Дс-17. Гнилое дерево

— Осталось, — подтвердил Коннор. — Расскажи Килли хотя бы кратко, что произошло давным-давно, несколько лет тому назад, и что тебя до сих пор тяготило.

— Зачем рассказывать?

— Это называется — выговориться, — объяснил Мирт. — Тогда и вправду становится легче. Ну а потом... потом пора на ужин.

— Кто был тот некромаг? — не обращая внимания на его объяснения, спросил Иман.

— Храмовник из Старого города. Он ведёт у нас факультатив по некромагии. Чтобы ты не спрашивал зря, сразу скажу: факультатив — это как уроки, только глубже и не обязаловка. Алистир нам даёт азы некромагии и её основные принципы. Хочешь ходить, набираться знаний — ходи. Хочешь заниматься самообучением — пожалуйста.

— Многие у вас... туда ходят?

— Ты не поверишь, но в первых рядах — Ирма со своей компашкой, — усмехнулся Коннор. — Иман, пойдём-ка мы с тобой в Тёплую Нору, умоемся, а Килли тебе принесёт чистую одежду. А то ведь в том доме пол всё-таки был грязным.

Пока Килли бегала за одеждой для своего друга, Коннор стоял рядом с Иманом, держа в руках полотенце. Тот вытерся и загляделся в зеркало. Слабо улыбнулся.

— Надо расплести волосы и отдать Ирме накопители.

— Можешь не отдавать, — пожал плечами Коннор. — Они были из общей шкатулки. Это значит: если кому-то не хватает сил, из этой шкатулки берётся необходимое. Так что можешь брать — можешь не брать, а создать собственные накопители.

— Коннор, а если я буду ходить на факультативы к этому Алистиру, меня не заберут в Старый город?

— Тебя заберут туда только в одном случае: если ты сам туда захочешь. Ты спрашивал Килли, как она здесь очутилась?

— Мне рассказывал об этом Кадм, её брат.

— Тогда ты понимаешь, почему Алистир вынужден учить нас здесь. В конце концов, грамотный некромаг тоже ценится неплохо. А ты, насколько я понимаю, теории вообще не знаешь.

Иман смотрел в зеркало.

— И когда? Когда можно будет посетить его уроки?

— А хоть сегодня, — усмехнулся Коннор. — Факультатив начинается через полчаса после ужина. Ты уверен, что в состоянии выслушивать преподавателя? Или выждешь время и после ужина скажешь твёрдо?

— Килли ходит?

— Ходит.

— Тогда и я с ней.

Коннор выглянул за дверь и кивнул девочке-некромагу.

— Принесла? Заходи. Дальше вы сами. В столовую только не опоздайте.

Он поднялся в мансарду и свалился на постель, благо покрывало не убирал.

Братья смотрели на него выжидательно.

— Ты не рассказывал о некромагической клетке, — намекнул Мирт.

— Я не рассказывал вам о половине того, что есть в моей библиотеке, — хмыкнул мальчишка-некромант. — Однажды вы и сами бы наткнулись на книгу о клетке.

— Зато есть ты — и ты рядом, — спокойно напомнил Колин. — Научишь?

— Э-э... — покачал головой Коннор. — Именно этот приём — боюсь, не получится у вас. Он слишком... Ну рассчитан на некромага, который делает его... скажем так — стремительно. Ну то есть, должна быть чёткая отточенность движений.

Братья помолчали, а потом Мирт внимательно взглянул на него и спросил:

— Ты некромант. Пусть даже некромант-библиотека. Откуда тебе знать о клетке?

— Кода у меня было свободное время в пригороде, я тренировался, — ответил Коннор. — Помните, вы меня поймали на свёрнутом сне? Сны эти были не только для того, чтобы высвободить время на наблюдение за машинами и одичавшими. Иногда я задавался вопросами и получал странные ответы из библиотеки. Ну и некоторые приёмы мне нравились настолько, что я не только пытался их повторить, но и выучить. Не забывайте, что поиск по вопросу был у меня всегда. Так что своё любопытство я всегда претворял в практику. Я могу показать, как выполняю приём некромагической клетки, но научить ему сложно. Говорю сразу.

— Говори-говори, — проворчал Мика. — Но покажи. А вдруг и у нас получится?

— Кто это? — оглянулся на дверь Хельми.

Братья замерли, прислушиваясь к нарастающему множественному топоту в коридоре. Долго думать не пришлось, потому что в дверь мансарды замолотили кулачки. Братья даже не успели сообразить, почему эти кулачки лупят по двери не только возле дверной ручки, но и далеко снизу. Дверь распахнулась — и через порог первой перескочила ликующая Ирма с поднятыми кверху кулачками:

— Вы знаете?! Нет?! Знаете?! Ура-а!!

За ней вливалась довольно многочисленная толпа: здесь оказались не только малолетние бандиты, но и компашка Торсти, и даже несколько ясельников, среди которых — Кааш с братишками.

Колин поймал закружившуюся по мансарде счастливую сестрёнку.

— Что случилось, Ирма?

— Селена сказала, что у нас самый беспорядочный день — это выходной! Септима! Она хочет предложить, чтобы в каждую септиму у нас было две игры! Что игры надо бы проводить даже перед каникулами, потому что мы всё равно все умные и сдадим экзамены и зачёты лучше всех в пригородной школе! И первая игра всегда будет между своими! А вторая — с кем-нибудь! Ура-а!

Малолетние бандиты завопили, завизжали и запищали!

Братья хохотали, отворачиваясь от пляшущих повсюду детишек, которые подбегали к ним, дёргая за одежду от наплыва чувств, а потом напомнили, что пора бы на ужин. Коннор прихватил с собой Кааша и его братишек. Мирт взял на руки радостную Оливию и Корилуса. Хельми пристроил на руках Ирму и Орнеллу. На плечах Вади восседал Ашнир, с которым переглядывалась Шамси с рук Колина. Мика вёл за собой двойняшек Тармо и Вилла, солидно переговариваясь с ними о дельтапланах, которые недавно начали осваивать малолетние бандиты.

После лестницы в мансарду их встретили друиды со своим подругами.

Коннор усмехнулся. Поход в столовую неожиданно получался впечатляющим и шумным. И тот холод, который было поселился внутри него после встречи Имана с "трупами", а потом после некромагической клетки, начал потихоньку истаивать.

Когда в столовой все расселись по своим местам и принялись за еду, он осторожно взглянул на стол, за которым сел Иман. Тот вроде улыбался — и это было... хорошо, потому что при всём при том выглядел довольно плачевно, несмотря на время, проведённое в ванной комнате, несмотря на чистую одежду. Накопители с волос он не снял. Килли сидела рядом с мальчишкой-некромагом и явно старалась занять его беседой. Но говорил Иман неохотно и тоже пытался осторожно оглядеться.

Вошли Селена с Джарри. Сели на свои места, и Селена поднялась:

— У нас две новости. О первой вы уже знаете. По воскресеньям мы и вправду попытаемся запланировать пейнтбольные игры, а потому...

Дружный вопль прервал её, и некоторое время хозяйка места просто смеялась, глядя на счастливую Ирму. Коннор видел, как Иман склонился к Килли. Кажется, его что-то удивило? Впрочем, об играх, ему, возможно, ещё не рассказывали. Так что он внимательно слушал девочку-некромага, которая уже успела поучаствовать в них и загореться так же, как и многие.

— Итак, игры будут каждый выходной, — договорила Селена. — Новость вторая. Иман сумел самостоятельно исцелить свои глаза, и зрение вернулось к нему. Почему сообщаю об этом при всех? Не забудьте, пожалуйста, что, общаясь с Иманом, вы должны следить, чтобы он не носил тяжести и слишком долго не сидел за книгами. Для только что возвращённого зрения это небезопасно.

— Проследим, — с удовольствием влез Каи, и все опять рассмеялись.

— Ну а теперь — приятного аппетита. И напоминаю, что через небольшой перерыв вы идёте к Алистиру на факультативные занятия.

Следивший за Иманом Коннор заметил, что тот уставился в тарелку, а потом взглянул на Килли. А когда та что-то сказала ему, мальчишка-некромаг посмотрел напрямую на Коннора... После ужина, проходя мимо их стола, Коннор сказал:

— Иман, если тебе так хочется получить хотя бы примерное представление о факультативе, иди вместе с Килли. Потом, если у тебя после урока не будет желания, заниматься теорией некромагии тебя никто не заставит.

Иман кивнул. Без улыбки. Но мальчишка-некромант помнил, как Колин сказал о малочисленных тетрадях Имана: они написаны так, как записывала бы рецепты Лайла. Слишком пространно, слишком старательно... Селена будет довольна: в Тёплой Норе появился ещё один маг, которому хочется учиться магии.

Глава двадцать шестая

После ужина в гостиной для старших обнаружился Трисмегист. Он восседал в одном из двух кресел по сторонам от рабочего дивана. Рабочего, потому что именно на нём сидели изготовители артефактов перед столом с деталями для артефактов. Эльф-философ задумчиво смотрел в окно, за которым уже ничего не видно. Вечер-то зимний... Ребята сначала удивились, почему Трисмегист не в гостевом кабинете, — потом сообразили: уважаемый эльф пришёл конкретно к кому-то из них. Большинство сразу обернулось посмотреть на Имана. Большинство оказалось право.

Когда Иман вышел из столовой, уже привычно под руку с Килли, которая его вела — тоже по привычке, Трисмегист даже хмыкнул, когда умница девочка-некромаг сразу подвела своего друга к его креслу.

— Сядь, — попросил эльф-философ и чуть поднял бровь, когда рядом с парочкой, без спроса пристроился и Коннор.

Ребята проходили мимо, не замедляя шага, хотя их удивление было отчётливым: почему здесь? При всех? Но, деликатные, не задерживались.

— Иман, как ты себя чувствуешь?

Мальчишка-некромаг ожидаемо смутился. Чувствуя себя виноватым, он опустил голову и тихо сказал:

— Хорошо.

— Подними голову. Мне надо взглянуть, в каком состоянии твои глаза.

Коннор насторожился.

Трисмегист вглядывался в серовато-белые глаза Имана недолго. Вздохнул.

— Боюсь, зрачок так и останется бесцветным. Очень уж ты торопился.

Иман снова опустил голову, на этот раз упрямо сжав губы — явно приготовившись защищаться или оправдываться. Но ругаться уважаемый эльф не стал. Он поднялся с кресла и кивнул Коннору:

— Свою защиту с него не снимай. Мало ли что он ещё придумает.

И ушёл.

Мальчишка-некромаг оглянулся на Коннора.

— Свою? Ты поставил на меня какую-то защиту?

— Самую сложную, — не стал скрывать тот. — От тебя самого. Об этом потом, Иман. Сейчас меня больше интересует, пойдёшь ли ты к Алистиру на факультатив, как хотел раньше. Килли, ты ему сказала, что сегодня занятие для тех, кто уже знает азы? Для тех, кто уже перешёл на сложные построения формул?

— Да, — прошептала девочка-некромаг. — Сказала. Но Иман всё равно хочет. Хотя бы посидеть и послушать.

— Ты обычно сидишь за вторым столом. Последние столы свободны?

— Да.

— Посижу с Иманом. — Сказал и ушёл.

А двое сидели и смотрели ему вслед. Из столовой уже никто не выходил. Кажется, Иман понял это. Он взглянул на Килли и прошептал:

— Если мои глаза останутся такими... страшными, ты...

— Мне всё равно, какие у тебя глаза, — вздохнула она. — Только в следующий раз соблюдай правила магических приёмов. Сам видишь, к чему приводит спешка.

Он сжал её ладошку и неуверенно улыбнулся.

...Коннор постучался и вошёл в кабинет, где Алистир просматривал конспекты уроков для воспитанников Тёплой Норы.

— Уважаемый Алистир, можно я посижу у вас на уроке?

Эльф-храмовник еле заметно улыбнулся.

— Здесь никого нет, Коннор. Почему ты так вежливо обращаешься ко мне?

— Мастером инициации Валериана я буду в следующий раз, — усмехнулся мальчишка-некромант. — А сейчас мне нужно ваше расположение.

— Что-то случилось?

— Не отказывайте Иману в его желании посидеть на вашем уроке.

Лицо храмовника-некромага приняло слегка озадаченное выражение.

— Я-то не откажу. Но, Коннор, не тебе ли знать, что сегодня занимаются старшие. На занятии будут сплошные термины.

— Именно это ему и необходимо. Вы видели — он стихийник. И пока он колеблется, стоит ли заниматься некромагией всерьёз. Мне нужно, чтобы он увидел свою подругу Килли, которая старательно занимается у вас. Он упорный, и у него есть гордость.

— Килли — это да... — пробормотал Алистир.

— Я посижу с ним у вас на уроке, чтобы вам было спокойнее, — добавил Коннор и, прежде чем выйти из кабинета, закончил: — Заранее прошу прощения, если что-то буду шептать ему слишком громко.

И на урок он пришёл почти одновременно с Иманом, чтобы час наблюдать, как лицо мальчишки-некромага переживает множество эмоций — от начального любопытства до конечного отчаяния. Шептаться не пришлось. Иман ни о чём не спрашивал.

Когда урок закончился, никто не поднялся с места. Для Коннора было привычно наблюдать, как ребята-некромаги спрашивали преподавателя обо всём, чего не поняли. Иман сидел согбенным, уставившись в стол. Килли пару раз обернулась на него с тревогой, но Коннор спокойно покивал ей, а потом взялся за локоть Имана.

— Иман, идём.

Мальчишка-некромаг не стал противиться, огрызаясь, как немного опасался Коннор. Он нехотя встал и, не глядя ни на кого, последовал за мальчишкой-некромантом.

Коннор привёл его в гостевой кабинет Тёплой Норы и велел сесть. Наверное, Иман ожидал, что услышит наставительную речь о том, что ему рано соваться в классы некромага-храмовника. Но Коннор помалкивал, скучающе глядя на входную дверь. И — дождался. Дверь распахнулась, и в кабинет вошли старшие ребята — шумно, а кое-кто и смеясь над чем-то; за ними — Ирмина компашка...

Дверь закрылась, все уселись на давно выбранные места, с интересом глядя на двоих, которые до сих пор сидели молча. Коннор встал, и в кабинете стихли все голоса.

— Господа мастера, Иману нужен учитель по некромагии. С самого начала.

Иман вздрогнул и, кажется, хотел запротивиться. Не успел.

— Почему ты сам не хочешь?

— У меня уже есть несколько учеников. Вы мастера. Вам ученики нужны. Космея?

— У меня Флери и Нейша, — пожала плечами девочка-эльф.

Кто-то хихикнул: несмотря на завуалированное возражение, все видели, как она, сомневаясь, смотрит на мальчишку-некромага. Космея хотела бы ещё одного ученика, но там, где дралась безо всяких условий, побаивалась брать ответственность за ученика. Судя по нервному взгляду — насколько понял Коннор, она ждала, что её переубедят. Уговорят.

Он это сделал легко.

— Флери и Нейша — твои ученики по начальной магии, — напомнил он. — У них нет ни теории, ни практики. С Нейшей занимается Трисмегист, но начальных знаний он не даёт — только по специальности... Иману же нужен учитель именно по некромагии, в которой он немного практик, но хотел бы знать основные принципы собственной некромагии.

— Ну, я... — протянула Космея, покусывая губы.

Иман опустил глаза. Выглядел он безучастным с ноткой обречённости: никто не хочет браться за его обучение.

Мускари подтолкнул девочку-эльфа локтем в бок и что-то зашептал на ухо. Вереск с интересом смотрел на Имана, а потом простецки спросил:

— А что со зрением? Оно восстановлено?

— Да. Несмотря на цвет глаз, Иман видит и может читать.

— Космея, берём! — решил Вереск. — Вы не возьмёте — я буду обучать. Мне полезно.

От последней фразы, неожиданной в его устах, расхохотались все.

Не выдержал даже Коннор. А успокоившись, он спросил:

— А чем тебе полезно?