-А я тебя не боюсь. Я тебе сочувствую, — неожиданно выпалила я. А ведь так на самом деле.
-Правда? — хоть это и было произнесено голосом, лишенным всяких эмоций, мне показалось, что нотка удивления все же имела место быть. — Сочувствие? Это что-то новое.
-А что в этом странного?
-Одни презирают, другие боятся. Но чтобы сочувствие, — Лина сделала паузу. — Иногда в этом жестоком мире поражаешься таким вот простым вещам. Ты меня удивила, астралка. Задавай вопросы. Я думаю, у тебя много их накопилось.
-Мне вот непонятно одно. Как ты видишь и видишь ли ты вообще?
Кордилина тут же ответила:
-У меня нет глаз. Я ничего не вижу. Человеческий облик — лишь обман.
-Эээ... — смутилась я. — Но по тебе не скажешь, что ты слепа. Ты двигаешься слишком уверенно для чело...— запнулась, — века... у которого выжгли глаза.
-Этому есть объяснение. Мне просто повезло. В жизни мне вообще во многом повезло, — неожиданно начала откровенничать Лина.— Я родилась в богатой семье, была аристократкой. Но меня никто любил. Не ненавидели или избивали, просто я была своего рода ненужной вещью. Это я точно помню. Правда, потом появился один хороший друг. Жалко, что сдружились мы, когда мне было четырнадцать, а в пятнадцать меня уже не стало. Впрочем, моя биография не к месту, — прервала свой поток информации предводительница.
— Все это к тому, что я — магический гений. Что это значит? В академии, чтобы определить, какими направлениями владеет человек, надо проучиться много лет. И то не факт, что найдёшь. Магией владеют все без исключения, но я не уверена насчет астральцев. Но твои три направления мне известны. Просто у некоторых попадается настолько редкое, или даже новое направление, что его вообще нельзя обнаружить. Меня, как и всех детей, в восемь лет отдали в академию и я знала, чем владею. Но там учителя только рассмеялись, сказали, что это выдуманные сказки. В итоге два года прошли в пустую. Но я оказалась права. Обнаружилось, что я могу, только посмотрев на любого, с ходу определить, чем он владеет. Это ещё не всё. Я могу также определить, что делал с магией человек, что за магия, какое направление. Суть заключается в том, что меня нельзя обмануть в магии. Я всё чувствую. И при этом мне легко удавалось углублённое изучение своих направлений. В четырнадцать лет от меня избавилась академия, мотивируя это тем, что я знаю больше, чем все учителя разом. Даже в магии бывают свои гении, но они бывают очень редко. Раз в тысячелетии.
Но не всё было так хорошо. Я толком не умела применять свои способности. Не из-за того, что я чего-то не знала. А мне мешал природный страх, робость, боязнь кому-то навредить. Мешали чувства. Я даже вообще не могла понять, зачем мне это пригодиться в жизни.
Как и оказалось, в жизни не пригодилось.
А ведь я могла бы и одержать вверх над Гарбатрэль в ту ночь. Но я была робкой, хрупкой, маленькой, испуганной, в некотором смысле немощной. Из головы просто всё вылетело. Вот тебе и гений в магии. Знаешь много, а сделать толком ничего не можешь, — Лина опять замолчала.
— Я все отхожу от темы. Я просто хочу сказать, что настолько глубоко изучила иллюзорное направление, что ощупывая каждую нить, могу создать некую упрощенную модель реальности, окружающую меня. Это называется "магическим зрением". Радиус ограничен. Приходится на новом месте снова щупать каждую нить, чтобы была картинка. Правда она бесцветна и совсем не похожа на то, что видят остальные люди, но зато я хоть могу в некотором смысле "видеть". Если бы мне не было подвластно направление искажения пространства, то меня бы окружала одна пустота. Именно с этим мне повезло. А с остальным не так сильно.
-И... каково так "видеть"? — мне стало любопытно.
— Не могу сказать. Лишь показать, — Кордилина приставила к своему правому виску указательный палец левой руки, правой поводила по воздуху у меня перед глазами, а потом приставила к моему левому виску большой палец правой руки.
Зрелище оказалось... слегка необычным.
И это называется "видеть"? Кошмар какой-то. Пространство вокруг меня стало каким-то непонятным тёмным цветом.... Точнее я ЗНАЛА, что оно тёмное, а не видела этого. Чувствовала... Такое странное ощущение. А всё вокруг было пронизано светлыми нитями. Опять же я не знала какого цвета, я просто знала, что они отличаются от окружающего пространства. А вдруг сами нити тёмные, а не светлые? Я этого не могу понять. Я просто ЗНАЮ, что пространство и нити отличаются друг от друга.
Нити были горизонтальными и вертикальными, и они словно опутывали пространство, повторяли контуры пещеры и людей. Это мне напомнило виртуальную реальность... так необычно... Но при этом нити не показывали все подробно, лишь обобщенно. Особенно меня удивили люди. Они были очень примитивные. Состояли буквально из пары линий. Фраза : "палка, палка, огуречик — вот и вышел человечек" точно описывает это непонятное явление. Причём все "человечки" были одинаковы. Ужас... как Кордилина всех различает? Теперь понятно, почему предводительница в разговоре просто смотрит в одну точку. Для нее мы ничем не отличаемся. Она не видит наших лиц. И это несколько...пугает.
Но необычное на этом не заканчивалось. Оставим людей. Такое ощущение, что для нитей не было преград, иными словами, можно спокойно было смотреть через стенку и следить за другими людьми. Все спали.
Черт... это же ужасно. Всегда находиться внутри такой...нитяной реальности...Это же... невыносимо...
Но это всё кончилось, и я снова оказалась в сплошной темноте.
— Видела нити пространства? Это инструмент обычной магии. Только вот они бесцветны: что нити, что пространство. Поэтому я не знаю, что какого цвета, и для меня определить это невозможно. Я даже забыла названия цветов. Приходится говорить, что страдаю дальтонизмом. Отчасти это является правдой. Твой следующий вопрос.
-От кого спасает аэйровийская так называемая "защита", которая стоит только на Западном королевстве?
— Теперь не на всём Западжинеле. Она была частично снята перед началом войны. Эрвуа теперь не под "защитой". Поэтому война идёт только на территории этой маленькой провинции. Тот, кто создал безумное Аэйровийское королевство, ненавидел мертвецов, поэтому создал "защиту" и установил её на все королевства.
-Но...какие они преследуют цели? Что они хотят сказать этим?
-Честно, я не знаю. Я сама над этим думаю. Есть много предположений, и ни одно из них не верно.
-Во сне советник сказал, что, если снять "защиту", то это будет лучше. Почему он так считает?
-Это его точка зрения. Я её разделяю. Больше не отвечу, ибо не твоё дело, — спокойно, ответила Лина. Похоже я опять задела за что-то живое. Блин, теперь это звучит как каламбур. Надо задать другой вопрос:
-А как тогда воевать с этими самыми мертвецами?
-Тебе важно знать лишь то, что люди с ними не справятся. Еще не все мертвы окончательно. Но я стараюсь. На самом деле многое в этой войне скрыто от глаз обычных людей. Нам кое-кто помогает. Мой бывший наставник. Без него мы бы проиграли. Остальное тебе незачем знать.
-А "хозяин"? Аллариан, кто он? Тоже мертвец?
-Нет. Он опаснее всех мертвых. И он куда сильнее меня, — тут Кордилина резко сменила тему. — Вопросов больше нет? — не дав мне ничего сказать, она приказала. — А теперь иди и отдохни. Ты, наверное, устала.
Она скрылась куда-то. А мне пришлось вспоминать дорогу. Лина ушла недалеко от лечебницы, поэтому я направилась туда. Там всё ещё хлопотала Зоклер. Я спросила, можно ли переночевать здесь. Она была только рада компании. Я легла рядом с Зайшем, сжав его уже не такую холодную руку.
* * *
Прошла неделя. Никаких вылазок больше не было. Кордилина явно находилась в смятении, хоть была неприступна как всегда. В последнем сражении погибло много народа, а боеспособных новичков было не так много. Зоклер еле справлялась, раненных было много, поэтому Зайш до сих пор прибывал в бессознательном состоянии. Я постоянно дежурила около него, надеясь, что возможно, и без помощи целителя мой друг сам очнётся. Но чуда не происходило. Конечно, с ним пока всё в порядке, но мне кажется, что чересчур опасно оставлять его в таком состоянии. Но у Зоклер было другое мнение. Было бесполезно с ней спорить, потому что всё-таки она врач, а не я.
Ривьер теперь тоже находился в "Муравенике" по просьбе Шэлвэна. Он сильно изменился, и это было неудивительно, учитывая то, что лишился зрения. Он стал более тихим... даже меланхоличным. Такое ощущение, что окружающий мир переставал его волновать, и он погрузился в новый. Мир звуков. Ривьер перестал много говорить, даже наоборот. Он стал задумчивым. Не так давно он начал...петь. Что-то бессвязное, но красивым и тихим голосом. Когда я периодически натыкалась на него с братом (Шэлвэн не покидал Ривьера, потому что справедливо полагал, что его попросту попытаются убить), то мне становилось тут не по себе и я старалась скрыться. Я испытывала разные чувства к этому человеку. Мне одновременно было и жаль его, потому что жизнь его очень сильно потрепала, и я его ненавидела за то, что Зайш до сих пор не может прийти в себя.
Шэлв яростно защищал своего брата ото всех, даже несмотря на то, что он до сих пор не верил ему. Ривьеру все казалось, что его настоящий брат погиб, а это не более чем "не замолкающая ни днём не ночью лживая невразумительная иллюзия". Но тем не менее Шэлвэн защищал своего брата, которого ненавидели все жители "Муравейника". Они ругались, шипели, а иногда пытались и вовсе покончить с психом. И когда ничего из этого не удавалось, вся злоба переходила на Шэлва. Мне даже его жалко. Ведь он хороший человек, которому крупно не повезло в жизни, и теперь его презирают за это. А ведь он наконец-то смог воссоединить семью. Чему он был рад.
Что касается Кордилины, то по ее словам, стало легче, когда удалось обезвредить Ривьера. Она не возражала против него, по ее словам он все равно бесполезен. Зоклер сказала, что Ривьер останется слепым на всю жизнь и тут даже магия не поможет . Или он сознательно не хотела делать этого.
Но что-то опять я задумалась не о том...
Сегодня Кордилина созвала своеобразный "совет" и попросила всех высказаться, что кто думает, как дальше стоит поступать.
— Надо у рудника захватить деревушку, там находится резервный отряд "хозяина", — сказал высокий мужчина, имени которого я все равно не запомнила. Я же здесь до сих пор никого не знаю. Кроме Зайша, Лины, Зоклер и Шэлвэна...
И не понимаю, почему меня позвала сюда Лина.
— Зачем уничтожать резервный отряд, если можно напасть на основной, который находился неподалеку от Ортег-Шипа? — это уже был другой мужчина, который был старше первого лет на двадцать.
-Это всё не то. Резервный, основной.... Надо разделиться на группы и ударить сразу по нескольким отрядам, — вмешался другой мужчина. Моложе первых двух.
— И всех потерять? Нас и так всех мало тут. А если попадём в засаду? Мне кажется, что надо нападать на небольшие отряды, постепенно ослабляя врага. Не спешить, — это сказала уже женщина лет сорока. — А вы, Мария, что думаете?
-Я?— честно говоря, я надеялась, что до меня не дойдёт очередь. В этой части пещеры, где было что-то вроде стола, стояло ещё несколько человек. — я просто хочу оказаться лицом к лицу с "хозяином", — ответила им честно. Все посмотрели на меня с диким выражением лица, словно я сказала, что собираюсь дезертировать. Но я просто устала от этой дурацкой войны.
Дальше стали спорить, чья тактика лучше. Затянулся их спор надолго. Я уже не слушала, а опять погрузилась в невеселые мысли. Все равно до сих пор не могу понять, что я тут забыла. В этом Кристалье...
Кстати, сама Кордилина не вмешивалась в этот спор. Она внимательно слушала каждого, скрестив руки на груди.
Примерно через полчаса, все пришли к выводу, что нельзя спешить, а стоит нападать лишь на маленькие отряды, тем самым медленно, но без потерь ослабить "хозяина".
-А дальше-то что? — вмешалась всё-таки Лина. — Ну и ослабим мы "хозяина" своими вылазками. Такими темпами мы войну выиграем лет через двадцать. Возможно тогда король вспомнит о нас и направит сюда небольшое войско. И так растянули эту бойню почти на год. Давайте поговорим о другом. О наших, эрвуанских, достопримечательностях.
Последние предложение вогнало присутствующих в ступор. И меня тоже. А предводительница, как ни в чем не бывало, своим безэмоциональным голосом продолжала:
-Отвлечёмся ненадолго от темы войны. Наверное, каждый эрвуанец знает об этом здании, которое является главной достопримечательностью не только нашей республики, но и всего Запада. Также это самое высокое здание во всём Кристалье. Оно необычайной красоты, выложенное цветной плиткой, которая образует красивый витиеватый узор, который охватывает все здание, а на окнах сплошь черно-бело-зеленые витражи. Здание названо в честь женщины, по чертежу которой оно было спроектировано и построено. Также имя этой женщины и название этого здания по совместительству является символом того, что ещё не всё потеряно. Кто знает, про что я говорю?
— Причём тут маяк Надежды? Лина, что за ребячество? — возмутился пожилой мужчина. Но потом он стал понимать. — Ты же ведь не хочешь сказать, что...
-Именно это и хочу сказать. Небольшой портовый городок Нурт не так ценен, как маяк Надежды, который находится на его территории. Из этого порта лишь один морской путь — в Южное королевство. А как мы все знаем, что Юг ведет натуральное хозяйство, поэтому этот путь не так ценен. А вот маяк...
Ей не дал договорить один из присутствующих:
-Кордилина, может не стоит? Это опасно.
-Стоит напомнить, кто тут главный. Я вас всех собрала. И говорю, что все уже всё решено. Мы и так ослабили "хозяина". Уничтожили склад оружия в бывшем Ареоте, присвоили запасы в Ортег-Шипе себе. Победили множество его солдат, в том числе и его правую руку — Ривьера. Хватит вести подпольную войну. Завтра мы идем на маяк Надежды.
И тут все охнули.
Одна я не могла разобрать, что это за маяк. Но раз он так красив, почему бы не захватить. К тому же предводительница не так уж и не права. Но не все были согласны с ней. После собрания все перешёптывались о том, что Кордилина свихнулась, и что нельзя подвергать выживших людей такой опасности. Я не стала слушать их причитания, я направилась в лазарет.
С тех пор я поселилась там. Мне хотелось быть рядом с моим другом. Теперь мне ни за что не хотелось упустить Зайша. Я свернулась рядом с ним. И перед тем, как заснуть, провела своей рукой ему по лицу. Теперь он не был таким бледным. Но он никак не мог открыть глаза. И мне было неспокойно на душе от этого. Прижалась всем телом к нему и уткнулась в его плечо. Только потом закрыла глаза.
Вырубилась я быстро, но перед этим проскочила одна мысль. Может, я наконец-то встречусь лицом к лицу с Алларианом?
Опять повторился сон, который я видела, когда "хозяин" вырубил меня. Про то, как умерла Кордилина. Только уже все персонажи обрели имена. И когда Лина выбежала из дома навстречу своему другу, она прокричала: "Аллар!" Глава 18. Маяк Надежды
