Но на совещание Николай прибыл в отвратительном расположении духа. Жена, Александра Фёдоровна, устроила ему жуткий скандал. Не помогло и напоминание что она не праздна, и волноваться ей противопоказано. Но это женщину, узревшую в одной турчанке конкурентку, вновь потребовала удалить её из дворца. Вот и пришлось, дабы заставить её замолчать, сообщить ей, что, похоже, эта дочь будет у них второй и последней. По прошлой свое реинкарнации в Николае, он знал, что заболевание, переданное в его семью Александрой Фёдоровной, миновало двух старших из дочерей. Но по полной отыгралось на младших[4]. При этом разговор зашёл из того, что когда Николай произнёс что и сейчас ожидает дочь, то императрица выпалила что ожидает наследника. Ну и Николай, не сдержавшись, высказал своё мнение, что это дочь. И что им лучше ограничиться этими двумя детьми. Сославшись на предсказания нескольких медиумов. Правда, раскрыв свои планы об изменении порядка престолонаследования. Относительно прав на престол великих княжон. Ну и напомнил, что он и есть глава Русской Православной Церкви. Со всеми правами на развод и постриг в монахини. Так что к утру Александре Фёдоровне было уже не до какой-то турчанки.
Так что когда Николай появился в зале клерка или как его ещё называли комнате секретариата, то он был зол и не выспавшийся. Но зайдя в богато убранное помещение, где на диванах расположились, положив ноги на специальные подставки, великие князья, а генералы расселись по веским стульям, попытавшись, было подняться при появлении царя, но Николай проговорил:
— Сидите, сидите, господа, — а потом, обернувшись к сопровождавшим его, распорядился доставить на освещение собора Святой Софии всех учащихся Тифлисской духовной семинарии. Для чего направить, за ними, в Поти яхту "Константинополь", по её прибытию, с братом Михаилом, на борту. Ну а потом, пройдя к центральному дивану, в комнате, произнёс речь. Суть, в которой сводилось к тому, что он, не смотря на успех операции, считает, что существует большое количество недостатков в организации армии и подготовки личного состава. Для чего он предлагает реорганизовать Главный штаб обратно в Генеральный штаб. Возложив на него и задачу разработку планов по ведению боевых действий. В первую очередь с вероятными противниками. В числе, которых он видит Австро-Венгрию, в союзе с Германией, а также Японию. Ну и на Генеральный штаб так же возлагается и обязанность по организации мероприятий для подготовки к подобным боевым действиям. В частности, осуществлять разведку на этих направлениях, и контрразведку. Плюс он считает порочной методику, когда чин капитана можно получить, только если освободиться должность командира роты. И он считает, что капитанами, а это должно быть звание, а не чин, люди должны становиться лет в тридцать пять, а не в шестьдесят[5]. Но вот что бы стать подполковником было необходимо закончить военную академию. По профилю военной деятельности. А вот что бы стать элитой армии и получить перспективы на генеральские должности, то и Академию Генерального Штаба. И вообще провести военную реформу так, чтобы лица, получившие звание подполковника, выходили на пенсию согласно их наградам[6], в сорок пять лет. И только полковники, и генералы служили до шестидесяти.
Ещё один нюанс, которому посветил место, в своей речи, император было сетование на то, что личный постав проявил не достаточную самостоятельность и инициативу, в ходе боевых действий. Много времени тратя на выжидание приказов от руководства. При этом нижние чины показали недостаточную боевую подготовку. Ну, кроме как штыкового боя. На что Ванновский бросил, что "пуля дура, а штык молодец". В ответ Николай печально усмехнулся и ответил, что эти времена прошли. А сейчас и пуля не такая дура, как сто лет назад, летит точнее, да и в воздухе их лететь может столько, что одна да точно попадёт, прежде чем нижний чин, до врага доберётся, чтобы его штыком пырнуть. Поэтому и необходимо поднять уровень, как стрелковой подготовки, так и тактической, по поведению, как отдельных солдат, так и подразделений на поле боя. Ну и плюс необходимо подумать о том, чтобы солдат по мере службы становился не просто грамотным, но и образованным. И желательно, за время службы, получал хотя бы минимум, по какому ни будь ремеслу.
После этого царь затронул тему артиллерии. Заявив, что хочет ввести в частях не только полковую, но и батальонную артиллерию. И тут же встретил весьма агрессивное противодействие генералов и специалистов по артиллерии. Вопрос в том, что в мире, уже полсотни лет, существовал кризис артиллерии. Который заключался в том, что, не имея возможность вести огонь из глубины обороны, из-за малой дальности стрельбы, с закрытых позиций, так как не могла попасть в цель, которую не видела, артиллерия вынуждена была находиться открыто, в зоне действия залпового огня стрелкового оружия. Что и привело к тому, что орудийные расчёты очень страдали от залпового огня из стрелкового оружия. А в результате количество артиллерийских орудий в армиях сократилось до минимума. А в России исчезла полковая артиллерия. И вот опираясь на это все и стали высказывать мысль, что царь ошибается. И Николай попросил Сандро выдать отчёт о применении, в его двадцать пятой дивизии, новейших образцов вооружения. Начиная от опытных трёхдюймовых дивизионных и горных пушек, пулемётов, различных систем, и заканчивая самозарядными винтовками и пистолетами. Ну и мнение об их применении, свидетелями которого были или они сами, или их подчинённые, генерал-майоров Белого и Кондратенко.
И после их докладов русский император и заявил, что он видит расцвет дальнобойной, скорострельной артиллерии, в виде лёгких артиллерийских систем, включая и различные виды мортир. При этом такая артиллерия, будет, используя различные приборы и телефонную связь, вести огонь по данным наблюдателей, передающих эти данные по телефону. Соответственно кризис артиллерии себя изживёт. А пехота будет вынуждена действовать разсосредоточенно и применять новые виды укреплений. Не окопы по пояс, со стоящими в них плечом, к плечу стрелками, а окопы полного профиля, замаскированные, чтобы артиллерия точно не била. И где между стрелками вооружёнными самозарядными винтовками[7] и пулемётами будет несколько метров. Но применение самозарядных винтовок и пулемётов позволит поддерживать необходимую плотность огня при меньшем количестве нижних чинов. Генерал Обручев попытался было сказать, что это дорого. На что Николай предложил ему посчитать, что обойдётся дороже снарядить, вооружить и содержать полуроту солдат, или же приобрести один пулемёт Максим, поддерживая его в работоспособном состоянии и обеспечить его расчёт. Заявив, что его армия тратит, на содержание одного нижнего чина, полтысячи рублей в год. Ну и обратил внимание на необходимость перевооружения армии. В первую очередь на новые системы орудий, взяв за основу французскую скорострельную пушку. Но при этом, не применяя концепцию "одного орудия и одного снаряда". Заявив, что лично прибьёт любого, кто об этом только заикнётся. И видит дивизионную артиллерию в виде трёхдюймовых скорострельных орудий, для борьбы с живой силой, и в виде более тяжёлых гаубичных систем, предназначенных для подавления вражеской артиллерии и разрушения перспективных оборонительных сооружений. Ну и стрелкового оружия, начиная от пулемётов, снова осадив, генерал, заявивших было, что это артиллерия, добавив, что видит и возможность применения лёгких пулемётов, переносимых и используемых одним, от силы двумя бойцами, и заканчивая новыми видами винтовок и пистолетов. Упомянул царь и про трофейные турецкие винтовки. Потребовав их собрать, оценить их состояние и пригодные к дальнейшему использованию в армии винтовки заскладировать, со всем бережением. Те же из них, что не пригодны к использованию в армии, перестволить под охотничьи ружья и продать. Да и трофейные орудия Николай распорядился осмотреть, привести в состояние пригодности к использованию. И решить вопрос с их дальнейшим использованием. Хотя бы временным. Например, на артиллерийских позициях у Дарданелл и Босфора. С пересылкой туда, из Кронштадта, четырнадцатидюймовыми крупповскими пушками, одну после её ремонта[8]. Установив их на батареях с аналогичными турецкими пушками. После использования трофейные орудия или продать, или использовать их в качестве памятников. Можно вооружить трофейными орудиями и продаваемые корабли.
После этого Николай перешёл к фортификации. Заявив, что крепости должны теперь прикрывать не один объект, а целый район. Приведя в пример крепости на Висле, Новогеоргиевскую[9], Варшавскую и Ивангородскую[10]. Считая, что одного промежуточного форта между Новогеогиевской крепостью и Варшавой мало. Крепостной район должен перекрывать весь этот рубеж, включать в себя все три эти крепости, плюс новую систему укреплений, имеющих капитальные пулемётные и артиллерийские позиции, между ними, и продолжаясь на флангах крепостей. Чтобы не позволять противнику форсировать реки Вислу и Нарев. Подобные крепости, прикрывающие целое направление, по выгодным для обороны рубежам, только на морских театрах, Николай поручает создать и флоту. Которому царь передаёт всю береговую артиллерию. Последнее вызвало ропот генералов, но открыто протестовать они не стали. После чего царь и заявил, что ждёт от участников совещания предложений, по военной реформе, к первому июлю этого года. Дабы с нового года её и начать. После чего и завершил совещание. Предстояло, в этот день, решить и один внешнеполитический вопрос. Ну а вопрос со снижением срока выслуги, по наградам, что бы к окончанию службы подполковник имел наград, хотя бы за выслугу лет, на достойный пенсион, Николай решил просчитать сам. Но несколько позднее. К началу реформы.
3
Но не все тогда ушли. Так что решение вопроса, с принцессой Гавайев, пришлось отложить на потом. А всё из-за того, что великий князья Михаил Николаевич, с сыновьями Александром Михайловичем и Сергеем Михайловичем задержались в комнате, что-то обсуждая. Хотя, как решил, было, Николай, обсудить им было что. Как, никак именно младший сын Николая I и был смотрящим от царской семьи за артиллерией. И, как свою вотчину, был намерен передать это дело сыну Сергею. Но тут царь решил отнять береговую артиллерию, которая ранее была частью крепостной артиллерии, у него, правда, передавая другому сыну, Александру. Который теперь стал смотрящим за флотом. С одной стороны, непорядок, с другой стороны, всё равно, всё осталось в семье. Так что больших претензий от них он не ожидал. Но оказалось, что артиллеристов в царской семье заинтересовали другие вопросы. С которыми они и подошли к царю, всё так же сидевшему на центральном диване.
— Ники, ты, что действительно решил возродить полковую артиллерию? И как ты её видишь, в настоящее время? И что это за зверь, такой, артиллерия в батальонах? Ты точно хочешь такое ввести? Артиллерия же будет уязвима, от огня стрелков, — произнёс, вставший прямо перед царём, Михаил Николаевич. В ответ царь, тяжело вздохнул и, указывая на остальные диваны, произнёс:
— Присаживайтесь, в ногах правды нет. А по поводу такой артиллерии, то у Сандро, в дивизии есть практически все виды такой артиллерии, — произнёс в ответ Николай, — Полковую, противоштурмовую и конную артиллерию, да и горную, я вижу созданной на основе той греческой семидесятипятимиллиметровой, горной пушки системы Данглиза, что испытали, в морской дивизии. И я не считаю, что, используя навесной огонь и ведя огонь с закрытых позиций, такая артиллерия окажется уязвима. Всего-то вперёд выдвигается наблюдатель, который корректирует огонь. Передавая нужные сведения, добытые с помощью приборов, по телефону, на скрытые позиции. Что позволит полностью использовать дальности стрельбы имеющихся орудий. В том числе и дивизионной артиллерии, на основе тех новых французских пушек, что были так же испытаны в морской дивизии.
Севший, к этому моменту на соседний диван и внимательно выслушивающий самодержца Михаил Николаевич кивнул и произнёс в ответ:
— Это возможно, надо только всё это отработать. Но подобные пушки не смогут взломать те укрепления, что ты предлагаешь.
— Они и артиллерию противника не подавят, — ответил ему император, — Поэтому то, помимо этих пушек, в дивизионной и корпусной артиллерии должны быть гаубицы и пушки. Последние калибром стосемьмиллиметров, а гаубицы калибром стодвадцатьдвамиллиметра. Для взлома укреплений и подавления вражеской артиллерии. И ту нужны будут не только шрапнельные снаряды, но и гранаты[11]. Поэтому, когда французы начнут к нам приставать с концепцией "единого орудия, единого снаряда", подразумевая под этим свою скорострельную пушку и шрапнельный снаряд к ней, то с ними не соглашаться. Ну и конечно осадную артиллерию никто тоже не отменял. Пушки, нового типа, от калибра стодвадцатьдвамиллиметра и гаубицы от шести дюймов, разрабатывать нужно. И превращать осадные парки в тяжёлые артиллерийские бригады. Не менее одной на армию. Ну и для штурма крепостей необходимо разработать тяжёлые мортиры, от десяти дюймов, гаубицы от восьми и пушки от шести дюймов. Которые необходимо сводить в полки резерва верховного командования.
После этого Николай решил, что необходимо будет всё-таки подкинуть артиллеристам, среди Гольштейн-Готторпов, дополнительных бонусов. Благо именно на эту ветвь, михайловичей, правящего дома, пусть и одну из двух, находящихся в откровенных аутсайдерах, Николай и хотел опереться. Как, впрочем, и на вторую такую же ветвь, константиновичей. И царь продолжил:
— Подобная артиллерия, начиная с противоштурмовых орудий, что должны будут заменить гладкоствольные единороги[12] и, заканчивая тяжёлыми орудиями, так же должна будет производиться и для создаваемых, на основе крепостей, и оборонительных линий. Которые мы назовём укрепрайонами. Так же для этих линий будем создавать артиллерийско-пулемётные батальоны. Вооружить, которые, можно будет стационарными артиллерийскими установками, на основе существующих орудий. Но с установкой их на лафеты, с откатом по оси ствола[13]. Плюс для вооружения тяжёлых артиллерийских позиций на этих укреплениях я предлагаю переместить туда и всю освобождаемую артиллерию с береговой обороны.
— А что будет там? — тут же взволнованно произнёс Сандро. Решив было, что его обделят. На что царь, пожав плечами ответил:
— А там будут пушки аналогичные морским, причём орудия, в них будут, от восьми дюймов, только в башенных установках. Пушки в шесть, восемь, так же могут быть в башнях. Отработаем, на них, технологию для создания полноценных многоорудийных башен для шестидюймовых орудий.
Александр Михайлович удовлетворённо закивал в знак согласия, но тут заговорил его брат. Который сказал:
— Так пулемёты же это артиллерия?
На что Николай, покачав головой, ответил:
— Нет, теперь это пехота. Но вот пулемёты, в этих батальонах, проходят по разряду артиллерии. И скорее всего это будут Максимы. А вот как бы вопрос с принятием на вооружение пулемётов Гочкиса, для непосредственной поддержки пехоты, остаётся открытым. Подумаем, сравним. Но большая часть пулемётов, это будет штатное вооружение пехоты. В крепостях и на флоте, в том числе его береговой обороне, на вооружении будут пулемёты системы Максима.
