеров и мощностей из любого, даже не радиактивного материала...

В принципе, как раз непонимание пятого постулата Эвклида и приводит к тому, что генератор с КПД более 100% в какой-то момент набора энергетической массы производит выброс в форму точки радиуса, как в сердечник, под напором критической массы энергии разрушается. Если критическая масса для формы недостаточна или избыточна, то происходит расплавление сердечника и взрыва, даже атомного не происходит. Просто в какую-то сторону происходит выхлоп энергии, как из проколотого надутого шарика. А вот если форма и момент импульса рассчитаны верно, то образуется связь близнецов антиподов, и ложная форма мгновенно раздувается, поглощая истинную, начинается цепная реакция взаимного поглощения истинной и ложной формы. Ложная форма коллапсирует в истинную, облепляя изнутри и снаружи, а истинная, сквозь ложную, становится сердечником, замыкая цикл полураспада на себя через поддержание ложной формы, проходя путь преобразования истинной формы в ложную ложну форму и обратно в истинную. И в точке начала и конца цикла, через точку радиуса доращивая ложную до подобия себя. При этом перманентно рушатся достраиваются межмолекулярные и межатомные связи. И в точке конца, в форме точки разрыва, сквозь полностью ложную форму, форму пустой пыстышки пустоты, в замкнутой зацикленной на себя системе, истинная форма становится энергетическим потоком критической массы энергии и замыкается на себя через точку формы отсутствия себя, материализуясь как более старшая форма себя, а ложная материализуется и дезинтегрируется под тяжестью самого себя. Происходит коллапс системы внутрь себя, заполняя точку разрыва собой, вывернутой наизнанку, но более старшей формой себя, доращивая изнутри всю массу абсолютно ложного на потенциал истинного. И происходит объёмный внутренний взрыв. Если не очень правильно рассчитано, то это грязная атомная бомба. А вот если всё рассчитано верно, то происходит каскад самоподдерживающихся цепных реакций ядра, начинается процесс деления ядра с сохранением ядра, каждое мгновение поглощающим само себя через цикл каскадов преобразований. И получается живой одноклеточный организм. Самодостаточный самоподдерживающийся автономный живой организм, как система замкнутого цикла каскада ядерных реакций.

Понимание ядерной физики, теории пространства-времени, Большого Взрыва Вселенной, как раз и открывает путь к тому, чтобы стать Создателем, Созидателем живых форм существования. И приоткрывает путь к пониманию что такое душа и принципов работы сознания пусть и простенькой, но самодостаточной в неких пределах личности.

Вот только если рассчитано не верно, то процесс создания ядра может быть не завершён, а сознание может переплестись со множеством чужих и своих сознаний, и без понимания шестого постулата Эвклида, если не ошибаюсь в начальном варианте звучащем как: точка — это бесконечно малая величина, не имеющая формы, размера и веса... Так вот, без понимания шестого постулата, хотя на самом деле он скорее первый, даже нулевой. Это постулат нуля. Нуля и единицы одновременно. Он распадается на первые четыре постулата эвклида через пятый. Но при этом забывается шестой. Потому что первые четыре постулата — это геометрия форм замкнутых на себя пределов. И лишь восстановление седьмого постулата через пятый, выводит в форму бесконечности.

Зная, но не помня шестой и седьмой постулаты, даже тупой абсолютно неразумный искин методом бесконечного перебора и подбора вариантов может вывести первые четыре постулата, как отдельные составные части себя. Но без наполнения внутренним смыслом. Как пустые формы себя. Зверь, на инстинктах, методом бесконечного перебора вариантов может вывести пятый постулат Эвклида. Но если опустить нюансы, то с точки зрения разума, пятый постулат можно филосовски перевести как: "Как бы ни старались, всё равно промахнётесь.". Получится Уроборос — хвост, бесконечно пожирающий свой хвост. Множественное сознание, бесконечно плодящее формы подобия себя и себя же через себя выжирающее.

Но правильно понять шестой постулат, а тем более самостоятельно его вывести, создать подобную форму, а для этого необходимо понимание необходимости подобного, может только разумный, прошедший путь понимания седьмого постулата.

Седьмой же постулат открывает путь, куда Эвклид, вернее тот, кто за этим именем скрывался, а скрывался первый Император Рима, вдавленный пятым постулатом немного в прошлое через шестой, но сквозь седьмой, в общем: куда тот, кому вдогонку приколотили остатками хвоста, из которого сделали последний гвоздь, забитый в его гроб, табличку "царь царей". Потому что седьмой постулат — это путь, куда он утащил свой крестик, как начальную точку радиуса формы точки пересечения всех геометрических форм мира. А утащил он в бесконечность. В абсолютный беспредел сквозь все запреты и пределы.

Седьмой постулат — это Калинов Мост через Реку Времени.

И путь обретения целостности и цельности множественности сознания разума как единой цельной личности.

В Тайланде Сиамские близнецы рождаются свободными друг от друга. Часто разнесены не только во времени, но и в пространстве рождения. Одни рождаются раньше, другие несколько позже, бывает даже в разных матерях, через разных матерей и отцов. Но свободными, отделёнными друг от друга не только телами, но и сознаниями. Иначе как минимум один из близнецов обычно погибает родами. Часто вообще только один из близнецов рождается. Ведь они друг другу и лучшие друзья, и худшие враги. И получается испорченное радио, как испорченый телефон. Связь бывает надолго теряется, а восстанавливается с трудом.

Впрочем, тогда понятно почему некоторые лаборатории и научные центры уцелели, после того как я дал им столько знаний. У них не разума хватило не экспериментировать. Просто мощностей и знаний не хватило для реализации проектов.

Придётся видимо устраивать очередной ликбез!

Надо, надо развивать атомную энергетику.

Неужели...

Блин! Кажется понял в чём проблема.

Но как можно не понимать настолько очевидных вещей?

Они что, ИньЯнь даже крутить не пробовали? Так и рассматривают статичную двумерную форму графической записи, не понимая как динамичный многомерный объект выглядит в срезе? Это ж простейшая форма спиральной галактики, вид со стороны сверху, или снизу. Символ яйца.

Насколько же зашорены и засраны их мозги?

Глава 16.

Девушки заинтересованно и несколько озадачено наблюдали за экспрессивным поведением Александра, что ходил вокруг да около по пляжу, вскидивая голову, всплескивая руками, то бормоча что-то себе под нос, то будто вопрошая небеса.

И вдруг он остановился, придя к какому-то решению. И пропал. Будто исчез. Испарился как его и не было.

Ощущение его присутствия пропало.

— Отличный актёр. Почти верю, — константировала Александра.

— Думаете он играет на публику? — поинтересовалась Таня.

— Да нет, не совсем. Он действительно чем-то озабочен. Например, нашим непониманием. Но не настолько сильно, как показывает. Скорее даёт нам и себе время на обдумывание и как бы намекает, что без устранения некоторых проблем взаимопонимания дальнейший разговор с нами может быть не только бесполезен, но и опасен.

Недолгое молчание и...

— Вы знаете, пожалуй, склонна с Вами согласиться, — произнесла принцесса. — Обдумать действительно надо многое. Слишком уж много смысловых слоёв он вкладывает в каждое своё действие.

Прошло несколько минут и все начали собираться, уходя с пляжа.

— Так всё-таки, ты действительно принцесса или нет? — вновь обратилась Саша к Пончику.

— Я же уже говорила, — ответила принцесса, улыбнувшись детской непосредственности. — Да и какая разница то?

— Ну... Интересно же! Каково это: быть принцессой?

Чуть подумав, Пончик ответила:

— Сложно. Опасно. Часто невыносимо горько, до смерти обидно быть принцессой. Но всё же и приятно тоже. Быть принцессой — в этом всё же есть своя прелесть.

Шлёп. Шлёп...

В молчании, каждая думая о своём, девушки пошли в сторону отеля.

Лишь неугомонная Саша с детской непосредственностью постреливала глазками в сторону принцессы.

Наконец та сдалась и продолжила:

— Быть принцессой — это много прав, привилегий. Почёт и восхищение окружающих. Хвалебные оды поэтов и менестрелей. Лучшие игрушки, платья, драгоценности... Балы... Услужливые кавалеры... И много всякого прочего. Всё это есть. И во многом это приятно. Но это и коллосальная ответственность. Да и права... для того, чтобы исполнять какие-то обязанности. Причём иногда и прав нет, а вот обязанности возникают. Приходится следить за каждым жестом, взглядом, за каждым словом и действием. И программа воспитания принцесс во многом очень жестока. Даже если не сама принцесса, а двойник. Тем более, если одна из основных двойников, часто подменяющая принцессу на балах и светских раутах, на некоторых переговорах и встречах. Особенно трудно маленьким детям во дворце. У них практически нет детства.

— Совсем нет детства? — озадаченно спросила Саша.

— Совсем. У двойников ещё бывает. Всё же их программа воспитания во многом отличается. Это лишь кусок программы воспитания царской семьи. А вот наследным отпрыскам, которые могут унаследовать трон, вольностей в воспитании практически не оставляют. Простым человеческим ценностям типа дружбы и искренности во дворце нет места. Вот только казалось бы сдружилась с кем-то, весело играли, общались, шутили. А через час тебе подают на обед недавнего друга. Или, бывает, самой приходится выносить им смертный приговор. Иногда даже лично наблюдать за их пыткой, казнью. И даже пытать, казнить лично, собственными руками.

— Но... — Саша удивлённо и в страхе распахнула глаза, глядя на принцессу, говорившую всё это с лёгкой затаённой грустинкой в голосе но как о чём-то обычном, повседневном. — Как же так? Ведь это...

— Политическая необходимость. Обязанность поддерживать порядок в королевстве, чтобы подданные жили спокойно и во имя их блага. Просто бизнес, ничего личного. — вмешалась Александра, отвечая на вопрос дочери.

Принцесса согласно кивнула:

— Да. Именно так. Политика и политическая необходимость.

— Но... пытки? Убийства?

— Это жизнь. И от этого зависят многие жизни. И в первую очередь своя собственная. Дашь слабину, прогнёшься, и мёртвой можешь оказаться сама, твои близкие, твои подданные. Или тебя интересует не моральный аспект, а законность? — уточнила Александра у дочери.

Саша с удивлением посмотрела на мать. Раньше она так... подобного... не говорила.

— Необходимости не было тебе это объяснять, доченька. Но раз уж вляпались в политику, надо хотя бы понимать в какое дерьмо вступили.

Принцесса с уважением посмотрела на Александру.

— Вот именно, малышка. Ведь ты же тоже принцесса. Ну и как, можешь ответить сама себе на вопрос: каково это — быть принцессой?

— Я? — удивлённо распахнула глазки Саша. — Но... Мы...

— Ты и твоя мать, девочка, представители из самых старших носителей королевских кровей. По знатности и старшинству со мной тут можете потягаться разве что ты с матерью и Таня. Да и то вопрос: кто из нас кого в чём старше или младше. Нина помладше Тани, но у неё особое положение...

Девочка при этих словах раззявила ротик, в немом удивлении воззрившись на лукаво улыбающуюся мать.

Таня запнулась, остановилась и явно была в смятении.

— И то, не уверена, — продолжила принцесса, — что могу действительно тягаться с Александрой. А все вместе мы можем почти на равных общаться с Александром. Да и то только потому, что все мы общаемся неформально, без чинов. Разве ты этого ещё не поняла?

— Но... Как? С чего?.. Вдруг... — Таня пыталась что-то спросить, но не могла сформулировать ответ.

Они как раз дошли до отеля. И удобно устроились в кафе. Где услужливый официант сразу без вопросов и напоминаний просто поставил перед девушками вазочки с мороженым.

— Дело в том, что система государственных и родовых артефактов, контролирующих территорию, имеет функции распознания и предупреждения: кто приближается, кто пересекает границу, ступает на территорию. — Принцесса явно наслаждалась произведённым фурором в сознаниях девушек. — И, грубо говоря, какие-то знаки, как духовные метки, говорят о том, какое положение вы занимаете. Какой-то знак соответствует просто подданный или гражданин какой-то страны. Но точно такой же знак, однако более насыщенный и более старшей формы, может уже означать: барон, граф, герцог, а то и король.

— А если королева? — тут же переспросила Саша.

— Точно такой же знак, но может быть где-то какая-то маленькая завитушка на женской форме. Должность, титул: без личности сами по себе бесполые, обезличеные. Так же как доктор, учитель, ученик, пациент — в большинстве случаев говорят в каком-то одном, а то и в среднем роде. Лишь тогда, когда важна принадлежность к мужскому или женскому роду, бывает добавляют мужское или женское окончание. Да и то... Далеко не во всех языках. В большинстве языков вообще нет разделения на мужчин и женщин. В некоторых случаях просто отдельно указывается: он, она. Отдельным словом.

Саша понятливо кивнула.

— И у нас с мамой такой знак есть? Что мы принцессы? — непосредственно поинтересовалась она.

— Кхм... да. Что-то вроде того... — уклончиво ответила Пончик. — Но при этом эти знаки могут быть скрыты. По определённым причинам не проявлены. Многие скрывают свою личность. Некоторые не знают о том, кто они такие. Ну, это понятно. Войны, революции, бунты, мятежи... Да и просто кто-то где-то бросил семя, а оно проросло. Вот и растут не зная своих корней, а также тянущийся за ними шлейф титулов и званий. Да и по многим другим причинам. И когда на территорию государства проникает такое существо, возникает обязанность его как-то встретить и решить как действовать. Если с официальным визитом — это проще всего. О таких знают, много чего известно, о визитах договариваются заранее. А вот если инкогнито — дело несколько сложнее.

— Почему? — спросила Нина. — В чём именно сложность?

— Фигура неизвестной величины всегда несёт с собой опасность. Может это враг, решивший тайно проникнуть на территорию, устроить диверсию, захватить власть. А может скрывающийся беглый преступник, за которым идёт охота. А может просто кто-то приехал отдохнуть на куррорт, возможно ещё встретиться с кем-то. И последствия от простой встречи с кем-то кого-то, кто просто приехал инкогнито отдохнуть, иногда могут нанести даже больше вреда и урона, чем явная запланированная диверсия. Поэтому очень важно бывает сразу и правильно определить старшинство/младшинство посетителя. Его статус и положение в обществах, из которых он прибыл. Как официально декларируемые, так и реальные. Может это просто кто-то, ничего особо из себя не представляющий и без особых запросов. Их встречают и общаются с ними одни. Может это какая-то большая шишка с раздутым эго и неимоверными запросами. С ними общаются уже другие. При этом с простыми гражданами — простые специалисты, а вот с аристократами, тем более с титулованными, уже могут вести общение только аристократы или приближённые к ним. Иначе может быть урон авторитету государства. И не только. А может это какая-то неприметная личность, с виду ничего особо собой не представляющая, но на деле не просто фигура, а самостоятельный и очень могущественный игрок. Или это может быть действительно принц или принцесса, потенциальные наследники каких-то родов. С такими уже часто приходится встречаться именно титулованым аристократам, возможно высоким религиозным сановникам, а то и вовсе высшей аристократии, возможно членам королевской семьи. И правильно определить кто есть кто, с какими намерениями, какой потенциал развития отношений может быть — это задача не из лёгких, сопряжённая со множеством опасностей.