— Поверх голов солдат выглянула широкая мордень никому неизвестного горожанина. Спросила по-русски. — Ваше сиятельство, у вас все нормально?
— У меня, да. У них, нет.
Парень добродушно улыбнулся. — И че теперь делать?
— Скажи господам офицерам... — "План Б".
* * *
Капитан городской стражи нервно ходил по кабинету. Сердце трепыхалось, по спине неприятно бежала волна холода. — Что значит в городе пропал усиленный патруль полиции? Это не мыслимо! Как такое могло произойти?
— Не могу знать, господин капитан, — заместитель вытянулся в струну. Преданно поедал начальство глазами.
— Где они были замечены в последний раз?
— В районе порта. Потом, стражники пропали. Как будто растворились.
— Найти. Немедленно. Перерыть каждый дом, каждую лачугу, каждый угол, заглянуть во все дыры. Это, не иголка в стоге сене. Это офицер с помощником и ещё шесть солдат.
— Слушаюсь, господин капитан.
.....
В этот вечер в таверне "Дикий кот" было как всегда многолюдно. Любимое место отдыха английских моряков кипело, шипело и скворчало посетителями.
— Джентльмены, минуту внимания! — высокий, кудрявый ирландец обратились к присутствующим с ярко выраженным акцентом. — Меня зовут капитан Питер Блад. Я только что прибыл из Бриджтауна на красавце-паруснике "Арабелла". Джентльмены, наконец-то после долгого плаванья, я могу, посидеть за столом, с нормальными английскими парнями, а не какими-то лягушатниками. Выпить хорошего вина. Поговорить о жизни и море. Друзья, в честь нашего знакомства, я оплачу всё, что выпьете. И даже всё, что сможете заказать и унести с собой. Джентльмены! Да, здравствует старая, добрая Англия — хозяйка морей! Да, здравствует наш король Георг III! Ну, и я, скромный капитан, Питер Блад. Джентльмены, не стесняемся. Все, кто считает себя настоящим морским волком и добрым англичанином, должен сегодня пить и есть только за мой счет. Так, что гип-гип...
— Да-а! — заорали почти три сотни луженых глоток.
.....
Громкий звук колокольного звона разбудил половину города.
В дверь дома капитана стражи Венсана Лабудьё постучали. — Месье, беда! Откройте.
— Что случилось? — сонный хозяин вышел из дома и посмотрел на потрёпанный патруль.
— Господин капитан, в порту, возле питейных заведений, английские моряки устроили драку. Один из наших патрулей попытаться задержать зачинщика беспорядков. Некого капитана Питера Блада. В ответ англичане напали на французских моряков из таверны "Жаренный петух" и чудовищно избили их, а потом подожгли таверну. Сейчас дебоширы бродят по улицам, пристают к жителям, требуют немедленно отпустить мерзавца Блада. Иначе собираются громить город.
Начальник стражи с силой сжал глаза и надавил на них пальцами. — Подожди, Гиём. Голова раскалывается от твоей трескотни. Давай, по порядку, с самого начала. Кто такой капитан Питер Блад? Откуда он взялся? Что-то я не могу вспомнить капитана с таким именем.
— Говорят, он появился в городе только сегодня. "Приплыл" на какой-то "Арабелле", названной в честь его возлюбленной Арабеллы Бишоп.
— Постой. Ничего не путаешь? Сегодня не было никакой "Арабеллы". Сегодня вообще не появлялось новых кораблей в порту.
— Нет, месье. Англы чётко сказали — он, с "Арабеллы". Большой, двухпалубный, сорока пушечный фрегат. Красавец галеон, бывший "Синко-Льягас", который он лично захватил у испанцев, недалеко от Ямайки.
— Он, что пират?
— Не могу знать, господин капитан.
— Ладно. Разберёмся. Давай дальше. Кто арестовал его и за что?
— Ирландский выродок напился до чёртиков, начал выкрикивать бранные слова против Франции, нашей революции и лично императора Наполеона. Называл его плохими словами. Оскорблял. Рифмовал имя с ещё более непотребными словами. Даже спел песню! Бдительные граждане вызвали патруль. Патрик Лякомб с солдатами случайно оказался по близости. Задержал его и ещё несколько человек за нарушение общественного порядка.
— Гиём, лейтенант Лякомб пропал вместе с солдатами ещё до обеда. Мы сбились с ног, пытаясь найти его. Обыскали город, порт, обшарили каждую щель. А здесь, оказывается — он жив, здоров, да ещё задержал неизвестного капитана с корабля который не приходил в порт? — Лабудьё задумался. Скривил лицо. Странно прищурился. — Хорошо. Где сейчас дебоширы? В участке?
— Никак нет.
— Не понял. Их сразу повели в тюрьму?
— Не знаю. В тюрьме их тоже нет.
К крыльцу дома подбежал ещё один солдат. — Месье капитан, англичане подожгли ратушу на площади. Говорят, если не отпустим капитана Блада! Взорвут здание тюрьмы.
* * *
С улицы доносился шум, гам, крики. Порой звучали выстрелы и даже несколько раз пели хором.
Резко звякнул колокольчик. В залу "Розовый слон", где девочки с нетерпением ожидали поклонников, зашёл первый за вечер посетитель. Это был офицер в гражданской одежде. То, что он офицер, госпожа Готье поняла сразу. Гражданская одежда висела на нём как седло на корове. Тут же за ним появились двое слуг, с ящиками шампанского в руках.
Посетитель по-деловому осмотрел девчушек. Хмыкнул. Подкрутил ус.
— Мадам! Сколько стоят ваши услуги. — Он плотоядно подмигнул ещё сохранившей свежесть хозяйке.
Госпожа Готье плавно поднялось с мягкого дивана, чтобы продемонстрировать свое тело. — Желаете одну девочку или двух? Блондинку, брюнетку? А может рыженькую Лили? Месье, хочу заметить, у меня самый дорогой салон и лучшие девочки в городе. Будете выбирать сами или послушаете моего совета?
Офицер улыбнулся во все тридцать два зуба. — Чего мелочиться. Сколько сразу за всех?
— Не поняла? Вы хотите взять всех?
— Ага... — оптовый покупатель довольно кивнул в ответ. — Народу надо много. Город большой. Людей не хватает на улице. Так, что давайте всех. Чем больше толпа — тем лучше.
Госпожа Готье была опытная хозяйка, она сразу поняла, сегодня будет большой групповой заказ. Женщина пощелкала пальцами. — На сколько часов хотите забрать девочек?
Посетитель откинул голову. — Мадам, бузить планируем до утра. Хотя... Чего мелочится — давайте до обеда.
— Ооо, — широко открыли глаза. Вам обойдётся это в две тысячи.
— Прекрасно! — незнакомец вытащил из кармана пачку банкнот. Не считая, бросил на стол. — Беру всех.
Он направился к девушкам. — Мамзели, подходим ко мне. Быстренько пьем шампанское, для поднятия настроения. А потом идём на улицу и помогаем моим ребятам кричать, бузить, смеяться и весело проводить время.
.....
Англичане засели за небольшой импровизированной баррикадой и кидали всё, что было под рукой, во французских полицейских: Пустые бутылки, горшки, поломанные палки, мусор, выдирали и швыряли камни из мостовой.
Один из английских моряков обернулся. Увидел помощника. Решил поторопить. — Коровин, тудыть — растудыть тебя налево. Заснул что-ля?
— Один момент, господин унтер-офицер. Ужо несу. Вот, пожалуйте, Кондрат Емельянович. — Егорову подали только что вывернутый из мостовой булыжник.
Он подержал в руке, оценивая тяжесть. — Издеваешься? Он же тяжеленный. Я его далеко не заброжу. Это ты медведь сиволапый из нового набора. А мне такое не по силам.
Солдат виновато склонил голову, потупил взгляд. — Простите, господин унтер-офицер. Сейчас я вам другой булыжник достану.
— Отставить другой. Давай, этот. Сам швыряй. И не забудь крикнуть что-нибудь обидное про французов. Приказ, помнишь? — Кидать и ругаться по-английски.
— Так точно, господин Егоров.
Парень размахнулся и со всей силы запустил камень в сторону стоящих за баррикадой французских солдат. — All the French eat frogs! (Все французы жрут лягушек! Англ.).
— И что ты крикнул? Это хоть обидное?
— Не могу знать, господин унтер-офицер. Я лишь повторил то, что орали английские немцы. Наверное обидное.
— А если, нет?
— Давайте, тогда я буду кричать по-нашенски. По-русски я умею поболее.
— Отставить по-русски. Лучше иди, доставай новый камень.
За спиной "моряков", словно приведение из небытия, появился новый англичанин. — Егоров, Коровин... Рысью ко мне.
— Слушаем, ваше благородие господин Новиков. — Хулиганы подошли, вытянулись по привычке.
— Новое задание. Вот, горючие гранаты. На соседней улице большой пустой двухэтажный дом. Сжечь дотла! Ясно?
— Так точно...
— Смотрите! — сурово подняли здоровенный пудовый кулак. — Лично проверю, что бы не осталось ни одной головёшки!
* * *
Утро было тяжелое. Утро было туманное, едкое, с неприятным запахом дыма. Капитан городской стражи Венсан Лабудьё зашёл к себе в кабинет, выпил воды, бросил шляпу на стол. Тяжело уселся на стул. Мутным взглядом посмотрел на секретаря. Тот протянул бумаги... — Господин капитан, итоговая сводка за ночь и утро.
Лобудьё пробежался взглядом...
Сожжены и не подлежит восстановлению:
— Памятник Императору
— Городская ратуша
— Часовня великомученицы Екатерины
- 4 таверны
— 2 городских крепостных ворот.
— ювелирная мастерская
— 12 частных домовладений.
— 3 конюшни
Разграблено:
- 23 торговых лавки
— 12 хозяйственных помещений
— 7 складских помещений
.....
За различные правонарушения задержаны: 231 человек.
- 119 англичан
— 26 испанцев
— 14 голландцев
— 6 португальцев
— 4 шведа
— 1 китаец
— 67 французов. (Из них 43 женского пола).
Лабудьё, прочитал последнюю строчку, удивлённо посмотрел на секретаря. — Не понял? Сорок три женщины? Это как?
— Месье, кто-то из англичан напоил всё ночное заведение модам Готье и вывел девочек буянить на улицы. А потом, как оказалось, они-то и принесли больше всего вреда имуществу города. Например, это именно они, сожгли часовню великомученицы Екатерины и уничтожили памятник Императору.
— Давайте без подробностей. Ответьте на главный вопрос. Капитан Питер Блад арестован?
— Да, месье. Среди задержанных: Четыре Георга III. Два Карла XIV. Семь Наполеонов. Три Жозефины. Несколько десятков личностей поменьше. Двое из них назвались капитаном Бладом. Но, думаю, тот, который нам нужен, его среди них, нет.
— Почему?
— Господин Лабудьё, сегодня утром произошло ещё одно очень плохое событие. Просто вам пока не докладывали.
Капитан первый раз за всю жизнь схватился за сердце. Было очень больно и неприятно. — Что за событие? Что может быть хуже того, что уже произошло? Он взорвал крепостной склад с порохом или сжег дом Коменданта?
— Нет, месье. Дождался, когда почти вся команда фрегата "Империал" покинет судно. Матросы и офицеры были отправлены на помощь полиции. Захватил корабль и убыл в неизвестном направлении.
— Что? — Лабудьё вскочил с места. — Немедленно. Я иду с докладом к коменданту крепости. Надо срочно отправить погоню.
— Не получиться, месье. У нас нет военных кораблей в порту. А просить англичан? Догнать Блада? Когда в тюрьме сто девятнадцать английских моряков готовых на мятеж? — Помотали головой. — Думаю бесполезно.
Прелюдия 4.
У каждого своя работа — моя, совершать подвиги.
Когда Андре, связанного и немного помятого подняли на палубу. Он увидел перед собой довольно высокого господина, широкоплечего, с чёрной, как у цыгана, гривой кудрявых волос. Невысокий, чуть выше среднего роста, француз почувствовал себя рядом с ним просто карликом. На мгновение ему стало неуютно. Впрочем, это чувство довольно быстро прошло.
— Я, дворянин! — он зло сверкнул глазами и поднял свой орлиный, с горбинкой нос. — Я лейтенант королевского флота Андре де Жезив де Саандаль! И требую к себе должного уважения. Развяжите меня. Нас чем-то усыпили. Мы даже не могли сопротивляться! Это бесчестно! Я отомщу! Я вызываю вас на дуэль!
Ланин хмыкнул. — А, по-моему, ты дурак и полный кретин! Андре, говоришь? По-русски значит будет Андрей. Так? Слушай, Андрей? Если бы я хотел убить. Давно бы убил. И тебя и двадцать пять твоих соотечественников, которых взял в плен при захвате судна. Однако я милосерден — оставил всем жизнь и даже покормил, и напоил чаем.
Вселенец закончил манипуляции с образом собеседника, выведенным на экран платка артефакта. Чуть откинул голову назад. Задал вопрос. — Вот, ты думаешь, почему я так поступил?
??? — француз пожал плечами.
— Потому, что корабль большой. И моим людям нужна помощь в управлении судном. Парусов много. Людей мало.
Лейтенант снова задёргался. — Никогда! Слышите? Никогда! Французский офицер не пойдёт на предательство и сговор с разбойниками.
— Я не прошу вас предавать Францию. А предлагаю подписать контракт на время нахождения в неволе. Я захватил вас в плен. Точнее, не я, а некий капитан Питер Блад. Отвезу в Петербург. За неудобство заплачу МИЛЛИОН франков. Всё честно — без обмана. Лично тебе — двести пятьдесят тысяч. Остальным морякам — семьсот пятьдесят. Цифра хорошая. Для матросов — астрономическая. И главное — отлично делится на двадцать пять человек. После прибытия в Петербург покупаю другое судно. Передаю вам. Вы, вместе с деньгами и документами, "сбегаете" во Францию. Так, что нет никакого предательства. Все довольны. Все живы, здоровы и богаты.
— А если я не соглашусь? — пробубнили, хмуро глядя в пол.
— Тогда я тебя утоплю. Прямо сейчас. Лишний офицер на борту, да ещё спесивый дворянин, мне не нужен. "Твои" деньги отдам матросам. Договорюсь с ними. Думаю, они обрадуются. Сумма получится больше и хорошо делиться на двадцать пять. Так, что выбирай — либо становишься шёлковый и покладистый. Путешествуешь в Россию. Либо идёшь на корм рыбам.
— Я могу подумать?
— Конечно. Думай. А я пока посчитаю до трех. На счёт три жду ответа.
— Раз.
— Я согласен.
Глава 4.
Утреннее небо и море, по которому бежали хлопотливые некрупные волны, были пепельного, серого тона. В небе ещё виднелись несколько бледных, как будто сонных звезд. На востоке над горизонтом протянулись длинные тёмно-серые облака, и между ними и морем наливалась и желтела узкая щель. Рассветало быстро. Щель между морем и облаками стала оранжевой, потом малиново зардела. Небо поголубело, звезды исчезли.
