Путь к жизни - 3

Выпалив это на одном дыхании, полковник Тёмной Гвардии замер, преданно глядя на своего повелителя и гадая, угадал или нет. В смысле, похвалят, взгреют или оставят без последствий. Хотелось бы, конечно, последнего, ибо высочайшие поощрения — они воистину высочайшие. В прошлый раз наградили поместьем, а в этот что будет? Женят?..

Монарх же, не подозревая о душевных метаниях подданного, старательно перебирал в уме все плохие и хорошие стороны отправки "воспитателей" в очередной рейд. Строго говоря, плохих сторон почти не было. Разве что опасность столкнуться с превосходящими силами противника или невероятно могучей нежитью, с которой не удастся справиться и от которой не получится убежать. Но всё равно принять решение не получалось, и Кирхан Четвёртый повернулся к брату:

— Главнокомандующий, а вы что скажете?

— Считаю необходимым провести воспитательные мероприятия согласно поступившему запросу! — отчеканил старший принц.

— Тогда-а-а... Полковник Дарсиг!

— Здесь, Ваше Величество!

— Возьмите унтер-офицера Кувиса и составьте примерный план похода! Идите!

* * *

Проводив полковника взглядом, Кирхан Четвёртый повернулся к углу, в котором прятался его брат. Тот сначала никак не отреагировал, потом заёрзал в кресле и, наконец, спросил:

— Что?

— Это ты мне скажи — что, — хмыкнул король. — Сидел себе спокойно, сидел — а потом вдруг взял и заржал, как... гвардейская лошадь.

— Жеребец, — обиделся Главнокомандующий.

— Что?! — не понял Его Величество.

— Гвардейский жеребец, а не гвардейская лошадь!

— Да хоть гвардейский осёл! — взвился явно пребывающий не в лучшем состоянии духа король. — Ты! Мне! Скажи! Какого...

Главнокомандующий затаил дыхание: вот! Вот сейчас! Его августейший брат скажет...

— ...гоблина! — не оправдал ожиданий родственника Кирхан. — А?!

— Не знаю, — пожал плечами Рисхан. — Сидел, слушал... а потом вдруг стало смешно. Из-за формулировок.

— Из-за формулировок, — почти прошипел Его Величество, и Главнокомандующий понял, что у брата случился очередной приступ повышенной мнительности. Такие приступы стали случаться после того давнего покушения. Качество для правителя, строго говоря, полезное, особенно если в меру, но — не сейчас. Сейчас следовало разобраться с ситуацией. Спокойно разобраться. Поэтому Рисхан в ответ просто пожал плечами:

— Кир, а ты ничего не забыл?

— Ты о чём? — насторожился Кирхан Четвёртый.

— О том, что князь — поднятый. А значит, жизненного опыта у него почти никакого. Поэтому если кто-то скажет ему, что, как в данном случае, к главе другого государства нужно обращаться, соблюдая определённые правила...

— ...он эти правила попробует соблюдать, — продолжил Его Величество. — Остаётся вопрос: кто?

— Кто-то из окружения, — снова пожал плечами принц. — Причём, скорее всего, из нового. А это...

Куртан, граф Гитский, хуманс шестидесяти (примерно) лет отроду сорок лет назад был пристроен родственниками в королевский секретариат на должность "подай-принеси". Полгода спустя его повысили сначала до "перепиши-отнеси", а ещё год спустя тогдашний секретарь тогдашнего Величества, приметивший скромного, исполнительного и, что важно, обладающего прекрасным почерком молодого дворянина, взял его в личные помощники и принялся натаскивать себе на смену. Именно от него тогда ещё просто Куртан (титул графа он получил позже, в тридцать восемь лет) услышал, что лучше отправить в архив девять справок непрочитанными, чем заставить монарха ждать десятую. И именно поэтому меньше чем через две минуты после того как Его Королевское Величество затребовал сведения о неизлечимо больных, направленных Его Сиятельству князю Гельду Проклятому для проведения нетрадиционного лечения, на стол перед монархом легли три заполненных аккуратным почерком листка бумаги...

Быстро пробежав их глазами, Кирхан Четвёртый откинулся на высокую спинку кресла и, возведя очи горе, глубокомысленно изрёк:

— Н-да...

— Что там? — поинтересовался, выбираясь из своего угла и подходя к столу, Главнокомандующий.

— Посмотри... — милостиво разрешил монарх, одновременно чуть сдвигая листки в сторону брата.

— Ну вот, — хмыкнул Главнокомандующий почти сразу после того, как взял первый листок. — Десять лет составления речей для предводителя карсского дворянства. Ушёл с должности по причине болезни. Вот тебе и советчик.

— Ты дальше смотри, — посоветовал Его Величество.

— Да-а-льше... — протянул принц, кладя первый листок и беря следующий. — Та-ак, стряпчий в Королевском суде, опыт двадцать лет.. О как! А здесь? — Его Высочество ухватил свободной рукой третий листок: — Внучатый племянник коронного судьи... Кир, а тебе не кажется, что наш Мясник начал брать взятки?

— Мясник — нет, — продолжая созерцать потолочную роспись кабинета, проговорил король. — А вот кто-то из академических чинуш — да.

— Ну так попинай своих тихушников! — то ли посоветовал, то ли выразил возмущение Рисхан. — Какого, спрашивается... гоблина...

— ...не делится с короной, да?

С минуту Главнокомандующий хмуро разглядывал своего монарха, потом буркнул: "Не смешно!" — и направился в любимый угол, где рядом с креслом на небольшом столике стоял бокал с недопитым вином.

— А я и не смеюсь, — совершенно спокойно заметил Кирхан Четвёртый. — Что ты ему предъявишь? Никаких приказов и распоряжений он не нарушил. Люди отобраны в срок и соответствуют требованиям... И вообще! — Его Величество наконец-то повернулся к брату. — Если ты такой умный, придумай, как поправить положение!

Если Его Величество желал этим требованием смутить брата, то он просчитался. Главнокомандующий, не дойдя до кресла, развернулся и заявил, что думать тут не о чем, а надо завтра же отправить Дарсига к князю, чтобы объяснил, что подобные обороты используют при общении с тем, с кем находятся в нейтральных отношениях. Отношения же между Его Сиятельством и Карсидией дружественные. Причём давно. Во всяком случае, Его Величество на это надеется...

Внимательно выслушав Главнокомандующего, Кирхан Четвёртый немного подумал, после чего поинтересовался, как быть с планом. С тем самым, который должны разработать Дарсиг с Кувисом.

— А никак, — хмыкнул Его Высочество. — Кувис и раньше сам справлялся, и теперь тоже справится.

— Точно справится?

— А куда он денется?..

* * *

Можно ли считать праздником годовщину бракосочетания?

Вестимо!

Можно ли считать праздником годовщину победы в битве и, одновременно, в войне?

Безусловно!

Должен ли добрый вассал пригласить своего сюзерена на празднование годовщины бракосочетания?

Непременно!

Должен ли добрый вассал прибыть к своему сюзерену, дабы поздравить его с одержанной победой?

Обязательно!

И как быть доброму вассалу, если два поименованных события произошли одно за другим, а между замком оного вассала и землями сюзерена шесть дней пути?..

Аргис, которого Рунд, третий барон Грат, озадачил (а для чего ещё нужны советники?) этим вопросом, только крякнул и потянулся почесать в затылке. Однако наткнулся на шлем, который во время бодрствования снимал разве только за столом, помянул тёмных богов, запнулся, вспомнив некоторые склонности сюзерена своего сюзерена, и помянул светлых. После чего виновато посмотрел на своего барона и развёл руками — мол, как-то так...

Барон вздохнул: выбор был тяжёлым. Даже очень тяжёлым. С одной стороны супруга, успевшая — и года не прошло — подарить наследника. Да и вообще: и с хозяйством управляется, и обликом хороша, и как жена... кхм. И даже с костяной гончей поладила — да-да, эти твари, все четыре, не последовали с Говорящим на север, в Тогрис, а остались в Грате. Одна продолжает сидеть в подвале, у выхода из тайного (тайного ли?) хода. Другая ходит по пятам за самим Рундом. Третья... Третья где-то бегает, но владения точно не покидала, а вот четвёртая заняла пост у колыбели наследника. И с ней супруга как раз и нашла общий язык. Непонятно как.

Иными словами, Рунду с женой повезло, и огорчать её даже в какой-нибудь мелочи не хотелось, но...

Но! Принимая руку Его Сиятельства Гельда Полклятого, он, Рунд, третий барон Грат клялся быть добрым вассалом. А Долг доброго вассала, в том числе, поздравить сюзерена со знаменательным событием. Таким, например, как выигранная война!

И потом, даже не будь на нём вассального долга, он всё равно обязан Его Сиятельству своим титулом, своим семейным счастьем, жизнью рода да и просто жизнью. И никаких сомнений в этом Рунд не испытывал. А значит, никакого выбора на самом деле и нет. Он, барон Грат, отправится к сюзерену, а годовщину семейной жизни можно будет отпраздновать и позже. После его возвращения...

* * *

Творящееся на поле перед проходом в восточную долину можно было бы сравнить с армейским лагерем, если бы не одно отличие: у армейцев порядка было бы значительно меньше. И это не злостный поклёп, а самая что ни на есть объективная реальность. Поскольку сейчас на поле, если пользоваться теми же армейскими аналогиями, находились войска восьми государств, только два из которых являли собой автономии, объединяемые общим... наверное, самым уместным будет употребить выражение "центр". Но всё равно государства есть государства, даже если они чьи-то вассалы.

И несмотря на всё это многообразие, никаких конфликтов, даже самых мелких, между собравшимися не было. Если же возникало какое-то разногласие, его всеми силами старались разрешить мирно. В отличие от "караванных сборищ" — там, чтобы дать выход напряжению, устраивали кулачные бои. Здесь же...

Здесь Его Сиятельство Гельд Проклятый мог решить, что вассалы, которые не способны жить в мире друг с другом, тем более в походе (а выезд за пределы своих земель, как ни крути, самый настоящий поход и есть. Особенно этот), ему и в... Не нужны, в общем. И отказать обоим. Или всем троим. Или вообще всем. Так что склонных к буйству с собой не взяли, а несклонным объяснили, чем может обернуться несдержанность. На всякий случай. Ну и наконец, заранее договорились, где чей лагерь будет. Тоже на всякий случай. Обнаружив же отряд карсидцев, расположившийся в самом удобном месте, просто встали вокруг него.

Карсидцы не возражали. Во-первых, потому что между стоянками владетелей имелись проходы, достаточно широкие, чтобы карсидские бойцы в случае необходимости могли проскочить в них хоть поодиночке, хоть все сразу. Во-вторых же потому, что один из баронов в кольце — Кай — был другом Его Сиятельства, а ещё двое — его (Сиятельства) вассалами. Ну а дружеские отношения между Карсидией и Восточной долиной давно уже секретом не были.

Правда, возник вопрос, куда ставить большой шатёр, отыскавшийся в кладовых Нихора (интересно, а что ещё может в них отыскаться?) и прихваченный им с собой, дабы почтенным владетеля было где посидеть в компании равных (ну, или примерно равных). Дело в том, что изначально ставить его хотели в середине кольца, так что возникла некоторая заминка. Совсем небольшая: владетели уже почти привычно переглянулись и дружно, как довольно часто случалось в последнее время, уставились. В этот раз — на Нихора. Мол, и шатёр твой, и ты тут самый старший, и вообще...

Когда с разбивкой лагерей было покончено (ближе всех к проходу — Кай, поскольку друг Его Сиятельства). По бокам от него — Грат с Тогрисом (первый, если смотреть на проход от карсидцев, справа, так почётнее). За ними — Нихор (тоже справа) с Баголом, ну а замыкали кольцо, соответственно, Ригер с Герисом. В строгом соответствии с... ну, наверно, это можно назвать новыми традициями и обычаями. Правда, Тогрис высказался в том смысле, что Его Сиятельству такие сложности до... Однако Нихор совершенно спокойно объяснил, что нужно это в первую очередь самим подданным Его Сиятельства. Будет. Когда Проклятое Княжество (это название заставило присутствующих замереть. Конечно, некоторые, если не все, собравшиеся прикидывали, как их княжество будет называться. Но — мысленно. Вслух же Бирган, барон Нихор, произнёс его первым) выйдет за границы Диких Земель. А в том, что это случится обязательно, лично он, Бирган, первый барон Нихор, ни малейших сомнений не испытывает...

Разобравшись с обустройством, владетели опять вскарабкались (что поделать — возраст. Во всяком случае, у большинства) в только что оставленные сёдла, выстроились в колонну по два согласно занимаемому положению и, предводительствуемые Кайгаром, вторым бароном Кай, направились к деревеньке — договариваться о встрече. Хотя во время обсуждения некоторые (указывать пальцем неприлично) владетели и ворчали, что в ци-ви-ли-зованных государствах это называется "испрашивать аудиенцию"...

Ворота в окружающем селение частоколе при приближении колонны распахнулись, явив гостям стоящую посередине проезда закутанную в чёрный плащ с низко надвинутым капюшоном фигуру.

Мысленно хмыкнув, Кайгар-старший остановил своего мерина в десяти шагах от встречающего, поприветствовал его кивком-поклоном и, получив в ответ такой же, объявил:

— Я, Кайгар, второй владетель Кай, а также владетели, — дальше было перечисление этих владетелей, — просим Его Сиятельство Гельда Проклятого уделить нам время для обсуждения безопасности Диких Земель!

Выждав приличествующее время, встречающий ответил, что Его Сиятельство Гельд Проклятый прибудет на встречу завтра в полдень. Громогласно (за спиной Кая кто-то шёпотом помянул всех богов) ответил. Явно для того, чтобы гостям не было нужды передавать друг другу его слова. Затем резко кивнул и отступил назад, показывая, что разговор окончен.

Обратно к стоянке владетели ехали всё так же не торопясь, показывая своим видом, что всё в порядке, ничего такого особенного не произошло и вообще. И только когда удалились достаточно, чтобы глазеющие из-за частокола любопытные не могли ничего услышать, Ригер не выдержал:

— Ну и голосина! Я думал, у князя, то есть у Его Сиятельства подходит, чтобы детей пугать, а тут...

— Правильно думал, — хмыкнул Багол. — У Его Сиятельства — детей пугать, а у этого — взрослых.

— И лошадей, — добавил Тогрис, и владетели дружно захохотали, сбрасывая напряжение...

* * *

То, что у живых было бы двухчасовым спором с руганью (возможно) и криками (тоже возможно), закончившимся безрезультатно, у Гельда с Наставником оказалось четырёхминутной спокойной беседой. Тоже, правда, закончившейся ничем. Почти: Гельд обещал подумать. Потом. Когда появится возможность.

Увы, Злоглазого это не устраивало. Совсем. И он решился выдвинуть последний свой довод, который приберегал на... на всякий случай. Свои соображения о создании отряда по типу карсидского. Три десятка всадников (пока — на лошадях, а потом видно будет) и полтора — костяных гончих. По пять голов на десяток. Старых гончих, в которых человеческих костяков нет. И пусть они глупее новых, но при каждой свой поводырь (или как его назвать?) будет. Вот он пусть и думает. И получится два десятка на объезде и один отдыхает. И что важно, при таком составе можно будет обойтись без накопителей...