Проверка 2

— Поменяй пижаму на что-нибудь приличнее, — улыбаясь, сказал он дочери, — а я пока поговорю с твоим женихом.

— С каким женихом? — не поняла она.

— Молодой и красивый, с цветами и тортом, — засмеялся отец. — Так ходят только с серьёзными намерениями. Мне он понравился.

"Конец учёбе, — констатировал Раш. — Медитации тоже не будет. Ты что делаешь, сумасшедшая? Зачем этот маскарад?"

"Пусть посмотрит, — сказала Настя, надевая парадное королевское платье. — Чёртова шнуровка!"

"Если бы не шнуровка, ты в него не влезла бы, — возразил Раш. — Когда шили платье, у тебя не было таких мышц, и ты подросла за эти полгода. Колье наденешь?"

"Обязательно. Я не влезаю в туфли, а в тапках совсем не тот вид. И причёска к этому платью нужна другая!"

"Ему хватит и этого, — мысленно ухмыльнулся браслет. — Вот короны не хватает, но у тебя были диадемы".

"Слетят с головы, — с досадой сказала Настя. — Для них нужно укладывать причёску. Ладно, ты прав: хватит с него и этого!"

Когда она вышла в гостиную, удивлённый отец прервал разговор, а одетый в чёрный костюм Олег поднялся со стула и застыл.

— Точно жених, — насмешливо сказала девочка. — Папа, я забираю у тебя этого юношу. Смотри телевизор, у вас ещё будет возможность пообщаться. Пойдём, Олег.

Она привела его к себе и села в одно из двух кресел, показав на другое рукой.

— Садись. Расскажи, как твой предок отреагировал на разрубленный стол. Я только хотела оставить зарубку, но ты сильно разозлил.

— Спасибо за то, что ограничилась столом, — сказал он. — Я выбросил обломки и до прихода отца успел купить очень похожий столик. Отец может и не заметить замены, а если заметит, что-нибудь придумаю.

— Сколько он стоит? — спросила Настя. — Я виновата, поэтому заплачу.

— Забудь, — сказал Олег. — Дед дал много за сдачу экзаменов, я не потратил и половины. Скажи, это платье оттуда?

— Да, оно из моей сказки. Специально надела для таких недоверчивых, как ты. Камни настоящие, ими выложен мой королевский герб.

— Ты что-то говорила о руководстве государства. Они знают о тебе?

— Знают и используют. В скором времени займусь исцелением сотен тысяч людей. Постараюсь остаться в тени, но даже если узнают, большой беды не будет. Шар — это другое дело. Узнают — и мне крышка.

— А наши знают?

— Знают, но всем таким знающим поставлен магический запрет на болтовню, так что ты такой не один. Что это ты скис?

— Я обычный мальчишка, — печально ответил он. — Рядом с тобой...

— Рядом со мной будешь хорошо смотреться, — перебила Настя. — Только должна предупредить, что стать моим близким другом может быть опасно. Нормальной жизни со мной точно не будет. Если узнают, что я лечу от смерти, не будут давать прохода, и не только мне, но и моим родным. А если узнают о шаре... Наши не выдадут, но придётся жить под другими именами и менять внешность. А может не хватит и этого.

— А ты хочешь, чтобы я был близким другом?

— Не знаю, Олег, — сказала она. — Я ведь знакома с тобой меньше двух месяцев. Ты мне нравишься, меня к тебе тянет, но я не могу ничего обещать. Всё будет зависеть от тебя. Обманешь или обидишь недоверием, и я с тобой порву. И учти, что у меня будут секреты. Я не имею права говорить о своих делах с государством. Если тебя это устроит, будем дружить. Мой возраст не позволит ничего другого, хотя многие сейчас думают иначе.

— Появиться можно? — пропищал Марк, заставив вздрогнуть обоих. — Если ты в этом платье...

— Появляйся, — разрешила Настя. — Знакомься, Олег, это наш домовой. Марк, не скажешь, что ты здесь забыл?

— Торт уже нарезали, — ответил он. — Все собрались и ждут вас.

Когда появились в гостиной, вся семья сидела за столом. Знакомство не заняло много времени, и вскоре занялись тортом. Молча ел только Марк, остальные весь вечер провели в разговорах.

— Заходи без приглашения, — сказала мать Олегу, когда он собрался уходить. — У Насти было много подруг и ни одного друга. Я рада, что он наконец появился.

— Я не буду тебя провожать, — сказала Настя, когда они остались одни в прихожей. — Идти несколько минут, а мне долго переодеваться. С утра буду занята, а после обеда свяжись по скайпу. Поболтаем, а если будет хорошая погода, можно погулять.

Раш оказался не совсем прав с высказыванием о пропавшем вечере, медитацию она всё-таки выполнила. На следующий день Настя впервые увидела "обучающую аппаратуру". В учебный класс ФСБ поставили металлический цилиндр с двумя закреплёнными клавиатурами и выдвижным пультом управления. На его вершине установили что-то вроде антенны радиолокатора, на которой по расходящейся спирали располагались многогранные стеклянные призмы. В центре, на выносном кронштейне были закреплены то ли лазеры, то ли светодиоды, каждый из которых бросал на свою пирамиду луч света. Красные, зелёные и синие лучи как-то модулировались по яркости, а "антенна" с тихим жужжанием качалась влево и вправо, сканируя класс. Цилиндр сверкал полировкой, а голубоватые от просветляющего покрытия призмы испускали во все стороны лучики света. На двух небольших экранах отображались какие-то графики, а на пульте управления вспыхивали и гасли светодиоды. Было видно, что в эту бутафорию кто-то вложил душу. Рассмотрев творение "жутко секретного завода", Настя быстро обработала собравшихся мужчин и ушла. Дома она позвонила Зеленину и отчиталась о выполнении работы, а потом включила компьютер, проверила, запущен ли скайп и легла на кровать с учебником. До обеда успела закончить с естествознанием, а после еды учёба была на время отложена, потому что вызвал Олег.

— Не хочешь погулять? — спросил он после приветствия. — Погода не очень хорошая, но к вечеру она будет хуже. Может, пока нет дождя, сходим в парк?

— Я с удовольствием, — сказала Настя. — А куда пойдём? Я не знаю других парков, кроме Горького.

— Можно и в Горького, — согласился Олег. — Я вообще ни в одном здесь не был. Буду ждать тебя возле калитки.

— Мам, я на час сбегаю в парк, — сказала она занятой готовкой матери. — Забодала учёба, поэтому нужно немного прерваться. Вечером обещали дождь, а пока проглядывает солнце.

— Гулять будешь с Олегом? — спросила мама. — Привет ему от меня. Обязательно возьми зонт или хотя бы пристегни капюшон.

Когда Настя вышла из дома и подбежала к калитке, Олег уже ждал на улице.

— Надо было тебе прийти к нам, — сказала ему Настя. — Посмотрели бы по компу фотографии парков, а потом слетали в моём шаре. Жаль, что я сразу об этом не подумала.

— Доедем на метро, — ответил он. — Идти четыре километра по улицам — это перебор.

Станция была рядом, поэтому через десять минут уже гуляли в парке. К удивлению Насти, несмотря на холод, пасмурное небо и будний день, на аллеях было много людей.

— Пошли туда, где никого не будет, — предложила она, взяла Олега за руку и повела по аллее подальше от входа.

— Никогда не гулял с королевой, — сказал он, с удовольствием смотря на раскрасневшуюся подругу. — Каково это — управлять народом?

— Это было в тягость, — засмеялась Настя, — но ведь я не родилась принцессой, и меня для этого не готовили. Женщины там не правят, поэтому даже с настоящими принцессами много не возятся, а мне всему пришлось учиться самой. Очень помогала магия, без неё я не удержалась бы. Силы было в сто раз больше, чем сейчас, и она легко восполнялась. Тяжело было из-за мятежа. Когда убили отца, многие попытались урвать себе кусок побольше. Чтобы не развалилось королевство, пришлось действовать жёстко. Дворянство признаёт только силу, вот мне и приходилось её показывать. Враги умылись кровью, но удалось навести порядок и не позволить соседям разорвать нас в клочья.

— Я верю, — сказал Олег, — но трудно представить тебя на троне.

— Какая жизнь — такие и представления, — пожала она плечами. — У нас на Земле в древности правили и моложе меня, и без магии, только по праву рождения. Олег, видишь идущих за нами мужчин?

— Идут двое, — подтвердил он. — А что?

— Они за нами следят. Обычно я проверяюсь, а сейчас сделала это в первый раз. Давай присядем на лавку и посмотрим, что они будут делать.

— Это не твоя охрана? — спросил Олег. — Может, быстрей отсюда уйдём?

— Они мне не страшны. Садимся на эту скамейку, она чище других.

Сели и стали открыто наблюдать за двумя мужчинами, которые неторопливо шли по аллее. Они увидели, что стали объектом внимания парочки, и направились к Насте.

— Здравствуйте, — поздоровался тот, который выглядел старше. — Позвольте представиться. Я Алан Прайс, а мой спутник — Дональд Брукс.

— Англичане или американцы? — спросила девочка.

— Второе, — ответил Прайс. — Я секретарь нашего посольства. Вы ведь Настя Никитина? Меня просили с вами поговорить.

— Говорите, только недолго, — разрешила Настя. — Сегодня прохладно, и мы уже собрались возвращаться. Садитесь, господа, а то мне неудобно сидеть, когда вы стоите.

— Я хочу уточнить, — сказал Прайс. — Действительно ли вы будете главным звеном того проекта оздоровления, который вот-вот заработает в Москве? Я имею в виду масштабное строительство нового медицинского центра.

— Допустим, что это я, — ответила девочка.

— Вам хотят предложить... — начал американец, но Настя перебила.

— Нет, — сказала она. — Меня не интересуют ваши предложения, в чём бы они ни заключались. Я никуда не уеду из России, а денег у меня столько, что не хватает фантазии на то, как их потратить. У нас есть пословица, что от добра добра не ищут, она как раз для моего случая. Насколько я знаю, помимо наших, будут лечить и больных из-за границы. Для них лечение будет платным, но не очень дорогим.

— Напрасно вы отказались, даже не выслушав того, что вам хотят предложить, — недовольно сказал до этого молчавший Брукс. — Здесь у вас не будет таких денег и такой свободы. А лечение... До вас долго и дорого добираться, и принимать будут немногих. К тому же, учитывая ваши возможности внушать, я не рискнул бы идти к вам на приём. Если уедете к нам, это не будет иметь большого значения.

— Если не хотите лечиться, можете умирать, — пожала плечами Настя. — Я всё равно не вылечу весь мир. Я догадываюсь, от кого вы узнали о моих способностях. Только майор, который сейчас сильно жалеет о том, что с вами связался, сам толком ничего не знал. Есть у меня способность внушать, но она очень ограниченная. Для успеха нужно работать только с одним человеком, и даже в этом случае не со всеми получается. Это у меня только для обороны. А когда больных будут тысячи, внушить им что-то...

— А что с передачей знания языков? — спросил Прайс.

— Языкам будут платно учить в центре, который сейчас строят. Я удовлетворила ваше любопытство?

— Вы всё-таки подумайте, — встав со скамейки, сказал Прайс. — Если вы действительно можете исцелять тысячи больных, будете купаться в деньгах.

— А для чего? — спросила она. — Если у меня есть всё, что нужно для удобной и приятной жизни, зачем лишние деньги?

— Возьмите на всякий случай мою визитку, — предложил Прайс. — Может, передумаете.

— Ты убила их фразой о лишних деньгах, — заметил Олег, когда американцы скрылись за поворотом дорожки.

— Ну их к чёрту, — сердито сказала Настя. — Хотела улететь сферой, а теперь надо идти к метро. Пока шли, вроде не мёрзла, а после этих посиделок замёрзли ноги.

— Можем куда-нибудь забежать и попить горячего кофе, — предложил он. — Возьмём пирожные...

— Не соблазняй. Скоро обед, поэтому никаких пирожных. Я их куплю, но на вечер. Приходи, будем коллективно гробить организмы. Да, этот тип напомнил о том, о чём я забыла. Всё, теперь можем идти.

— А что ты сделала?

— Ты был вундеркиндом, а теперь будешь и полиглотом. Я дала тебе знание английского языка. Через два дня будешь на нём болтать не хуже этих американцев, а ещё через три освоишь письмо. Потом научу другим языкам, я знаю их больше двадцати.

— Будешь кому-нибудь говорить об этой встрече?

— Обязательно. Нашим надо об этом знать, к тому же за мной могут наблюдать. Промолчу и потеряю доверие.

Глава 21

— Первую палату загрузили! — доложил прикреплённый к Насте капитан Фокин. — Вторую сейчас загрузят, а с третьей придётся ждать. Два автобуса где-то застряли, и "скорые" работают медленней, чем мы рассчитывали. Дороги...

— А если начинать завозить заранее? — предложила она. — В клинике много помещений, неужели ничего не найдём?

— Накопители предусмотрены для следующей партии, — сказал капитан, — но вы правы: можно начинать с них. Никто не ожидал, что в больницах столько провозятся. Мы послали к ним санитаров и выделили транспорт, а толку мало.

— Наверное, боятся, что мы оставим их без работы, и попадут под сокращение, — пошутила Настя. — Откуда взяли такую толпу санитаров?

— Это мы называем их санитарами, — улыбнулся Фокин. — Обычные солдаты, которым провели инструктаж о том, как обращаться с больными. При такой работе этого достаточно.

Индикатор на стене сменил цвет с красного на зелёный.

— Вторая палата загружена, — обрадовался майор. — Можно начинать. Пока вы обработаете эти две палаты, мы закончим с третьей. Всех, кто будет прибывать, пошлём в накопители на второй заход. Полной загрузки у нас сегодня не будет.

Когда Настя заканчивала лечить пятую партию больных, которых набралось на четыре палаты, в клинику приехал Зеленин.

— Как я говорил, так и вышло, — сказал он девочке. — У нас задержки нет, а в больницах работают так, как привыкли, — без спешки. И наши санитары в этом ничего не изменят. Туда нужно посылать солдат не в белых халатах, а в форме и с автоматами, тогда забегают. А дороги — это вообще мрак. Надо начинать раньше и отвести ещё несколько комнат под накопители. Для самых слабых поставить кровати, а остальные обойдутся стульями. Сколько у вас сегодня вышло?

— Около трёх тысяч, — ответила Настя, — но эти все тяжёлые.

— Выздоравливать начнут дня через три, — прикинул полковник. — Не полностью, но уже будет видно, что пошли на поправку. Вот тогда и начнётся шум. Сейчас больше смешки и ирония насчёт затеи правительства с лечащими машинами. Наверное, ещё и это влияет. Медики не принимают всерьёз нашу затею, потому и не спешат.

— Сегодня четверг, — сказала девочка. — Четвёртый день — это воскресенье. Значит, шум поднимется в понедельник.

Настя ошиблась: шум начался в воскресенье. В субботу она отработала с почти полной нагрузкой и довольная улетела домой. Вечером пришёл Олег, и они очень хорошо провели время. Перед его уходом Настя рассказала новость. Для неё приготовили домик в Камране и небольшой пляж, огородив всё это от остальной военной базы. Место для купания было прикрыто волноломом и отгорожено от моря сетями. Зеленин передал фотографии и сказал, что "курортом" уже можно пользоваться, правда, тут же добавил, что в воскресенье там ожидается шторм. Девочка предупредила, что может привезти туда друга, и тут же подверглась допросу. О том, что она дружит с Олегом, узнали после их похода в парк, а вот знание юношей её способностей оказалось для полковника сюрпризом. Дмитрий Павлович немного успокоился, когда узнал, что Настя обработала друга магией. Ей тогда пришлось выслушать немало упрёков в легкомыслии.