Книга перемен

Подозрительно.

С другой стороны — не мешают же? Не мешают. И чем дольше это продлится, тем лучше для всех... Включая и саму комиссию. И вообще, может, она посмотрит на свинью и уйдёт — бывают же чудеса?

Бывают... Но не сегодня.

Собственно, научная часть комиссии во главе со Скамандером не побеспокоила никого, кроме Хагрида... Но что Лавгуду, что Мюриэль этого оказалось мало. И они отправились выносить мозг ученикам и преподавателям — мастерски и с удовольствием. Интересовало обоих одно — как свинья ворвалась в зал, но если Мюриэль выясняла, что и как происходило в зале, то Лавгуда... Мордред знает, что его интересовало — вопросы он иногда задавал настолько дикие, что собеседник только и мог что таращиться на него, разинув рот. Особенно его интересовало, кто что подумал в этот момент, но тут показания явно были довольно однообразными. Ну в самом деле, что можно подумать в такой момент, кроме "Грёбаный Мордред, что это за чертовщина?!" с ничтожными вариациями? Так Том и ответил, когда до него дошла очередь. И добавил:

— Или тебя подробности и нюансы интересуют?

— Что я ищу, я не скажу, но будут знаки, — Лавгуд закурил. — Но согласись, Хагрид и наука — то ещё сочетание, как... как джин с пивом.

— Интересные у тебя сравнения... Но да, это та ещё картина. Хотя дураком его не назовёшь, но и умом не блещет...

— Ему даже аутизм не поставили, — Лавгуд покачал головой. — Отклонений не выявлено, просто низкий уровень образования и социализации.

— Психических отклонений нет, просто дурак, — процитировал Том легендарный армейский диагноз.

— Вот-вот. Только у вашего лесничего совершенно фантастические способности к управлению животными, причём во всех смыслах. То есть, наследственностью тоже — там, конечно, есть ограничения, но... Эти свиньи — так, разминка, проба пера. До чего он дойдёт через несколько лет... А на втором направлении пока что тишина.

То есть, или в старой доброй Англии сомнительными экспериментами не занимались, или бумаг не осталось. В первое Том не верил — этим занимались все, не видя ничего особенного, это после войны евгеника резко вышла из моды... Во второе тоже не очень верилось — даже если уничтожить документы по проекту, всё равно останется множество мелочи, вроде подозрительных накладных. Рано или поздно что-нибудь всплывёт... Но спешить уже в любом случае некуда.

— Кстати, — докурив, Лавгуд уничтожил окурок, — а этот ваш бал — он только для Хогвартса, или гостям тоже можно?

Время поджимало, и в субботу все деканы отправились в Лондон — заказывать костюмы. Посмотреть новости — что магические, что магловские — никто и не подумал... А потому сюрприз оказался особенно неприятным, тем более, что сочувственный взгляд бармена заметил только Том, да и тот понял неправильно...

— Мордредова немытая задница! — рявкнул Поттер, открыв дверь.

— Определённо, — подтвердил Флитвик.

Том молча согласился.

Желтоватый туман, в котором не было видно стены тупика за баром, несильно, но крайне въедливо воняющий гарью и химией, заставил его рефлекторно наколдовать головной пузырь — а Флитвика и вовсе упаковаться в защиту полностью.

— Джентльмены, мы всё-таки не под Ипром, — заметил Бири, тоже, впрочем, не ставший пренебрегать защитой.

— Ну, дышать этой дрянью тоже не обязательно, — заметил Поттер, открыв проход. — Не припомню настолько мерзкого смога...

В Косом переулке было полегче, но лишь немного. Защиту можно было убрать — но деканы этого делать не стали.

— Гороховый суп, — заметил Бири. — Ничего не видно...

— Скорее, подгоревшая Каша, судя по запаху, — заметил Флитвик. — И кстати, а ателье Малкин вообще работает?

Работало. Малкин — невысокая молодая женщина, слегка стесняясь, выслушала заказ, парой взмахов палочки сняла мерки, изучила эскизы и сказала:

— Если есть подходящая ткань, сделаю всё до завтра... А вот шапки могу предложить прямо сейчас — ко мне уже приходили именно за ними. Так... Вот, смотрите!

Шапка, которую Малкин вручила Тому, и впрямь подошла бы августу — из плотного пурпурного сукна, расшитая золотом и украшенная по краю мелкими жемчужинами — искусственными, разумеется.

— Идеально, — Том отложил шапку. — Беру. И знаете... Зимняя шапка песочного цвета у вас найдётся?

— Для вас, мистер Риддл, у меня найдётся даже кокарда, — ответила Малкин, положив на прилавок новую шапку — на сей раз меховую. — Мой кузен-сквиб, Смит, как раз у вас и служил, в "Матёрых Самоубийцах"...

— И как он?

— А что ему сделается? — хмыкнула Малкин. — Жив, здоров, магазинчик выкупил и торгует потихоньку, да ещё старые добрые времена вспоминает, говорит, здорово было, а только на службу он вернётся — а его звали — не раньше, чем свиньи полетят...

Все четыре декана одновременно посмотрели друг на друга и столь же одновременно многозначительно хмыкнули.

33. Once upon December

Разумеется, уложиться в один день у Малкин не получилось — пришлось уточнять и переделывать, благо, трансфигурация резко упрощала процесс. Больше всего проблем было с плащом — профессор Крофт рекомендовала добавить таблион, нашивку, отмечавшую принадлежность к знатному роду. Не совсем исторично, но идею одобрили и, разумеется, взяли для таблионов факультетские гербы...

В итоге уложились в неделю, и теперь Том стоял перед зеркалом и рассматривал результат. Результат Тому определённо нравился...

Тунику после недолгих споров оставили красной: как бы там ни было, а император, пусть даже и соправитель — в первую очередь полководец. Подпоясана туника была легионерским поясом, на котором, по идее, должны были быть ножны со спатой, но в необходимости меча Том сомневался. Всё же танцевать с мечом неудобно, да и понять могут неправильно... Вот Флитвик — тот да, тот сомнений не испытывал, а меч у него был настоящим... По крайней мере, в этом сомнений не испытывал уже Том.

Следующим пунктом шли штаны-бракка — пурпурные, хотя профессор Крофт сомневалась, что тетрархи вообще носили штаны, но большинство её знакомых утверждали, что они были. Обут Том был в башмаки-кальцеи — тоже пурпурные, а венчал композицию плащ. Длинный и широкий полководческий палудаментум, предок королевской мантии, разумеется, тоже пурпурный, с нашитым на него символом Слизерина — серебряной змеёй в зелёном поле. Осталась только шапка — та самая — и...

— Мерлиновы панталоны! — воскликнула Малкин. — Вот это костюм! Действительно императорский!..

Том хмыкнул, прошёлся по комнате, убедился, что костюм сидит идеально, вздохнул и принялся переодеваться. Можно было, конечно, отправиться домой в таком виде — Глинда бы оценила, и дети тоже — но до того требовалось заглянуть на службу, а Прюэтт настолько неуставной вид точно не одобрит. Тем более, что Том не знал, зачем понадобился, причём пусть и не срочно, но как можно быстрее... Но ничего хорошего это точно не сулило.

— Вейр в Хогсмиде, — сообщил Прюэтт. — Со своим приятелем. И вы сейчас — единственный, кто может их перехватить. Наблюдатели там есть, но и только...

— Если они там останутся... — буркнул Том. — Где?

— Сейчас в "Трёх мётлах", — сообщил Прюэтт, пристукнув пальцем по лежащему на столе пергаменту. — Уходить пока не собираются.

— И ведь не боятся, сволочи, — вздохнул Том, подойдя к камину. — Ладно, , думаю, пару-тройку молодчиков покрепче Аберфорт найдёт... Кабанья голова!

В кабаке Дамблдора было подозрительно людно. И люди эти как-то не выглядели добропорядочными гражданами, готовыми послужить Короне... Но как раз это решалось просто.

— Аберфорт! Найдутся ребята покрепче? Тут в "Трёх мётлах" те подонки засели, что "Голову" сожгли...

Как и ожидалось, добровольцы нашлись мгновенно и в избытке. Правда, главным, а иногда и единственным их достоинством было то, что за авроров их принять было нереально... Но и требовалось от них только выступить массовкой и создать суматоху — а уж это они умели отлично...

Короткий инструктаж — и компания разошлась. Оставалось надеяться, что никто не затупит и не накосячит... А кто-нибудь ведь обязательно так и сделает. Впрочем, для армии это нормально, всё изначально планируется с учётом тупости и косяков, хотя и это не всегда помогает...

Первым в "Три метлы" зашёл Алистер — здоровенный рыжий шотландец с роскошными усами. Будучи и в самом деле навеселе, пьяного он изображал мастерски... И явился к столику преступников с галлоном портера и жаждой общения. Задачей его было так или иначе задержать гостей — и справился он с ней даже слишком хорошо...

Разговора Том не слышал, да и не следил за столиком, накладывая антиаппарционные чары, но мирная беседа совершенно внезапно перестала быть мирной, Алистер облил Вейра пивом, а диверсанта огрел кувшином — попал, правда, по плечу...

Диверсант крайне непрофессионально схватился за нож, Алистер отбивался стулом, Вейр завопил "Пожар!" и бросился к двери, за ним рванули несколько паникёров, пронзительно завизжала женщина...

Возможно, план сработал бы — почти наверняка — если бы не Том, которому на все правила аврората было плевать. Пинком распахнув дверь — и угодив Вейру по лицу — он запустил в зал "Бомбус" и рявкнул:

— Работает САС! Всем мордой в пол, свинские собаки! — и разрядил в диверсанта татуировку.

Творение маори не подвело — диверсанта отбросило на десяток футов, Алистера сбило с ног, а стул лишился ножек.

— Всем стоять! Аврорат!

— А вы вовремя, — хмыкнул Том. — Как раз наручники нацепить...

— Мистер Риддл, если вы считаете...

— Аврор Маклагген, я считаю, что вы не исполняете свои прямые обязанности, — перебил его Том. — Немедленно свяжитесь со своим руководством и сообщите, что задержаны Вейр и его сообщник...

— При активном содействии неравнодушных граждан, — добавил второй аврор, пожилой, бородатый и определённо свободно ориентирующийся в бюрократических лабиринтах. — Не беспокойтесь, профессор, и спасибо вам — если б не вы, он опять ушёл бы...

Поимка самого наглого мошенника всего магического мира стала сенсацией, затмившей даже турнир, не говоря уж о диверсанте. Шутка ли — полувековая карьера и совокупный ущерб — по подсчётам гоблинов, а им в таких делах доверять было можно — в шестьдесят пять миллионов галлеонов.

То, что про диверсанта не вспоминали даже те, кто знал, было на руку всем — шумиха в таком деле вообще вредна, а подробности и вовсе должен знать только узкий круг... И поскольку Том в него не входил, диверсантом он более не интересовался, благо, хватало и других дел. Одна суета вокруг бала отнимала безобразное количество времени и сил...

Радовало только одно — Дамблдору отвертеться не удалось. Он, конечно, старался... Но работать пришлось и ему. Договариваться с поставщиками, рассылать приглашения почётным гостям — и следить, чтобы эти самые гости не вцепились друг другу в глотки, перебрать несколько десятков вариантов украшения Хогвартса, выкинуть почти все и потом выбирать из оставшихся... Всё это на Дамблдора свалили с особым удовольствием, тем более, что уроков он не вёл.

Ученики тоже не оставались в стороне и создавали непередаваемую атмосферу горящего борделя, в который пустили веселящий газ. Только на собственном факультете Тому пришлось пресечь полдюжины попыток испортить костюм сопернице, в Большом зале произошла безобразная драка сразу нескольких слизеринок и гриффиндорок — с визгом и тасканием за волосы... А венцом всему стали шапки.

Традиционным головным убором европейских магов был островерхий колпак, с полями или без них. И нельзя сказать, что многие носили эти шляпы постоянно — хотя таких было немало — но такова традиция... Которая столкнулась с одной гриффиндоркой, даже не заметившей столкновения. Минерва вообще была равнодушна к моде и носила то, что ей нравилось — но шапка неожиданно понравилась всем. И теперь в паннонских шапках щеголял весь Хогвартс... А возможно, и не только — в Хогсмиде шапки тоже мелькали.

И разумеется, находились горячие головы, обвинявшие друг друга в подражании. И чем ближе к балу, тем больше разрасталась суматоха, переходящая в тихую панику, и в итоге Дамблдор просто отменил занятия в последние два дня. Официально — для того, чтобы подготовить костюмы, фактически — чтобы хоть немного снизить градус неадеквата. И это даже сработало...

Положив ладонь на рукоять спаты, Том обозревал Большой зал, постепенно заполнявшийся народом.

Идея оказалась лучше, чем казалась изначально. С историчностью, конечно, получилось так себе — как в прошлогоднем "Quo vadis", но ведь научной реконструкции никто и не требовал — требовалось зрелище, а с этим проблем не было...

Гриффиндорцы, разумеется, в полном составе изображали бриттов — и да, краской они не пренебрегали, правда, помня требование директора, явились всё-таки в штанах. И разумеется, это был шестой курс в полном составе — чего-то такого Том от них и ожидал... А вот ожидаемого возмущения "непристойностью" со стороны почётных гостей почему-то не было — видимо, и леди, и джентльмены оценили открывавшийся вид и решили промолчать — кто из восхищения, кто из зависти...

Слизеринцы, напротив, почти в полном составе выступали за римлян. Причём римлян разных эпох — буквально от Цезаря до Артура. В основном, конечно, времён именно Цезаря... Но и более поздние времена были представлены, а особенно отличился Элджернон Нотт, явно изображавший того самого Публия Артория — иначе зачем бы он подарил Хогвартсу баррель мёда?

Все остальные, включая гостей, разделились примерно поровну. Правда, бриттами одевались, в основном школьники и вообще молодёжь, тогда как взрослые волшебники обычно предпочитали роль римлян. В принципе, ничего удивительного — но всё равно любопытно. И даже, возможно, полезно — наверняка их этого можно сделать какие-то выводы, но какие именно — Том пока не представлял. Впрочем, полезной может оказаться любая информация... Так. А вот и гости...

Шармбатонская делегация в полном составе представляла римлян — видимо, потому, что состояла из представителей романских народов. Более то, все парни выбрали образ легионеров, и судя по одинаковой эмблеме — быку — легионеров одного, вполне конкретного легиона...

— Девятый Испанский... — протянула Минерва. — Логичный выбор. Знать бы ещё, что с ним случилось...

— Судя по тому орлу, которого я видел, как раз этого лучше не знать, — буркнул Том.

Проклятую аквилу так и не удалось убрать — кинжал осматривали лучшие разрушители проклятий, построили невероятно сложную фигуру — только у главной звезды было двадцать лучей, Том вообще не слышал о таком... И всё это разрядит кинжал лет за пять — может быть, а может, и дольше...

На этом Том решил всё-таки не портить себе праздник, старательно отбросил все мысли о работе и сосредоточился на делегации Дурмстранга.

Гости из Центральной Европы решили проявить оригинальность

— и оделись пиктами. Возглавлял их, естественно, Сигурд... И вот тут сомнений не оставалось — он играл роль Брана мак Морна, причём скорее героя Говарда, чем реального.