Путь Игорь часть 1 V2

  Ну да, контр-адмиралу, заместителю командующего Пятым флотом Альянса Систем, доступно, наверно, многое. Мама моя в девичестве носила фамилию Хакетт. Догадываетесь, кто мой дядя? Вот уж не удивительно, что он спихивал на героя в игре весь геморрой Альянса, это так по-семейному!

  Барсик же степенно вышагивал позади нас с Дениской, при этом не сводя с меня взгляда внимательных зелёных глаз. Он тоже котик совсем не простой, а, как выяснилось, из программы Альянса "КАДИС". Это специально выведенные генетически модифицированные кошки с улучшенным скелетом, интеллектом, продолжительностью жизни и общим списком улучшений на три листа А4.

  Причём есть две модели: гражданская и военная, отличающиеся лишь окрасом. Военные коты и кошки серые, а гражданские — рыжие с красным отливом. Спецально такую шерсть сделали на случай стихийных бедствий. Их очень любят спасатели. Достать такого кота довольно просто, были бы деньги: стоят они от 300 тысяч кредитов, как фирменный летун от Иллиумских производителей, и у азари пользуются бешеной популярностью. Его, родителям подарили на свадьбу, в складчину, папкин экипаж и мамины сослуживцы из госпиталя.

  За спиной у меня рюкзачок, битком набитый одноразовой бумажной посудой. Там же лежит альбом, сделанный не из бумаги, а пайперола. Это такой пластик листовой, очень гибкий и прочный, повсюду используется вместо бумаги, причём многократно. Все офисы на планете обязаны документооборот вести на нём и использованный сдавать на утилизацию, за нарушение наказывают. Одноразовые вещи делают из легко разрушающихся материалов, типа бумаги или быстро окисляющихся металлов. Достаточно бросить пустую консервную банку в костёр, и нет банки. Хотя в городском парке костры жечь нельзя, все пользуются электромангалами. А пайперол очищают и его можно заново использовать. А карандаш на нем держится на мертво, разве что специальным ластиком стереть.

  Дениска, кроме меня, несёт два ведёрка с маринованным свиным мясом. Рядом, продолжая периодически хихикать, идет Вэсил, за нами идет Хэм с Нино на плечах и несёт два складных стула. На Лёшке гордо восседает Джон, крутится, ёрзает и периодически вопит:

  — Но-но, лошадка! — при этом закрывая Лёшке глаза ладонями. На что старший брат шипит:

  — Мелкий, руки убери, не видно же ничего! — руки у него заняты складным столом.

  За ними идет Там с Джиной на плечах, она периодически склоняется то к одному уху Тама, то к другому, и о чём-то с ним сосредоточенно шепчется. Наверняка Там хочет заказать у Джины чей-то портрет... и я даже догадываюсь, чей! Да, вот и голографии из инструметрона в ход пошли. Чем, интересно, расплачиваться будут? Ого, коробка азарийских цветных карандашей на 200 цветов с комплектом запасных грифелей! Да, Тамил-то знает, чем заинтересовать нашу маленькую художницу! Всё, ударили по рукам. Папа и дядя Таэль несут переносной мангал и энергоблок к нему, Вася шампуры и большущее ведро со всякой зеленью. Дядьку Дака нагрузили, как верблюда, рюкзаком, да ещё и сумками со всякими вкусностями. Разную мелочёвку несут женщины. А полкан везет на себе егозу Джейн. Я хотела пешком пойти, чтобы Лешка нес сестренку, но меня убедили что Полкан отлично справится.

  Вот и наше место. Сюда, если верить папке, семьи ходят уже 11 лет. Перед нами во всей своей красе раскинулось городское озеро с поэтическим названием "Голубое зеркало". Имеющее почти правильную овальную форму озеро с трёх сторон окружено серебролистами парковой зоны, а узкой стороной упирается в городскую застройку. Эта часть озера одета в гранитную набережную — предмет гордости главы муниципалитета. Тут же стоит здоровенная летняя сцена, откуда сейчас льются задорные ритмы и играет городской ансамбль. Там сейчас тусуется вся городская молодёжь в возрасте от 14 до 25 лет.

  Я быстро скидываю с себя "уник", это такой комбез из прочной красивой ткани, в них ходят почти все, до того удобная одежда, и в одних плавках бегу к озеру. За мной, улюлюкая, вопя и визжа, летят все остальные отпрыски всех семейств. Несмотря на октябрь и температуру воздуха около плюс 20 по Цельсию, вода в озере — градусов 37, потому что питают его горячие источники. Влетаем в озеро, и это просто сказка какая-то! Представьте себе ванную размером со стадион "Лужники" с кристально-чистой и тёплой водой, в которой на глубине мелькают разноцветные рыбы разного размера, покачиваются водоросли, ползают удивительного вида членистоногие. Красотища, аж дух захватывает! И да, я научила Наин плавать!

  Когда мы в сентябре вернулись в наш садик, при очередном посещении бассейна у меня зашёл спор с Наин о том, что турианцы не могут плавать, а только тонуть! Ну я и сказала ей, что тело любого органика легче воды и утонуть просто не может, а поскольку объем легких у турианцев больше, чем у людей, и кости трубчатые, то утопление их — это вообще почти невозможное событие. Насочиняла, в общем, убедительно, а потом предложила ей помощь в освоении плавания. А Наин возьми и согласись, о как!

  Во время обучения я использовал методику моего тренера по плаванию из прошлой жизни. Сначала придерживал Наин за затылок, научил лежать на воде, спокойно дыша, с расслабленными ногами и руками, потом правильно задерживать дыхание, а самое главное — победить страх. Вот где пригодился мой дар эмпата! Где-то через месяц возни, моя умница турианка начала вполне сносно плавать, а поскольку у турианцев на ногах и руках есть между пальцами небольшая перепонка, как у кошек, и пальцы на ногах гораздо подвижнее человеческих, то догнать Наин в заплывах мне всё труднее и труднее. Похоже, в этом с ней скоро не смогут соревноваться даже наши азари. Когда у Наин стало сносно получатся плавать, она всё рассказала отцу, от чего дядя Дак пришёл в глубокое недоумение и пришёл в садик убедиться. Убедился! Буркнул про себя что-то про злостные расовые стереотипы, которые всякие мелкие рыжие человечки просто не замечают по незнанию! Ха-ха, ну он прав, в общем-то!

  Пока отцы священнодействуют с шашлыком и дегустируют извлечённое из переносного холодильника вино, дядя Таэль, кстати, пьёт вино через трубку (брр!.. меня аж передёрнуло), а матери, зацепившись языками, обсуждают все последние новости, от городских до галактических, мы с братьями ныряем на глубине. Маски есть у всех, включая Наин, изготовленные в "made in Tael's garage". И неплохо так изготовлены: из прозрачного стеклопластика и формованного промышленного уплотнителя. Нам всем хватает.

  Вэс плавает рядом с Наин на всякий случай. Думаю, это её Каади и Рэй надоумили, перестраховщицы. Хэм и Там, вместе с Джоном, Джейн и Полканом, гоняют по мелководью большой красный мяч и периодически бросают на меня умоляющие взгляды. Как же, глупышка-дурашка младшая сестрёнка умеет немыслимое — плавать! А они, два крутых старших брата, нет! О, ужас и потрясение основ! Я делаю вид, что не замечаю этих взглядов, и со стороны турианцев всё сильнее тянет общим унынием с нотками отчаянья.

  Хватит, это уже становится невыносимым! Я, подойдя к братьям, заявляю, что готов попытаться научить плавать и их. Заниматься будем в школьном бассейне рано утром, пока там никого нет, чтобы нам никто не мешал.

  — Ура-а! — закричал Хэм и стиснул меня в объятьях.

  — Спасибо! — вторит ему Там и прижимает меня с другой стороны.

  — Раздавите! — сиплю я, зажатый между двумя турианцами, и над водой разносится звонкий смех Вэсил. — Так их, Игорек, выжми из них побольше!

  Юмористка, блин, но идею подсказала верную. Что бы такого из них выжать?

  Прошло четыре часа

  Вот и сумерки. Я, Нино и Джина и Джейн сидим на берегу, на надувном матрасе, тесно прижавшись друг к другу, закутавшись в большой пушистый плед. Иван тусуется с братьями и их приятелями турианцами. Внутри у всех переваривается солидная порция шашлыка и большая кружка компота. Посреди озера, на грузовой платформе, возятся пиротехники. Сейчас будут запускать фейерверк, а мы в первом ряду, красотища! Сзади подходит отец и, обняв нас четверых, тихо спрашивает:

  — Ну как, маленькие, не мёрзнете?

  — Всё хорошо, дядь Миш. Нам тепло, — отвечает Нино и ещё теснее прижимается ко мне. Я же молчу, и Джина молчит.

  — Тепло папка. — Ворчит Джейн и прижимает к себе Барса.

  И ведь действительно хорошо и тепло! В эмоциях подруг радость и сестры, предвкушение зрелища. А у отца любовь с нотками заботы, причём ко всем нам примерно поровну. Вот как был он капитаном, так и остался! Главное — экипаж!

  Бух, фррррррррршшшш... БАБАХ! Бух-бух, фррррршшшш... ТАДАДАХ! Летают и взрываются ракеты. Зрелище офигенное. Уе минут двадцать небо расцвечивают огненные шары и прочтие фигуры.

  На набережной вопит толпа молодёжи на том берегу. А мы сидим, тесно прижавшись, смотрим в небо, и только разноцветные сполохи освещают наши лица. Здесь же, под пледом, сидит Барсик. Пришёл и залез рядом с Джейн, и так же, как мы, смотрит в небо, громко урча. Как же мне хорошо! Вот сидел бы так и сидел!

Глава 3.2 Кое что о страхе!

  Ранчо "Шёпот", 9 ноября 2358

  Вот и пришла настоящая осень. По ночам уже совсем холодно, с деревьев осыпаются листья, и цвет у них невероятный! Серебристо-зелёные, светлые сверху и темнее снизу летом, сейчас они приобрели яркий золотой колер. Солнечный с одной стороны, и червонного золота — с другой. Лес при этом выглядит потрясающе, как сверкающее море золота!

  Я сижу на заборе лицом ко двору, в руках у меня карбоновая рыболовная удочка, реквизированная у Лёшки, к концу которой привязан длинный отрезок капронового шпагата с распушенным куском синтетического утеплителя на конце, похожим на белый помпон. Вожу удочкой вправо, влево, вверх и вниз, помпон на конце летает вслед за моими движениями, а за ним носится Барсик, излучая вокруг детский восторг, выписывая пируэты, изгибаясь, подпрыгивая, как обычный кот, за бумажкой на нитке. При этом он периодически украдкой бросает в мою сторону взгляд, а не надоело ли это занятие его маленькому двуногому другу? Нет, не надоело! Умряя! И мой суперкот носится дальше.

  Рядом со мной сидит Джина с неизменным альбомом на коленях и рисует. Они всей семьёй переехали из города к нам в посёлок, квартиру перекупил брат дяди Коэла, и старшие Натолы купили соседний с нами участок. Сейчас там стоит такой же, как у нас, модульный дом.

  Как только дом установили, дядя Коэл всё ходил вокруг него, прикасаясь руками то к стене, то к резным металлическим перилам крыльца, то к оконным сливам. И от него шла волна таких сильных противоречивых чувств, как будто он не мог поверить, что вот этот дом теперь его, и это ЕГО ДОМ! Как же должно быть паршиво в Гегемонии, чтоб вот такая обычная для колоний вещь, как модульный дом, вызывала у разумного такую бурю в душе! На новоселье тётя Саэр так расчувствовалась, что её все женщины посёлка еле успокоили, тётке Рэй даже пришлось бежать за успокоительным. Вот так и живём.

  Вдруг за спиной раздался шорох, кот сделал стойку на забор, и взгляд у него стал свирепо-напряженный, шерсть на хребте встала дыбом, а хвост распушился и стал толщиной с мамину ногу. От Джины пришла волна такого ужаса, что я резко обернулась в сторону подруги. И увидела искажённое в гримасе лицо и выпученные глаза, взгляд упирался куда-то мне за спину. Обернувшись и посмотрев вниз, я увидела... оживший кошмар!

  С расстояния метров пяти на меня смотрела здоровенная крыса, где-то пол метра в холке, покрытая плотной чёрной шерстью, телом метра два в длину, и таким же длинным, покрытым шерстью, хвостом с кисточкой на конце. Типично крысиную морду, с горящими красными глазами, украшала пасть, усеянная частоколом длинных иглообразных зубов. Тварь открыла пасть, вывалила в сторону длинный фиолетовый язык и, издав что-то вроде "СНУФФЛ", потрусила в нашу сторону.

  От неё пришла волна предвкушения, и я отчётливо понял, что меня хотят СОЖРАТЬ! Дальше память моя шла рывками. Вот я вижу, как Джина, спрыгнув с забора и издавая визг на грани ультразвука, во все лопатки улепётывает к своему дому. Вот передо мной наше дворовое дерево, я подпрыгиваю, хватаюсь за нижнюю ветку, подтягиваюсь и быстро лезу к вершине, при этом в ушах у меня стоит какой-то звон. Вот Джина невероятным прыжком запрыгивает на крыльцо, бьет по сенсору открытия двери и, не прекращая визжать, скрывается в доме, проскальзывая в щель едва открывшейся двери. Наступает тишина. Только с дороги доносится шорох и звуки: "снуффл, снуффл, снуффл". У меня першит в горле, трясутся руки и ноги, рядом на ветке сидит Барс со вздыбленной шерстью и издаёт низкое горловое гудение, перемежая его мощным шипением. Как пушистый компрессор блин.

  Через несколько секунд открывается дверь соседского дома, и оттуда, в спортивных штанах, вытянутой майке и тапочках на босу ногу, но с охотничьим карабином в руках, выглядывает дядя Коэл.

  — Игорь? — тихо говорит он. — Игорек, ты где?

  — Я здесь, — сиплю я в ответ, — на дереве, дядь Кол.

  — Что с твоим голосом?

  — Не знаю!

  — Что вас напугало?

  — Оно там, за забором, дядь Кол!

  — Кто, ОНО?!

  — Ну этот, снуфл(2)!

  — Снуфл у нас в посёлке?! Как он ограду-то прошёл?

  — Я не знаю! — сиплю я. — Мы его уже на улице увидели. Вон там!

  А в это время снуфл уже почти дотрюхал до перекрёстка в центре посёлка, и навстречу ему выскочила Наинэ! Увидев тварь, девочка как-то присела, взвизгнула и с невероятной скоростью, скрежеща когтями по гладкой коре, взобралась на росшее посреди перекрёстка дерево, только листья посыпались.

  2. Magnaflesheter (Снуфл) — среднего размера хищник-падальщик на Мендуаре. Кроме жуткого вида, для взрослых почти не опасен, ввиду медлительности и тупости. Имеет хороший плотный короткий мех тёмного окраса, является объектом осенне-зимнего сезона охоты. Снуфлом прозван за издаваемые им характерные звуки.

  Снуфл застыл в нерешительности, дядя Коэл подошёл вплотную к забору, поставил на него локоть, прицелился и выстрелил. Тварь, сделавшая несколько шагов в сторону дерева, уткнулась носом в землю, но задние лапы продолжали идти вперёд, хребет выгнуло дугой, животное завалилось набок, при этом продолжая конвульсивно подёргиваться.

  — Готов! Слезай давай, Игорь.

  — Сейчас, — просипел я и стала разжимать сведённые пальцы. Меня всё ещё мелко трясло. Давно такого стресса не было, я уж думал придется магией бить.

  Когда я проходил мимо соседского дома, у него открылась дверь, и из-за косяка выглянула Джина.

  — Игорек! — шёпотом спросила она. — А где это, ну этот, страшный?

  — Папка твой застрелил, — прошептала я. — На перекрёстке валяется. Пошли, посмотрим!

  — Мне очень страшно к нему подходить! — шепчет Джин.