Алые крылья гнева

Это не убийство, это... да, это — помощь!

Нина Викторовна и сама удивилась, как легко железо вошло в плоть дряблой шеи. А дальше все было просто. Нож кинуть рядом, заколку Дашкину тоже подбросить, и идти, стирать все вещи. Мало ли, вдруг кровь попала?

Но это было не убийство.

Свиридова уже умирала сама. Нина Викторовна просто помогла ей, а это не считается. И с Дашкой тоже считаться не будет.

Ах, даже если и...

Отмолит грех! Уж как-нибудь! Да и разве грех — защищать своего сыночка? Она же все ради Володеньки, все для него...

Замечательный сынок у нее вырос. Но и ему нужна помощь!

* * *

Повезло Вовочке не сразу. Но через несколько дней он увидел Костю, который гулял с коляской.

Первым желанием Любавина было позвонить в полицию и сдать паразита.

Вторым — подождать. Это и потом можно сделать, а если сейчас участковый на Костю начнет охотиться, то Дашка точно удерет. Ищи ее потом!

Так что умный Вова проследил за мальчишкой и установил дом, в котором жила Дашка. Квартиру, правда, не узнал, но зачем ему квартира?

Ему надо Дашку у подъезда дождаться!

Так через пару дней и случилось.

Далина вечером возвращалась домой.

Чужой запах ее не насторожил. Это самый обычный подъезд, самая обычная девятиэтажка, хорошо еще, без мусоропровода, но воняет все равно не розами. Лифт предусмотрительный Вовочка ненадолго вывел из строя, заклинил его наверху... скоро разберутся, конечно, но ему времени хватит. А сам устроился между первым и вторым этажами, как раз в районе мусоропровода.

Если бы Далина не думала о своем, если бы не вымоталась на тренировке — она раз за разом пыталась строить полноценный энергетический каркас, а в городской квартире этим лучше не заниматься, приходилось уезжать за город, в лес, и там уже трудиться, если бы хоть прислушалась к своим ощущениям...

Этот мир расслабил ее. Драконица чувствовала себя если и не в безопасности, то в силах справиться с любой ситуацией. За что и поплатилась.

Удар по голове чулком с песком надежно отправил ее в беспамятство.

* * *

Темно.

Холодно.

Жестко.

Она явно связана, и давно, руки затекли. И связывал кто-то неумелый, веревки так впились, что кровоток пережимают.

Далина анализировала свое состояние, не открывая глаз.

Трясет. Воняет. Машина?

Да, похоже... ее что — опять похитили? Наглость какая! Кому-то жить надоело! А она — идиотка! Это ж кому расскажи, Далию Ланн — украли!

Да все наемники Ардейла подохнут со смеху!

'Кавказскую пленницу' с легкой Костиной руки, Далина уже посмотрела. Но одно дело — украсть студентку, и второе — дракона. На Ардейле такое никому и в голову бы не пришло! Зачем? Хочешь свести счеты с жизнью? Так есть способы и попроще, яд или клинок! А тут уже второй раз... неужели она кого-то не добила?

Она теряет квалификацию. Пора исправляться.

А пока...

Далина выпустила когти, и принялась перепиливать веревку. На руках, потом на ногах... Надо устроить людям сюрприз!

* * *

Когда багажник открылся, в первую секунду Далина дар речи потеряла. Вот кого не ожидала...

Потом дар вернулся, и высказалась она так, что у Вовочки уши покраснели. Такого мата он и от прапорщика Савельева не слышал. Даже когда на того ведро краски опрокинули.

— Не погань язык перед смертью. Лучше раскайся в своих грехах сейчас, — Нина Викторовна выбиралась чуть дольше, не с ее ногой из машины элегантно выходить.

— Грешна, — хохотнула Далина. — Уже ночь, а я еще никого не убила.

— Ополоумела, — подвела итог Любавина.

Далина хмыкнула.

— С чего бы? В истерике не бьюсь? Так и не собираюсь. Вы меня сюда зачем привезли-то? Убивать?

Мамочка и сыночек переглянулись. Что-то шло не так, но почему?

— Убивать, — кивнула Далина. Она отлично видела в темноте осенней ночи, да и фары света прибавляли. — Зачем — тоже понятно. Жениться тебе хочется, болезный, а я в светлый образ не вписываюсь. Папа невесты узнает, по попке нашлепает.

Нина Викторовна злобно сощурилась. Вот сейчас из-под благочестивой маски выглянуло ее настоящее рыло — злобной уродливой твари. Жадной, завистливой и лицемерной.

Далина даже поежилась.

Такое и кусать-то противно! А если оно заразное? Ядовитое?

Ф-фээээээ....

Дрожь была принята за страх, и Любавина окрысилась еще сильнее.

— Володя, бери ее и тащи в дом. Я тебе покажу, как подвал открывается, там эту тварь никто не найдет! Никогда!

— Угу. А в подвал еще живой скинете?

Далина уточняла с чисто практическим интересом. Вовочка отвел глаза в сторону.

— Ну... у меня тут есть таблетки, могу тебе дать. Если повезет, то помрешь...

— Угу, — согласилась Далина. — Добрые вы люди. Милосердные.

— Не ерничай — скрипнула Любавина.

Далина ухмыльнулась.

И позволила себе наконец-то принять вторую форму. Малую боевую. Уже час как когти чесались!

* * *

Володя от Дашки ничего не ждал. Никаких неожиданностей.

Поймите, это — Дашка!

Мягкая, добрая, глупая, вообще — никакая! Вы много внимания на свою тень обращаете? Да никакого! Вот и ему не было никакого дела до серой скучной девчушки. Понадобилась — поманил, надоела — бросил, вот и все разговоры.

Любовь? Да и не смешно!

Володя любить попросту не умел, он привык, чтобы любили его. Мать его любила безусловно, он был центром ее мира. Дашка так же любила... и что? Это нормально!

Соседи таяли и млели от милого мальчика. Володя рано понял, что не обязательно быть — надо казаться. Вот он и казался всем добрым, умным, вежливым, помогал сумки донести или лампочку вкрутить — больших усилий это не стоит, а соседи млеют. Тех, кто видел его настоящим, были считанные единицы.

Имидж продолжал помогать Вовочке и в армии. Там казаться было сложнее, но вбитые с детства правила мимикрии снова помогли.

Сложно ли открыть дверь машины и подать девушке руку? Ерунда, но ведь никто другой не сообразил, а с этого и началось их знакомство с Елизаветой. Продолжилось, развернулось, и вот уже Вовочка может стать зятем генерала. И на пути к богатствам и чинам стоит только мерзавка Дашка.

Так что выгружал ее Вовочка без особой вежливости. Потянул за ноги, и тут...

— Аааааааааа?

Тело Дашки вдруг странно изогнулось в его руках, стало мягким, словно кости превратились в резиновые. Ровно на долю секунды, а потом ноги ударили вперед с такой силой, что Вовочка отлетел метра на три. Ударился спиной, боль вспыхнула с такой силой что он даже потерять сознание не смог. А из багажника выползало... выходило...

Это было похоже на Дашку, которую кто-то нарисовал динозавром.

Откуда-то и чешуя взялась, и когти, и кажется, она крупнее, и массивнее...?

Это вообще — что?

И... хвост?!

ТАК не бывает!!!

Так не должно быть, и глаза у нее красные...

Раздвоенный язык медленно облизнул безгубую пасть. И хвостом еще погрозила.

Дернешься?

Вот хвостом тебя и того... по любому месту, которое понравится Далине.

— Сожрать тебя? Или надкусить? Да, Вовочка, это я. Твоя любовь, твоя Дашенька. Не хочешь поцеловать невесту?

Судя по бульканью — не очень. И отползает как-то странно... не подыхает? Вроде, нет. Ребра точно сломаны, может, сотрясение мозга, если он есть...

— Могу первую брачную ночь оформить. Ты знаешь, у пауков самка любит скушать самца после спаривания. У драконов... другого дракона я, конечно, не съем, а вот тебя, обезьяну, вполне можно. И знаешь, с какого места я начну?

Место Вовочка еще прикрыл. А потом на всякий случай одновременно обгадился и лишился сознания.

— Володя, где ты там застрял?

Мама звала из дома.

— Действительно, — оскалилась Далина. Ухватила Вовочку за ногу, и потащила за собой, без малейших усилий.

Нина Викторовна стояла над подвалом.

— Володя я спускаться не бу... бу... бу...

— Заклинило, — оскалился чешуйчатый красноглазый монстр, в которого перекинулась Дашка. — Не хочешь? А надо!

Прицельный бросок отправил в подвал Вовочку. А то, что заодно он зацепил и сшиб туда же свою мамочку, было приятным бонусом. Даже и когти пачкать не пришлось.

Далина подошла поближе, пинком скинула вниз костыль — не зверь же она. Или... зверь? Дракон — это точно не птичка и не рыбка.

Снизу скулила Нина Викторовна.

— Вы меня хотели тут оставить умирать? — Далина говорила негромко, но отчетливо. — Мое право, кровь за кровь, действие за действие. Я оставляю вас тут. Выживете — судьба распорядилась. Еще раз меня найдете — своими руками добивать буду. И сейчас не пожалела бы, просто противно.

Крышка подвала опустилась. И на нее (драконы — не ангелы, летать умеют, но остальные характеристики никак не совпадают) Далина придвинула здоровущий комод.

Выберутся?

Подохнут?

Ее этот вопрос больше никак не интересовал. Вообще, какая ей разница? Даже если и вылезут, вряд ли придут к ней еще раз. Захотят о ней рассказать?

Пусть не стесняются! Далина совершенно не против! Прямо так и слышится, приехали показать невесте подвал в доме, а она в ящера превратилась, и нас сожрать собралась. Прекрасная история выйдет! Психиатры заслушаются!

Эх, а вот одно плохо. Далина понятия не имеет, куда ее завезли. И как выбираться?

Хотя чего тут думать? Двигаться по дороге и поглядывать. Это песчанка, на ней рисунок шин есть, и ездили по ней не так, чтобы часто. Дойдет куда-нибудь, а там и спросит...

Деньги есть?

Карманы не обшарили, спешили, наверное. Далина проверила машину, утащила Вовочкину куртку, брошенную на заднее сиденье, закинула ключи от жигуленка подальше — и отправилась восвояси. Опять Костя ругаться будет.

Задержалась...

* * *

Машина Любавиных и спасла.

Домик хоть и стоял в отдалении, но машину-то с утра заметили! А там и поинтересовались, кто приехал? Куда приехал? Зачем?

Медлительно так, не на следующий день, а через день, пришли, огляделись, никого не увидели и решили укатить машину. А там уж, дома, в гараже, и решить, чего с ней делать.

А в дом кто ходил?

А там чего?

В доме обнаружили следы в пыли и сдвинутый буфет. Подумали, отодвинули, матеря всех его дубовых предков до первого желудя, а там и подпол нашли. И в нем — двух психов. Тихого Вовочку и громкую мамочку.

Вовочка просто сидел, глядел в одну точку.

Нина Викторовна вела себя, как шимпанзе — шизофреник. Дергалась, орала, визжала, ухала, пыталась выдираться... угомонили, привязали и оттащили в больницу. А там уж и в психушку.

А чего их — оставлять вокруг деревни бегать? А вдруг покусают кого?

Машина?

Не было никакой машины. И кто это — не знаем, в домике лесника нашли... вон, идите и смотрите. Там как раз гроза прошла...

В живых Любавины остались. Но обрадоваться этому уже не смогли. И оправиться — тоже.

Ардейл, замок Истанаров.

Яблочный сок Беннету пришелся по вкусу. А вот ощущать себя идиотом было неприятно. Но Истанар расспрашивал, и постепенно перед Беннетом вырисовывалась картина. И название ей было: 'Драколошадь'. Или 'Дракоосел'. И морда у осла была очень знакомая.

Начальник гвардии, ага!

Вот как есть — осел, даром, что черный и с чешуей! И все равно ТАК пролететь!

Конечно, не Итор Раддан это все задумал, это его папаша, Алгар Раддан начал, а там уж и двумя лопоухими дурачками попользовались.

Иаааааааа! А что тут еще сказать?

Радданы, вроде бы, внимания приютам не уделяли, денег туда не присылали, но, когда Беннет начал проверять, кто из его воспитателей может быть связан с черным кланом, выяснилась интересная вещь.

Не впрямую, нет. но у нескольких воспитателей родные как раз Радданам и служили.

Вот и ответ.

Приют. Доверенные люди. И можно заранее приглядеться к ребятам, подобрать себе самых перспективных, прикормить, приучить... тут и девочки пригодятся, и мальчики.

Раддан вообще давно лез к власти, но против Дубдраганов не тянул. Не та сила, не та ярость, а у черных многое решается не хитростью, а прямым поединком. Сколько ты интриг не плети, но если тебя вызовут — ответить придется. Выстоять Алгар не смог бы, надо было искать другой выход, при котором за него сделают всю черновую работу. И вот, ему попадается на глаза бастард Дубдрагана. Да еще по прямой линии! Да такой сильный!

Как тут не воспользоваться?

Нельзя сказать, что Клауса целенаправленно обрабатывали, но пару мыслей ему точно подбросили. А потом и случайная встреча с одним из Радданов. Дракон пил в трактире, пригласил ребят за свой стол... так не бывает? А почему?

Мало ли, кому и когда хочется напиться?

Слово за слово, игра, и вот у ребят в руках звенит золото, которое Клаус потратил на исполнение своей давней мечты. Нанять наемников — и бросить вызов отцу, а потом и деду. В себе Дубдраган был уверен, он мог справиться с любым драконом, но он же один! Наемники — это гарантия лояльности всего остального клана. Слуг, гвардейцев, да мало ли кого!

Конечно, не все так просто было, но когда Беннет начал копать в нужном направлении, он сам поразился — какие ж они лопоухие дурачки!

Как же их легко развели на 'священную месть'!

А теперь...

— И что мне теперь делать?

— Ждете от меня совета, драк? — насмешливо покосился Истанар.

— Нет.

— Уже лучше. Пора бы своей головой думать.

— Совет мне не нужен. Скажите, что вы хотите за снятие с меня всех клятв, а дальше я и сам попробую справиться.

— Что ж...

И Истанар сказал свою цену.

Россия, наши дни.

С утра Костя и Далина решили вместе отправиться в магазин. И по городу погулять, малышке проветриться надо. В тот квартал их занесло совершенно случайно. И... было только что тихо, мирно, спокойно, а в следующую секунду грохнуло так, что Далина даже присела.

Давно она ничего подобного не слышала, с тех времен, когда они разносили гору. Вот, пожалуй, и в этот раз что-то такое рядом рухнуло. Но тут же нет драконов? Или есть?

— Костя?

— На взрыв похоже. Даль, не знаю... смотри!

Тут и смотреть не пришлось.

Клубы дыма было отлично видно. А пожарную машину, которая промчалась туда с воем, не только видно, но и слышно.

— Даль, — Костя смотрел отчаянно. — ты можешь... туда? Ну... помочь? Это ж люди, нормальные, живые...

— А без меня у вас ничего не разберут? — огрызнулась Далина.

Вот сейчас уж точно не время, и Васька маленькая у них, и вообще, они гуляли. Может, люди как-то сами? Что она там может сделать?

— Техника нужна, и это долго, пока они приедут, пока начнут, а ты можешь просто людей почувствовать...

— И кто меня туда пропустит?

Костя ответил выразительным взглядом. Вот в Далине он даже и не сомневался.

— Какое мне дело до людей?

— ...

— Были бы хоть родные!

— ...

— Вы вообще чаще размножаетесь, чем умираете! — сорвалась Далина. — Дура я? Да?!

Далина и так ответ знала. Потому что Костя смотрел умоляющими глазами.

— Ты понимаешь, что после этого нам точно придется из города уехать. Так, чтобы следов никаких не было. Ты понимаешь, что это будет последней каплей? Нас и так ищут, наверняка...