Книга перемен

  В принципе, над камином тоже напрашивалась какая-нибудь картина — но туда надо что-то эпическое, чтобы гармонировало с самим камином, и спорить Том не стал. К тому же вообще бессмысленно спорить с женщиной об обустройстве дома — всё равно проиграешь, да ещё и на тебя будут дуться... А сделает женщина всё, как изначально и собиралась, потому что и была права изначально. А уж с Глиндой это было особенно верно...

  Картина вписалась идеально. Том прошёлся по комнате, полюбовался на картину с разных ракурсов и остался полностью доволен.

  — Я же говорила! — довольно объявила Глинда.

  — Так я и не спорил, — хмыкнул Том. — Ладно, пойду поработаю...

  — Тебе, кстати, письмо от Джеки, — сообщила Глинда. — Днём пришло.

  Ну, раз письмо не отправили в Хогвартс, значит, ничего критичного там нет... Но и тянуть не стоит — Джеки всё равно собирался заглянуть в воскресенье, так что дело серьёзное...

  Дело и впрямь оказалось серьёзным — люди Джеки обнаружили Вейра и теперь следили за ним. Поджигателя поблизости не было, но и детективы, и авроры надеялись, что он всё-таки появится, и потому не спешили. Вейр тоже никуда не торопился и, видимо, был уверен в своей безопасности...

  А вот в это Том не верил. Вейр, при всех его недостатках, дураком не был и паранойей не страдал — и даже не наслаждался, он ей умело пользовался. И не мог не подозревать, что за ним следят, даже если не знал этого точно... А значит, какие-то меры принял, и уж точно не будет встречаться с партнёром, пока не убедится в отсутствии слежки.

  Джеки думал точно так же, но два прикомандированных аврора... Что у них на уме, вряд ли знали и они сами, и не факт, что этот самый ум вообще был. Джеки требовал младшего Моуди, но начальство его не отпустило, а вместо этого прислало каких-то невнятных стажёров, которые, как был уверен Джеки, всё запорют.

  Отложив письмо, Том заглянул в ежедневник, убедился, что после обеда у него уроков нет, и решил навестить детективов. Вреда не будет, зато, возможно, получится припугнуть авроров...

  Однако Том опоздал... Когда он явился в контору агентства "Лунный свет", Джеки как раз орал на авроров — и орал так, что Том заслушался. На несчастных практикантов сплошным потоком обрушивались "жопоголовые моллюски", "педерасты человеческого общества", "жертвы анального аборта динамитом", "баранопитеки" и прочие крайне изобретательные эпитеты, иногда разбавлявшиеся классическими "свинособаками", "деградантами", "коронованными ослами", "кретинами" и "биомусором". И всё это было абсолютно заслуженно, ибо авроры спугнули Вейра.

  — Всё настолько плохо?

  — Вон отсюда, дегенраты! И чтоб я вас больше не видел! И да, всё именно настолько плохо. Взрывопотам под первитином и то меньше наворотил бы, чем эти выкидыши доклендских шлюх! Ломанулись с палочками наперевес через весь кабак, хорошо ещё, что маглы их за бобби приняли...

  — А Вейр?

  — А он сиганул через стойку, прописал бармену в печень и удрал через подсобку. Эти два дебила за ним в обход, да куда там! Да ещё и публика решила — всё, началось...

  — В смысле?

  — Анекдот такой: моряк и докер в метро избили ирландца. Судья моряка спрашивает: как, мол, так, офицер и джентльмен — и такое устроил? Моряк и отвечает: Ваша честь, я стою спокойно, никого не трогаю, заходит в вагон этот тип, наступает мне на ногу, да так и стоит, зубы скалит. Ну, думаю, дам тебе минуту ногу убрать и извиниться, посмотрел на часы, минуту отсчитал, да и заехал ему по морде. Судья спрашивает докера: а ты-то куда полез? Докер отвечает: да я смотрю, моряк стоит, смотрит то на пэдди, то на часы, а потом как вмажет! Ну я и подумал — всё, началось...

  Том фыркнул, закурил и спросил:

  — Неужели ты с ними никого не отправил?..

  — Отправил, а толку? Там замес был — моё почтение, не хуже, чем у тебя на уроках... Кстати, надо отдать должное — тут придурки не растерялись и быстро вывернулись...

  — Получается, придурки всё-таки не конченые?..

  — Ну ты их хоть как-то выдрессировал, — хмыкнул Джеки. — Ладно, кое-что мы нарыли, слушай...

  Нарыли, в общем, немного — но всё равно, это уже что-то. И прежде всего — до идиотской выходки авроров Вейр был уверен, что оторвался. Видимо, поэтому он слегка расслабился... Да и оборотни, ещё недавно охотившиеся в оккупированной Европе на гестаповцев — это не авроры, привыкшие иметь дело с уголовной шпаной. Это совсем другая весовая категория...

  Разумеется, опросить соседей оборотни не забыли, а те оказались весьма словоохотливы: городишко — Литтл-Уингинг — был унылой глубинкой, даже не пасторально-алкогольной, настолько, что и драка в пабе там считалась знаменательным событием.

  Вейр выдавал себя за писателя, собирающего материал для книги. Он бродил по окрестностям, расспрашивал, как жилось во время войны, и каждый день заходил на почту, где спрашивал, не пришла ли телеграмма. Телеграммы за две недели он получил четыре, копии их детективы получили...

  — М-да... — протянул Том. — Не "Энигма", но нам и этого хватит. Джеки, у тебя нет знакомых в Блетчли?

  — Нет, но у кое-кого из знакомых может, и найдутся... А что, думаешь, это шифр? По-моему, номера документов в архиве...

  — Только похоже, — покачал головой Том. — Если не присматриваться — не сообразишь, а кто будет присматриваться?

  — Явно не телеграфисты, — вздохнул Джеки. — Ну а всё-таки, что делать будем?

  — Могу нашим криптографам отдать, — предложил Том. — Им, если что, и до Блетчли-парка достучаться проще... Тем более, что Вейр и маглам успел напакостить.

  — Забирай, только под расписку. Всё-таки вещдоки, бобби нервничать будут...

  — Будет тебе расписка, давай телефон.

  Телефон сильно упрощал жизнь даже магам — не прошло и десяти минут, как аппарировавший прямо в кабинет курьер — Джеки ради такого дела выключил защиту — вручил официального вида конверт, в котором оказалось ещё более официальное распоряжение за подписью Прюэтта. Полковник SAS и — неофициально — второй человек в Службе был фигурой, чья подпись снимала если не все вопросы, то многие...И согласно этому документу, Том, поскольку дело могло касаться национальной безопасности, имеет право изъять вещественные доказательства для экспертизы.

  — Вот теперь — забирай, — Джеки сложил телеграммы в папку и вручил её Тому. — Не знаю, как насчёт национальной безопасности, но меня этот тип довёл...

  Телеграммы Прюэтт изучил внимательно, отдал папку шифровальщику и сказал:

  — Сам тот факт, что преступник использует настолько сложный шифр, говорит о важности информации, поэтому в средствах не ограничиваю, а вот во времени...

  — Так точно, сэр, — ответил шифровальщик. — приложим все усилия.

  И вышел из кабинета.

  — Как думаете, сколько времени у них уйдёт на расшифровку? — спросил Том

  — Представления не имею, — со вздохом признал Прюэтт. — Несколько дней самое меньшее, но я в этом не разбираюсь. Эмберу передайте, чтобы он прислал отчёт — посмотрим, у нас есть кое-какие мелочи, возможно, и они окажутся полезными...

  — Так точно, сэр.

  В Хогвартс Том вернулся, погружённый в мысли о Вейре и его знакомом-поджигателе... Которые пришлось сразу же выбросить из головы... Потому что Минерва Макгонагалл опять влезла в драку.

  И дела у неё, стоило отметить, шли неплохо. Шестифутовый шест, в который она превратила палочку, не давал врагам сблизиться с ней, и на него же она принимала выпущенные заклинания, если не получалось увернуться...

  И это были именно враги — Непростительными в банальной ссоре никто бы не стал пользоваться, а зелёную вспышку "Авады" не спутаешь ни с чем — и поэтому церемониться Том не стал. На магию времени не было, он выхватил пистолет и выстрелил.

  Напавших — незнакомых молодых женщин в красно-коричневых мантиях — было двое... Изначально, правда, не меньше трёх — но третья валялась на земле в стороне от места боя, и не факт, что живая. Второй досталось поменьше, но то, как она держала правую руку, заставляло Тома подозревать минимум ушиб запястья. В него Том и попал — женщина с истошным воплем выронила палочку, а спустя несколько секунд получила по лицу посохом и рухнула на землю. Третьей повезло меньше — пуля попала в левый бок, судя по всему — прямо в селезёнку. Кровотечение гарантировано, и вряд ли её успеют доставить на операционный стол...

  — Что здесь произошло? — осведомился Том. — В чём дело на этот раз? И где, чёрт их возьми, авроры?! Экспекто патронум! Доктор Нин, срочно ко мне в Хогсмид, и вызовите авроров!

  — Сама хотела бы знать... — протянула Макгонагалл. — Потому что это выглядело как сцена из бульварного романа. Вышли мне навстречу — я даже не обратила внимания, пока они не подняли палочки — все разом... Ну, тут я шарахнулась в сторону, и вовремя — не думаю, что от этой грязно-зелёной штуки мне бы стало хорошо, и вон та, которая лежит, попыталась ударить меня ножом — я же вперёд кувыркнулась и сразу шест создала... Ну вот, она за нож, я её шестом по голове... А остальное вы видели.

  — Видел, — Том осторожно коснулся шеи лежащей на обочине женщины. — Так, эта жива... Доктор, что у вас?

  — Руку сохранить получится, селезёнку — вряд ли, разве что часть, — доктор Нин, как обычно, не заставила себя ждать. — Ну а тут... Просто сотрясение, к тому же не слишком тяжёлое. Впрочем, в Хогвартс придётся забрать всех троих... А вам, — она оглянулась на аппарировавших авроров — придётся потерпеть. Подозреваемые не в состоянии говорить...

  Нин и Помфри потребовалось три часа, чтобы привести нападавших в приемлемое состояние. Авроры во главе со старшим Моуди за это время успели допросить Минерву, Тома, своих коллег с поста в Хогсмиде и всех, кто хотя бы теоретически мог что-то видеть — но на выходе получили, по словам Моуди, "элитное ничего". Никто ничего не видел и не слышал...

  Немногим больше пользы было от разрушителя проклятий — тот нашел следы какого-то площадного заклинания наподобие отвода глаз, но разобрать, что это было, не смог, слишком уж слабым оказался след.

  Как ни странно, единственным, кто сумел добыть хоть какую-то информацию, оказалась доктор Нин. Будить пациенток она оказалась наотрез, но прежде, чем ей успели задать хоть один вопрос, сообщила:

  — Во-первых, все трое — мориско, то есть дочери белых и метисов, причём индейская кровь там явно кечуа. Во-вторых, мантии цвета запёкшейся крови уже должны насторожить, но у всех троих одинаковая татуировка — серая акула с синим брюхом и белыми зубами, и это не оставляет сомнений...

  — Но окончательно всё запутывает, — вздохнул Том. — Ученица, где ты ухитрилась перебежать дорогу Ламиям?

  — Что ещё за ламии? — насторожился Моуди.

  — Ковен ведьм в Перу, не особо большой, но кое-какое влияние имеет, довольно закрытый, слухов про них ходит много, но всё больше похабных, — объяснил Том. — И в данном случае ламия — это какая-то акула, мелкая, но злобная, подозреваю даже, что разных видов... Слово то ли диалектное, то ли рыбацкое — не знаю, не уточнял.

  — Ни разу не слышал, — хмыкнул Моуди, — а ведь испанский знаю...

  — Ничего удивительного, это же не литературный язык... — хмыкнул Том. — И всё-таки, ученица...

  — Да понятия не имею! Да, я была в Перу в прошлом году, но я ни этих не видела, ни других из их шайки... Я только с Альенде встретилась, я к нему и ездила поучиться, — сердитой кошкой фыркнула Макгонагалл. — И в личный интерес тоже как-то не верится, ему всё-таки хорошо за девяносто, хотя по нему и не скажешь — бодрый старикан, до сих пор гантели тягает, да и приложить может — моё почтение...

  — Очнутся — узнаем, — поморщился Моуди. — И я сейчас в МКМ запрос отправлю, пусть разбираются.

  Разумеется, всё оказалось далеко не так просто — хотя бы потому, что нападавшие категорически отказались отвечать на любые вопросы. Даже назвать имена отказались...На что имели право. И это раздражало и авроров, и Тома, и Макгонагалл больше всего. От Конфедерации же ничего полезного и вовсе не ждали, ибо Международная конфедерация магов была ничуть ле лучше покойной магловской Лиги Наций...

  Но именно МКМ сделала хоть что-то полезное — она передала сообщение в ковен. И ответ последовал немедленно...

  В Большом зале стоял негромкий гул голосов — школьники в очередной раз обсуждали вчерашнее происшествие, выдвигали всё более безумные идеи, и потому появление Фарли заметили не сразу — только тогда, когда он подошёл к столу преподавателей и сообщил:

  — Гостья просит аудиенции.

  — Впустить, разумеется, — отозвался Дамблдор.

  Гостья оказалась немолодой, но статной женщиной в мантии цвета запёкшейся крови — такой, пожалуй станет лет через пятьдесят Минерва , подумалось Тому.

  — Альбус Дамблдор, — произнесла женщина. — Я — Мастер ковена Ламий, Ракель Альварес Лоренсо, и я желаю, чтобы ты отдал мне трёх моих учениц, что держат сейчас в этом замке. По праву, закону и обычаю лишь я могу судить их, и я признаю их вину и готова отдать возмещение.

  На стол перед Томом легли увесистый кошель и три футляра со свитками

  — Признаёте ли вы это достаточным?

  — Да, если вы принесёте обет не вмешиваться в мои дела и рассказать всё, что вам станет известно, а преступницы понесут суровое наказание.

  — Согласна, — ответила гостья. — Этот поступок настолько же отвратителен, насколько нелеп, и я хочу узнать, что ими двигало.

  — Что ж, — Том поднялся и протянул руку, — Альбус, помогите — тут, как ни крутись, нужен кто-то третий

  — С удовольствием, — ответил Дамблдор.

  Сформулировали Обет просто: взаимный отказ от претензий, Том отпускает Ламий, Лоренсо их наказывает, инцидент исчерпан. Мотивы сообщат, но только если они не затрагивают тайн ковена.

  Школьники пребывали в полном восторге — ещё бы, такое зрелище и бесплатно...

  — Хоть кому-то эта дикая история нравится, — хмыкнул Поттер. — А уж какие слухи ходят по Хогвартсу...

  — Зная наших подопечных, рискну предположить, что традиционные сюжеты дамских романов не на первом месте.

  — Угадал... На первом месте некий магический кристалл в сердце, который эти трое хотели вырезать, — Поттер покачал головой. — И как только люди такую чушь выдумывают?..

  — Легко и непринуждённо, — пожал плечами Том, допивая сок.

  Том почти забыл про обещание выяснить мотив Ламий — были дела и поважнее, да и оговорка насчёт секретов ковена могла толковаться очень широко... Но Лоренсо этого делать не стала и отправила письмо Макгонагалл.