Попавшие 3

  Рюкзачок быстро раздувался, и Глушаков хотел было остановить девушку, подозревая, что тот просто лопнет. Оксана и сама это понимала, поэтому что-то вытаскивала, чтобы впихнуть что-то более необходимое по ее разумению. Иногда Саня не одобрял ее выбор, например, когда она отправила в нутро рюкзака плюшевого мишку. Но настаивать не стал.

  — Готова?

  Оксана кивнула.

  Саша выглянул за дверь, махнул девушке рукой, а сам пошел вперед.

  Проходя мимо комнаты охраны, Саня быстро и почти не глядя смахнул со стекла лепешку артефакта, смял ее в комок и сунул в карман. Сделал он это прежде, чем подошла Оксана. Девушка уставилась на охранника, продолжавшего зачаровано пялиться на стекло.

  — Что с ним?

  — Дядя Миша смотрит мультики,— пояснил Глушаков.

  — Да?— озадачилась Покровская, но уточнять не стала.

  Саня пошел по коридору.

  — Как тебе вообще в этом мире?— спросил он.

  Оксана долго не могла подобрать подходящее слово.

  — Непривычно... Дядя Витя сказал, что это будущее. Он попытался объяснить, как такое могло произойти, но я ничего не поняла... Я совсем иначе представляла себе будущее. Ты же смотрел "Гостью из будущего"? Что-то в этом роде. А тут... кошмар какой-то. Все эти чудовища, красно-черное небо, крысы... бр-р-р!

  — Я подозреваю, что этот мир не весь такой. Это только здесь, вокруг Припяти. Зона Отчуждения. А за ее пределами должно быть не так уж плохо... Наверное.

  — Наверное? Ты так говоришь, как будто сам там ни разу не был.

  — В этом мире не был. Был в другом.

  — А что, есть еще какие-то другие миры?

  — Как говорит твой дядя Витя, миров очень много — не сосчитаешь. И мы — я, Макс, Кузя, еще несколько пацанов — попали сюда из одного из них. Вернее, не сюда, а в другой мир. А сюда уже потом.

  — Так вы настоящие путешественники в пространстве и времени!— восхитилась Оксана.— Здорово! Это как Алиса Селезнева у Кира Булычева!

  — Кто?

  Книжек Саня не читал.

  — Ну Алиса, "Гостья из будущего"!

  — А, эта... ну да, типа того. Только не все добрались до финишной прямой,— угрюмо произнес Санек.

  — Расскажешь?— оживилась Оксана.

  — Обязательно, но потом. А сейчас...— он приложил палец к губам, так как они приближались еще к одной комнате охраны.— Стой здесь!

  Саня не помнил, как звали местного охранника. Да это было и ни чему. Он приблизился к стеклу и уже привычно прилепил пластичный арт. Ничего нового не произошло — охранник уставился на него и улетел в мир грез.

  — Не смотри...— запоздало произнес Глушаков. Обернулся и увидел застывшую Оксану, не сводящую глаз с артефакта.

  Саня подошел к ней, обнял за плечи и силой повел вперед.

  — А? Ты чего?— удивилась очнувшаяся девушка.

  — Нам сюда,— Глушаков убрал руки и деликатно указал спутнице на двери шлюзового отсека.

  Саня был тертым калачом и все время ожидал какого-нибудь подвоха, какой-нибудь подлянки. Ну не могло пройти все гладко! Однако же прошло. Он без труда нашел коморку, в которой отсиживался Митрич, открыл дверь ключом, который дал ему Док. К его удивлению Митрич оказался на месте: не аннигилировался, не сбежал через отдушину. Он спал, развалившись на панцирной кровати и даже ухом не повел, когда скрипнула дверь. И лишь когда Саня потряс его за плечо, открыл глаза:

  — Вы уже? Так быстро? Все в порядке?— сонным голосом спросил он, принимая вертикальное положение. Увидел Оксану, удивленно дернул бровями.— Ага... А ты времени даром не теряешь, да?

  Подмигнул Глушакову.

  — А где Максим?

  Сане хотелось ответить в рифму, но не при девушке же?

  — Они с Доком пошли за костюмом.

  — Понятно,— кивнул Митрич. И снова уставился на Оксану.— А...

  — Она с нами пойдет. Выведешь нас?

  Проводник почесал макушку, скривил рожу:

  — Как подумаю, что придется снова тащиться через все подземелье...

  — Не придется,— успокоил его Санек.— Здесь недалеко есть другой выход на поверхность. Вот только дождемся Макса...

 

 

 

* * *

 

 

  Док прохаживался по подсобке, размышлял. Макс ему не мешал, стоял у стены, скрестив руки на груди, прислушивался к звукам за дверью, время от времени посматривал на Назарова. Ему показалось, что прошло не меньше получаса с тех пор, как Док замолчал. На самом деле — гораздо меньше.

  — Хочу пояснить тебе диспозицию,— неожиданно заговорил Виктор Игоревич.— Костюм находится в изолированном помещении, запертом электронным замком, который открывается ключ-картой высшего уровня допуска. Ее у меня нет — Сладков постарался.

  — И вы говорите об этом только сейчас?— недовольно нахмурился Клинцов.

  — Когда-то же должен был сказать,— пожал плечами Док.

  — И что теперь?

  — Мы с вами находимся на стратегическом, хорошо охраняемом объекте. Но даже здесь существуют правила техники безопасности. Человек — тем более, ученый — превыше всего!— Назаров назидательно тряхнул указательным пальцем.— В случае определенного рода угрозы срабатывает Протокол 12-32.

  — Что это?

  — Это план эвакуации, при котором экстренно открываются ВСЕ двери в лаборатории. На короткий срок — всего на 15 секунд. Чтобы люди успели покинуть помещения и выйти в коридор. После чего двери закрываются, а помещения герметизируются. В следующий раз их можно будет открыть лишь специальным разрешением руководства. И я говорю не о Сладкове, а Периметре.

  — Строго тут у вас.

  — Не то слово.

  — Кажется, я понимаю, к чему вы клоните. Вы активируете этот Протокол, а у меня будет 15 секунд, чтобы забрать костюм.

  — Именно так.

  — Допустим. А как мы отсюда выберемся, если все двери будут закрыты?

  — Тут вы правильно отметили уязвимую точку моего гениального плана. Поэтому говорю открыто — вам не удастся вернуться на минус первый уровень. По крайней мере, тем же путем. И дело не в том, что запрут все двери, ведущие на лестницу, или отключат лифт. Он, на самом деле, будет автоматически заблокирован, но позже, когда персонал полностью покинет нижние уровни лаборатории. То есть, ровно через три минуты. Дело в том, что будет поднята на ноги вся охрана объекта. Кроме того, активируются средства пассивной защиты. Вам попросту не удастся пройти мимо, а на выходе вас будут встречать опытные и вооруженные до зубов бойцы спецназа.

  Максу не пришлось задавать следующий вопрос — он был написан на его лице.

  — Но не все так плохо,— поспешил успокоить его Док.— Помимо основных путей эвакуации есть дополнительные. Забота о сотрудниках — это наше все! С минус четвертого можно попасть в систему подземных коммуникаций, которая выведет вас на поверхность за пределами объекта...— Док достал из кармана какую-то приблуду, похожую на микросхему-сороконожку.— Позвольте ваш браслет...

  Макс протянул руку. Назаров отщелкнул миниатюрную панельку на ремешке браслета, вставил в разъем "сороконожку".

  — Теперь вы сможете пройти через защитную систему запасного выхода.

  — А как же вы?

  — Обо мне не беспокойся!— махнул рукой Назавров.— Я покину минус четвертый вместе с остальными.

  — А что потом? Когда все вскроется?

  — Очень приятно, что вы обо мне заботитесь, но... Главное, чтобы у Оксаночки все было хорошо. Спасите девочку, а со своими проблемами я сам как-нибудь разберусь.— Он обратил внимание на настойчивый взгляд Клинцова, опустил ладонь на его плечо.— Ничего они мне не сделают, поверьте! Знаете почему? Вот здесь,— он похлопал себя пальцем по голове,— находится столько эксклюзивной информации, что они не посмеют меня тронуть. Ну, пожурят! Ну, погрозят! Не больше.

  — Надеюсь, вы знаете, что делаете,— покачал головой Макс.

  — Будьте уверены.

  — А как я встречусь с Саней и Оксаной?

  — Не знаю. Об этом я не подумал. Вернее, не смог придумать ничего путного.

  — Док, ну что же вы! Нужно было предупредить! Мы хотя бы договорились об условном месте встречи.

  Прощаясь, парни условились сначала проводить Оксану за пределы Зоны, а уж потом думать о том, как добраться до Стражей. И не более того.

  — Прости,— виновато пожал плечами Назаров.

  — Ладно, с этим как-нибудь разберемся...— Макс услышал, как мимо подсобки кто-то прошел.— Кстати, Док, а как быть с людьми? Они нам не помешают?

  — Нет. Уж это я продумал. И вот что еще...

  Он протянул Максу пробирку из прочного стекла и старательно закрытую замысловатой пробкой.

  — Что это?

  — Как я говорил, защитная система сама распознает уровень угрозы. Для Протокола 12-32 понадобится нечто экстраординарное. И оно находится в этой ампуле.— На немой вопрос Макса он пояснил: — Это очень опасная субстанция, будьте с ней предельно осторожны.

  — Зачем мне она?— удивился Клинцов, разглядывая, на первый взгляд, пустую ампулу размером с автоматную гильзу.

  — Я вам объясню по пути, а то мы и без того уже выбиваемся из графика. Прошу!

  Док распахнул дверь и пропустил Макса в коридор.

  Особых различий между минус третьим и минус четвертым уровнями Макс не заметил. Такие же коридоры, такие же помещения с мощными дверями и местами частично прозрачными стенами.

  — Нам сюда.

  Теперь уже Док пошел вперед, а Макс за ним.

  Они сделали всего несколько шагов, когда из лабораторной комнаты вышел какой-то ученый. Увидев Назарова, он нахмурился и зашагал навстречу.

  — Виктор Игоревич? Какими судьбами?

  — А вы разве не заметили, что на минус четвертом дышится легче?— заговорщицки ответил ему Док.

  — Все шутите. Ну-ну... А Сергей Сергеевич в курсе, что вы разгуливаете по "Дельте", да еще и с... Кстати. Кто этот молодой человек?

  — Наш новый сотрудник, прошу любить и жаловать.

  — Уж слишком он молод, чтобы его жаловать,— задрал нос ворчливый гражданин.

  — Так хотя бы любите,— нашелся Макс.

  — Еще один шутник? Ну-ну... Так вы не ответили на мой вопрос: в курсе ли Сладков...

  — А вы сами как думаете? Вот провожу экскурсию, ввожу, так сказать, в курс дел нового сотрудника.

  — И у него тоже есть соответствующий допуск?

  — Иначе как бы еще он смог сюда попасть? Мы можем продолжить обход, с вашего позволения?

  — У вас пять минут. А я все же уточню у Сергея Сергеевича...

  — Это ваше право, уважаемый коллега. Вам напомнить номер его телефона?

  — Нет, благодарю, он мне и без вас известен.

  — Вот и славно.

  Они разошлись в разные стороны.

  Макс вытер рукавом пот, катившийся по его лицу.

  — Это кто?

  — Панкратов, тень Сладкова, такой же приспособленец и любитель вылизывать афедроны высокому начальству.

  — Чего вылизывать?— не понял Макс.

  Док шепнул ему на ухо, Макс хмыкнул:

  — Не знал, что это так называется.

  — Учите греческий, если хотите постичь всю глубину мысли человеческой.

  Они пошли по коридору.

  Док отстраненно объяснял Клинцову что и где находится, как будто на самом деле проводил увлекательную экскурсию. У окна рядом с дверью, над которой висела цифра "7", он остановился и произнес шепотом:

  — Как только мы расстанемся, вернитесь сюда, зайдите в лабораторию и поместите ампулу вон на ту панель.

  Он указал на какой-то прибор, нижняя часть которого чем-то напоминала наковальню. Над ней нависала такая же внушительная платформа.

  — Зачем?

  — Ну, Максим, ну, где же ваше логическое мышление? Это пресс. В ампуле знатная отрава, да к тому же чрезвычайно летучая. Как только пресс раздавит ампулу, и пары вырвутся на свободу, их присутствие засекут специальные датчики. Сработает сигнализация, автоматически запустится Протокол 12-32.

  — Там же люди!— Макс кивнул на стекло — в лаборатории, на самом деле, находился персонал.

  — За моих коллег можете не беспокоиться. Я позабочусь, чтобы их к тому моменту не было в лаборатории.

  — А вы где будете в это время?

  — Кто-то же должен запустить пресс? Сделать это непосредственно в лаборатории можно, но чревато. Датчики сработают прежде, чем вы успеете покинуть помещение — оно будет автоматически заперто и загерметизировано.

  — А как же Протокол?

  — У всех правил есть свои исключения.

  — А как же забота о людях? Что если в этот миг в лаборатории, на самом деле, будет кто-то находиться?

  — Нам будет его искренне жаль, его семья получит достойную компенсацию, а его имя попадет в анналы — то ли наиглубочайшего самопожертвования, то ли наивысшей глупости. Это как повезет... Не смотрите на меня так, Максим. Я шучу. Нервишки. Понимаете ли... Так что, как только вы покинете лабораторию, и за вашей спиной закроется дверь, я удаленно активирую пресс. А вы в это время переместитесь... вот сюда. Это и есть наше Хранилище с большой буквы "Х". Здесь находятся самые дорогие и самые редкие компоненты, прототипы, артефакты и прочее. А вон там вы видите костюм защиты, за которым сюда пришли. Официально он называется ЭЗК 3, что значит "Экспериментальный Защитный Комплект" третьей модификации — две первые не прошли испытания.

  — А этот?— Макс проглотил вставший поперек горла комок.

  — Только предварительные.

  Хранилище представляло собой обычное для Б4 помещение с суперпрочной дверью и большим, таким же прочным окном. Необычными были разве что ячейки в стенах слева и справа, похожие на банковские или те, в которых граждане хранят багаж на вокзале. Для ЭЗК 3 они были маленькими — или же костюм для них был слишком велик, — поэтому его содержали отдельно. По своей сути это была массивная конструкция, напоминавшая скафандр космонавта, защищенный бронепластинами. Судя по тягам и гидроусилителям, это был экзоскелет. Он, распахнутый и как будто приглашающий войти в его объятия, был зафиксирован на специальной стойке, установленной посреди помещения. Макс и сам догадывался, что защитный костюм, в отличие от пижамы, на сгиб локтя не повесишь и в пластиковый пакет не спрячешь. Но он даже подумать не мог, что тот будет вот таким... колоссальным.

  — Док, как же я его понесу?— жалобно спросил Макс.

  — Не вы его, а он вас. Видите, как он расположен? Не напоминает ли он вам кресло?

  — Разве что гинекологическое,— нервно пошутил Клинцов.

  — Неважно какое. Подойдете, повернетесь к нему... хм... тылом и ляжете. Все остальное он сделает сам. А потом быстро на выход. На все про все у вас будет секунд тридцать.