Стоит Свеч книга 2

Я нахмурился, но её лицо было картиной невинности.

— Я предпочёл бы об этом не говорить — сказал я. — Некомфортно это.

— Все компаньоны? — спросил Грак. Он обращался к Валенсии, но я заметил поднятую в мою сторону бровь.

— Часть из тех, что сидели с другой стороны стола, нашли этот аргумент убедительным — сказала Валенсия. — Их коллектив был сформирован в приготовлении к возвращению Утера, чтобы иметь дело с ним. Ты не то, чего они ожидали. Чем больше ты сможешь доказать, что ты другое представление той же проблемы, тем лучше. Вероятно, не повредит просто передать им стопку наших записей о различиях между Артуром и Джунипером.

— Нам придётся подчистить записи — сказала Амариллис. — Есть то, чего мы не хотим им сообщать, и лучше придерживаться подчищенной версии событий, если не захотим раскрыть им больше.

— Ты всё ещё относишься к ним как к противникам — сказал я.

— Некоторые из них таковыми и являются — сказала Валенсия. — Я не уверена, что сделает конкретно О'калд, если группа отвергнет его призыв к насилию. Это тоже проблема, поскольку он, вероятно, самый сложноубиваемый оппонент из них.

— Как долго ты сегодня используешь дьяволов? — спросила Солэс. Валенсия нахмурилась.

— Я не останавливалась дольше чем на несколько секунд с того момента, как мы прибыли в Предположения и Исследования — сказала Валенсия. — Однако не думаю, что есть какие-то побочные эффекты.

— Ты говорила, что требуется усилие воли, чтобы понять, что у предпочтительных предложений, представленных твоим одолженным набором навыков, могут быть моральные последствия — сказал я. — Даже если нет побочных эффектов, ты всё ещё тратишь ментальные силы, и если ты выдохнешься, точки зрения дьяволов будут выступать сильнее.

— Я не думаю, что она говорила что-то слишком шокирующее — сказала Амариллис. — Это оценка боеспособности, и нам важно её учитывать.

— Ладно — сказал я.

— Я беспокоюсь — сказала Солэс, поднимая руку, чтобы продемонстрировать, что она готова отступиться.

— Нам всё ещё нужен план завтрашней встречи с ними — сказала Амариллис. — Джун, ты считаешь, что нам следует сделать нечто приближающееся к полному раскрытию?

— Да — сказал я. — Возможно. Я бы хотел выложить им некие основы об вашате, и, возможно, спросить их, не знают ли они что-то о вызывающей привыкание силе левел апов. Или у Утера было нечто подобное, и может быть некое решение, о котором они знают, или это поможет продемонстрировать моё отличие от него. В любом случае, меня беспокоит, что следующий может быть недалёк, и если у проблемы есть решение, это то, что я хочу решить.

— Ладно — сказала Амариллис. — Я постараюсь подготовить презентацию. Бетель, приемлемо мне использовать для этого палату времени?

Она явно намеренно тщательно подбирала слова.

— Если хочешь — Бетель кивнула. — У меня мало возражений против того, чтобы ты использовала её для кратких личных вопросов. Мне стоит заметить, что ты не сможешь так же делать эти быстрые заходы, когда её будут использовать туунг.

Амариллис вздохнула.

— Да, я об этом думала — сказала она. — До этого ещё неделя, хотя если нам приходится иметь дело с концом света через два года, Республика выглядит напрасной тратой времени и ресурсов.

— Мы спасём мир — сказал я. — В прошлом Библиотека всегда ошибалась. В том, типа, и смысл.

Амриллис кивнула, но всё равно выглядела уныло.

— У меня есть вопрос — сказала Солэс. — Мы прежде говорили об этих квестах, с космической значимостью, и без. Это вопрос, который я хотела бы пройти снова.

— О — сказала Амариллис.

— Я задавалась вопросом, куда относится квест по восстановлению локуса — сказала Солэс. Даже когда она не прикладывала особых усилий, Солэс всегда звучала спокойно и понимающе, так что когда действительно старалась, это было лишь как переключение передачи, а не смена общей стратегии. Заметно всё равно было.

Я поёрзал. "О" Амариллис стало более понятным, когда Солэс озвучила.

— Мы на самом деле не знаем, как решить этот квест — сказал я. — У нас нет никаких наводок, ты годами или десятилетиями пыталась найти эти наводки, но так ничего и не нашла, и единственным реальным вариантом на этот момент кажется снова поднять уровень и надеяться, что я смогу разблокировать ещё что-то в вашате.

— Нет — сказала Солэс. — Ты можешь попытаться поднять лояльность.

— Это не то, с чем у меня были успехи в прошлом — сказал я. — Намеренные попытки поднять лояльность, типа, деструктивны для процесса. Может, я просто плох в этом, но по моему опыту так получается. Я могу попытаться, ну, оставаться открытым возможности, но...

— Сколько времени ты провёл в бутылке с того момента, как мы воссоединились? — спросила Солэс.

— Немного — сказал я. — Намёк понял. Если сможешь отправить и вытащить, то... полагаю, мне всё равно понадобится новая комната.

— Новая? — спросил Грак.

— Почему? — спросила Амариллис.

Я провёл взглядом между ними, потом к Фенн.

— Эм, мы с Фенн... расстались.

Голова Амариллис дёрнулась к Валенсии.

— Что ты сделала? — спросила она.

— Погоди — сказал я. — Я думаю, она была полезна. И Фенн вам не сказала?

— Я не хочу делать из этого большое дело — сказала Фенн. — И я реально не хочу проводить собрание группы по этому поводу.

— Она сказала, что могло быть лучше — сказала Амариллис. Провела взглядом между нами. — Вы расстались? Мне нужно время, чтобы подумать об этом.

— Нам стоит оставить их одних — сказал Грак. — Мы говорили достаточно для одной ночи. Стоит поберечь голоса.

— Прискорбно — сказала Солэс. — Я считаю, что из вас чудесная пара. Очень беззаботная.

— Это было частью проблемы — сказала Валенсия.

— Это... — начала Амариллис.

— Это не было саботажем — сказала Валенсия, нахмурившись. — Я знаю, что это не то, что ты собиралась спросить, но это то, что ты думаешь.

— Ты должна была исправить это отвлечение — сказал Грак.

— О, извини, что наши отношения — отвлечение, боги упасите, у нас оказывается есть чувства — сказала Фенн, надувшись. — По крайней мере, я старалась держать всё тихо, чтобы не устраивать из этого большое обсуждение. И если собираемся это устроить, то я, пожалуй, просто уйду.

— Нет — сказала Амариллис. — Это всё равно не из того, что следует обсуждать группой, с этим я согласна, но момент внутреннего конфликта одновременно прискорбный и подозрительный.

— Подозрительный? — спросил я. — Ты подозреваешь нарратив?

— Я не знаю — сказала Амариллис. — В любом случае, есть несколько других тем, которые нам следует обсудить, и подробнее углубиться в плюсы и минусы стратегии. Я планирую провести два дня в палате, чтобы всё отсортировать. Любой желающий может отправиться со мной, если хотите объединить умы, но я не уверена, что это необходимо, особенно учитывая, что палата всё ещё не идеальное место для того, чтобы провести несколько дней, а время — ресурс, который нам нужно беречь. Ещё я хотела бы провести групповое чтение "Дегенерирующих Циклов", если кто-то ещё заинтересован.

— У нас только одна копия — сказал я. Я взял её у Хешнела, как и он взял у меня "Мануал Монстров".

— Я могу сделать ещё — сказала Бетель.

— Дай мне знать, что выяснишь — сказал я. — Идея находиться в тесноте несколько дней меня не воодушевляет.

— Меня тоже — сказала Фенн. В её голосе оставалась толика жёсткости. Похоже, она всё ещё злилась на меня. Я не ожидал, что она так просто передумает, но надеялся, что она будет переживать, а не злиться.

— В таком случае, возможно, Джунипер может провести ночь со мной в бутылке — сказала Солэс.

— Лады — сказал я.

— Ещё один последний вопрос, прежде чем разойдёмся — сказала Амариллис. — Нам нужно поговорить о принятии решений в группе.

Я поджал губы; мне это не нравилось.

— Я извиняюсь за то, что сделал — сказал я. — Всё происходило быстро, у нас не было времени поговорить, и если бы у меня были конкретные возражения, даже слабые, мне следовало их озвучить.

— Ценю — сказала Амариллис. — Но не думаю, что это подводит к корню проблему. Проблемы, с которыми мы имеем дело, выглядят, на мой взгляд, связанными с внутренней структурой. Огневая команда может проводить голосование, чтобы оценить мудрость определённого курса действий, но также у неё есть определённый лидер и чёткая цепь командования. Я думаю, нам нужно это. Иногда время поджимает, и зачастую действовать неидеально, но решительно лучше, чем ждать, какой бы там план ни созрел с дополнительным временем.

Я слегка нахмурился.

— Ну, да — сказал я. — Но это оставляет вопрос, кто лидер нашей группы.

— Это должно зависеть от потребностей конкретной миссии — сказала Амариллис. — По умолчанию — ты, если миссия, с которой имеем дело, какая бы там она ни была, не распланирована.

— Я? — спросил я, немного удивлённый. — Я бы подумал, что ты выберешь себя.

— Ты явно лучше, чем я, во многом — сказала Амариллис. — К тому же у тебя есть доступ к информации и ресурсам, которых у меня никогда не будет. Если мы отправимся в Англицинн, добыть что-то из тамошних библиотек, может быть смысл в том, чтобы я давала указания, но вне конкретных сценариев, думаю, больше смысла в том, чтобы это был ты.

— Джунипер хуже в принятии бесстрастных решений — сказала Валенсия.

— Я не уверен, что это имеет значение — сказал Грак. — Бесстрастие не должно быть нашим основным критерием.

— Я, говорю за себя, предпочитаю решения с толикой эмоций — сказала Солэс.

— Единственным критерием должна быть быстрота и верность принимаемых решений — сказал я. — И, очевидно, никто не должен принимать мантию лидерства, если этого не хотят.

Я бросил взгляд на Фенн, и она подняла бровь в мою сторону.

— Учитывая это, я буду по умолчанию, если все за, но я на самом деле не уверен, что это лучший выбор. В идеале, стоит рассмотреть мои успехи и провалы, и сравнить их с успехами и провалами Мэри, если мы два основных кандидатуры.

Я самую малость помедлил.

— Если кто-то ещё не хочет кинуть шляпу на ринг.

— Нет — сказала Амариллис. — Я беру самоотвод.

Я уставился на неё.

— Надеюсь, дело не в нарративе — сказал я.

Амариллис поёрзала.

— Не думаю, что мне есть нужда объясняться — сказала она.

— Есть, если причина в том, что тебя беспокоит, что Данжн Мастеру не понравится твоё вставание во главе — сказал я. — Мы не будем принимать решения на основе того, что, по нашему мнению, думает Данжн Мастер. Я не думаю, что он хочет, чтобы мы принимали решения таким образом.

— Так ты приказываешь мне встать во главе? — спросила Амариллис.

— Нет — сказал я со вздохом. — Я просто хочу быть уверен в обоснованности твоей позиции.

— Если будет конкретная ситуация, в которой на мой взгляд я буду лучше, я с радостью возьму вожжи в свои руки — сказала Амариллис. — В настоящий момент, полагаю, ты лучше осознаёшь основы нашей ситуации, и обладаешь особым знанием, которое я ещё не могу воспроизвести. Я прочитала порядочно использованных тобой книг-источников, но этого недостаточно, особенно учитывая, насколько Аэрб вдохновлён твоими фирменными стилями игры. Помнишь, в тюрьме, когда мы наткнулись на эти статуи? Ты заявил, что это ловушка, и если бы я тогда была лидером, я бы вошла прямо в неё, даже если бы ты меня предупредил.

— Это было давно — сказал я. — Сейчас ты знаешь больше, чем тогда, и больше мне доверяешь. Надеюсь.

— Джунипер, если ты не хочешь быть лидером, можешь так и сказать — сказала Солэс.

— Нет — сказал я. Расправил плечи. — Я займу позицию лидера по умолчанию. Я просто хочу быть уверен, что это по правильным причинам.

— В таком случае, с этим определились — сказала Амариллис.

— Я хочу быть уверена, что если я говорю "валим", ко мне прислушаются — сказала Фенн. В её голосе была некая робость.

— Я так и сделаю — сказал я. — Но "прислушаюсь" не значит, что обязательно решу действовать так, как ты предлагаешь.

— Ладно — сказала Фенн. Она встала и без лишних слов вышла из комнаты.

— Я надеюсь, что это не будет проблемой — сказала Амариллис.

— Угу — сказал я. — Я тоже.

* * *

Я провёл ночь в бутылке, и приложил усилия на то, чтобы лучше узнать локус. Моё сердце к этому не лежало, и я присутствовал там в основном в уступку Солэс.

— У моего дяди была лошадь — сказал я. Я прислонился к локусу, что свернулась и полуспала. Она была горячей, хотя и не совсем лихорадочно, что было хорошо, поскольку воздух был холодноват. Бетель изготовила для бутылки патио на открытом воздухе. Она стояла в стилизованной бронзовой руке, торчащей из поверхности лужайки, окружённой зеленью и камнями с Земли, открытая свету, падающему на остров Поран. Это делало бутылку почти невидимой изнутри, чего не было, когда она стояла в траве подножия Хребта Мира. Это было практически лучшим возможным окружением для домена локуса. Я чувствовал вину, что не проводил в бутылке больше времени, но Солэс была единственным вариантом лёгкого доступа в неё, и Бетель упорно стояла на том, чтобы мы жили в её доме, а не в доме внутри бутылки.

Я скучал по Фенн. Мы спали в одной кровати с момента перерождения Солэс, и я привык ощущать её рядом с собой. Было поздно, на небе были звёзды, но я всё ещё не спал. Я не знал, локус спит по привычке, или ей это действительно нужно, но она была рядом со мной, в полудрёме. Я говорил с ней, не столько пытаясь установить связь, сколько потому, что хотел терапевта получше, чем была Валенсия. У меня в голове всё ещё оставалась мысль, что Валенсия намеренно саботировала, и хотя это могло быть по благородным причинам, а не эгоистичным... ну, нет, я не могу так думать, поскольку не могу доказать её намерения.

— Полагаю, я могу с ней сразиться — сказал я. — Она не может одновременно быть способна на социальные манипуляции и сражение, так что, возможно, я могу сразиться с ней, и одновременно задавать вопросы. Если она нас не саботировала, то она, вероятно, меня не простит, но насколько я вижу, это единственный способ, как я могу узнать, пыталась ли она нас разлучить. И очевидно на ней есть некая вина, поскольку даже если она говорит правду, что хотела, чтобы мы оставались вместе, она не хотела, не знаю, позволить нам глупые, несчастливые отношения. Хотя они вообще-то были не такими уж несчастливыми.

Локус фыркнула.

— Угу — сказал я. — Мои мысли бродят туда-сюда. Я собирался рассказать тебе о лошади моего дяди.

Я помедлил.

— Я на самом деле тебя не понимаю, и не знаю, насколько ты меня понимаешь. Есть такая пьеса, может, ты её видела, называется "Звёздная Война", основанная на фильмах с Земли, откуда я родом. В любом случае, там был такой персонаж, Чубакка, и он компаньон другого персонажа, Хана, и толика юмора основана на том факте, что Хан всегда отвечает Чуи, но зрителям остаётся догадываться, что там сказал Чуи. Они это и с R2D2 делают. В любом случае, это то, что я делаю, в шутку притворяюсь, что понимаю, что ты имеешь в виду. Не хотел, чтобы ты чувствовала себя посторонней.