Селена знала, что обернувшиеся оборотни спокойно таскают своих младших за шкирки. Но Вади — подросток. Под грузом собственного тела висеть на присобранной коже наверняка больно. Хотя мальчишка-оборотень, сжавшись, терпел и лишь раз издал жалобный рык, когда Сильвестр нечаянно качнул его.

Кажется, Сильвестр собирался вынести его из гостиной и поговорить где-то в укромном месте без свидетелей. Ринд и Герд шли за ними так, словно уже договорились, что будут беседовать вместе. Вдогонку им спокойно в насторожённой тишине Коннор спросил:

— Помочь?

— Сами разберёмся, — твёрдо сказал Сильвестр, не оглядываясь. — Спасибо, Коннор.

Когда старшие оборотни ушли из гостиной, тишина прервалась: многие зашептались на тему того, из-за чего Вади едва не убил Торсти. Те, кто верил: оборотни сами разрулят ситуацию, — потихоньку начали уходить. Младших, своих ясельников, Вильма не без помощи Моди увела на второй этаж — на "тихий час". Компашка Ирмы утекла из гостиной в сад, видимо собираясь оккупировать одну из беседок, чтобы разобраться в происшествии с их старшим членом.

Селена было собралась поискать их в саду, чтобы получить информацию о проступке Вади из первых рук, но задержалась: Хельми наконец сумел снять с плеч Торсти — и хозяйка места ахнула при виде глубоких царапин и постепенно синеющих пятен на руках и на лице мальчишки-оборотня. Шамси до этого мгновения кривила лицо в пренебрежительной гримаске: мол, нашёл, из-за чего драться! Но, подойдя к юному дракону в ожидании, когда он спустит брата на пол, рассмотрев братишку, ахнула тоже и бросилась к Торсти обнять его, обливая слезами и неразборчивыми воплями. Не успел никто отреагировать на эти объятия, как стоявший тут же Ашнир занюнился и бросился из гостиной с тем же слезливым вытьём... На этот раз за ним помчались встревоженные Далия и Лека — сёстры Сильвестра.

— Что случилось? — строго спросила Селена.

— Ашнир что-то сказал Торсти, а тот на него замахнулся, — доложил Хаук. — Вади увидел и бросился на него.

— А потом вош-шёл я, — вздохнул Хельми. — И мне приш-шлось прятать Торс-сти от Вади повыш-ше. Вс-сё. Торс-сти, что тебе с-сказал Аш-шнир?

— Не скажу, — буркнул тот, морщась, потому что не мог смотреть наверх из-за заплывающего глаза.

— Шамси? — строго спросила Селена.

— Ну и что?! — закричала девочка-оборотень, отстраняясь от брата. — Ну и что?! Ашниру тоже нравится, когда у него своя банда! Он хотел отдельную! Нельзя, что ли?! Почему Торсти можно, а Ашниру нельзя?!

Первое, что подумала Селена (и это было примитивно логичным): "Так, кажется, у Ашнира проявились гены деда-бандита?" Затем покачала себе головой: нет, нелогично. Здесь другое. Ашнир увидел компашки Тёплой Норы, и ему захотелось быть во главе такой. Нормальное желание для активного мальчика, привыкающего к равноправию и вольнице в Тёплой Норе.

"Мама Селена, не надо, — откликнулся на её мысли Коннор. — Они сами разберутся. Ты лучше выйди и посмотри, что на улице творится".

Если бы не мягкие интонации в голосе старшего сына, она бы снова испугалась. Но во внутреннем пространстве братьев она расслышала и хмыканье Хельми на сообщение её старшего сына — и поверила, что на улице не всё так страшно. Но интересно. И вышла, оставив воспитательные меры к провинившимся на оборотнях.

Вышла и тоже хмыкнула.

Здесь, у скамейки, стоял Мирт, окружённый малолетними бандитами. Селена ещё удивилась, что Ирма тоже здесь. Было бы естественным, если бы волчишка, собрав свою маленькую армию, побежала отвоёвывать своего семейного у Сильвестра. Но сейчас она тоже подпрыгивала перед Миртом и смеялась — хлопая в ладоши вместе с хором своей компашки:

— Ты обещал! Ты обещал!

А между Ирмой и Миртом стояла Орнелла, сжав на груди руки и просительно глядя на мальчишку-эльфа.

"Что у них там?" — удивилась Селена.

"Вчера вечером они выпросили у Мирта для Орнеллы полёт на дельтаплане, — смеясь, ответил Мика. — Вот сейчас и требуют выполнения своего обещания! А Мирт собирался... В общем, он забыл, и у него другие дела были намечены..."

Селена ждала.

Мирт пожал плечами и шагнул к Орнелле.

Радостный визг малолетних бандитов взлетел к вершинам ближайших крепчугов, заставив ворон с испуганным карканьем подняться над ветвями деревьев... Банда малолетних осталась при Тёплой Норе, победно глядя вслед уходящему Мирту, который вёл за руку подпрыгивающую возле него Орнеллу.

Вздрогнув, Селена взглянула в сторону: это подошёл Коннор и взял её за руку. Жмурясь на слабое солнце, мальчишка-некромант со вздохом сказал:

— Вот было бы так всегда. Какие-то глупые разборки между нашими бандитами. Обещанные полёты, которых только и не хватает для счастья...

— Так и хочется добавить — "но", — улыбнулась хозяйка места, взлохматив сыну волосы. — Ты имел в виду наших новичков?

— И их тоже. — Коннор проводил взглядом Мирта, уводящего Орнеллу к ангарам с дельтапланами. — Мама Селена, теперь, когда Алистир и Крисанто знают друг о друге, что дальше?

— Мы решили, что мальчик поживёт здесь немного, пока не сумеет нормально ходить и двигать руками. Потом его увезут в семейный... то ли дом, то ли замок — я не вполне поняла. Да, Алистир привезёт сюда мать. Правда, это не совсем точно. Но мы решили: лучше привезти сюда мать Крисанто, чем ему переезжать в город.

— Неделя, — сказал Коннор, — недели ему хватит, чтобы раны зажили. Кстати, я узнавал у Трисмегиста, что подземные коридоры давно собирались продлить до границ окраин, но в хозяева таких подземелий обычно искали семьи с умеющими видеть во тьме. Я всё думаю... Крисанто потерял магические силы, пока пытался себя обезболить. Вернутся ли силы к нему? Трисмегист говорит — вернутся. А я... Хотя он всё равно видит.

— Коннор, не ходи кругами. Что случилось в пригороде?

— Ничего, Селена. Ничего. Просто задумался о пустом...

— Знаешь, — неожиданно сказала она. — Когда новички у нас только-только появились, Ирма меня спросила: у нас теперь будет так, как в городе? Она имела в виду разделение на высших и низших. Я ответила, что разделения не будет. Да и вообще... Ведь прошёл только один день присутствия новичков в Тёплой Норе. Но всё время вспоминаю её слова. Нет, остающихся новичков приучить к населению Тёплой Норе легко... Но меня её слова до сих пор тревожат.

— Селена, — внезапно возник перед ними Мика, — не думай об этом. Понимаешь, пока наши ребята сами разбираются со всякими, как ты говоришь, ЧП, разделения не будет.

Мальчишка-вампир впервые на её памяти так волновался, выговаривая эти слова, что взялся за руки хозяйки места, глядя ей в глаза.

— С чего бы такая связь между разборками и разделением?

Селене и правда стало любопытно.

— Мы учимся жить друг с другом, — вместо Мики ответил Коннор, пожав плечами: логично же! И добавил: — Ребята-оборотни увели Вади, потому что деликатны и знают, что разборки между своими не должны мешать остальным. И дело даже не в том, что остальные — эльфы, вампиры и прочие. Негатив — между собой. Радость — вместе со всеми.

— Вот! — поднял указательный палец Мика. — Я-то сказать не умею, зато у меня есть умный брат Коннор! Всё обсказал, что я думал!

По связи "один — один" Коннор сказал: "Это придумала ты, кстати. А мы смотрим и, как Мика и сказал, — учимся!"

В очередной раз не найдясь с ответом, Селена только и хмыкнула. Долго размышлять над странными мыслями о воспитании не удалось. Внимание вновь привлекла компашка Ирмы. Малолетние бандиты всё ещё сидели на любимой всеми скамейке перед домом и, кажется, не собирались никуда уходить, ехидно комментируя забывчивость Мирта и то, куда разбрелись из Тёплой Норы старшие. Странно, почему они до сих пор сидят здесь. Ведь кричали — хотят бежать в сад.

Хозяйка дома поняла, что её снедает новое любопытство. Быстро перечислив про себя всё, что хотела сделать после обеда, поняла, что есть несколько свободных минут.

Она решительно шагнула к Ирме, и волчишка, сообразив, подвинулась, как и пододвинулись малолетние бандиты, уступая ей место. Заинтересовавшись, Мика и Коннор подошли к скамье поближе. Ирма взглянула на хозяйку места, блестя глазами. И Селена спросила:

— Ирма, прости мне моё любопытство. А почему ты не вступилась за Вади? Почему никто из вас не побежал помогать ему? Он же твой семейный, как ты говоришь! Почему же ты не помогла ему?

Малолетние бандиты уставились на волчишку, словно впервые видели её. Кажется, об этом спросить её они не сообразили. Ирма пожала плечами — и Селена внезапно снова, как года два назад, увидела её необычайно взрослое выражение лица.

— Я?! — жёстко спросила волчишка. — Я должна помогать семейному? А не наоборот ли должно быть? Я всего лишь его будущая семейная. Слабая волчица. Он старше меня. И сам должен постоять за себя...

Бандиты переглянулись, явно не зная пока, как реагировать на её объяснения.

И тут вдруг волчишка, чьего лица они полностью не видели, замерла, слишком очевидно стараясь не смотреть в сторону Берилла и двойняшек-оборотней. Взрослость в чертах её лица проступила ещё больше. Стало ясно, что Ирма задумала что-то.

— Селена, — с вкрадчивой мягкостью сказала она голоском пай-девочки — и даже Роза, сидевшая тут же, внимательно посмотрела ей в лицо, удивлённая странными для Ирмы интонациями. — А помнишь, мы однажды говорили о Вади? Ты сказала, что я слишком настаиваю, что он мой семейный. И сказала, что однажды я могу выбрать другого. Помнишь? Я смотрю сейчас на Вади и думаю. Наверное, ты права. Вади слишком слабый. Он не умеет думать. Если бы он правильно думал, он бы не бросился на Торсти из-за Ашнира, а сначала бы разобрался, что случилось. Торсти же замахнулся на Ашнира в шутку. Берилл, да ведь?

— Если про руку — то да, — твёрдо сказал мальчишка-вампир, не уловив главного в её речи. — Мы видели, как Торсти смеялся при этом. — И вдруг с тревогой склонился вперёд, чтобы увидеть лицо волчишки. — Но, Ирма, ты серьёзно про Вади? Ну, про семейного?

— Думаю, — грустно вздохнула волчишка, показательно уткнувшись глазами в землю. — Он же и правда самый старший у нас. А ведёт себя, как самый маленький... Мне кажется, Тармо и Вилл так бы не сделали. Точно же, да? А он... — И снова, уже горестно вздохнула.

Сначала со скамьи встали Берилл и Гарден. Эти двое своего беспокойства скрыть не сумели. Они переглянулись и бросились к Тёплой Норе. Потом нерешительно встали двойняшки. Тармо неуверенно спросил:

— Ирма, а ты ещё здесь посидишь, да?

— Ага. Подумать надо, — тихо сказала волчишка, влезая под руку Селены, чтобы та её обняла — такую грустную и печальную.

Но как только малолетние бандиты проникли в Тёплую Нору, она высунулась из-под руки Селены и захихикала. Мика и Коннор, глядя на с грохотом закрытую входную дверь, тоже тряслись от смеха: догадались, в чём дело.

Роза, открыв рот, посмотрела на дверь, потом на волчишку и не выдержала:

— Ирма, а ты?..

— Врала я всё, — спокойно заявила волчишка. — Ты не забыла, что я тактик и стратег? Ну вот и... Пусть хоть это будет держать Вади, чтобы не торопился сразу лезть в драку.

Честно говоря, Селена сразу и не нашлась сказать на это что-то воспитательное. Только про себя решила: "Это уже не тактика и стратегия. Это интрига. Манипуляторша — моя Ирма! Ох ты... У меня теперь что — кроме Хельми, ещё и Ирма проявилась интриганкой?"

И всё-таки спросила:

— Ты теперь всегда так будешь... с Вади?

Снисходительно глядя на хозяйку места, волчишка покачала головой.

— Колр говорил, что нельзя повторять один и тот же приём, если даже он отлично сработал! Надо всегда думать дальше и придумывать другие.

Мика чуть не свалился от хохота, а смеявшийся Коннор тащил его за руки встать на подгибавшиеся ноги... Так бы и смеялись, но Ирма внезапно вскочила:

— Дельтаплан Мирта! Роза, бежим! Там Орнелла!

И девочки помчались на деревенскую улицу, чтобы вопить: "Орнелла! Орнелла!", пока светло-синий дельтаплан Мирта летел впереди целой армады дельтапланов. Вскоре к девочкам присоединились выбежавшие из Тёплой Норы Берилл и двойняшки.

Завершающим штрихом, что всё получится, для Селены стал странный эпизод. К ней прибежала Космея и с недоумением позвала:

— Селена, там с Нейшей... Мы не понимаем...

Куда ж без услышавших девочку-некромага братьев? Мика и Коннор немедленно поспешили за озадаченной Космеей, но уже за дом до домика эльфов-философов, мальчишка-некромант встал и засмеялся.

— Ты чего, Коннор? — удивился Мика.

Космея тоже оглянулась.

Нейша стояла в саду, возле облетевшей яблони, с которой не собрали пожухших яблочков, и смотрела на домик Понцеруса и Трисмегиста. Смотрела и никак не могла согнать с лица тревогу и даже какое-то возмущение. Слегка обеспокоенная Селена прибавила шагу и чуть ли не подбежала к ней, возле которой стоял и изумлённый Мускари. Нейша оглянулась на хозяйку места и с тем же возмущением, что было ярко написано на её лице, спросила:

— Чей это дом?

— Трисмегиста ты уже знаешь, — ответила Селена. — А... что?

— Я хочу войти! — категорично, словно боясь, что ей немедленно откажут, отрезала девочка-эльф.

Тут уже и Космея поняла, в чём дело, и с облегчением рассмеялась. Подбежала к Мускари и шепнула ему на ухо что-то, из-за чего тот тоже расслабился.

— Космея, проводите её, — разрешила, смеясь, хозяйка места. — И сразу покажите, где находится библиотека!

Глядя вслед целой компании подростков, которая с нежданным-негаданным для хозяев визитом направлялась в домик философов, Селена думала, как воспримут старшие эльфы, что новенькая девочка сейчас заявит права на некоторые книги с чёрного рынка. Те книги, которые ещё не отремонтированы до конца, но которые "проснулись" и позвали свою хозяйку. Ведь именно сегодня Нейша впервые получила от Космеи и Мускари пару уроков по магии. И эти силы девочки-эльфа, постепенно и упорядоченно пробуждавшиеся, тут же были засечены родовыми магическими книгами. Не понадобилась даже магия Белого Светильника Ночи...

С некоторым сомнением Селена пожала плечами: "Кажется, эта девочка-эльф теперь наша? С потрохами? Как наш и Флери, который очарован своим нынешним состоянием единственного представителя собственного рода. Теперь оба будут потихоньку притираться к Тёплой Норе и адаптироваться к её населению... А вот с Вади и Ирмой... Надо бы найти семейного. Поговорить с Джарри об этой ситуации... Но потом. Когда разберусь с гостевым домом для достопочтенной матери Алистира и Крисанто".

Глава двадцать четвёртая

Только что ушла Селена, к которой прибежал Сильвестр — сообщить, что с Вади будет всё в порядке, что мальчишка-оборотень больше не станет бросаться на малышню, если ему там что-то покажется. Старшая сестра пожелала удостовериться в том и ушла с Сильвестром в Тёплую Нору.

Задумавшись, снова и снова играя в воображении картинкой, как Нейша входит в домик философов и сразу идёт к книжным стеллажам, изумляя Понцеруса или Трисмегиста, Коннор стоял возле яблони. Сам он решил не ждать ребят-эльфов, только заглянул в домик и вышел. Мика тоже давно убежал — к Флери: теперь у братишки был интересный ему ученик, кроме Орвара и Хаука, и непоседа не желал долго сидеть без дела. Тем более мальчишка-вампир не каждый день мог заниматься с новичком: несколько дней в неделю на уроки автодела приезжали ученики "вечерней" школы...