— Эх... — расстроенно вздохнула Селестия. — А ко мне она обращается только на "вы". Я завидую...
— Принцесса Селестия, я... — попыталась оправдаться Спаркл.
— У-у-у-у... — горестно взвыла старшая из кобыл. — Никто меня не любит!..
— Зависть ведет к разочарованию; разочарование ведет к грусти; грусть ведет на кухню, а там — тортик! — подняв перед собой правое переднее копытце и указав им в потолок, продекламировала принцесса ночи, а затем ехидно добавила: — А злоупотребление тортиком ведет к ожирению, которого можно избежать только усиленными тренировками.
— Опять?! — жалобно округлив глаза, воскликнула старшая из диархов.
— Снова, сестра, — поправила ее Луна, подходя к столику и усаживаясь прямо на ковер. — Снова, и снова, и снова...
— Луна злая, — обиженно буркнула правительница Эквестрии и уткнулась в свою кружку.
— А... — Твайлайт все еще терялась в подобных ситуациях и не знала, как ей на всё это реагировать, а потому решила сменить тему разговора: — Разве Флаттершай не с в... тобой?
— В последний раз я ее видела, когда она куда-то улетала вместе с Соарином, — махнув крылом, отозвалась принцесса ночи. — Даже ко мне не зашла...
— Может, у них... свидание? — попробовала выгородить подругу единорожка.
— Всё может быть, — беспечно ответила темно-синяя аликорница. — В любом случае, я не в обиде. И чем бы она сейчас не занималась, надеюсь, что она получает удовольствие...
* * *
Бз-з-з-з...
— Ох... — вяло вздрогнув, нежно-желтая пегаска, при помощи какой-то зеленой жижи прилепленная к стене кристаллической пещеры, раздраженно поморщилась от слабого разряда молнии, попавшего прямо в нос (не так уж больно, но неприятно и обидно). — Может, хватит уже?
— Королева приказала не позволять вам спать, — строго отчеканила пони с кривым рогом, стрекозиными крыльями и черным хитином вместо шерстки, ноги которой красовались небольшими сквозными отверстиями, а глаза напоминали огромную муху.
— Да что плохого может случиться, если я немного посплю? — возмущенно продолжила задавать вопросы Флаттершай, в очередной раз попытавшись выбраться, но не сумев пошевелить ничем, кроме головы. — Тут все равно заняться больше нечем.
Импровизированная камера розовогривой летуньи находилась в нише горного туннеля, расположенного где-то под Кантерлотом (предположительно). Стены, пол и потолок здесь состояли из тускло светящихся кристаллов, что позволяло нормально видеть без использования факелов или магии.
— Уснув, вы можете попытаться дозваться до принцессы Луны, которая либо придет вам на выручку, либо предупредит сестру, и тогда план сорвется, — монотонно ответила тюремщица (а судя по голосу и строению тела, это была именно "она").
— Зачем вы вообще меня похитили? — поняв, что самый простой план освобождения недоступен, ветеринар решила отвлечь внимание наблюдательницы, пока придумывает нечто более эффективное.
— Вы — хранительница Элемента Доброты, — как само собой разумеющееся, ответила чейнджлинг.
— И что с того? — нахмурилась Флаттершай (ответ она и сама знала, но ведь разговор-то поддерживать надо).
— Без вас остальные Элементы Гармонии неопасны, — подтвердила предположение пленницы тюремщица.
— Вот скажи, захватите вы Кантерлот, принцесс и моих подруг... — скепсис в голосе нежно-желтой пегаски не услышал бы только глухой. — Что дальше?
— Мы будем кормиться, — ответила собеседница.
— Вы, чейнджлинги, поглощаете любовь? — припомнив все слухи, которые когда-либо слышала о подменышах, спросила розовогривая летунья, и получив утвердительный кивок в качестве ответа, заявила: — Гениальный план — захватить любимых всеми пони принцесс, а затем узурпировать власть, чтобы питаться любовью. Ведь пони, все поголовно, так любят, когда их захватывают в плен. Да ты и по мне это видишь: я просто в восторге!
-... — вместо ответа надсмотрщица просто пожала плечами.
— Ладно, — вздохнув, ветеринар прикрыла глаза и спросила: — А мне ты все это зачем рассказываешь?
-... — подменыш задумалась, а затем ответила, смущенно шаркнув правой передней ногой: — Мне скучно.
Фыркнув, Флаттершай наклонила голову вперед и тихо рассмеялась. Пару раз мотнув мордочкой из стороны в сторону, она заставила гриву упасть на лоб, а затем со всего размаха приложилась затылком об стену. Тюремщица, не ожидавшая подобного хода, пару секунд простояла с открытым ртом, а затем бросилась приводить пони в чувства...
...
— Это, конечно, не сон, — вздохнула нежно-желтая пегаска, оказавшаяся в пространстве, затянутом белой пеленой тумана. — Ладно: и так сойдет. Луна!!! Трикси!!! Понибудь!!! На помощь!!!
Комментарий к Часть 33,6
И ещё одна маленькая часть.
========== Часть 33,8 ==========
Из яркой вспышки магии в кристальной пещере появилась темно-синяя аликорница, тут же отбросившая взмахом крыла от нежно-желтой пегаски жукоподобную пони. Подменыш, стукнувшись о стену, получила вдогонку магический разряд — и безвольно сползла на пол, погрузившись в сон без сновидений.
Подбежав к подруге, Луна освободила её от зеленой слизи несколькими взмахами рога, затем подхватила передними копытцами легкое тельце и уложила на пол. Вглядевшись в безмятежную мордочку розовогривой летуньи, принцесса ночи наклонилась к ней, приоткрыла рот... и схватив за плечи, начала трясти, кантерлотским гласом воскликнув:
— Вставай, Флаттершай, сейчас не время разлёживаться!
— А-а-а? — широко распахнув глаза, ветеринар удивленно и обрадованно посмотрела на крылато-рогатую кобылу и попросила между встряхиваниями: — Пе-ре-стань ме-ня тряс-ти...
— Прости, — отпустив Флаттершай, Луна потупила взгляд и отступила на шаг. — Просто я... слегка испугалась за тебя.
— Постараюсь больше тебя не пугать, — поднявшись на подрагивающие ноги, нежно-желтая пегаска лучезарно улыбнулась (пусть и слегка натянуто), а затем приблизилась к аликорнице и зажмурившись, с удовольствием прижалась лбом к ее шее.
Темно-синяя крылато-рогатая пони замерла на секунду с растерянным выражением на мордочке, а затем крепко обняла подругу передними ногами и крыльями, носом зарывшись в розовую гриву.
А в это время охранявшие других пленников чейнджлинги, не сговариваясь, решили ретироваться, так как встречаться с обозленным аликорном никто из них не хотел...
...
Двери, ведущие в праздничный зал, где в окружении слуг и придворных находились жених с невестой, в очередной раз проверяющие списки гостей и иные приготовления, с грохотом распахнулись. На пороге в сопровождении королевской гвардии стояла принцесса Селестия, облаченная в золотые доспехи и вооруженная фигурной алебардой.
— Все кончено, Кризалис! — воскликнула принцесса дня. — Твои вероломные планы раскрыты! Сдавайся, и суд будет к тебе снисходителен.
— Эм-м... — Шайнинг Армор удивленно посмотрел на белую аликорницу. — Ваше Высочество, что вы...
Договорить жеребцу не дала зеленая вспышка, сорвавшаяся с рога "Каденс" и отправившая его в мир снов. В тот же миг розовую аликорницу и окружающих её гостей окутали языки изумрудного пламени, превращая их в покрытых хитином существ с кривыми рогами, дырявыми конечностями и стрекозиными крыльями. Самая высокая кобыла, зрачки которой имели вид вертикальных щелок, а на голове была одета черная корона, зловеще расхохоталась и заявила:
— Ты опоздала, Селестия! Я уже собрала достаточно любви, так что вам меня не остановить!
— Схватить их! — скомандовала принцесса дня, указывая алебардой на подменышей.
— В атаку! — закричала Кризалис, первой срываясь в бой...
...
— Нужно освободить остальных, — отстранившись от принцессы ночи, розовогривая летунья встряхнулась, возвращая себе боевой настрой.
— Я должна помочь сестре, — чуточку виноватым тоном ответила крылато-рогатая пони. — Ты справишься одна?
— Справлюсь, — уверенно кивнула ветеринар. — Все равно после твоего появления вся стража сбежала. Но я буду совсем не против, если ты пришлешь Твайлайт.
— Сделаю, — пообещала темно-синяя аликорница, и ткнувшись носом в макушку подруги, исчезла в новой магической вспышке.
Флаттершай выбежала из своей ниши и свернула налево по туннелю, тут же затормозив и широко распахнутыми глазами уставившись на прилепленного к стене пегаса.
— Соарин? — голос нежно-желтой пегаски вывел жеребца из состояния уныния, в котором он пребывал до этого. — А ты как здесь оказался?
— Не виноватый я, она сама пришла! — возмущенно воскликнул пегас. — А я её сразу раскрыл...
— Потом обсудим, кого и как ты раскрыл, — фыркнула розовогривая летунья и схватившись за затвердевшую слизь передними копытцами, начала отрывать от нее по кусочку. — Нам нужно освободить пленников... Где-то тут должна быть принцесса Каденс...
...
Пока королева чейнджлингов и принцесса дня сражались в центре зала, разбросав столы, перебив посуду и разметав все свадебные украшения, их солдаты катались по полу, сцепившись ругающимися и размахивающими ногами клубками. Алебарда в первые же секунды показала свою неэффективность, так что была отброшена за ненадобностью, а вместо этого белая аликорница перешла в копытопашную, тесня противницу за счет превосходства в росте и силе.
Несколько раз получив по мордочке, Кризалис разорвала дистанцию и атаковала изумрудным магическим лучом, сорвавшимся с кончика кривого рога, но Селестия успела встретить его потоком золотого сияния, сорвавшегося с ее витого рога. Несколько бесконечно долгих секунд продолжалось противостояние, но тут королева подменышей сменила цель атаки, ударив магией в пол и заставив его взорваться осколками мрамора, из-за чего принцесса дня рефлекторно прикрылась крылом. Этим и воспользовалась жукоподобная пони, новым магическим залпом снеся противницу к стене, а затем обездвижив ее зеленой слизью.
— Мое понь-фу сильнее твоего, — с усмешкой заявила королева роя, слуги которой тоже справились с пони из королевской гвардии, и теперь вязали их при помощи разорванных скатертей.
Не успела оглушенная Селестия оклематься и что-либо ответить, как перед распахнутыми входными дверями сверкнула магическая вспышка, и на пороге появилась принцесса ночи в окружении отряда бэтпони.
— Все кончено, Кризалис! — воскликнула покровительница снов. — Твои вероломные планы раскрыты! Сдавайся и суд будет к тебе снисходителен.
— Где-то я это уже слышала, — покосившись на старшую аликорницу, пробормотала предводительница подменышей. — В атаку!
— К бою, — скомандовала темно-синяя аликорница, срываясь с места...
...
— Я этой курице всю гриву повыдергаю, — пообещала принцесса любви, когда Флаттершай и Соарин освободили её из слизи. — Помогите остальным.
Отдав последний приказ, розовая аликорница исчезла в магической вспышке, оставив пегасов удивленно переглядываться.
— Э... Разве она не могла сделать так, когда мы очистили её рог? — задала вопрос розовогривая летунья, нарушая неловкую тишину.
— Я не хочу думать об этом, — признался жеребец. — Давай лучше найдем какого-нибудь единорога, пусть он телекинезом работает?
В коридоре раздался хлопок магической телепортации, а затем прозвучал взволнованный голос Твайлайт:
— Флаттершай! Ты здесь?!
— А вот и единорог... как по заказу, — усмехнулась нежно-желтая пегаска и выбежала из ниши, где раньше содержалась принцесса любви. — Твай, мы здесь!
...
— Королева улья — два, принцессы Эквестрии — ноль, — самодовольно заявила Кризалис, залепляя темно-синей аликорнице рот все той же зеленой слизью. — А теперь...
— Сдавайся, подлая фальшивка! — ворвалась в разгромленный зал нежно-розовая крылато-рогатая пони, растрепанная и взбешенная как кошка, которой систематично отдавливают хвост.
— Да вы издеваетесь, — дернула веком правого глаза предводительница подменышей, и покосившись на своих слуг, едва держащихся на ногах после второй подряд битвы, устало вздохнула: — Сама справлюсь...
...
— Это — последний, — произнес Соарин, выводя из очередной ниши Блюблада, у которого под правым глазом расплывался синяк.
— За что это его так? — удивилась ученица принцессы Селестии.
— Просто одна дыроногая плебейка совершенно не воспринимает критику в свой адрес, — горделиво вздернул нос белый единорог.
— Твайлайт, сможешь переместить нас наверх? — обратилась к подруге Флаттершай, переводя разговор в конструктивное русло.
— Не всех и не сразу, — отозвалась сиреневая единорожка. — У меня сил на всю толпу не хватит.
— Так в чем вопрос? — вскинул бровь здорового глаза принц. — Устроим круг магов с тобой в центре. Все присутствующие единороги это умеют?
...
— Лично высеку трусов, сбежавших со своих постов, — пообещала Кризалис, прикрепляя к стене зала третью принцессу. — Теперь уж точно всё...
Стоило прозвучать этим словам, как в магической вспышке сразу за распахнутыми дверями появилась группа пони, среди которых были слуги и аристократы, которых королева подменышей лично отправила в кристальные пещеры.
— Сдавайся... — начала было говорить Твайлайт Спаркл, выходя вперед.
— Да когда вы уже закончитесь?! — в сердцах выкрикнула правительница подменышей. — И с чего вы взяли, что сможете сделать то, чего не смогли все три ваши принцессы?
Нежно-желтая пегаска извлекла из-под крыла свисток, сунула его в рот и скомандовала:
— Твай, усиляй.
Волшебница не стала спорить или задавать вопросы, тут же окутав подругу своей магической аурой. В следующую секунду зал погрузился в оглушительный свист, заставивший всех присутствующих ощутить, как мир под ногами зашатался.
Пользуясь оглушением противников (и союзников), ветеринар подскочила к Кризалис, крутанулась на передних ногах и нанесла удар обоими задними копытцами. Королевой чейнджлингов словно из пушки выстрелили, и она впечаталась в стену рядом с Каденс, но так как в отличие от принцессы любви никакая слизь её не удерживала, безвольно сползла на пол.
— Вот и всё, — удовлетворенно произнесла розовогривая летунья. — Осталось освободить принцесс и связать злодеев. Эй, вы меня слышите?
...
— Флаттершай, я очень рада, что ты так быстро сориентировалась, — освобожденная Селестия всё ещё дергала ушами и потряхивала головой, пытаясь вернуть нормальный слух. — И я благодарна за спасение, но... в следующий раз постарайся использовать средство, которое не будет воздействовать на союзников и спасаемых.
— Вы думаете, что будет следующий раз? — спросила у наставницы сиреневая единорожка.
— Если я знаю свою сестру, то он будет обязательно, — усмехнулась покровительница снов.
— Так, — отряхнувшись, принцесса любви осмотрелась по сторонам, и в ее взгляде не было и намека на любовь. — Где эта хитиновая курица?
— Муха-ха-ха! — раздался злодейский хохот из-под потолка, а когда все посмотрели в сторону источника звука, то увидели Кризалис, стоящую на карнизе окна, через которое в помещение падал дневной свет. — Радуйтесь своей временной победе и запомните этот день: сегодня вы почти поймали королеву Криза-а-а-а!..
