Сколько стоит волшебство?

— Вы заметили коллега, какая активная жизнь в замке, — сказал Хомсов, когда они вместе с батюшкой пережидали за углом проходящий мимо отряд шпионов.

— Я думаю, коллега, что это вызвано нашим исчезновением из подземелья, — заметил батюшка.

Перед ними возник Малыш; привидение служило им проводником.

— Все чисто, — доложил паж. — Но через три поворота остановился отряд троллей. Мы обойдем его по левому коридору.

Получив ценные сведения, наши сыщики двинулись дальше к залу совещаний, что бы арестовать черного рыцаря Мастера.

У Ивана и Софьи была более прозаическая цель: выбраться отсюда подобру-поздорову. Молодые люди бежали по коридорам замка, продвигаясь к намеченной цели, а тем временем в комнате, которую они оставили несколько минут назад, происходила интересная сцена.

В комнату вошел Мухомор. Он вошел с дружелюбной улыбкой вполне тронувшегося умом тролля. Заметив отсутствие царевны в комнате, он вздрогнул и слегка побледнел, однако улыбку он удержал на своем лице. Мухомор кивком головы поприветствовал Клац-Клаца, сидевшего на стуле, и заявил:

— Царевна здесь, — в этой фразе одновременно заключался вопрос, утверждение и мольба.

Клац-клац состроил удивленное выражение на своей физиономии, посмотрел на кровать, на которой должна была лежать царевна, и ответил:

— Здесь, вот она лежат. Ты же видишь ее?

Мухомор заулыбался еще сильнее. Он энергично закивал головой.

— Вижу, вижу. — Мухомор посмотрел на кровать и радостно произнес: — Царевна здесь, конечно здесь!

В комнату забежал капитан.

— Парни собирайтесь! Кто-то похитил летучий корабль! Из подземелья сбежали пленники, нам дали приказ прочесать весь замок... — он осекся и уставился на пустую кровать. — Это чего такое, а...?

Мухомор радостно закивал капитану.

— Царевна! Она лежит на кровати! — заорал он.

Капитан подозрительно посмотрел на Мухомора, потом кивнул Клац-Клацу. Тот подтвердил:

— Царевна Софья на месте. Вон она лежит!

Капитан нахмурил рыжие брови. В его голове происходил тяжелый мыслительный процесс. Двое его подчинённых утверждали то, чего капитан не видел. Он вновь посмотрел на пустую кровать.

— Царевна здесь... — пробормотал капитан и решительно сказал: — Да, конечно она здесь!

Мухомор облегченно вздохнул. "Значит, все-таки я сошел с ума или меня заколдовали. Да это все волшебство!" — подумал он, и ему стало неимоверно легко, словно сзади выросли крылья.

— Что встали как истуканы! — заорал капитан. — Никуда царевна не денется. Она хорошо прикована! Общая тревога, все за мной!

Волк и заяц подогнали накренённый под прямым углом летучий корабль к шахте — темному и глубокому отверстию в земле. Вокруг шахты были возведены деревянные леса освещенные фонарями. По мосткам туда-сюда сновали гномы, таща тачки, инструменты и мешки.

— Теперь что будем делать? — спросил Лиходеев волка и с надеждой добавил: — Теперь — план "Б"?

Волк помотал головой.

— Не-а, пока не время. Зажигай корабль.

— Что делать? — не поверил своим ушам Лиходеев. — Я думал, мы на нем улетим?

Волк ухмыльнулся.

— Лиходеев, поджигай!

Иван и Софья робко вошли в зал совещаний. Высокие колонны с витыми каменными змеями поддерживали высокий потолок. Гладко начищенный пол отражал молодых людей. Высокие стрельчатые окна были застеклены цветным витражом. На нескольких мощных люстрах горели свечи, поддерживая в зале полутьму. Зал был пуст, но Иван и Софья переговаривались шепотом.

— Клац-Клац сказал, что потайная дверь находиться в камине, — напомнила Софья.

— Я помню, что бы ее открыть, нужно нажать на барельеф, украшающий камин. Он в виде птички.

Камин они увидели на противоположном конце зала и бросились к нему бегом. Одолев половину пути, Иван и Софья явно услышали чьи-то голоса и скрип открываемой двери. Молодые люди еле успели юркнуть под стол, стоявший у стены между двух окон. Кружевная скатерть скрывала их до половины, но благодаря полутьме, царившей в зале, можно было надеяться, что их не заметят. Через секунду, как только они укрылись под столом, открылась потайная дверь в одной из колонн и оттуда вышла высокая двухметровая фигура черного рыцаря, вслед за ней показался Альфрик в сиреневом камзоле с золотыми пуговицами. Весь его вид говорил о том, что магистр эльфов чем-то чертовски недоволен.

— План рушится, — говорил эльф, — эти проклятые Яга, Кощей и Змей все узнали. В золотом саду, что под моим дворцом, был устроен разгром, нет вестей от циклопа Фема, монастырь перестал подчиняться мне и, самое главное, пропала моя дочь! Сбыт волшебного порошка заторможен. Это все они! Мастер, что нам делать?!

Черный рыцарь поднял руку, призвав Аьфрика к молчанию.

— Успокойся, план свое дело уже сделал! Мы подменили настоящие трудности фальшивыми, более простыми, и люди попались в наши сети. Большая, часть будущих богатырей и воинов, так и осталась сидеть в золотом саду, рассматривая в волшебные тарелочки красивые картинки. Волшебный порошок, который Фем и твоя дочь распространяли на окраинах царства, сделал свое дело — люди разобщены. Монастырь развратил монахов и людей. Почва для вторжения подготовлена. Теперь ничего не мешает нам вторгнуться в тридевятое царство! — Мастер торжественно поднял две закованные в железо руки к высоким водам зала. Он хотел совершить нечто приличествующее данному мгновению, но передумал и лишь заметил Альфрику: — По идее мне сейчас нужно разразить дьявольским смехом, но так поступают лишь в дешевых театральных постановках.

— Мастер, я спрашиваю вас, что делать с этим небогатырями: Ягой, Кощеем и Горынычем?! Мне нужна моя дочь!

Черный рыцарь вытащил из недр своих доспехов будильник и послушал его.

— Через два дня начнется вторжение. Прежний мир уже не будет прежним, все перемениться...

— Мастер! — взвыл Альфрик. — Прекратите говорить избитыми лишенными смысла фразами. Тяга к дешевым эффектам погубит вам! Что нам конкретно делать!

Черный рыцарь убрал будильник.

— Когда начнется вторжение, они сами нас найдут. Ты можешь делать с ними, что хочешь. От древней старухи, полумертвого старика и животного, страдающего растроением личности, я не ожидаю вреда. Однако, что это за шум!

В зал вбежал лис Мур.

— Мастер, заключенные сбежали! Клетки путы! Кто-то похитил летучий корабль! — выпал он на ходу.

Вслед за лисом в зал вбежал тролль Деньгосчет. Он держался за свой маленький галстук так, будто его душили.

— В окно! — кричал он. — Посмотрите в окно! Что сейчас будет...!

Внезапно тролль остановился. Он был меньше всех ростом, и ему не составляло большого труда увидеть прятавшихся под столом Ивана и Софью. На их счастье Деньгосчет онемел от увиденного и не сразу мог забить тревогу. Потом Альфрик, Мастер и Мур были заинтригованы тем, что же твориться за пределами замка. Мур с треском распахнул окно.

Крик негодования наполнил зал!

Всем троим предстала жуткая и величественная картина. Летучий корабль, объятый пламенем и черным дымом, устремив нос к земле, опускался к шахте по выработке волшебного порошка. Огонь озарял ночь. Нос корабля стал громить и поджигать леса, окаймлявшие шахту. Гномы с криками бросали инструменты и разбегались кто куда. Через секунду корабль въехал в шахту и с треском развалился. Звук ломающегося дерева был слышан даже в зале. Летучий корабль превратился в гигантский костер. Вся шахта пылала. Все строения вокруг нее были либо охвачены пламенем, либо были разрушены. Огонь быстро перекидывался на строения замка.

— Мастер, — обратился Мур к черному рыцарю, — нужно покидать замок. Мы не сумеем потушить огонь.

Рыцарь недовольно пророкотал. Тем временем Деньгосчет обрел дар речи и заорал:

— Под столом! Они под столом! Хватайте их! Ловите!

Иван и Софья выскользнули из своего убежища. Они оказались в окружении. Слева был Альфрик, улыбавшийся отвратительной эльфийской улыбкой. Справа стоял Мур, поблескивая стальным зубом в пасти. А прямо перед ними находилась зловещая фигура черного рыцаря. За их спинами бесновался Деньгосчет.

— Это они спалили шахту! Их нужно растерзать! Хватайте их!

Держась за руки, молодые люди отступили обратно к стене и запрыгнули на стол. Испуганная Софья прижалась к Ивану. Юноша же, глядя на подступающих со всех сторон противников, решил драться не на жизнь, а на смерть.

— Как только они бросятся на нас, — беги, — сказал Иван. Его голос звучал строго и мужественно. — Я сделаю все, что бы задержать их.

— Куда бежать? — Девушка тоскливо посмотрела в окно. Там бушевал огонь, а до земли было очень высоко.

Она обхватила Иван и поцеловала в губы.

— Я остаюсь с тобой, что бы ни случилось. Я буду сражаться с тобой плечом к плечу.

Юноша почувствовал небывалый прилив сил. Он готов был в одиночку разорвать всех врагов пополам.

Иван решил напасть первым. Он приготовился к прыжку.

Из открытого окна донесся резкий свист.

— Эй, вы долго будете стоять! Прыгайте, я сейчас вас унесу!

Иван не поверил своим глазам, — перед окном висела Заря с насквозь промокшей гривой.

Молодые люди прыгнули на подоконник, что бы перебраться на спину маленькой лошади.

Видя, что жертва ускользает из лап, Альфрик и Мур зарычали и бросились к окну. Но их остановил спокойный и рассудительный голос.

— Всем оставаться на местах, это "Сыскная плата". Вы все арестованы! — Хомсов и отец Автандил весьма вовремя добрались до зала совещаний. Без всякой передышки они приступили к своим обязанностям и объявили всех находящихся в зале арестованными.

Мур и Альфрик отступили от окна. Иван и Софья уже забрались на Зарю и улетели прочь.

Тролль заверещал и упал в обморок. Черный рыцарь глубоко и шумно дышал.

— Это и есть сбежавшие пленники, — пророкотал он. — Господин Мур вызовите охрану, пусть их вновь поместят в клетки и закуют в кандалы. Я подумаю, как наказать!

Батюшка почти шепотом спросил Хомсова:

— Коллега, я не сторонник силовых методов захвата преступников, к тому же священный сан обязывает проявлять сострадание даже к самым отпетым негодяям, но если нас вынуждают к определенным действиям, то...

— Коллега, что вас смущает?

— Как вы думаете, отец архиерей будет на меня очень сердиться, если узнает о моем рукоприкладстве.

Хомсов сладко ухмыльнулся.

— Самое главное, что вы глубоко раскаиваетесь в том, что сейчас сделаете.

Батюшка закивал головой и даже пустил две скупые слезинки.

— А с отцом архиереем я переговорю, — заверил Хомсов.

— Если с отцом архиереем вы поговорите, тогда ладно.

Батюшка сделал шаг в сторону черного рыцаря, и могучим кулака ударом сшиб его с ног. Тело Мастера оказалось на удивление легким. Оно врезалось в стену и переломилось на три части: железные штаны, кирасу и шлем.

Лис и Альфрик обнажили свои клинки и стали подступать к Хомсову и батюшке. Но в зал ворвались Лиходеев и волк. В их лапах были мечи. От их шерсти шел дымок.

Зазвенела сталь!

Альфрик бился с Серым волком, а Лиходеев сцепился с Муром.

Противники нанесли несколько пробных ударов и готовы были броситься в смертельный водоворот боя, но этого не случилось. Битва прервалась самым несуразным образом. Три части черного рыцаря зашевелились и на цыпочках стали покидать поле сражения. Вначале прошествовали железные штаны рыцаря. Затем его кираса, а после засеменил шлем. Причем все части разбегались в разные стороны. Штаны убежали в потайную дверь в камине, до которой планировали добраться Иван и Софья. Кираса упорхнула в потайную дверь в колонне. Шлем же просто выбежал из зала. При этом на его пути оказался пришедший в себя тролль Деньгосчет. Он проводил шлем своими глазами и вновь упал в обморок.

Подобное расползание доспехов, так удивило всех, находившихся в зале, что бой был прекращен. Все находились в оцепенении. Даже Хомсов не поверил своим глазам.

Альфрик выдохнул:

— Волшебство.

— Думаешь? — спросил стоявший рядом волк.

— Уверен, я повидал на своем веку много, но такого — первый раз в жизни.

Присутствие духа сохранил лишь Малыш, который все это время летал под сводами зала и не вмешивался до поры до времени. Он решил проследить за одной из частей гардероба черного рыцаря. Решив, что голова важнейший из предметов, он полетел следом за шлемом.

Замок Кощея разгорался все сильнее и сильнее. Огонь объял основные строения и башни. Дым валил из окон. Тролли, гномы, птицеклесты и шпионы спешно покидали территорию замка.

Зал совещаний заволокло черным едким дымом, оставаться здесь становилось опасно. Продолжать сражение не было смысла, всем нужно было спасать свои жизни. Альфрик и Мур, воспользовавшись занавесей дыма, убежали через одни из выходов зала. Хомсов, батюшка, Лиходеев и волк тоже выбрались.

Замок полыхал. Сыщики добежали до леса и перевели дух. Возле замка метались тролли, шпионы и птицеклесты. Их командиры пытались сгруппировать своих подчиненных, но у них ничего не выходило. Никому и в голову не приходило тушить огонь в замке.

Сыщики попытались найти место, где они оставили дирижабль. Серый волк точно привел нашел это место, но дирижабля там уже не было.

— Наш дирижабль реквизировали, — взмахнул лапами Лиходеев.

— Нет, заяц, его украли. Именно украли, — ответил ему волк, глядя в ночное небо.

Хомсов почесал свои опаленные бакенбарды.

— Я бы очень хотел знать, кому и зачем он понадобился?

Батюшка оглядел свою пожженную рясу и хотел тоже, что-то сказать, но его слова потонули в нарастающем гуле. Над лесом пронеслась стальная остроносая ракета. Ослепительное пламя вырывалось из ее сопла. Кроны деревьев закачались от воздушной волны вызванной движением ракеты.

— Кто это?! Что это! — закричал Лиходеев.

Хомсов проводил взглядом, унесшуюся вдаль ракету.

— Я более чем уверен, что это черный рыцарь, — горько сказал он. — А мы даже не можем преследовать его. С таким транспортом он может за мгновение пересечь все тридевятое царство, где его теперь искать?

— Я знаю где! — прозвучал знакомый всем мальчишеский голос.

Рядом возник Малыш. Весь его ликующий вид говорил о том, что его слежка увенчалась успехом.

— Малыш, ты знаешь, куда полетел Мастер?

— Вы даже себе не представляете, что я узнал, — привидение прям-таки распирало от желания донести новость. — Даже не представляете, кто за всем этим стоит!

Заря неслась в ночи над темными лесами, пахнущими пряной свежестью елей и трав, которая бывает только после хорошего дождя. На своей спине она уносила спящих молодых людей. Софья спала, доверчиво положив свою голову на грудь Ивану, а он обнимал ее. Заря несла их прочь от объятого пламенем Замка Кощея, разгоняя ночных духов, ведьм и летучих мышей, которые попадались на пути.

26. Жар-птица улетает.

Нестора грубо подняли рано утром. Его, всклокоченного и не выспавшегося, вытащили из тюремной камеры и усадили в карету, запряженную жуками. Карета поднялась в воздух и полетела над городом. Солнце светило ярко. Из окна кареты юноша мог видеть улицы, по которым люди спешили по своим делам. А на горизонте хмурилась грозная чернота — это завис над островом флот из боевых летучих кораблей.