Лана от безделья по полдня развлекалась, сидя в малой гостиной на диване и один за другим втыкая в мишень ножи из своего мешка. Дело, конечно, полезное, но когда кто-то рядом раз за разом втыкает что-то в доску, это скоро начинает раздражать.
— А писать стихи? — спросила младшая.
— Как я тебя научу, если сама не знаю, как это у меня получается? Читай, как пишут другие, и пробуй сама. Может быть, и получится.
Совместными усилиями Лану успокоили, но этот случай заставил меня задуматься. Дождливая погода и отсутствие солнца действовали на нервы, делая всех раздражительными. Это особенно сильно проявлялось, если человеку нечем было себя занять. Младшей не были свойственны хандра и плаксивость, а вот теперь, после одной декады дождей, она расклеилась. Что же будет к концу сезона?
— Завтра съезжу в особняк, — сказал я жёнам, — и поговорю с Лонаром, чтобы подобрал из женщин ордена такую, которая смогла бы хоть немного научить вас работать мечом. Заодно укрепите тело. Лёжа целыми днями на диване, можно так растолстеть, что нам надо будет менять двери. И зачем мне такие жёны?
Конечно, после такого заявления они на меня набросились. Пришлось спасаться на кровать, где меня догнали и доказали, что форма ими ещё не потеряна.
— Не знаю как вам, а мне не грозит судьба стать толстым, — отдышавшись, заявил я.
— Сам виноват! — сказала довольная Лана. — В следующий раз не будешь обзываться!
— Вот займётся вами тренер, сразу забудешь про постельные игры, — пригрозил я.
— Никогда!
— Посмотрим. Спроси у старшей, какой я был после тренировок.
— Если не считать того случая, когда ты чуть не сделал меня заикой, то терпимо, мне хватало.
Я выбрал время, когда очередной ливень перешёл в морось, закутался в плащ и на недовольном Звере в сопровождении таких же недовольных гвардейцев посетил особняк.
— Вытряхни в коридоре плащ, — остановил меня Маркус на пороге своего кабинета. — Мне не нужна здесь лишняя вода. И без того сыро, а дров мы за делами запасли мало.
Избавившись от плаща, я сел в кресло и был напоен горячим чаем.
— У меня от этого дождя скоро отрастут жабры, — пожаловался я. — Хорошо, что есть чем заняться. В гвардии много мастеров меча. Им тоже скучно, так что сейчас по полдня звеним мечами. Уже есть результаты.
— Ты приехал жаловаться на дождь, хвастаться своими успехами или по делу?
— Я совмещаю. А дело у меня к Лонару. Он здесь?
— Нет его. Нам удалось провернуть одно дело, так он сейчас зачищает концы. Помнишь, ты предлагал потрясти тех, кто держит дно города? Их зовут чёрными баронами. Так вот, одного такого мы и потрясли с хорошим результатом. Всю ночь из его особняка вывозили ценности, а потом работники магистрата из него же вывозили трупы.
— Всех положили? — спросил я.
— Взрослых — всех. Там даже прислуга была из своих, а жена хозяина — та ещё стерва. А вот его детей оставили в живых. Я подправил им память, и завтра с частью ценностей отправим в твой замок, будут воспитанниками ордена.
— А что магистрат?
— Вначале были в ужасе, что могут подумать на них, а когда мы взяли ответственность на себя, сразу успокоились.
— А стоило так себя раскрывать?
— Нам надо зарабатывать не только деньги, но и репутацию. Нужно, чтобы орден имел большой авторитет в дворянстве и у простонародья. По моим прикидкам, братья уже должны были очистить по заказу купцов перевал и захватить гнездо чёрных на побережье. Если бы не дожди, я уже знал бы.
— А как дела с почтовыми птицами?
— Пока не знаю. Маг, который этим занимается, выбрал три вида. Пока он закрепляет у них нужные качества, а получится что-нибудь или нет, мы сможем узнать только после дождей. Захотят ли они вернуться домой и найдут ли дорогу?
Где-то в особняке залаяла собака.
— Вы завели собак? — удивился я.
— А чему ты удивляешься? Сам же применил собаку для выслеживания чёрных. Мы натаскиваем их разыскивать людей по следам, и уже есть успехи. Жаль, что собак нельзя использовать в дождь, у Лонара было бы меньше работы.
— А чем он занят?
— Двоим из окружения барона удалось сбежать. Точнее, сбежал только один, а второй в этот день не ночевал дома. Теперь их нужно найти и ликвидировать.
— А что вы вывезли?
— Золотом и серебром примерно семьсот монет, много украшений, ткани в тюках, дорогая посуда и оружие. Заодно забрали всё продовольствие, которого нам надолго хватит, и даже поленницу дров. Чай, который ты пьёшь, кипятили на них.
— Разве дрова нельзя купить?
— Продовольствие понемногу завозят, а дрова — нет. Невыгодно сейчас возить такой груз. Все запаслись дровами, одни мы так пролетели. Что у тебя за дело? Говори, может, я смогу помочь.
— У меня жёны киснут от безделья, особенно младшая, вот и хочу загрузить их тренировками. Мастерами не будут, но кое-чему научатся, да и для здоровья полезно. У нас в гвардии одни мужчины, а бой у женщин сильно отличается от нашего. Поэтому и тренером им желательно определить женщину. Найдёте такую искусницу?
— Для тебя всё найдём, причём прямо сейчас. Есть несколько кандидаток, но я советую Кару. Ей чуть больше тридцати, и последние десять лет была наёмницей. Очень порядочная и симпатичная женщина и отличный боец. Может научить и благородному бою, и подлому, и защищаться без оружия.
— Бывшая наёмница и порядочная? — не поверил я, зная, какая репутация у здешних наёмников.
— Зря сомневаешься. Наёмники бывают всякие, а мы тщательно проверяем своих людей. Позвать?
Кара оказалась стройной крепкой женщиной, выглядевшей моложе озвученных Маркусом лет, с коротко остриженными волосами. Я ещё не видел у женщин этого мира таких коротких причёсок. Лицо было симпатичное, но вот глаза... Заглянув в них, любой трезвый любитель женской натуры сразу отправился бы искать себе другой объект для ухаживания. Вместо привычного платья на ней были облегающий кожаный костюм и берет наёмника. Если бы не принадлежность к гильдии, женщина могла пострадать из-за такой одежды.
— Я хотел попросить вас, Кара, заняться с моими жёнами боевыми искусствами, — сказал я. — Маркус охарактеризовал вас с самой лучшей стороны. Поможете?
— Конечно, мастер, — ответила она. — Почту за честь!
Для братьев ордена его глава был мастером, вне зависимости от титула и занимаемой должности, а его воля ставилась превыше воли короля. Не в последнюю очередь именно из-за этого короли не испытывали большой радости по поводу создания орденов, особенно боевых.
— Тогда собери свои вещи и возьми всё необходимое для тренировки, — сказал Маркус. — И захвати куртку для мастера. Лучше тебе, Ген, тренировать жён не у гвардейцев, а подобрать подходящее помещение во дворце. Ты тоже можешь многому научиться. Ты не успел изучить подлые приёмы и бой без оружия. Пожалуй, я съезжу с вами. Надо дать принцессе технику владения мечом. Хоть Кара и будет учить другому стилю боя, но куда легче кого-то переучить, чем научить чему-нибудь неумеху. А базовые приёмы практически не отличаются. Да и сумеречное зрение может им пригодиться.
За время моего пребывания в особняке дождь прекратился, так что добрались до дворца, даже не надевая капюшоны. У ворот Кара соскочила с лошади и передала повод одному из братьев, которые нас сопровождали.
— Мне не нужна здесь лошадь, — объяснила она, — а братьям пригодится. Я пробегусь.
— Дай руку! — сказал я и, когда она несмело её протянула, рывком вскинул на Зверя и усадил перед собой.
Гвардейцы открыли ворота, и мы поспешили к конюшням, так как опять начался дождь, который усиливался с каждой минутой. Отдав лошадей конюхам и натянув капюшоны, мы вышли уже под ливень.
— Заходите быстрее! — торопила нас Алина. — Только вытряхивайте свои плащи в коридоре! Здравствуйте, Маркус! Боги, вы же мокрые! Проходите в комнаты, сейчас что-нибудь придумаем.
— Не надо так суетиться, — остановил её Маркус. — Ну намокли немного, ничего страшного. У вас можно зажечь камин в гостиной?
— Я не знаю, — растерялась жена. — Мы его ещё ни разу не разжигали. Может, позвать слуг?
— Дай Каре полотенце вытереть волосы, а я сейчас распоряжусь, чтобы принесли горячий чай, — сказал я. — Маркус, у вас не промокла обувь? Ну и прекрасно. В комнатах тепло, так что остальное высохнет на нас.
Едва я успел познакомить жён с Карой, как в гостиную без стука вошёл король. Между своими здесь действовало простое правило: не заперто, значит, можно входить. Он с нескрываемым интересом посмотрел на Кару, ответил на приветствие Маркуса и уселся в одно из кресел.
— Я сейчас иду распорядиться насчёт чая, — сказал я. — Заказывать для вас, ваше величество?
— Закажи, — согласился Игнар, — только погорячее. Мерзкая погода. Хоть я шёл переходами, погреться не помешает.
Я выглянул в коридор, приказал принести чай и вернулся обратно.
— Он отказал, — говорил король Маркусу. — Сказал, что не может рисковать.
— Я его понимаю и поддерживаю, — ответил маг. — Сторн очень опытен, но усиление памяти в вашем возрасте делать нельзя, это только для молодых. Вмешательство в работу мозга на таком уровне после тридцати лет не проводят, слишком велик риск потерять рассудок. Да и зачем вам это? Чтобы лучше помнить или научиться забывать?
— Это моё дело, — нахмурился Игнар.
— Это вам только так кажется, ваше величество! — сказал Маркус. — Если вы обращаетесь за помощью к магу или врачу, они должны тщательно взвесить последствия своих действий. Вы не кто-то там, а король! И от вашего душевного состояния зависят судьбы многих людей. Объясню на примере. Ген, ты заставил себя забыть боль и горечь событий, связанных с убийством Клары?
— Конечно, нет, — ответил я. — Это неразрывно связано с моей любовью к ней, это часть моей жизни, пусть даже горькая. Забыть — значит предать её, я этого не сделаю.
— Вот! — Поднял вверх указательный палец маг. — Наши воспоминания — это и есть мы сами. Все они связаны между собой, и когда вы вырываете часть воспоминаний, причём важную для вас часть, то разрываете эти связи, что неизбежно приведёт к деформации личности. Для вас такое недопустимо.
— Как теперь с этим жить? — горько сказал Игнар.
Лана подошла к отцу, обняла его и прижалась лицом к щеке.
— У каждого из нас есть тяжёлые воспоминания, папа, — сказала она. — Это надо перетерпеть и со временем будет легче. Надо постараться жить не прошлым, а будущим.
— Ты сильно изменилась, дочь, — ответил король, обнимая её в ответ. — Это слова не девочки. Теперь моя надежда только на тебя. Учись у своей семьи, рано или поздно тебе придётся меня заменить.
Он поднялся и ушёл ни с кем не прощаясь.
— Каждый раз, когда ко мне обращается за помощью его величество, приходится ему отказывать, — сказал Маркус. — Однажды это ему надоест, и у меня будут неприятности. А пока их нет, давайте сделаю то, зачем сюда приехал.
— А зачем вы приехали? — поинтересовалась Лана. — Разве не для того, чтобы нас проведать?
— И для этого тоже, — улыбнулся маг, — а ещё для того, чтобы немного вас улучшить. Тогда Каре будет легче делать из вас бойцов. Садитесь обе на кушетку и постарайтесь поменьше двигаться. Я собираюсь дать вам много и сразу, а это нелегко.
Он провозился с девушками с полчаса, после чего сделали перерыв, чтобы выпить принесённый слугами чай. Потом пришлось ждать ещё столько же, пока он закончит.
— Я убрал у вас нарушения в теле. Вам, принцесса, дал знания по работе с мечом. Только это мужская техника. Когда будете учиться, Кара покажет, что надо делать по-другому и как именно. Кроме того, у вас обеих теперь будет сумеречное зрение, а также намного лучшая память. Надо бы обострить интуицию, но это уже в другой раз. Я полностью выложился и поеду домой отдыхать.
— Давайте, я позабочусь о сопровождении, — предложил я, но Маркус отказался, сказав, что трое братьев из нашего эскорта остались дожидаться его в одном из трактиров на Королевской площади.
Он уехал, а я вызвал кастеляна и поручил его заботам Кару, приказав поселить наёмницу в одну из пустующих комнат в нашем крыле дворца и обеспечить питанием. Кастелян заверил, что всё будет выполнено в лучшем виде и удалился, забрав с собой Кару и её вещи.
— Завтра оценим её уровень, — сказал я жёнам, — Маркус отзывался о Каре очень уважительно. Лана, ты заметила, что твой отец сделал на неё стойку?
— Трудно было не заметить, — ответила младшая. — Но это уже их дело. Кара не девочка, вот пусть сама за себя и решает. Мой отец хоть и кобель, каких поискать, но ни одну женщину не тянул в кровать, сами прыгали.
Утром я опять задействовал кастеляна, и вместе с ним отыскал подходящую комнату для занятий. Я забрал от неё ключи и поспешил с жёнами на завтрак.
— Сегодня в последний раз принял ваши отговорки о брюках, — сказал я им по дороге. — Если завтра на вас будут платья, пойдёте на завтрак без меня.
Незадолго до окончания завтрака король как бы между делом поинтересовался, для чего я привёз ту леди, которую он вчера у нас видел, и куда она девалась.
— Это мастер меча Кара Лано, — ответил я. — Я поселил её в гостевых покоях нашего дворца. Будет тренировать моих жён, да и я кое-чему подучусь.
Он кивнул и продолжил трапезу.
— А ведь Кара сильно зацепила отца, — поделилась с нами Лана после окончания завтрака. — Я хорошо его знаю, так что могу судить. Теперь он разгонит фавориток и начнёт обхаживать её. Получится ли только что-нибудь? Он давно забыл, что это такое — ухаживать за женщиной. Зачем это, если и так желающие выстраивались в очередь возле спальни?
— Если не станет на неё давить и это не скажется на занятиях, пусть делают что хотят, — сказал я. — Вы с Линой идите домой и немного отдохните, а я сбегаю к герцогу Малвею и узнаю, куда делся Гарт Ларне.
Я шёл в северный дворец и думал, что все эти соединяющие дворцы переходы наверняка появились из-за сезона дождей. На улице опять был ливень, и ветер швырял дождевые струи в стёкла левой для меня части перехода. В такую погоду не помогут плащи или зонты, а так можно добраться сухим в любое здание, кроме домов слуг, казарм гвардии и конюшен.
— Первый министр у себя? — спросил я у гвардейцев. — Занят?
— Подождите, ваше высочество, — попросил меня старший поста, — сейчас я о вас доложу.
Он на минуту скрылся за дверью, после чего пригласил меня войти.
— Здравствуйте, ваше высочество! — поздоровался со мной Грасс Малвей.
— Мы же договаривались без высочеств.
— Кто вас знает, принц. Тогда во мне была нужда, а теперь нет наследника, и вы по-прежнему в фаворе у короля. А к нам ни разу не зашли за всё это время.
— Вы должны знать, что я не всегда был в фаворе. У меня хватало неприятностей. Сейчас появилась возможность, и я зашёл узнать, куда подевался Гарт.
— А вы разве не знаете?
— Если спрашиваю, значит, не знаю, — сердито ответил я. — Мне кажется, что вы подозреваете меня в чём-то постыдном. По-моему, я не давал для этого оснований!
— Мой племянник узнал о том, что новый капитан гвардии отказал вам в помощи, и вызвал его на дуэль. Мальчишка лишился двух пальцев на правой руке и был тяжело ранен в живот. Королевский маг спас жизнь, но теперь нужно долго восстанавливать здоровье. Сейчас он в своём имении, это в двухстах лигах отсюда.
