Попавшие 3

  — Сенчук, ты когда бросишь курить на рабочем месте?

  — Простите, Виктор Игоревич, больше не повторится.

  — В какой раз ты это говоришь?

  — Виноват... Вы только Сергею Сергеевичу не рассказывайте, а?— и протянул Доку пачку хороших сигарет.

  — Взятка?— прищурился Док.

  — Так от всей души же!

  Док пошел на должностное преступление и сунул пачку в верхний кармашек халата.

  — Как дети малые,— покачал он головой, глядя вслед удаляющемуся лаборанту.— Мне-то что? А вот Сладков за такое по головке не погладит.

  Потом они добрались до лифта, пройдя через контрольную рамку, где произошли уже знакомые манипуляции со сканерами и спуском, но теперь уже на минус третий уровень.

  Сходства между вторым и третьим было больше, чем различий. Но это только на первый взгляд. Здесь не было открытых взору помещений, и все таинства происходили за закрытыми дверями. Макс так бы и не узнал о том, что там торится, если бы Назаров сам не вошел в одну из лабораторий, приглашая войти и Клинцова.

  Посреди помещения стояла установка, представлявшая собой стопку расположенных друг над другом полуколец. Между ними, паря и покачиваясь в воздухе, висело нечто, похожее на комок высохшей грязи. Чуть в стороне, за пультом управления сидел ученый муж, глаза которого были защищены щитком из темного стекла. Приподнимая его, он время от времени смотрел на экран монитора, клацал по клавишам компьютера или крутил какие-то регуляторы. Вошедших он не заметил, а Док не успел его предупредить. Поэтому, когда он ввел новые параметры, комок грязи неожиданно ярко вспыхнул и с громким хлопком взорвался.

  — Глаза!— только и успел крикнуть Док, но Макс не успел отреагировать, поэтому некоторое время стоял, хлопая глазами и стуча ладонями по ушам, потому что ослеп и оглох. Временно.

  Горе испытатель резко обернулся, поднял щиток, увидел гостей и подорвался с места, вытаскивая из ушей беруши:

  — Надеюсь, с вами все в порядке?

  — Ты почему не включил оповещение?— рявкнул на него Назаров.

  — Так... не ожидал, что кто-то сюда войдет.

  — Параграф 13, положение 3Г тебе ни о чем не говорит?

  — Виноват...

  — Это не лаборатория, это черт знает что!— продолжал неистовствовать Назаров.— Куда ни плюнь, везде они виноватые!

  Воцарилась неловкая пауза, после которой Док продолжил на пониженных тонах:

  — Мы чего зашли... Ты уже проводил тест по образцу "434"?

  — Так решили же отложить,— развел руками ученый.— Сергей Сергеевич хотел лично присутствовать при эксперименте...

  — А теперь он требует результат.

  — Но как же... У меня же...— он размахивал руками, показывая то на установку посреди комнаты, то на стоявшие на соседнем столе контейнеры, в которых хранили артефакты.

  — Я понимаю. И не настаиваю. Я сам проведу исследования. А заодно покажу нашему новому коллеге, чем мы здесь занимаемся... Кстати, знакомься, Виктор Селезнев...

  — Тот самый? Павел Потапов,— протянул он руку.

  — Ма... Хм... Виктор,— пожал ее Клинцов.

  — Где образец?— спросил Док.

  — Вот.

  Селезнев подошел к столу, взял один из ящиков и передал его Назарову.

  — Полигон 3 не занят, не знаешь?— поинтересовался Док.

  — Без понятия... Вряд ли. На сегодня все работы уже закончены. Выходные на носу.

  — Какие планы?

  — У нас выезд в город намечается. Нужно же хотя бы раз в месяц развеяться?

  — И то. Только не наберитесь, как в прошлый раз!

  — Виктор Игоревич...— упрекнул его Потапов.

  — И привези что-нибудь посмотреть.

  — Вам новинки или ретро?

  — На твое усмотрение.

  Забрав образец, Док направился к выходу.

  Когда они вышли в коридор, Клинцов спросил:

  — Что дальше? И зачем вам это?— он кивнул на контейнер.

  — Очень интересный артефакт,— загадочно промурлыкал Док.— Давайте пройдем до полигона ! 3.

  Идти пришлось недалеко. Пару раз они натыкались в коридоре на коллег Назарова. Тот представлял Клинцова, обменивался парой фраз и шел дальше.

  Полигон !3 представлял собой просторное помещение, похожее на спортзал, где вместо привычных брусьев, бревна или "козла" стоял более причудливый инвентарь непонятного предназначения. Назаров поставил контейнер на стол, набрал код на замке, открыл крышку и достал на свет...

  Максу показалось, что Док держит в руке раскаленный до красна камень с оплавленными краями и размером с яблоко. Судя по безмятежному выражению лица Назарова, камень не обжигал его ладони. Не долго думая, Док вцепился в него пальцами обеих рук, напрягся, закряхтел и, как яблоко, разделил арт на две части, одну из которых протянул Клинцову.

  Макс вопросительно посмотрел на Дока, не спеша принять "подарок".

  -Не бойтесь, юноша, он вас не укусит.

  — А...— замялся Макс, беря в руку половинку камня.

  — Как вы относитесь к сюрпризам?— хитро прищурился Виктор Игоревич.

  — Док, вы начинаете меня пугать.

  — А вот бояться не нужно. Разве что самую малость.— Он посмотрел на часы, кивнул собственным мыслям и продолжил:— Сейчас я вас покину. Вы же оставайтесь здесь... Нет, лучше пройдите вон в тот угол. Да, хорошо. Стойте там, ни в коем случае не сходите с места и не выпускайте из рук артефакт. Ни в коем случае!

  И он направился к выходу.

  — А...— бросил ему в след Клинцов, но ученый уже покинул полигон.

  Ничего не понимая, Макс все же решил следовать наставлениям Назарова. Он стоял рядом с установкой, похожей на детскую карусель, продолжая гадать, что именно задумал Док.

  Ждать пришлось довольно долго. Санек на его месте, наверняка, плюнул бы на все наставления Назарова и, по крайней мере, уселся бы на край карусели, а то и вовсе пошел бы по лаборатории стрелять курево. Макс же стоял на одном месте, переминаясь с ноги на ногу, и, от нечего делать, изучал надписи на "карусели". В какой-то момент камень в его руке задрожал и, как показалось Клинцову, начал быстро нагреваться. Сердце Макса забилось учащенно. Еще и потому, что он понятия не имел, что происходит и как ему следует себя вести. Хотелось бросить камень на пол и отойти от него подальше. Но Док настоятельно просил этого не делать. С другой стороны, Назаров и сам не скрывал, что арт толком не изучен...

  Клинцов так и не успел все обдумать и принять решение. Мир колыхнулся, по ощущениям Макса его сжало до размера молекулы, а потом снова расправило обратно. И он увидел, что находится в совершенно незнакомом, слабо освещенном месте. Рядом с ним стоит Док и перебрасывает с ладони на ладонь камень, который снова стал целым.

  — Какого...— Голова Макса пошла кругом, он покачнулся, а из носа потекла кровь.

  Док подхватил его, убрав артефакт в карман, а потом предложил носовой платок:

  — Ну-ну-ну, все уже позади.

  — Что это было?— слабым голосом спросил Клинцов. Голова все еще кружилась, но не так сильно, как пару секунд назад.

  — Только что вы стали участником эксперимента.

  — Какого, вашу мать, эксперимента?

  — Научного.

  — Где мы?— завертел головой почти пришедший в себя Клинцов.

  — На минус четвертом уровне,— улыбнулся ему Виктор Игоревич.

  — Как?— это все, что смог произнести пораженный Клинцов.

  — Благодаря этому артефакту. Как я уже говорил вам, его свойства еще плохо изучены. Но кое-что нам известно. Например, то, что, будучи разделен на две части, ровно через четырнадцать минут двадцать три секунды он снова объединяется. Причем левая половина притягивает правую, а та преодолевает расстояние мгновенно, игнорируя любые препятствия на своем пути. Как происходит то, что она при этом переносит и держащего ее человека, мы пока объяснить не можем. Впрочем, это свойство артефакта было известно мне и больше никому. О нем мне рассказал человек, у которого был куплен этот арт. Я не поверил, но, как сами видите, он меня не обманул.

  — То есть, вы хотите сказать, что вы использовали меня в качестве подопытной крысы?— процедил сквозь зубы Максим. Он чувствовал, как в нем закипает злость и едва себя сдерживал.

  — Теперь вы понимаете, через что нам, простым ученым, приходится пройти ради науки?

  Клинцову очень хотелось дать Доку по морде, и только неимоверное самообладание удержало его от рукоприкладства.

  Он снова осмотрелся. Назаров понял его немой вопрос и ответил:

  — Это складское помещение. Я выбрал его не случайно. Дело в том, что очень важно, чтобы расстояние между разделенными половинами артефакта не превышало восьми метров. В противном случае эксперимент не удастся. А мы сейчас находимся как раз под Полигоном !3. Имеется и вторая причина. Ключи от этого склада есть только у меня и Сладкова. Так что здесь вас никто не увидит.

  — И что дальше?

  — Дальше...— задумался Назаров и виновато произнес:— А вот как быть дальше, я еще не придумал.

 

 

  Глава 16

 

 

  Саня сидел и смотрел на часы на стене. Ждать он не любил, но куда деться с подводной лодки? Время шло медленно. Чтобы как-то его скоротать, он набрал халявных сладостей, налил себе кофе и ждал. Чего? Он и сам толком не знал. Но Док сказал — ждать ровно 20 минут, а потом...

  Наконец, это самое "потом" наступило. Саня ловко забросил в рот последний крекер, махом он осушил пластиковый стаканчик и, бросив его в мусорную корзину — промахнулся, — вышел в коридор, сунув правую руку в карман халата.

  В коридоре никого не было. Как-то безлюдно было на минус первом этаже лаборатории Б4. Почти так же, как и тогда, когда Санек попал сюда в первый раз. Но, как и тогда, сейчас это было ему только на руку. Он покачал туда-сюда — до хруста позвонков — головой и зашагал в знакомом направлении. В его обязанности входило освобождение Оксаны — задание почетное и в чем-то даже приятное. Чем дольше он был с ней знаком, там больше его к ней тянуло. Малолетка, конечно, но симпотная и интересная. Маринка... Та была богиней. А Оксана она земная, близкая, понятная. А главное — есть такое чувство, что ради такой можно было весь мир перевернуть.

  Впрочем, мир трогать было необязательно, по крайней мере, пока. А нужно было провести девчушку мимо охранника, который не собирался покидать свою конуру, по крайней мере, еще пару часов. Ему это и не требовалось: в его маленькой уютной сторожке все необходимое имелось под рукой: и телевизор, и микроволновка, и чайник, и небольшой холодильник. Отлучиться он мог разве что по нужде, но, если верить Назарову, в этом случае он вызовет смену с верхних этажей...

 

  — И как же тогда мимо него пройти?— полчаса назад спросил Саня Дока. Дело в том, что этот хмурый дядя с редким именем Михаил в случае чего мог поднять тревогу. Одним нажатием красной кнопки он не только перекроет все входы и выходы, но и вызовет подкрепление. А это не входило в планы заговорщиков.

  Назаров молча вытащил из кармана коробочку из-под леденцов, снял крышку и вывалил на стол...

  Что именно это было, Санек не понял — не успел разглядеть. Очень хотел, старался, но не успел. Что-то случилось. Но что именно?

  В чувство его привела легкая пощечина, которую ему отвесил Док через стол. Саня вздрогнул — наваждение прошло. Он непонимающе уставился на Виктора Игоревича, мол, что это было. Под пальцами ощутил что-то мягкое, податливое, как будто мягкий пластилин. Хотел раскрыть ладонь, но Док его остановил:

  — Не смотри на него!

  Так как Саша не собирался к нему прислушиваться, Док опустил руку на его кулак, а потом кивнул на сидевшего рядом Макса. Клинцов завороженно смотрел в одну точку, туда, где совсем недавно лежало то, что теперь Глушаков сжимал в ладони. Он сидел неподвижно, брови приподняты, выражение лица умиротворенно-глупое. Саня догадался, что пару секунд назад выглядел так же.

  — Что это?— сухо произнес Санек.

  — Артефакт из Зоны. Думаю, его воздействие на организм тебе не нужно объяснять.

  — Понял, не дурак...

  Ученый толкнул Клинцова локтем в бок, Макс вздрогнул и продолжил, как ни в чем не бывало пить свой кофе...

 

  Саня шел по коридору, сжимая в ладони мягкий пластичный комок. Очень хотелось на него взглянуть, до зубовного скрежета, но нельзя.

  Он подошел к окну комнаты охраны. Миша оторвался от экрана, вопросительно взглянул на него. Саня добродушно улыбнулся, вытащил руку из кармана и жестом профессионального мага размазал субстанцию по стеклу. Произошло то, что и должно было произойти — Миша уставился на артефакт и замер восковой фигурой.

  — Никуда не уходи,— буркнул ему Глушаков и, насвистывая "Мурку", направился к двери помещения, в котором томилась Оксана.

  Замок он открыл ключом, который ему дал Док. Оксана лежала на кровати. Спала. Саня вошел в помещение, засмотрелся на мирно спящую девушку. А та словно почувствовала его присутствие, открыла глаза, улыбнулась.

  — Пойдешь со мной?— бесхитростно спросил ее Санек.

  — Куда?— насторожилась Покровская.

  — На край света.

  — Шутишь?— покраснела девушка.

  — А если нет?

  Оксана задумалась и покраснела еще гуще.

  "Ох уж это совковское воспитание!" закатил глаза Саша. Впрочем, именно это качество импонировало ему больше всего в этой девчонке.

  — А где дядя Витя?— ушла от прямого ответа Оксана.

  — Гуляет Макса по лаборатории.

  Девушка улыбнулась:

  — Ты так интересно выражаешься.

  — Нормально выражаюсь,— нахмурился Санек и, кажется, тоже покраснел.— Так ты идешь?

  Оксана кивнула.

  — Возьми с собой все необходимое... Ну, что вы там, девчонки, с собой берете. Сюда мы больше не вернемся.

  Покровская насторожилась:

  — Что ты задумал?

  — Не я, а твой дядя Витя,— терпеливо пояснил Санек.— Он считает, что порядочным девочкам здесь не место.

  Глушаков старательно подбирал слова. Некоторые из них он употреблял впервые в жизни.

  — А он...

  — Он присоединится к нам позже.

  — Хорошо.

  Оксана заметалась по комнате. К счастью, здесь нашелся небольшой пестрый рюкзачок, в который она начала отправлять все, что попадалось под руку. Особо поспешно она прятала в него кружевные трусики и предметы личной дамской гигиены и выглядела при этом пунцовой. Саня любовался ею со стороны и улыбался.

  "Какая же она..."

  Подбирая более подходящее слово, он разрывался между "чистая" и "невинная".