— Он хотел подраться с братом Сэлмы... — Диней затрясся от беззвучного смеха, но прикусил себе губу так, что охнул от боли. — А у неё семья... Портовые грузчики, в общем. Они там разговаривали тихонько, я и услышал. Ну и... Роар получил. Тот всё ещё слабый, но ведь уже поел сытно, так что...

И снова затрясся.

— Что Роар — Вечный, брат Сэлмы не знал? — уточнила Рагна, усмехаясь.

— Не. По-моему, он вообще не знает про Вечных.

— Это хорошо, — спокойно заключила ведьма. — Меньше думать и бояться будут. И уважать — вряд ли... Неплохо бы их ещё научить мечами владеть.

Припомнила кулачищи всех молодых мужчин, которые раскапывали замковое подземелье. Жалеть Роара не стала. Однажды он всё равно столкнулся бы с крепким сопротивлением. Так почему и не сейчас?

Пока хмурый Роар пополнял тело брата магическими силами (грубо — по мнению ведьмы), Рагна снова в первую очередь принялась за лицо Эйдана. К концу всех промоканий зельями, увлажнений масляными растворами распухшие губы младшего Вечного обмякли до такой степени, что стали чуть морщинистыми. А потом ведьма ещё и настой на здешнем вине заставила Эйдана пить чуть ли не по капле. Синяки опали — Рагна очень старалась. Остались лишь рассечения, которые могли превратиться в небольшие шрамы. Но ведьма надеялась: если другие Вечные и прилетят на остров, то посчитают шрамы Эйдана чем-то другим, но не стычкой со старшим братом. Глупо, конечно. Но надежда, что посторонние именно так оценят драчливые знаки Роара на Эйдане, всё ещё оставалась.

— Эйдан, говорить можешь? — спросила Рагна, когда уставший от непривычной работы с магией Роар откинулся к стене, прислонившись к ней. Сама она удобно уселась на плотный холмик из земли, каких было полно везде. Диней пристроился рядом, на соседнем.

— Теперь — да. — Сначала младший Вечный прошептал эту фразу. Но, кажется, услышав свой голос и поняв, что выговаривание даётся ему теперь гораздо легче, добавил негромко: — Ты хочешь поговорить — о чём?

— О прилёте твоих сродников, — не стала ходить ведьма вокруг да около. — Ты твёрдо знаешь, что Роар должен жить. От этого зависит существование Вечного мира. Надо подумать, что сделать, чтобы твои... — Она взглянула на обоих братьев. — Чтобы ваши сродники не убили Роара.

Старший Вечный нахохлился и промычал что-то недовольное.

Эйдан же снова поднял глаза на брата и чувствительно задержал на нём взгляд, когда ощутил, что двигать глазами легко.

— Я могу спрятать его на время присутствия гостей. — И сам прервался, признавая: — Можно спрятать всех в подземелье, потому что наши знают: замок, его руины, врос в землю. Но ведь в следующий раз сюда может прилететь кто-то другой и застать Роара врасплох. Не подходит.

— Придумали — прятать меня. Отобьюсь! — пробурчал старший Вечный. И вздохнул, неожиданно для себя и окружавших горестно глядя на огонь свечи.

— А если выйти тебе, Эйдан — встречать гостей и объяснять заранее, что происходит и произошло? — предложила ведьма. — Ты объяснишь... — она вздохнула и взглянула на потолок, на который сверху давила всё та же магическая буря, слегка приглушённая пластами земли поверху. — Ты им объяснишь, что Роара трогать нельзя и почему. Может, тогда они не будут думать о нём, как о предателе?

На этот раз Роар бурчать не стал. Опять вздохнул и уставился на младшего брата в ожидании ответа.

— Меня никто не станет слушать, как только узнают, что Роар здесь, — тихо сказал Эйдан. Он заметил, как исказилось злобой лицо Роара, и добавил: — Ещё и могут посчитать, что я приютил предателя. И тогда... Мюринн не отберут. Но маленькие драконы станут для них законной добычей.

В тишине, напоённой полупризрачным шелестом изредка ссыпаемой земли и погромыхиванием магического шторма, сидели недолго. С нескрываемым любопытством Диней вдруг спросил:

— Эйдан, ты сразу увидел драконий браслет Рагны?

— Сразу.

— А почему Роар его не заметил?

— Я мало занимался магией, пока жил на шхуне, — мрачно отозвался старший Вечный и повёл плечом, будто у него зачесалась лопатка, укушенная комаром.

— А эти, которые должны прилететь, они все постоянно занимаются магией и могут сразу разглядеть его? — настаивал юный маг.

— Могут, — ответил Эйдан. Долго в сторону смотреть он не мог, потому сразу и закрыл глаза, но что-то его в допытываниях Динея задело, потому что он спросил сам: — Что ты придумал, Диней?

— Рагна — переводчица, — немедленно ответил Диней. — Если завтра прилетят, тебе с Рагной надо будет сразу выйти к ним.

— Почему — нам?

— Ты им известен. Женщина рядом с тобой сначала вызовет удивление, но потом они заметят магическое излучение браслета — на её руке. И вот тогда... Рагна, дух готов говорить с гостями, защищая Роара?

— Дух, что скажешь?

"Я слишком стар, — недовольно сказал тот. — Если бы я мог поговорить с теми, кто мне когда-то был знаком... Но ведь среди нынешних Вечных таких не осталось, несмотря на то что они... мы живём дольше обычных людей из Большого мира. Рагна, спроси у Эйдана: в мои времена Вечные носили плащи со знаками своего рода или семи. Сохранились ли эти традиции и посейчас?"

Трое мужчин с беспокойством смотрели на ведьму, видя, как она сосредоточенно смотрит на браслет, и понимая, что она слушает духа.

— Дух спрашивает, носят ли сейчас плащи с указанием своего рода.

— Носят, — сразу ответил Эйдан. — Это важно?

— Важно, — кивнула Рагна. — Я поняла, что предлагает дух. Он хочет, чтобы я сделала то же самое, когда впервые при вас положила браслет на камень — на драконьей площадке. Я, обычная женщина из Большого мира, назову имена гостей, их род и семьи. И тогда они поневоле выслушают нас — тебя, Эйдан, и меня. И Роар будет защищён.

Подумав над предложением духа, сочли, что такое решение единственно умное.

Об этом предложении рассказали на всякий случай и Арнасу. Ведьма имела в виду, что мальчишка должен спрятаться на время присутствия "чужих" Вечных.

...А гости прилетели на следующий день.

И прилетели в час, когда магический шторм почти притих и лишь ветер был непривычно резким. Когда Роар и Диней возвращались с охоты на берегу. Когда мужчины из Большого мира, узнав, что они не просто откапывают замковые руины, в которых будут жить известная им Сэлма и странный задира и драчун Роар, но поддерживают равновесие двух миров, ревностно работали в подземельях — зная к тому же, что будут сытно накормлены. Когда на драконьей площадке вместе со стаей маленьких драконов бегали Арнас и Лунах. Когда Рагна сидела в конюшне, куда вывели Мюринн и где Эйдан проверял себя в тренировочном бою, всё ли у него зажило так, как он привык. Впрочем, тренировочный бой — слишком громко сказано. Он проверял, может ли поднять меч, а затем жёстко опустить его.

Летевших к острову драконов услышал именно он, Эйдан.

Роар с Динеем в это время поднимались по полуразрушенной лестнице, и оставалось им доверху с десяток ступеней.

— Выходим! — закричал встревоженный Эйдан. — Рагна, быстрее! Драконы!

Мюринн было приподнялась на лапищах — последовать за хозяином, но младший Вечный махнул на неё рукой:

— Сиди здесь!

И, прихрамывая, заторопился из конюшни — ведьма за ним.

Роар и Диней поднялись в тот момент, когда пять драконов принялись кружить над драконьей площадкой. Едва только Роару, несущему мешок с очередным морским чудовищем, оставалось одолеть две-три ступени, драконы внезапно развернулись и метнулись к нему — а заодно и к Динею.

Рагна завизжала от ужаса. Ослепительно огненные потоки ударили в лестницу и в стоявших там двух мужчин.

Забыв об Эйдане, который пока что лишь ковылял за нею, ведьма закрыла рот и бросилась к лестнице. Впрочем, молчала недолго: при виде детей и маленьких драконов, оцепеневших на драконьей площадке, она снова завизжала:

— Арнас, в укрытие!!

Чуть не провизжала крик духа:

"Рагна!! Направь браслет камнем на Роара и Динея!!"

Услышав требование духа, она, пробежавшая уже половину площадки, вскинула браслет в сторону лестницы. Чуть сердце не разорвалось, когда поняла, что обоих мужчин наверху лестницы нет. В воображении промелькнуло, как два обугленных трупа рухнули к подножию лестницы.

Ближе к лестнице подобраться ведьма не могла: полосующие воздух потоки огня не давали приближаться к смертоносному жару.

— Дине-ей!!

Рычание духа заставило её чисто машинально выполнить его приказ:

"Напр-равь бр-раслет на др-раконов!!"

Громадные звери шарахнулись в стороны, словно перепуганные летучие мыши, когда с края земли (там, где лестница) поднялся неестественно синий огонь — настолько огромный, что едва не коснулся их самих. Ни о чём не думая, кроме как о тех двоих, что на лестнице показались почти на уровне острова, а теперь пропали, Рагна метнулась к лестнице, которая встретила её тоже огнём: горели останки деревянных ступеней, а по их "обочинам" спускались те же странные синие огни. Они не просто спускались, не смешиваясь с настоящим огнём, а поспешно сбегали к берегу, где лежали два тела.

И Рагна, срывая голос, снова заполошно завизжала, то ли плача, то ли ликуя: драконий огонь только сбил мужчин с лестницы. Оба живы — благодаря Динею! Юный маг каким-то образом сумел сотворить защиту — и удерживал её главным образом над лежавшим Роаром. Оба — не горели.

Чуть не падая, чуть не спотыкаясь, ведьма бежала по ступеням к ним, раскинув руки в стороны — и это было единственным, что помогало ей удерживаться на ногах.

"Жив!" — выдохнул дух, когда до двоих под защитой осталось добежать совсем немного и когда под защитным куполом Динея шевельнулся Роар.

Рагна замолкла, уже медленнее спускаясь к ним и со слезами вспоминая, как Диней учился набирать магические силы на острове Вечных. Он ведь тогда утверждал, что этот, чуждый им мир полезен именно для того, чтобы стать магически сильнее...

Но внутренне она снова начинала учащённее дышать: если эти живы, то что происходит наверху? Ведь там дети и маленькие драконы! Там всё ещё слабый Эйдан!

Драконий огонь всё же коснулся мужчин: у Динея рукав камзола наполовину сгорел — и на коже пятна, уже не просто запёкшиеся, но с кровью, выступавшей постепенно. Лежавший на земле старший Вечный стонал из-за огня, опалившего ему левую сторону лица. Да и волос слева же почти не осталось. Ладно — хоть глаз не спёкся. Диней успел оградить их обоих от огня, но из-за внезапного нападения многого не сделал...

Понимая, что юный маг магически потратился чуть не до опустошения, ведьма прошептала (голос сорвала-таки!) заклинание обезболивания для обоих и на последние ступени не спустилась, а развернулась и помчалась наверх, к детям. Бежала внутри синего огня и не чувствовала ничего — никакого жара.

"А и не должна... — проворчал дух, который, по впечатлениям, тоже бежал вместе с нею — так ощутимо задыхаясь. — Это ты мне подсказала — своими иллюзиями!"

Вовремя выскочила на драконью площадку.

Драконы Вечных, гораздо больше драконицы Мюринн, по одному приземлялись на самой площадке, и по одному спрыгивали с них наездники, тут же отводя их на край площадки, чтобы приземлиться мог следующий.

Дети потеснили маленьких драконов к входу в укрытие, когда-то найденное первым, но сейчас — увы! — засыпанное после магического шторма. В общем, оставались легчайшей мишенью для суровых мужчин — с мечами в руках.

Впереди детей и драконов еле стоял Эйдан — тоже с мечом.

На подгибавшихся ногах Рагна бросилась к нему, держа браслет в руках. Пришлось обогнуть пятерых мужчин с оружием в руках. Лишь раз браслет в её руках (после поспешного предупреждения духа) взорвался синим огнём, когда двое из пятерых обернулись к бегущей мимо них женщине — явно из Большого мира, и один поднял меч, направляя клинок в её сторону. После синей вспышки в её руках от изумления Вечные ненадолго даже замерли на месте.

Задыхаясь, Рагна шагнула к побледневшему Эйдану.

— Я... здесь! Ну что... Поговорим? Дух, ты узнаёшь кого-то из них?

Пятеро, наверное, хотели приблизиться так, чтобы быть на расстоянии пары-тройки шагов от Эйдана. Но первые же слова Рагны (еле откашлялась!), звенящие отчаянием и злостью, остановили их. Да, она подняла браслет и выкрикнула, торопясь:

— Руеридх Амброос требует ответа от верховного мага архипелага из рода Хирама! Почему такие бесчинства он, со своим сопровождающими, производит на острове, принадлежащем роду Клеманов?!

Пятеро мужчин ошалело переглядывались. Да и Эйдан откровенно пялился на Рагну, пока не выпалил:

— Руеридх?! Прадед?!

Дух в браслете пробурчал что-то неразличимое, а потом велел:

"Пусть Эйдан дальше говорит с ними!"

И уже вполголоса ведьма передала младшему Вечному:

— Дух велел тебе говорить с ними дальше!

— А ты? — забеспокоился Эйдан, видя, как она поворачивается к детям.

— Я сейчас найду тех, кто поможет вытащить Роара с берега, — ответила она торопясь удалиться как можно скорее.

— Он жив! — слабо ахнул младший Вечный.

— Диней помог, — с небольшим сарказмом в голосе ответила Рагна и кивнула Арнасу: — Сбегай за кем-нибудь из мужчин на раскопках. Пусть спустятся на берег и помогут Динею с Роаром.

Оглянулась лишь раз, пока снова спускалась по лестнице на берег.

И успокоилась. Эйдан, размахивая руками, что-то объяснял пятерым драконьим наездникам, а те слушали его, открыв рты. Мечи их были вложены в набедренные ножны. Кажется, все пятеро не ожидали даже не то, чтобы встретиться с далёким предком рода Клемана, но и того, что на острове они встретят... их встретят довольно сильные маги не только из Вечного мира, но и из Большого...

Роар лежал, обезболенный, но дышал всё равно довольно тяжело. Может, из-за неожиданного нападения, когда оказался (и понял это!) на волосок от смерти. Может, из-за того, что пришлось переживать пронзительную боль из-за ожогов.

Диней сидел спиной к нему, обняв колени и глядя на морские волны, на мелькавшие в них спины островных стражей.

Присмотревшись к Роару и сообразив, что старший Вечный переживёт время, пока его поднимут к замку и осмотрят обожжённые раны, ведьма подошла к юному магу. Присела рядом, заглядывая ему в лицо. Маг смеялся, глядя на море.

— Почему? — прошептала она. — Почему ты смеёшься?

— Когда-то, в далёком детстве, я мечтал о рыцарских поединках, — не глядя на неё, вздохнул Диней, успокоившись. — Мне казалось, это самое благородное действо, о котором должен мечтать мужчина. А в жизни всё иначе.

"Почему он замолчал? — с недоумением спросил дух. — Скажи ему — пусть договорит!"

Но Диней и без замечаний духа, немного помолчав и нечаянно дотронувшись до горелой кожи, коротко застонал, а потом сказал:

— А в настоящей жизни оружие годится только для того, чтобы отбиваться или нападать. И то — защищаясь. Дуэли... они смешны. Они сказочны, потому что это самая бесполезная вещь на свете.

— С чего ты вдруг начал об этом мудрствовать? — с облегчением спросила ведьма. — Из-за Роара?