Сколько стоит волшебство?

— Черный человек в железных латах. Он выходил из номера поэта. Я его увидел, когда вышел в коридор, что бы пойти на кухню и заказать, что-нибудь мясное к ужину. А он...— Поросенок издал визг. — Он вышел из номера и стал смотреть на меня. Он стоял и смотрел! Мне стало страшно, и я закричал. А он усмехнулся и ушел обратно в номер.

— Ты хочешь сказать, что он сейчас в номере поэта? — спросила Заря.

Поросенок закивал своей головой.

Заря и Клац-Клац бросились в коридор. За ними размеренным шагом прошествовал Вася Живоглотов.

Лошадка и тролль в нерешительности остановились возле приоткрытой двери.

Заря заглянула в щелку. Вася был недоволен ее действиями.

— Жизнь постояльцев неприкосновенна, — пробубнил он.

— Что там? — прошептал Клац-Клац.

— Ничего не вижу. — Она обратилась к Васе. — Позови Фингала и разбойников. Они здесь нужны.

— Вы хотите ограбить поэта? — озадачился Живоглотов.

— Нет, там черный рыцарь.

— Он грабит поэта?

— Я не знаю, что он там делает, но... — И Заря в двух словах объяснила, что по ее мнению происходит: человек, по команде которого воздушный флот боевых кораблей вторгся в тридевятое царство, находится в номере поэта. — Его нужно схватить!

— Зачем?

— Он разрушит твой бизнес, болван!

— Тогда другое дело!

Вася потащился вниз и через пять минут Фингал с пятью разбойниками был уже у двери номера.

— Он там один? — деловито осведомился разбойник.

— Наверное, там еще и поэт, — сказал Клац-Клац.

— Ага, — сразу сообразил Фингал, — ситуация с заложником. Знакомая ситуация.

Заря облегченно вздохнула.

— Хорошо, что ты знаешь, что делать.

— Конечно, нужно вызвать стражников. Так всегда делали, когда мы захватывали заложников.

Заря посмотрела на разукрашенную синяками физиономию разбойника.

— Фингал, стражников нет. Мы отрезаны от мира. Сейчас стражником,... то есть представителем закона являешься ты.

Фингал ойкнул, потом поразмыслил, и идея ненадолго оказаться служителем закона ему понравилась.

— Для разнообразия, почему бы и нет, — согласился он.

Он со знанием дела приказал всем отойти в стороны, потом с разбега распахнул дверь ударом ноги и вбежал в... совершенно пустую комнату.

— Здесь нет Мастера, — прошептал Клац-Клац.

— Да, — согласилась Заря, — но нет и поэта. Куда поэт то делся?

В комнате было тихо. Кровать была не заправлена, на письменном столе лежали исписанные листы бумаги. Окно было открыто, и морозный воздух шелестел ими.

Окно закрыли. Проверили вещи постояльца, но те были на месте. На всякий случай Фингал посмотрел под кровать, но ничего кроме пыли там не нашел.

Альфрик с ненавистью смотрел на прикрытую магическим куполом гостиницу. К нему подошел лис Мур.

— Последнее время у меня такое ощущение, будто за ними наблюдают, — сказал он.

Альфрик не ответил. Мур тоже посмотрел на хрустальный купол.

— Сколько они протянут? — спросил Мур эльфа.

— Сколько бы ждать не пришлось, я их вытащу оттуда.

— Не забывай, что Мастер то же там.

— Если бы он там был, то давно вышел через купол. Он всегда хвастал своей великой магической силой.

— Значит, его там нет?

— Или нет или он не так силен и всемогущ, как всегда нам говорил.

Лис поежился, он боялся черного рыцаря, хотя в тайне надеялся узнать секрет волшебной силы своего повелителя и при случае воткнуть ему нож в спину.

— Если это так, то, что нас держит в этом месте?

— Письмо с приказом от Мастера — повелителя нужно все-таки встретить. И самое главное: наш корабль в плачевном состоянии. Мы не можем улететь отсюда.

— Только не тебе, ты можешь улететь, когда захочешь. А вот я и тролли не можем.

— Я могу, но меня сейчас интересуют они. — Эльф показал в сторону гостиницы. — Без них я не уйду.

Лис призадумался.

— У нас складывается патовая ситуация. Мы не можем захватить гостиницу, потому что у нас мало сил. Люди, которые укрылись в гостинице, не могут выйти оттуда, потому что ты сотворил волшебный купол, — рассуждал вслух господин Мур. — Нужно переломить создавшуюся ситуацию.

Он обратился к эльфу.

— Что если поступить так: ты вернешься к Замку Кощея и приведешь несколько кораблей с хорошо вооруженными воинами. Их должно быть столько, сколько нужно, что бы захватить гостиницу.

Эльфу идея понравилась.

— Я могу слетать до замка и вернуться с армией.

— А купол? Твое заклятье ведь не исчезнет, пока тебя не будет?

— Нет, не исчезнет. Я вернусь самое большее через два дня.

Эльф завернулся в плащ и поднялся в небо. Лис с откровенной завистью посмотрел ему вслед. Он подозвал капитана троллей и приказал пристально следить за тем, что происходит около волшебного купола.

— Мало ли что может случиться. Выстави караул и проверяй каждый час, — приказал господин Мур.

Он поводил носом по сторонам.

— У меня чувство, что за нами следят. А мое чувство еще никогда меня не подводило.

Чутье не обманывало лиса. За ним и за троллями действительно наблюдали. Вели наблюдение Лиходеев и Серый волк.

Воздушный корабль с сыщиками на борту подлетел к гостинице "У трех дорог" в тот неприятный момент, когда здание на глазах стал закрывать хрустальный купол.

Что бы не попадаться на глаза разъяренному Альфрику и его банде, сыщики отлетели подальше в лес. А когда наступила ночь, то все пятеро сыщиков, включая Малыша, подобрались к хрустальному куполу.

Купол был холодным, изнутри он был покрыт морозным инеем. Малыш попробовал пройти сквозь него, но ничего не получилось.

— Это сильное эльфийское волшебство, — сказал он. — Мне приходилось, слышал о таком.

Лиходеев с топором накинулся на хрусталь. Пока он выкладывался в каждый удар, Хомсов, батюшка и Серый волк решали, что делать дальше.

— Здесь ничего не поделаешь, — сказал Хомсов, наблюдая за усилиями Лиходеева, — этот купол нам явно не одолеть. Остается только наблюдать, что будет происходить дальше.

Батюшка Автандил потрогал пальцем твердый хрусталь купола и спросил Хомсова:

— Коллега, как вы считаете, Мастер все еще там?

— Я в этом не сомневаюсь, иначе эльф и лис давно отсюда ушли. Видимо, что-то не сложилось. За ними нужно установить слежку, что бы вникнуть в создавшуюся ситуацию.

Лиходеев, наконец, лишился сил. Он престал бить топором по стенке купола. Пот градом капал с него. Топор не оставил на волшебном хрустале даже царапины.

Убедившись, что заяц исчерпал свой потенциал на сегодняшнюю ночь, Хомсов поручил ему и Серому волку прочесать окрестности.

— Было бы хорошо, если бы вы сумели подобраться к лагерю лиса и эльфа. Хотелось бы знать, что здесь произошло до нашего появления. Только будьте осторожны. У лиса хороший нюх.

Серый волк заверил Хомсова, что сделать это будет просто.

— Эти места знакомы мне, — сказал Серый волк, — и Лиходеев, тоже должен хорошо их знать.

Волк обнял за плечи зайца. Лиходеев утвердительно кивнул головой, и его уши качнулись в такт.

Заяц и волк ушли на разведку, а наши сыщики и Малыш поспешили обратно к дирижаблю, где переждали ночь.

К утру Лиходеев и Серый вернулись. Они были очень довольны. По дороге в одной из деревень им удалось раздобыть еды.

За легким завтраком разведчики доложили о том, что они увидели.

— Лагерь троллей не охраняется, — рассказывал Лиходеев, хрустя капустным листом. — К нему можно подойти с любой стороны. Нас никто не заметил, только лис заворочался, но не проснулся.

— А эльф? — спросил Хомсов.

— Спал, как сурок. Он не опасен для нас.

— Нет, он единственный кто опасен для нас. Он волшебник, его способностей стоит опасаться. Как они сюда попали?

— На воздушном корабле. Он упал на деревья. Теперь его не починить. Они здесь крепко сели на мель... тьфу на ветви.

— Это хорошо. Но нам не стоит обнаруживать своего присутствия. Пока будем наблюдать и выжидать.

В течение нескольких дней ничего интересного не происходило. Альфрик выходил к гостинице и смотрел на хрустальный купол.

Но вот эльф отбыл в неизвестном направлении. Серому волку удалось подслушать разговор Альфрика с Муром. Его содержание он предал всем остальным сыщикам.

Хомсов помрачнел.

— Через два дня Альфрик явится сюда с подкреплением, и тогда мы не сможем ничего сделать для людей находящихся в гостинице, — сказал он.

— Я предлагал и предлагаю, сейчас захватить троллей и Мура в плен, — по обыкновению горячился Лиходеев. — Схватим их и устроим засаду эльфу.

— Мне кажется, что на этот раз Лиходеев прав, — сказал Хомсову отец Автандил. — У нас нет другого выхода. Придется напасть на троллей.

Хомсов крепко задумался. Ему пришлось согласиться.

— Хорошо, но нам нужен план, — проговорил Хомсов.

— Боже! — вскричал Лиходеев. — Опять план, почему кому-то все время нужен план.

Он схватил себя за концы ушей и натянул их на себя.

— Можно обойтись без плана, хотя бы в этот раз! — просил заяц Хомсова.

— Нет, план нужен всегда.

— Хорошо, только без плана "Б".

— Как это без плана "Б"? Нет план "Б" нужен всегда.

— Тогда хоть расскажите мне, что это за план "Б" такой и зачем он нужен.

Все посмотрели на зайца с осуждением.

— Тихо, — проговорил Серый волк, — об этом не говорят вслух. В свое время узнаешь.

Альфрик мчался над лесами и полями. Его курс резко изменился. Пролетая над одной из березовых рощ, он услышал разговор двух сорок. Эльф услышал, как птицы произнесли его имя, и завис над кроной высокой березы.

— Слышала, — трещала одна сорока другой. — Дочь магистра Альфрика схвачена Кощеем Бессмертным.

— Слышала, он содержит ее в "Серебряной башне", что у Старых скал возле Синего океана.

— Старый маразматик переключился с цариц и принцесс на дочерей колдунов и волшебников.

— Не говори кума, это новый экстрим такой.

— Чего?

— Да ты не в теме, не знаешь, что значит "экстрим"?

— Нет, я знаю, что такое "экстрим".

— Экстрим — это когда ты что-то делаешь, а головой между тем думаешь: а что мне за это будет? И понимаешь, что с тебя шкуру за это спустят, но продолжаешь делать дальше.

— Эх, милая, это называется не "экстрим", это называется полный...

Альфрик уже не слышал, как это называется. Он мчался, позабыв обо всем на свете, к новой цели. Он летел спасать свою дочь.

К Старым горам он долетел за шесть часов. Серебряная башня помещалась на окраине скалы, под которой бились волны Синего океана.

Он приземлился у подножия башни и обошел ее вокруг. Дверей не было. Башня была обита сребристым железом.

Проклиная все на свете, Альфрик вновь поднялся в воздух, и у самой остроконечной крыши он заметил люк. Возле него помещалась большая красная кнопка с надписью "Открывать тут". Надпись заканчивалась жирной стрелкой, упиравшейся в кнопку.

Эльф нажал кнопку. Люк с легким шипением отодвинулся в сторону, пропустил внутрь ракеты Альфрика и закрылся за ним.

— Папочка! — бросилась к эльфу на шею дочь. — Я так заждалась!

Отец обнял ее и, убедившись, что с ней все в порядке, стал спрашивать.

— Ты не отощала? Хорошо питалась?

— Нормально, здесь такая непривычная еда. Вот попробуй. — Она подала ему жестяной тюбик.

Тот выдавил из него какую-то пасту и по настоянию дочери попробовал.

— О да, это телятина. — Он заинтересовался надписью на тюбике. — Доча, а я что здесь написано. Хотя я сам... — Он, с трудом разбирая буквы, прочитал "Завтрак космонавта". Доча, завтрак кого...?

Взвыли реактивные двигатели! Приятный металлически голос провозгласил о том, что просит всех пристегнуть ремни и желает приятного путешествия на Луну.

— На Луну! — закричал эльф и дочь.

Ракета пошла вверх, унося в своем металлическом чреве воинственных эльфов.

29. Маски сброшены.

Секретное совещание устроили на кухне. Из присутствующих были Заря, Клац-Клац, Вася Живоглотов, повар Потап Михайлович с внуком Топтышкой, и Вампирыч, которого заставили подняться раньше времени из гроба; вампир постоянно зевал и стрелял глазами по кухне в поисках красного вина.

Заря встала на задние копыта, опершись передними о стол, и сказала вступительное слово:

— И так, известно, что среди гостей находится черный рыцарь по прозвищу Мастер. Согласно сведениям Клац-Клаца, он является вдохновителем вторжения в наше царство войск с острова Буяна. Нам нужно его изловить. Неизвестно только одно: куда делся поэт? Что будем делать?

Потап Михайлович был категоричен:

— Что тут искать, мы должны из всех гостей сварить суп, кто-нибудь да окажется из них этим вашим Мастером.

Живоглотов почесал свой подбородок.

— Я не против, если гости заплатят за проживание вперед, иначе кому я буду сдавать комнаты. Сколько этот купол еще продержится, я и так терплю убытки из-за недостатка посетителей. А если из гостей сварить суп, то доходы упадут. Нет, пусть оплатят за три месяца вперед.

Заря нетерпеливо постучала копытцем о стол.

— Не из кого суп мы варить не будем.

— Не хотите суп, давайте жаркое сделаем. У меня как раз есть хороший рецепт: "Охотник под соусом", — предложил Потап Михайлович. — Конечно, для остроты к блюду полагаются охотничьи сапоги и желательно что бы в них месяцок походили, не меняя носков, но ничего, этим можно пренебречь.

— Нет, это не годится. Кто предложит, что-нибудь другое?

Клац-Клац, во всю уплетавший свежую клубнику, оживился:

— Я читал один из романов писательницы Агафьи Кристиной, называется "Майор Пронькин и сто подозреваемых", так вот, там произошло преступление в занесенном пургой доме. Тогда, что бы найти преступника, майор Пронькин собрал всех жителей дома в одном месте и стал с ними говорить, пока преступник не сознался.

— И долго он с ними разговаривал? — поинтересовалась Заря.

— Долго, весь роман.

— А он длинный?

— Пять томов!

Лошадка охнула.

— Нет, я столько не наговорю. Это очень долго.

Вася Живоглотов с ней согласился.

— Конечно, долго, но видимо майор так задумал. Он задумал достать преступника своей болтовнёй, настолько, что тот, бедный, на стену полез.

Клац-Клац замотал головой.

— Нет, здесь дело не в том, как долго майор Пронькин говорил с преступником, а как он с ним разговаривал.

— И как же он разговаривал?

— Он походит, походит перед подозреваемыми, при этом несет абсолютную чушь. А потом неожиданно спрашивает — весь смысл заключается в эффекте неожиданности — так вот, неожиданно спрашивает: "Не правда ли, это вы убийца, госпожа Икс!"

— Так и что?

— Что, госпожа Икс вскрикивает, сознается в преступлении и падает в обморок, а капитан Пронькин продолжает дальше ходить и нести чушь. И как только все успокаиваются, он опять, так неожиданно, указывает на кого-нибудь пальцем и говорит: "Не правда ли господин Игрек, это вы убийца?!" Господин Игрек встает на колени, сознается и тоже падает в обморок, понятно.

— Вот как, — задумчиво сказала Заря. — И сколько же человек по роману созналось.