-Да. Я узнала ответ на свой вопрос. Но вот удовлетворил ли он Марию? — существо обернулось ко мне и посмотрело. Теперь я понимаю, почему взгляд кордилининых глаз был таким тяжёлым. Потому их у нее не было вовсе. Вместо этого одна пустота. Бездна, в которой можно было утонуть и затеряться. Бесконечная тьма, которая грозилась утянуть как можно дальше...
Магичка не нашла слов и сбежала из библиотеки.
Я побежала вслед за ней и нагнала её на полпути к лазарету, довольно просторном коридоре. Я схватила её за руку и развернула:
-Ничего не хочешь объяснить?
-Ничего,— попыталась вырваться убийца, но хватка в этот момент у меня была стальной.
— А ты попробуй.
-Как же ты меня достала, глупая астралка! — заявила мне лже-Эвелина.— Ты и так всё видела. Маш, знаешь, что я тебе посоветую? Не вмешивайся в то, что тебя не касается,— и она схватила мою руку, а я почувствовала острую боль. Проклятые маги! Я вскрикнула и ослабила хватку, а убийца пошла прочь.
-Не приближайся ко мне. Нам нечего обсуждать.
-О, а мне кажется, что тем у нас предостаточно. Что, тяжко было на свои "труды" смотреть? — злобно спросила я.
Лже-Эвелина ничего не сказала, лишь щелкнула пальцами, и меня скрутило так сильно, что я вся согнулась пополам и вскрикнула.
Когда приступ прошёл, её уже не было. Зато на моё плечо легла рука... Я вся похолодела...
-Мир не контрастен. Не все благодетели такие белые, а злодеи чёрные. Она хоть и на нашей стороне, но она не права,— услышала я абсолютно равнодушный голос Кордилины. Мне было страшно поворачиваться.
-Я это к тому,— Лина вышла вперёд и повернулась ко мне лицом... Я просто застыла на месте, закрыв глаза и не стараясь смотреть в лицо тому существу, которым была Кордилина. — Что возможно наши враги более милосердны, чем мы сами.
Я не нашлась, что ответить, лишь дрожала.
-Ты боишься меня?
И я открыла глаза. Кордилина стояла в своем человеческом обличье. А мне было все равно страшно. Я не могла выкинуть тот ужасающий образ из головы. Ноги у меня подкосились...
-Н-н-нет...
Это была наглая ложь...
И я убежала.
Больше не могла находиться в обществе этого существа... Мертвеца... Восставшего покойника...
А ведь это с ней сделал человек, которого я чуть ли не назвала своей подругой. Зайш был прав, когда сказал, что Эвелине нельзя доверять. Он всегда был прав. Только ему можно доверять в этом скверном мире.
И неожиданно слова Кордилины обрели смысл. Она права. Аллариан может быть не таким тираном, как я его представляю. Он тоже человек...
Наверное.
Теперь я ни в чем не уверена...Глава 16. Очередная вылазка
Нетрудно догадаться, что ночью я не могла заснуть. Впрочем, сон мне явно отшибло на несколько дней вперед. Слишком много мыслей в голове перемешалось. Я вся дрожу. Мне страшно. Я даже не слушаю то, что говорит Кордилина...
А ведь многие, хотели узнать, кто она такая на самом деле. А "посчастливилось" мне...Это так странно, что испуганная несчастная девочка из чёрно-белого сна и неприступная и равнодушная Кордилина Къорлинэ — это один чел... одно лицо. Что с ней стало? И главное... что Лина такое сейчас? Она солгала: не было у неё никакой сестры, это не её вымышленная "сестра" умерла четырнадцать лет назад в Верхолесье, а она сама. Она мертвец. Ходячий мертвец. А ведь всё сходиться: она умерла в пятнадцать лет, поэтому и выглядит как пятнадцатилетний подросток. Произошло это всё четырнадцать лет назад — вот её и возраст: двадцать девять лет. И никакая магия искажения пространства в этом не виновата.
Значит, тут не только люди? Что если именно мертвецов боялся король Запада в моём сне? Наверное. И о них не знают в Западном королевстве, но в других-то, наверняка, давно известно. Глупо было про них скрывать, я так считаю. Всё равно иногда что-то всплывает на поверхность...
А ведь мама тоже могла знать о мертвецах! Но... почему она мне всё не рассказала ни про этот мир, ни про его обитателей?! Зачем всё понадобилось скрывать? Зачем вообще иметь какие-то тайны от своих близких людей? Или королю от своих подданных? Зачем секреты?
Правда всегда горька на вкус. Вот поэтому все всё всегда скрывают. Значит тут есть не только живые, но и мёртвые... Ужасно. Ну почему не эльфы, не гномы, не феи, а мертвецы?! Причём, я только знаю, что они тут есть. Но... как с ними бороться? По словам мамы, именно мертвецы и спланировали нападение. Однако Лина говорила, что не все такие... Голова раскалывалась от всех этих мыслей. Меньше знаешь — лучше спишь.... И правда...
Хоть я и боюсь приближаться к Кордилине, но где-то глубоко внутри я понимаю, что как бы не была несчастлива я, потеряв маму; Зайш, потерявший память; Шэлвэн, у которого брат свихнулся и воюет против родной крови; самая же несчастная — это Лина. Она лишилась всего. Самого ценного. Словно марионетка, которую дёргают за ниточки, поэтому она и двигается до сих пор. Она не спит, не ест, обладает чудовищной силой, не устаёт, она — идеальное орудие убийства.
Только вот расплатой была жизнь...
Ужасная цена.
-Маш,что случилось? Ты такая...бледная. Словно саму смерть увидела,— легонько толкнул меня в плечо Зайш.
-Увидела...-пробормотала я, но, к счастью, он этого не услышал.
Затем мой друг оглянулся.
-Я почему-то не вижу эту вредную магичку. Обычно она идет с нами на вылазку, а не Зоклер. Что-то тут не так...
-Она, наверное, ушла ночью, — ответила я отстранено. — Кордилина разрешила ей остаться несмотря ни на что. Она смогла увидеть в ней что-то хорошее. В отличие от меня. Я вижу в ней только мразь, — последние слова произнесла я со злостью уже.
Зайш удивленно посмотрел на меня:
-Ты как-то резко изменила свое мнение о ней. Что случилось?
-Оказалось, что Эвелина — это некая Гарбатрэль, которая убивает людей за деньги. Она также известна как Огненный маньяк. И она куда старше нас, лет так на двадцать пять. Поэтому стаж у неё большой...
-Откуда... — пораженно спросил друг. А я устало ответила:
-Ночка выдалась ужасной...
Он понял, что я больше не хочу говорить. Особенно об Эвелине. Эх...не каждый умеет понять, когда человека надо оставить в покое. И когда не стоит к нему лезть с лишними вопросами. И я,наверное, не отношусь к этому числу, в отличие от Зайша.
-...У нас проблема с магами. Особенно с целителями. Как и с воинами-лучниками Если магов можно насчитать штук так семь вместе со мной, то лучник один — это Зайшарри. Зато воинов целая толпа. Зоклер, ты идёшь с нами, потому что Эвелина ушла, и целитель на поле боя нам пригодиться. Поэтому наша важная задача сохранить ее. Всем всё понятно? Тогда да поможет нам всем Всетворец.
Хм... мои познание в области нежити скудны, и я могу ошибаться, сказав, что нежить не любит ничего святого.... Потому что они вроде как порождения ада. Или низин, как говорят в этом мире. И вроде как всякая нечисть противна должна быть богу...
...А, что если мертвецы Кристалье не являются богомерзкими существами?
Задумавшись, я не замечала, как всё наше ополчение двигалось в каком-то неизвестном направлении. Коридор тут был уже, и корни деревьев встречались всё чаще и чаще. Удивительно как я не споткнулась, но всякие мелкие корешки, свисающие с потолка, лезли прямо в лицо. Зачем Кордилина повела через такие дебри? Тут есть много проходов, и не обязательно было лезть именно в этот.
Хотя... она этого скорей всего не замечает.
И тут я посмотрела на Зайша. Он был необычайно бледен. И это меня обеспокоило. Теперь я спросила в чём дело, на что он ответил:
— Просто, понимаешь.... Тут были и другие лучники. Человек тридцать, если не больше. Но это было до того, как я ушёл разведывать в Ортег-Шип, замаскированный под Ареот. Вернулся и узнаю, что остался только один. И как к этому относиться?
— Зайш, ты сам постоянно говоришь, что всё будет хорошо, — попыталась его успокоить. Но не получилось. Мой друг очень мрачно заявил, что противоречило его оптимистично настроенному характеру:
— Мне всегда хотелось верить, что белый цвет сильнее, чем черный. Но в данном случае мне кажется, что всё по-другому. Маша, с чего ты решила, что мы все особенные? Мы что бессмертные? Но это не так. Все смертны, а на войне люди умирают, и это никак не изменить. Кто-то ведь точно погибнет. И почему это не могу быть я?
Признаться, это заявление меня шокировало:
-Прекрати, — неожиданно взвилась я. — Не смей хоронить себя раньше времени! А ты борись за то, чтобы тебя не убили. Борись за этот бесценный дар, данный тебе лишь однажды. И не смей сдаваться. Неужто ты решил наплевать на свои же собственные принципы?
-Нет, — виновато ответил он, а затем улыбнулся. — Ты права. С таким настроем только на убой.
И тут я поняла, что кривлю душой. Меня задела фраза моего друга, что каждый может умереть на войне. Почему? Да, потому что Зайш прав. Мне чудом удавалось избежать смерти. Воистину повезло, так повезло.
А, что если в этот раз не повезёт?
Ни мне, ни Зайшу.... Война — это страшно. Война — это человеческие жертвы. Война — это то, чего надо не допускать...Никогда. И не за что.
Нельзя с таким настроем идти в бой. Надо найти в этом что-то хорошее. Например, я могу встретить Аллариана в этот раз.
Но куда мы идём? Чёрт возьми, но почему я задумываюсь в самый неподходящий момент?!
Шли, как ни странно, не так долго, как предполагала. Аккуратно, каждый за каждым, поднимались по ветхой лестнице, которой заканчивался коридор. Наверху было очень холодно. И темно.... Я не говорила, что внизу не замечаешь смену дня и ночи? И, возможно, за всё время, проведённое в "Муравейнике", я давным-давно стала ночным жителем. И не только я.
Мы оказались на неровной области. Два скалистых крутых холма стояли на расстоянии трех метров друг от друга, образуя небольшое ущелье. Как выяснилось, тут будет проходить один из сильных отрядов Аллариана, надеясь, что холмы смогут их укрыть. Разведчиков у Кордилины очень много. В результате, мы все знаем примерно когда выйдет отряд, в какой день, и куда направляется. Если я не ошибаюсь, то дорога ведёт к форту Нурт.
Приказывал на этот раз Озжан, Лина подчинялась. Она хоть и была тут главной, но понимала, что надо уступать места более умным людям. Великан приказал разделиться на два отряда: один у одного холма, другой у другого. Зайшу было приказано вместе с магам быть у самой расщелины.
Пришлось ждать.
Сидеть в ожидании врага сложновато. Затекла пятая точка, я замёрзла, и казалось, что, наверное, кто-то из разведчиков слукавил. Но это только казалось, на самом деле, наверное, прошло минут десять, а вышли мы все заранее. О чем я всегда жалею, так это о том, что у меня под рукой нет обыкновенных часов. До сих пор не могу понять, как они здесь все ориентируются во времени.
Тут среди высоких и пышных забрезжил маленький и неуверенный луч алого цвета. Он казалось не решался еще подарить света, а просто осторожно прощупывает воздух вокруг себя.
И все началось.
Отряд был большим. Когда он проходил под нами, маги и Зайш начали атаку. Я видела и раньше, как маги работали, но сейчас это было воистину захватывающе. Одновременно несколько направлений, абсолютно разных, ударяли по ничего не понимающим противникам. Тут были и насекомые Кордилины, причём не только паучки с ярко-жёлтой спинкой, но и разноцветные бабочки, которые кусали более болезненно, рядом с насекомыми летали странные птицы, похожие на ворон, но белого цвета, они яростно клевали предателей, а в глаза сыпался золотистый песок, затем с неба полилась прозрачная вода, затапливая эту расщелину, с холмов сыпались острые камни, и ещё мне показалось, что кто-то разогревает воду, потому что она бурлила и ревела. Зайш добивал оставшихся в живых.
Просто симфония смерти. Настолько все было просто и...ужасающе. Честно говоря, мне туда даже не хотелось смотреть, а уж тем более оказаться там. Но всё было быстро закончено. В расщелине была гора трупов...
Я посмотрела на магов. Все, кроме Кордилины были ужасно вымотаны.
— Ах, какая досада из досад. Смерть преследует повсюду, она рассыпана в воздухе и воде, машет рукой своей горделиво, и стан ее воистину нерушим. Ах, печально это все, ох, как печально. Приходиться иногда избавляться от тех, кто плохо служил нам. Ах, но жизнь любит рубить и резать. Не всегда нашими руками. Ах, как счастлив я, что нам не пришлось марать руки, — буквально за спиной раздался голос... Ривьера.
Я похолодела и медленно развернулась. У подножия холма стоял другой отряд во главе с братом-близнецом Шэлвэна. Тот был облачён в серебристую кольчугу, одетой поверх черного одеяния, а лицо прикрывала веселая маска.
Меня вогнало в дрожь.
-Ах, дружище, Ожзан, стоит тебе сказать горячие слова благодарности от меня и великого нашего Хозяина,— слащаво сказал Ривьер, и тут сорвал веселую маску. За ней оказалась грустная. — Ох, как это грустно. Ведь вас тут не так много на самом деле. И моя чудненькая армия больше. Ах, как жаль, что я не могу говорить много, ибо пора совершать действо. И да прольётся алая кровь, словно бурная река, и кость пусть хрустит, словно молодая веточка, да будет кровавое побоище!
— Ну наконец-то я могу вернуться к своим, — раздражённо ответил великан и пошёл к Ривьеру.
Тут я краем глаза заметила, что Зайш аккуратно отступает.
Я опасливо оглянулась. Наш отряд был окружён со всех сторон.
— Сдавайтесь, чего зря друг друга колошматить. Ах, не хотелось бы быть персонажами картины Вольфорра: "Кровавый рассвет". Ох, не картина, а мечта мясника! Ах, но мы же хотим мирно разойтись? Что скажешь та, которая является моим врагом, маленькая и проклятая Кордилина? Сложишь ли ты оружие? О! Не отвечай, сейчас ты скажешь: "Никогда". Ах, как это типично и неинтересно, никакой интриги и развязки. Все столь дешево, как в самом паршивом театре! Ах, пугал меня мой милостивый и могучий покровитель о силе твоей, столь чудовищной, что воспевать ее можно в легендах. Но не видел я воочию ее, поэтому сомневаюсь в ней. Ах! Ваша предводительница непреклонна, словно сами холодные объятья смерти. Но остальные что стоят и слушают, развесив уши свои окаянные? А вы готовы к встречи с неизбежным, что ждет каждого на его пути? Хотите умереть? Или жить в новой республике, которую наконец-то оценит по достоинству Западное королевство?
— Значит ты, Ожзан, предатель? — равнодушно спросила Кордилина, подходя к обрыву на противоположной стороне.
— Всё честно. Ты направляла многих своих шпионов следить за Хозяином, а я шпионил за тобой, — усмехнулся наглец.
— Значит всё честно... — сказала Кордилина, пряча руку за спиной.
— Не сметь! — воскликнул истерично брат-близнец Шэлвэна, запуская в нашу предводительницу спицу, смазанную бесцветной вязкой жидкостью. Спица попала в колену. Жидкость стала разъедать сначала штанину, а потому кожу и плоть.... Меня едва не вырвало.
Кордилина лишь спокойно посмотрела на спицу, вытащила её. И коленка сама собой зажила... за секунду.
